Speed (and) love

      Осень. Вечер. Деревья, окрашенные в красный, оранжевый и жёлтые цвета, опаляя своим сиянием при полуденном сентябрьском солнце, сейчас кажутся коричневыми и чёрными. Потихоньку на небе появляются звёзды маленькими точками.       Парень неспешно идёт по тропинке, встречая лишь пожилые пары. Он, как обычно, внимательно вглядывается в уже упавшие листья, пытаясь найти самые необычные рисунки и сочетания цветов.       Это стало некой традицией: вот так непринуждённо выходить после учёбы в парк, уходить от дорог и игровых площадок, на которых множество семей шумят, смеются. Парнишке нравится тишина, в которой можно поразмышлять, переварить прошедший день. Нравится природа во всех её проявлениях: снег, дождь, гроза, листопад, цветение. Всё это можно запечатлеть либо в гербарии, который с каждым сезоном только пополняется, либо на своих картинах, что омега не редко выставлял на продажу, а другие люди покупали, нахваливая таланты юного омеги.       Эти увлечения помогали отвлечься от напрягающей ситуации в доме, часто накаляющейся и достигающей критической отметки.       Биологический отец бросил девушку, как только узнал, что та беременна. Омега (которой было тогда всего 20 лет) долго и тяжело переживала разрыв: начала курить, иногда пила до беспамятства.       И это продолжалось около месяца. Пока она не попала в больницу с угрозой выкидыша. Там за ней присматривал очень хороший доктор, который вскоре стал оказывать знаки внимания омеге. По началу она отталкивала, всякий раз грубила врачу, но вскоре закрутился роман, а когда родился ребёнок, к слову, совершенно здоровый, они поженились.       Жизнь медленно, но верно, возвращалась на своё место, но женщина, звали её Ким Суён, часто стала приносить новорожденного на работу к мужу, приходила домой ближе к ночи, пропадая не пойми где на целый день. Позже выяснилось, что омега связалась с плохой компанией, вернулась к алкоголю, стала принимать наркотики. Альфа, Мин Сонгю, так и не узнал, каким образом это произошло и по какой причине, но пытался помочь жене: уговаривал на госпитализацию, уверяя, что там ей помогут. Однако та сказала твёрдое «нет», пригрозив, что заберёт ребёнка и будет проводит своё время в новой компании вместе с ним.       Сонгю больше не затрагивал эту тему напрямую. Лишь делал небольшие намёки, которые Суён или игнорировала, или не замечала вовсе под действием алкоголя и наркотиков.       Альфа старался следить за ребёнком, насколько ему позволяла работа. Часто забирал мальчика к себе, отдавая медсёстрам, которые были только рады понянчиться с маленьким омежкой.       Стало сложнее, когда мальчик подрос. Что садик, что школа находились ближе к дому, поэтому пришлось выкручиваться.       Находясь дома, Юнги постоянно выслушивал оскорбления матери, которая уже в 8 лет обвинила его в том, что он родился омегой, ведь он парень, а такие как он- унижение для семьи. Ругала за плохие оценки, а когда сын получал «отлично», говорила, что задания наверняка были «для пятилеток». Парень долго терпел это, пока Суён не начала поднимать на него руку. Как только омега перешёл в 5 класс, решил, что лучше будет пропадать на школьных кружках, где и нашёл своё нынешнее хобби: рисование и сбор гербариев.       Сейчас Юнги уже 17. Он учится в художественном колледже на втором курсе художественного колледжа, работает в кафе. В свободное время пишет картины на крыше дома, чердаке или в старом домике, который достался им после смерти бабушки и котором все уже забыли- в общем там, где мать его не достанет. Также он собирает листья и цветы, сушит их и собирает красивые букетики, которые в качестве подарка идут вместе с его картинами.       Сильно задумавшись, омега не заметил, как пропустил звонок отчима. И, чтобы тот, не волновался, набрал ему.       -Привет, папа. Прости, я не услышал, как ты звонил.       -Привет. Снова в парке гуляешь? — по-доброму усмехается Сонгю.       -Да, не представляешь, на сколько здесь сейчас красивые листья! Этот гербарий должен получиться самым лучшим! — восторженно отвечает Юнги, присаживаясь на когда-то упавший ствол дерева и рассматривая то, что успел собрать. — Ты приедешь сегодня домой?       -Нет, Юнги-я. У нас дежурный врач заболел, меня вместо него поставили.       -Пааап… а можно я тогда к тебе приеду? — протянул парень и замолчал, после начав быстро тараторить. — Я не буду мешать, обещаю. Я спрячусь в твоём кабинете и буду там сидеть, даже не выйду. Обещаю…       -Сынок, у тебя есть дом, в котором, ты живёшь. Она снова к тебе пристаёт?       -Она и не отставала. Почему она не лечится, пап? Её ведь нужна помощь. Сделай хоть что-нибудь!       -Я стараюсь. Мне тоже тяжело видеть её… такой. Я что-нибудь придумаю, правда.       -Хорошо. Тогда… удачной смены. — омега улыбается, встаёт с дерева и направляется в сторону дома, убирая телефон в карман.       

ღღღ

             Юнги тихо открывает дверь и вслушивается, пытается заранее предугадать исход столкновения с матерью. Заметив лишь свет на кухне, омега также аккуратно закрывает входную дверь и пытается незамеченным пройти на второй этаж, но неожиданно из-за угла выходит женщина и всматривается в фигуру сына.       — Вернулся… опять шлялся. Не пойми с кем и где. Почему так долго?       -Привет. Я в парк ходил. — как можно спокойней отреагировал Юнги, чтобы не провоцировать мать. — Листья для гербария собирал.       -В парке. Листья собирал. Как же ты меня раздражаешь. — Суён нервно смеётся, из-за чего по телу пробегает холодок. — Тебе самому от себя не противно? — медленно подходя, спрашивает она.       -Мама, перестань. Пожалуйста.       -Закрой свой рот! Глаза бы мои тебя не видели. — омега заносит руку, но удара не следует. Она снова смеётся, глядя на сжавшегося парня, и уходит, что-то бормоча себе под нос.       

ღღღ

      -Да невозможно же в такой обстановке работать! Хён, выруби эту херню! Я ни черта не слышу.       Мужчина отбрасывает инструменты и злобно смотрит на друга, что стоит неподалёку и только громче начинает подпевать.       -Хён. — альфа угрожающе смотрит в надежде, что его поймут.       -Ты со свои BMW возишься, а я, между прочим, к тебе прикатил. — всё-таки выключает музыку и садится на диван старший, прожигая в чёрной машине дыру.       -Я тебе не нянька, раз. Ты старше и можешь о себе сам позаботиться, два.       -Какой же ты жестокий.       -Это не я жестокий. Это вы, омеги, слишком мягкие, Джин-хён. — отрываясь от машины, заявляет мужчина. — Ну всё, я пошёл. Уроки не ждут!       -Пошёл ты, Чимин-а.