Дьявол с нимбом

Порой Габриэль задумывалась, не светился ли над ней большой красный крестик фортуны, притягивающий неприятности. В последнее время её жизнь никак нельзя было назвать обычной и размеренной. Прошло меньше месяца с момента, как в школу пришёл новый учитель истории, а девушка уже не могла сосчитать, сколько раз сидела у него на коленях. Волей случая или хитроумными планами одного человека она побывала у преподавателя в гостях и даже провела там ночь, ведь хозяин дома подсыпал ей снотворное, не оставляя других вариантов развития событий. Он требовал послушания, контролировал каждый аспект её жизни, умело отгораживал от остальных и делал это, прячась за маской милой заботы, а не пугающей одержимости. Габриэль испытывала слишком неоднозначные чувства к учителю, и даже наличие таковых ставило под сомнение сохранность трезвости рассудка. Лектер закрывал её детские гештальты с недостатком внимания, переливая своей «заботой» за края стакана. Он выжигал слишком много травы на поле девушки, раздвигая мыслимые и немыслимые границы. Их губы сплетались в поцелуе, объятия грели, а тепло разливалось по телу, когда они были вместе. Но Ганнибал добивался своего очень неординарными методами. От неё отвернулись старые друзья, а одноклассники настроились против. Мужчина с отвращением относился к грубым людям, а сам жестоко осёк Франклина, подтолкнув его к самоубийству. Несколько часов назад Габриэль стала свидетельницей разговора Аланы Блум и Ганнибала, после чего её плечи поникли. Девушке удалось выбраться из кабинета, но не из растущей воронки сомнений и переживаний. Чтобы у неё не осталось свободного времени, а все мысли были заняты лишь им, на уроке мужчина задал ей целую кучу докладов, обосновывая это наказание неуважением, проявленном в классе, полном учащихся. Габриэль не сомневалась — это был лишь поверхностный предлог, но никак не основная причина настолько объёмного задания. Не ограничиваясь требовательным преподавателем, жизнь сразу же преподнесла ей ещё один подарок в лице серийного убийцы. Некий Потрошитель — опаснейший, до сих пор не пойманный маньяк современности, несколько раз пробирался в дом главы поведенческого отдела ФБР и заглядывал в комнату его беззащитной дочери, оставляя презенты в виде синих роз. Изнутри Габриэль разрушала не только возможность быть распотрошённой, но и безразличие родителей по этому поводу. Она и раньше не получала необходимого семейного тепла, но никак не понимала, почему даже в трудную минуту жизни от них исходил лишь холод. Всё складывалось как нельзя лучше. Она была нужна только ненормальному убийце и учителю истории, не задумываясь о двойной игре одного и того же человека. — Не хочешь пройтись до парка? После урока физкультуры, который Габриэль с разрешения учителя просидела в раздевалке, решая домашнее задание по математике, две подруги поднялись на третий этаж и оставили свои вещи возле нужного кабинета. — Уже бегу наслаждаться мокрым асфальтом и холодным ветром под негреющим солнцем, — проворчала Габриэль, не очень вдохновлённая подобной перспективой. — Боишься превратиться в пепел, Дракула? — пошутила рыжеволосая, лучезарно улыбаясь. — В меня хотя бы кол втыкали, а вот некоторых на кострах сжигали, — отзеркалила девушка и ловко увернулась от удара локтем. Она понимала, что комментарий подруги акцентировал внимание на её бледной коже, и поэтому перевела тему: — Даже при желании я бы не смогла. Вспомни, сколько всего мне нужно сделать до конца недели. Ужас. — Радость не вечна, печаль не бесконечна, думаю, ты справишься, — Сандра подняла руку, чтобы похлопать подругу по плечу, но Габриэль, ожидая подвоха, уклонилась. — Тогда мучайся в муках образования, Блэк. — О, спасибо! Но это мне уже пожелали Тейлор и Лектер, ты немного опоздала. И девушка ни капли не лукавила, когда говорила про объём работы, любезно заданный двумя коршунами учебного заведения. Школьный день подошёл к концу, поэтому Габриэль помчалась на остановку в надежде выловить свой автобус как можно скорее. Удача улыбнулась ей через несколько минут, и вот уже девушка уселась в самый конец салона, достав тетрадь по математике. Кроме решения сложных примеров и созерцания серых улиц заняться в дороге было нечем, поэтому она сделала выбор в сторону образования. — Не замёрзла с улицы? Давай, я тебе куриный бульон налью. По прибытии домой первым, что услышала школьница, были слова бабушки, спустившейся со второго этажа. На плечах женщины висел тёплый дорогой кардиган, а седые волосы были собраны в строгий пучок. — Нет, — одним словом ответила Габриэль, вешая своё пальто на плечики. Маленькое сердечко было покрыто ледяной коркой, блокируя все положительные чувства к бабушке. Воспоминания вчерашней беседы были чересчур свежи в голове отвергнутой всеми девочки. Положив рюкзак около лестницы, Габриэль направилась на кухню. В животе было слишком пусто, голод вызывал тошноту, а голова кружилась. Возможно, ей не следовало так часто пропускать приёмы пищи. — Опять сухомятку будешь есть? — недовольно проворчала Девертида, наблюдая за действиями внучки. Габриэль не подняла головы, нарезая тонкий пласт сыра для своего кулинарного шедевра. Если бы она не была так измучена, то обязательно сделала бы себе что-то более сытное и горячее, чем бутерброд. Бабушка могла бы помочь ей с этим, но последнее, что сейчас требовалось девушке, — это компания пожилой женщины. — Ага, — она нарезала пару тонких ломтиков хлеба и собрала своё творение. Девертида поджала губы и подошла ближе, чтобы хоть чем-то ей помочь, но внучка тут же отстранилась под предлогом уборки продуктов в холодильник. — У меня через двадцать минут приедет такси до аэропорта, — произнесла женщина и заглянула в синие глазки, но девочка лишь пожала плечами и кивнула, не давая желаемой реакции. — Мгм, пока, — отстранённо пробормотала Габриэль и взяла тарелку в руки, словно ничего интереснее будущего вкусного перекуса не существовало. И отчасти это было так. — Даже не обнимешь на прощанье свою бабулю, mia gioia? — Mentre nonna, у меня заняты руки. Последним, что увидела Девертида перед своим отъездом, была спина когда-то ласковой и милой маленькой девочки. Она знала, что такое обращение от внучки было заслуженным. Женщина не интересовалась её жизнью, игнорировала влечение взрослого мужчины к аккуратному силуэту малышки, позволяла дочери грубо высказываться в адрес и так эмоционально подбитой девочки. Девертида не сделала ничего, чтобы заслужить доверие Габриэль, а что самое главное, она убегала от ответственности, впрочем, не изменяя своим привычкам. — Perdonami tesoro, — одними губами прошептала женщина, последний раз посмотрев на пустую лестницу. Знание основ итальянского языка когда-то нужно было маленькой Габриэль, жившей на каникулах с бабушкой, но девочка стала быстро забывать как язык, так и былое чувство тепла от их общения. Отъезд женщины вызвал не тоску, а облегчение, если его вообще было нормально испытывать при сложившихся обстоятельствах. Уже в комнате Габриэль быстро перекусила и села за выполнение «любимого» домашнего задания. В школе ей удалось сделать около трети от всей заданной работы по математике, но помимо сложных примеров её ждали ещё и нудные доклады по обществу. Лектер решил проучить её по полной и задал сразу три темы, которые ей следовало развернуть на семь с половиной листов. Преподаватель уточнил, что всё должно быть записано в предметную тетрадь, а, к сожалению, Габриэль не представляла, как быстро ФБР соберёт все необходимые данные с её вещей. В этом и был весь коллапс — она не могла приступить к написанию. Девушка простонала и закрыла лицо руками. Это очевидно был самый худший конец учебной недели, который она могла себе представить. Ближе к вечеру с математикой было покончено, но не с домашней работой в целом. Кроме двух уроков Тейлор, в расписании красовались и другие предметы, по которым тоже были задания. Девушка критично посмотрела на дно ящика, отмечая отсутствие нескольких предметных тетрадей. С её уст слетели грубые слова, а обессиленное тело упало на мягкую кровать, давая сознанию отключиться в пользу сна. — Таким образом получается частный случай, а значит, икс равен числу Пи, умноженному на n, где n принадлежит множеству целых чисел. Утром следующего дня Габриэль повезло добраться до школы к первому уроку и избежать претензий классной руководительницы. Перед математикой девушка аккуратно положила свою тетрадь с выполненным заданием на стол учительницы и заняла третью парту первого ряда. На уроке Тейлор пребывала в более чем хорошем расположении духа, поэтому начала объяснение новой темы. К сожалению, практически никто её не понял, в классе стояла оглушительная тишина, а по полу катилось «перекати-поле». Мозговая деятельность Габриэль больше смахивала на штурм, когда она пыталась вникнуть в материал. Девушка повернула голову, чтобы уточнить у сидящей рядом подруги, стоит ли указывать промежуток, в который входит икс, но, к несчастью, обнаружила, что рыжеволосая даже не смотрела на доску, спрятав лицо в ладонях. Гуманитарий, очевидно. — У тебя нет зарядки? Я бы начала искать информацию для докладов по истории, но, боюсь, так мне не хватит процентов до дома. Когда пятьдесят минут настоящего ужаса познания новой темы истекли, все тут же сбежали из кабинета, на корню отрицая эту точную науку. Две подруги не стали исключением, такой большой объём информации никак не хотел укладываться в сознании ещё не проснувшихся школьниц. — У меня нет, но я могу спросить у Майка, если нужно. Мы как раз договорились встретиться у стадиона. — Не стоит. Пойду к Мэттью, у него точно есть, — произнесла Габриэль и была готова ударить себя по лбу, ведь эта умная мысль не посетила её вчера, когда мобильное устройство было полностью разряжено. Но у уставшей и измученной девушки были оправдания. — Окей, встретимся у английского, — рыжая кивнула и помахала рукой, исчезая в толпе учащихся. Габриэль сжала лямки рюкзака и направилась в сторону лестницы. Она давно не общалась с Мэттью, поэтому стоило ей увидеть охранника, как на лице появилась улыбка. Короткостриженный мужчина тридцати лет в чёрной рубашке с нашивкой «охранник», из-под которой виднелась обычная белая футболка с каким-то глупым принтом, сидел в своём кресле, немного покачиваясь из стороны в сторону от скуки и лениво выглядывая из-за своей стойки. Его тёмные карие глаза следили за проходящими мимо учащимися, так как мужчина контролировал порядок. Когда девушка подошла ближе, она попала в его поле зрения, и Мэттью немного подпрыгнул, лучезарно улыбаясь маленькому силуэту. Его глаза забегали по её телу, но Габриэль не обратила на это внимания. — Привет, Мэттью, — произнесла девушка и облокотилась на стойку, положив рюкзак на пол. — Привет, малышка, — ответил мужчина, непрерывно смотря в бездонные океаны. Пальцы его руки начали слегка постукивать по подлокотнику кресла, отбивая какую-то мелодию. — Выручай, у тебя не будет зарядки для телефона? Мне нужно поискать материал для доклада по истории, а процентов совсем мало. — По истории говоришь? — Мэттью прекратил отстукивать ритм пальцами и слегка наклонил голову, его тёмные глаза неясно блеснули. — Много задаёт этот Лектер? Тело девушки непроизвольно напряглось, а голос неожиданно стал менее тёплым: — Нормально задаёт. Какая тебе разница? Уж точно не больше, чем Тейлор, — почему-то ей было неприятно слышать о Ганнибале в негативном ключе. — Знаешь, я попросила у тебя зарядку, наивно надеясь, что мой друг мне не откажет. Мэттью встал со своего места и в защитном жесте поднял руки. У него остались вопросы к персоне учителя истории, но ему не хотелось заводить девушку таким образом: — Оу-оу, тормози, малышка. Я просто поинтересовался, много ли он задаёт, а ты так завелась, — мужчина постарался загладить вину и начал поиски зарядного устройства в ящиках стола. — Я вовсе не... — произнесла девушка, но тут же закрыла рот. Она не хотела признавать столь очевидные вещи, как Мэттью, так и самой себе. Тонкие густые бровки нахмурились. — Пойду спрошу у кого-нибудь другого. — Стой, — быстро произнёс охранник, не желая упускать возможность общения между ними. Браун придвинул своё не особо мягкое кресло ближе к стойке и, соответственно, ближе к девочке. — Присядь, я сгоняю быстро в учительскую. Похоже, я умудрился забыть её там. Габриэль нехотя кивнула и заняла место старого друга, стараясь избегать зрительного контакта: — Ладно, ты скоро? — И глазом моргнуть не успеешь, принцесса, — заверил Мэттью и лучезарно улыбнулся. Вообще-то пост охранника не рекомендовалось покидать, но мужчина всегда игнорировал это правило, зачастую гуляя по пустым коридорам во время учебного процесса. Маленькая Габриэль ругала его за это, и, что удивительно, тот слушался её, подыгрывая детской светлой морали. Воспоминания былых времён нахлынули на неё, заставив улыбнуться. Мэттью был хорошим другом и помощником, когда не смотрел на неё так, словно ему не терпелось её раздеть. Габриэль держала дистанцию, сохраняя дружеские отношения между ними, ей не хотелось терять хорошего знакомого из-за его наклонностей. — Доброго дня, мисс Блэк. Леденящий душу холодок пробежался по спине девушки, когда знакомый низкий бархат неожиданно раздался совсем рядом. Стоило поднять растерянные синие глазки, взгляд невольно зафиксировался в сверкающем пламени янтаря преподавателя истории. Дорогой парфюм завладел сознанием Габриэль, и она выпрямилась в кресле, чувствуя, как её сердцебиение с каждой секундой ускоряется. Тёмно-красный галстук гипнотизировал синими изгибами и серебряными вставками, а накрахмаленная белая рубашка выступала контрастом тёмному костюму коричневого оттенка. Инфернальный стан возвышался над хрупким силуэтом юной женщины, из-за чего последней пришлось сильно запрокинуть голову, поддерживая зрительный контакт. Габриэль сжала ноги вместе и заломала пальцы. Между ними находилась стойка, являющаяся единственной преградой между волком и кроликом. Ганнибал видел, как напряглось тело его ангелочка, стоило ему обнародовать своё присутствие. Мужчина относил документы своему коллеге на первом этаже, привычно просматривая локацию девочки, как вдруг обнаружил, что красная точка подозрительно долго находится там, где ей находиться не следует. Весь вчерашний вечер он провёл в дворце памяти, лелея хрупкого ангела и не думая ни о чём другом. Ему не терпелось увидеть девушку, окунуться в эти глубокие океаны, услышать мягкий нежный голосок, ласкающий уши. — Здравствуйте, сэр, — быстро произнесла Габриэль и откинулась на спинку кресла. Перед ней стоял такой знакомый человек, знающий о ней больше, чем кто-либо другой, но и она не оставалась в долгу. Потемневший янтарь говорил о многом, и девушка научилась читать его. Школьница нарочно протянула руку и взяла какую-то безделушку со стола Мэттью, наблюдая, как керосин зажигается от её искр. Ганнибал проследил взглядом за действием ангелочка и слегка склонил голову. Девушка ходила по тонкой грани, но, судя по очаровательному озорному блеску в глазах, ей это нравилось. Хлопковая белая блузка скрывала мягкие формы и молочную кожу, краснеющую при любых перепадах температуры. Густые тёмные локоны струились по плечикам, а нижняя губа поблёскивала от слюны. — Развлекаетесь на посту охранника? — Наподобие того, сэр, — нарочито вежливо ответила Габриэль, крутя безделушку в руках. Ганнибал и глазом не моргнул на милую провокацию ангелочка и посмотрел по сторонам в поисках охранника: — Где же тогда главный шут этого представления? — Передо мной, — без задней мысли ответила девочка, а только потом осознала грубость своих слов и прикусила губу. Ногти впились в сидушку кресла, а бёдра поджались. Взгляд Лектера едва заметно изменился, и Габриэль ощутила нарастающее напряжение в воздухе. — Какой острый язык, мисс Блэк, — Ганнибал нахмурил брови и покачал головой, но девушка почувствовала фальш в его действиях. Её успокаивала мысль о стойке между ними. Если бы таковой не оказалось, её положение дел было бы намного хуже. Янтарь с удвоенной силой впился в океаны, а голос мужчины стал на тон ниже: — Что же мы будем с этим делать? Габриэль сглотнула и поставила безделушку в руках на место. По телу прошёлся электрический разряд, она нахмурила бровки и отвела глаза, не в силах поддерживать зрительный контакт. Мужчина не изменял своим привычкам, заставляя её щёки окрашиваться румянцем. — С какой же целью вы находитесь в кресле охранника, мисс Блэк? — голос Лектера стал твёрдым, потеряв игривость и мягкость. Ангел не должен быть здесь в ожидании компании другого мужчины. Но Габриэль решила играть ва-банк, она поддалась корпусом вперёд и встретилась с пронзающими янтарными глазами: — Жду любимого старого знакомого, а вам какое дело, сэр? — медленно, выделяя каждое слово, промурлыкала девушка, отмечая, как сильно потемнел взгляд мужчины. Ей приносило извращённое удовольствие наблюдать за его негативной реакцией, видеть, как на руках появляются вены, читать янтарный текст в глазах, состоящий из угроз и обещаний. Вчера вскрылись интересные подробности взаимоотношений Аланы и Ганнибала, а сегодня настала очередь Габриэль делать ход. По краю было ходить невероятно страшно, зато увлекательно. — Мне лестно, что вам настолько нравится мой предмет, что вы не терпите подготовить четвёртый доклад, мисс Блэк, — ровным голосом произнёс Лектер, возвращая контроль над своим телом и сохраняя трезвость рассудка. Он мастерски подавил эмоции, больше не давая внешним показателям измениться. Ангелочек умел выводить его из строя, но эту игру вёл Ганнибал, никто другой. Совсем скоро девочке придётся поплатиться за свои слова и за чересчур сильное очарование, заставляющее его прощать ей абсолютно всё. — Четвёртый доклад? — пухлые нежные губы Габриэль приоткрылись, а сапфиры глаз уставились на мужчину. Она захлопала своими длинными ресницами, а её игривый взгляд превратился в умоляющий. Ганнибал смотрел на маленького милого котёнка, не в силах сохранять прежнюю хмурость во взгляде. Габриэль выводила его из себя, что только подогревало камин внутри него. — Вы не ослышались. Выберите тему самостоятельно и подготовьте её в устной форме. Девушка всплеснула руками и открыла рот, чтобы высказать крайнее недовольство по этому поводу: — Постойте, это перебор! Я... я ничего такого не сделала! — Уверены? — ровно поинтересовался мужчина, подняв брови. — Подумайте на досуге о неразумности использования подобного обращения к преподавателю. — Боюсь, я буду занята выполнением домашней работы! — Габриэль поджала губы и отвела взгляд. — Может, вы прекратите всё это? Кристально ясно, из-за чего вы это устроили. — Обязательно расскажете мне о ваших догадках завтра, — янтарь поймал океаны. — На вашем месте я бы не ходил по раскалённым углям, мисс Блэк. — Тогда на вашем я бы прекратила сыпать горящие камни мне под ноги, — взгляд девочки оставался хмурым и обиженным. — Мне нравится ваше парирование, но поберегите его до завтрашнего дня. Три доклада аккуратным почерком в предметной тетради на моём столе и один в устной форме. Если я не обнаружу вас в своём кабинете после седьмого урока, ни ваш острый язык, ни умение бегать вам не помогут. — Угрожаете? Мужчина поддался корпусом вперёд, заставив девушку невольно отклониться на спинку кресла. С его тонких губ слетел шёпот, который был слышен лишь Габриэль: — Интерпретируйте как угодно. Преподаватель выпрямился, его глаза просканировали маленькую фигурку с ног до головы. Девушка была расфокусирована его действиями и, как всегда, выглядела прекрасно и очаровательно, но она продолжала сидеть в этом кресле и играть со спичками. Не сказав больше ни слова, Ганнибал развернулся и ушёл, оставив ангела в одиночестве. — Интерпретирую как угрозу, — прошептала Габриэль, когда спина Лектера исчезла из виду. Хотелось громко и нецензурно выражать свои чувства через слова или просто пустить слезу от понимания, что её свободное время опять урезалось из-за одного ревнивого учителя. Неужели девушка даже не могла провести время в компании старого знакомого? Лектер всегда появлялся в самый неподходящий момент, уличая её в своих выдуманных преступлениях и назначая соответствующие, на его взгляд, наказания. Но нужно отдать должное, Габриэль не держала язык за зубами, не просто подливая масло в огонь, но и разжигая его с нуля. Но с другой стороны, что ей оставалось делать? Девочка не ставила галочку рядом с молчаливым и безропотным сидением на коленях Лектера. Скорее она бы порвала лист с таким глупым вопросом и кинула в вышеупомянутый костёр, используя в качестве розжига. — Ух, я быстро? Как из ниоткуда возникла запыхавшаяся фигура охранника, держащего белый шнур в руках. На лице мужчины сохранилась та же улыбка, с которой тот убегал, но, к сожалению, Габриэль по понятным причинам не разделяла его настроя. — Да-да, — негромко отозвалась девушка и протянула руку, дабы забрать зарядное устройство. Браун не стал сопротивляться, и она воткнула вилку в розетку возле его стола, подключая свой телефон. — Спасибо. Сухие ответы школьницы заставили Мэттью задуматься и пригладить свои волосы: — Не за что, малышка. Мне кажется, или ты стала ещё грустнее? Габриэль поджала губы и наконец посмотрела на Брауна. Мужчина стоял рядом с ней, даже не претендуя занять своё кресло. Он напоминал послушного пса, ждущего гладящей руки или угощения. Но девушка не собиралась давать ему ни того, ни другого. — Не важно. Неделя не задалась, — отрезала она и разблокировала свой телефон. Ей предстояло за день подготовить четыре доклада, три из которых ещё и переписать в тетрадь. Она ввела в поисковую строку «Современные СМИ и их роль в формировании нравственного облика современного человека» и стала искать сайты, способные дать ей необходимую информацию. Очень даже вероятно, что Лектер икал на протяжении всего дня. Каждую перемену девушка открывала заметки и отмечала ссылки на статьи и короткие примечания, по крупицам собирая свой будущий доклад. Но объём работы был действительно велик и несправедлив, по мнению школьницы, поэтому последняя весьма нелестно вспоминала инфернальный стан преподавателя. Как только автобус прибыл на конечную остановку, Габриэль вышла, печатая текст очередного абзаца. Школьный день пролетел незаметно, принеся неприятный фрагмент воспоминания о встрече с преподавателем истории. Стоило девушке оказаться в стенах своей комнаты, экран телефона сменил экран ноутбука. Ускорив свою производительность, голодной и уставшей школьнице удалось полностью составить первый доклад к середине дня, а ближе к вечеру к нему присоединился и второй. — Либо я сейчас спускаюсь и завариваю себе кофе, либо кончаю жизнь самоубийством, — решила Габриэль, в четвёртый раз вчитываясь в строчку первого абзаца, но не понимая её смысла. В столь раннем возрасте суицид не являлся обдуманным и взвешенным решением, поэтому девочка выбрала жизнь и встала с неудобного стула, на котором сидела. Направляясь в сторону кухни, она уловила звон приборов, соприкасающихся с посудой. Её родители недавно вернулись с работы, а сейчас мило трапезничали, не удосуживаясь пригласить Габриэль. — Привет, — быстро произнесла девушка, зайдя на кухню. Во главе среднего по размерам белого стола с умиротворением и спокойствием, написанными на лице, сидел отец. Похоже, в его жизни наконец наступила белая полоса, ведь ещё утром ФБР задержало подозреваемого убийцу «Санта Клаус», а под вечер узналось, что любимая тёща наконец улетела, прекратив терроризировать их семейный быт. Отражая настрой мужа, Изабелла тоже пребывала в приподнятом расположении духа, наслаждаясь тишиной в доме. Лишь нахмуренные тонкие брови дочери, как всегда, портили идеальную картинку. — Мгм, привет, Габриэль, — коротко поздоровалась мама, не отвлекаясь от приёма пищи. Отец лишь кивнул, признавая её присутствие. — Пап, вы обычно работаете быстро, ФБР закончило играть с моими вещами? — неожиданно спросила девушка, открывая банку с кофе. Её слова не имели никакого насмешливого подтекста и не содержали претензий, просто школьница была измучена большим объёмом домашнего задания, и ей не терпелось покончить с ним. — Ты не представляешь, как обесцениваешь всю работу специалистов, называя её играми, — отметил отец, вскинув бровь. — Но тебе повезло, у меня нет настроения читать лекции, так что просто скажу, что забыл коробку с твоими книжками на своём рабочем столе в офисе. И экспертиза ничего не обнаружила. Завтра можешь подольше погулять, у нас будут заменять входную дверь и ставить решётки на окна первого этажа. — Прекрасно, — фальшиво радостно прошептала девушка себе под нос и залила кофейный порошок кипятком, предварительно добавив пару ложек сахара. Теперь появилось ещё сразу несколько насущных проблем — до вечера она не сможет попасть домой, и Лектер требовал сдать ему доклады именно в предметной тетради, а наличие таковой оставляло желать лучшего. Кофе на голодный желудок не помогло справиться со всеми проблемами Габриэль, зато дало необходимую энергию для их решения. В прикроватной тумбочке девушке удалось откопать чистую тетрадку, на обложке которой гордо красовался маленький котёнок в костюме супергероя. К сожалению, других свободных тетрадей у школьницы не было, поэтому, поборов смущение и стыд, она подписала её и отложила в сторону. Когда часовая стрелка дошла до двойки, все четыре доклада были составлены. Темой рассказа Габриэль выбрала проблему злоупотребления правами вышестоящего, ибо нечего столько задавать. Но нужно было ещё и переписать всё на белые странички тетради, а уровень заряда девушки был критически низким. В руках оказался телефон, а пальцы зачем-то нажали на контакт Лектера. > С какого ты круга ада, Ганнибал? На шёлковых тёмно-синих простынях ложа своего большого дома раскинулся никто иной, как преподаватель истории, наделённый донельзя большим количеством прочих социальных статусов. Мужчина лежал на спине, визуализируя в своём дворце памяти образ прекрасной девушки с чудесными глубокими океаническими глазами, пухлыми губами, нежной молочной кожей и прелестными формами. Ангел филигранно разговаривал, излагая свои мысли ласкающим уши голоском. Её сладкий аромат, податливое тело и сопротивляющееся сознание, отстаивающее свои мысленные границы — всё было великолепным и бесподобным. Ганнибал услышал звук уведомления на своём телефоне и вынырнул из дворца памяти, задаваясь вопросом, кто посмел отвлечь его от созерцания божества. Но стоило преподавателю посмотреть в экран телефона, мужчина прочитал строки его любимой девочки и медленно принял сидячее положение. < Доброй ночи, дорогая. Весьма интересный вопрос, могу я предположить, что он связан с твоим недовольством по поводу домашнего задания? > Смысл отвечать на риторический вопрос? На лице Ганнибала расцвела мягкая улыбка, а длинные пальцы напечатали ответ. Парирование ангелочка всегда вызывало умиление её навыкам владения своим острым язычком. < Как скажешь, любимая. Очень поздний час, ты до сих пор не спишь. > Кошмар твоих заданий не даёт мне этого сделать. Преподаватель мог быть более снисходительным и не задавать столько своей любимице, но Ганнибал не был бы собой, если бы не играл в Бога, наказывая и поощряя за деяния и преступления. Девочка провоцировала его днём, но это не стоит ни в каком сравнении с тем, что делала она это, находясь в кресле охранника Мэттью Брауна. Завтра учитель проведёт беседу со школьницей по этому поводу. Его ангелу не следует играться с огнём рядом с сухой травой, это чревато последствиями. < На каком ты этапе выполнения? > Размышляю, не стоит ли мне завершить свой путь получения образования. < Как тяжело ни было бы в учении — в бою будет намного легче. Ганнибал барабанил пальцами по граням мобильного устройства, ожидая очередной, не лишённый остроумия ответ. > Если на меня нападёт маньяк, знания способов урегулирования межличностного конфликта помогут мне? (сомневаюсь) < Сомнение — детище мысли и эмоции, которое в зависимости от различных факторов может быть и импульсом, и препятствием в деятельности человека. Я бы обязательно выслушал эти способы, Габриэль. > Импульс — это моё первое сообщение. И ты бы выслушал, а вот человек, держащий нож у моего горла, навряд ли, если, конечно, Вселенная не издевается надо мной, и ты не какой-нибудь убийца. За время их взаимоотношений Габриэль не раз попадала в яблочко своими глупыми, по её мнению, словами, но не акцентировала на этом внимания. Ганнибал никогда не мешал ходу её мысли, поражаясь удивительному дару видения сквозь стены и маски. < А если бы? > Я бы не удивилась. Ты очень похож на него. < Например? > Не знаю, контролировать каждый мой шаг — это не очень адекватно. Мужчина собирался напечатать ответ, но неожиданно сообщение исчезло. Девочка быстро удалила его, не давая возможности дочитать до конца. Не прошло и минуты, как преподаватель получил совершенно иное послание. > Ганнибал Лектер, сладких снов, сэр! Я собираюсь продолжить выполнять вашу любезно заданную работу. У меня нет сил конструктивно поддерживать нашу беседу, и я несу чушь. Извините. Настолько быстрая смена в очередной раз подчеркнула излишнюю нерешительность ангела, заставив Ганнибала поджать губы. Если бы девушка была рядом с ним, он бы настоял, чтобы та излагала свои мысли, не слушая свою тревожность. < Спокойной ночи. Твои слова вовсе не чушь, тебе не за что извиняться, любимая. Оденься потеплее, завтра будет прохладно. Почему же Габриэль ещё не поняла, что каждое её слово и сообщение ласкало сердце мужчины, а не вызывало негативные эмоции? Ганнибал днями напролёт слушал бы её милый лепет, наблюдая, как личико отображает ту или иную эмоцию. Он жаждал маленького тела, свернувшегося бы вокруг его руки, принимая ласку и тепло от единственного достойного её человека в этом гнилом мире. Это будет так, но всему своё время. Да, мужчина чувствовал ревность, когда полностью принадлежащая ему девушка использовала слово «любимый» не по отношению к нему, когда общалась с другими, когда не находилась рядом. Ганнибал никогда раньше не испытывал таких чувств, буквально поедающих его сдержанную натуру изнутри. Его невыносимо это раздражало, он пытался отстраняться, игнорируя это, но у него не выходило. Образ ангела всплывал в сознании чаще, чем что-либо ещё. Её жаждал не только преподаватель истории, но и Потрошитель, отчаянно преследующий маленький силуэт. Бедная малышка не получила тепла в детстве, но Ганнибал это исправит. Он вообще сделает всё, чтобы его ангел ни в чём не нуждался. Его контроль и одержимость не понравятся девочке, зато будут не лишними на пути их общего становления. Уже завтра мужчина собирался показать ей, к чему приводит длинный язычок и хождение по тонкой грани. Лектер представил, как прижимает хрупкое тело к себе, наслаждаясь тихим лепетом, и облизнул нижнюю губу. Пятница обещала быть очень лакомой.