Секрет лис.

Солнце показалось за горизонтом, его лучи начали проникать в просторную комнату, где крепко спал юноша в фиолетовых одеяниях. Когда свет упал на веки принца, тот рефлекторно прикрыл их рукавом, не желая пробуждаться после сладкого сна, надеясь еще провезти время на мягкой и удобной кровати. Юноша перекатывался из стороны в сторону, мечтая найти участок в кровати на котором нет следов лучей солнца. Но не найдя того самого желанного места, наследный принц прикрыл лицо мягким одеялом. Лян Вэньин понемногу стал снова проваливаться в мир сновидений. Но его планы пришлось быть нарушенными, ведь за дверью послышался нежный женский голос: -А-Вэньин просыпайся, ты еще не позавтракал, а твой учитель скоро прибудет. Будет некрасиво, если мы не встретим его со всеми почестями. Не стоит в первый же день его подводить. Наследник лишь коротко вздохнул, хоть ему и не хотелось покидать удобную кровать, но и не встретить своего наставника, он тоже не мог. Протерев глаза, принц отозвался бархатным голосом: -Матушка, не волнуйтесь, ваш сын больше не находится в мире сновидений. Он сейчас же начнет подготовку. Он не посмеет огорчить матушку и своего наставника. Но какие бы не были красивые речи наследного принца, его глаза все-таки посматривали на удобную кровать. Но переступив через себя, он наконец принял полностью вертикальное положение. Когда госпожа Лян удостоверилась, что ее сын больше не почивает, она со спокойной душой направилась к повару. Ее походке могли позавидовать многие высокопоставленные женщины, каждое ее движение были изящным, но не лишенным властности. Шелковистые волосы, заплетенные в пучок как у многих жен, был украшен золотистой заколкой с красными, почти кровавыми рубинами. Данное украшение ясно давало понять о ее высоком положении в обществе. Руки были сведены между собой, демонстрируя всем красивые и аккуратные пальцы женщины. Императрица была больше похоже на девушку лет двадцати, нежели на женщину, у которой уже имеется трое прелестных детей и муж, с которым они провели далеко не один год вместе. Дело было не в хорошо сделанном макияже, а в том, что вся родословная очень медленно старела. Госпожа Лян гордилась этим, ведь у нее не было причин закупаться дорогими кремами, лишь бы продлить свою молодость, в отличие от тех, кто делает это на регулярной основе. Императрица входила в список самых красивых женщин государства Лян и занимала она обычно первые места, смотря на ее детей, становилось ясно, в кого они пошли своим лицом. Императрица была высоких принципов, никогда не шла на поводу других. Даже, если ей, что-то говорит император и его мнение никак не совпадало с собственным, она делала то, что считала нужным. Но кому ей было сложно отказать, так это собственным детям. Смотря в их невинные глаза, ей было крайне сложно пойти на поводу принципов. Бывали и исключения, но они были настолько редкие, что как будто их и не существовало вовсе. Дав повару поручение приготовить наследнику его любимые блюда, не забыв упомянуть о нарезке с фруктами, она решила навестить супруга, чтобы обговорить некоторые детали насчет осеннего праздника. Для нее было очень важным сделать все, лишь бы праздник прошел не только успешно, но и таким образом, чтобы его не смогли забыть еще долгое время. Оказавшись возле дверей, которые вели в тронный зал, она отдала приказ страже, чтобы их открыли. Стража поспешила выполнить приказ своей госпожи и склонив головы, в знак уважения, сопроводили ее во внутрь. Император восседал на троне и вчитывался в документы. Когда мужчина занимался чтением, он всегда надевал монокль на левый глаз. Мужчина редко позволял себе полноценный сон, предпочитая закончить старую работу и взяться за новую. Госпожа Лян замечая мужа за работой, когда луна давно украшала небо, выгоняла его с рабочего места, чтобы тот дал отдохнуть своему телу. Император же, видя волнение жены, редко отпирался, и делал то, что велела его возлюбленная. Когда император наконец оторвал глаза с документов, он увидел императрицу. На лице нарисовалась искренняя широкая улыбка. Отложив бумаги, он встал и отряхнувшись, направился к женщине в красивом платье. Госпожа Лян, не изменяя свою походку, приблизился к мужчине. Император поцеловал жену в щеку и поинтересовался: -Что же привело ко мне госпожу? Вытерев со щеки мужчины пятно от чернил, она ответила: -Хотела бы обсудить детали осеннего праздника. Ведь главным гостем на нем станет Лян Вэньин. -Госпожу, что-то волнует? Или есть личные пожелания? -О волнении и речи быть не может. Мне лишь хочется, чтобы наш сын чувствовал себя как можно уверенно. Ведь он впервые покажет свое прекрасное личико. Мужчина, улыбнувшись, показал женщине жестом рукой, чтобы та проходила к столу, где они обычно ведут беседы. Присев, император произнес: -Лян Вэньин наша гордость. Даже, если, что-то пойдет не по плану, он все сможет исправить без чьей-либо помощи. Этим он пошел в тебя. Госпожа Лян улыбнулась, услышав слова мужа: -Здесь не смею не согласиться. Император поинтересовался у подчиненных, нет ли у него гостей на сегодня и получив отрицательный ответ, он приказал принести ему и императрице молочный улун с рисовыми шариками в сахарном сиропе. Получив вкуснейший горячий напиток с десертом, господин и госпожа Лян продолжили разговор, касающиеся осеннего праздника. Принц все еще находясь в сонном состоянии, начал искать его парадные одеяния белого, как первый снег, цвета. Юноша не мог определиться какие именно ему надеть одеяния. Были и простые и с иллюстрациями драконов. Но посмотрев на улицу, принц понял, что день сегодня хоть и солнечный, но довольно прохладный. Выбор не заставил себя долго ждать. Лян Вэньин взял просторные, но довольно теплые одеяния с серебристым поясом. Надев нужную ему одежду, стал думать, что же ему сделать с длинными угольно - черными волосами. Долго его раздумья не продлились, решив, что пока не готов изменять своим традициям, заплел высокий объёмный пучок, закрепив заколкой из золота и украшенной драгоценными камнями. Выйдя из комнаты, он направился на кухню, где его ждали уже разные вкусности. На что он первое положил глаз, так это жаренный тофу с пряными специями, еще не успев остыть, от него исходил пар, унося за собой аппетитный аромат. Закончив с трапезой, принц хотел наведываться к сестрам, но узнав от слуг, что они покинули дворец на некоторое время, не стал терять драгоценное время, решил посетить улицы и узнать, как люди готовятся к празднику. Он хотел, чтобы к приходу учителя все было идеально, и ничего не испортило ему настроение. Одному ему не хотелось идти, и он позвал собой Син Цзиньлуна*, его верного подчиненного, который всегда был рядом с наследником, по приказу императора. Но в этом и не было нужды, ведь подчиненный и сам был не против проводить все время с его сыном. * Цзиньлун –значение «золотой дракон» Син Цзиньлун был почти ровесником наследному принцу, поэтому они сразу нашли общий язык. Даже являясь подчиненным, Лян Вэньин никогда его этим не упрекал и считал равным себе. Принц не любил, когда он обращался к нему по статусу, но к сожалению, какими бы у них не были близкие отношения, Син Цзиньлун не мог нарушать общепринятые правила. Лян Вэньин мог отдать приказы, но только тогда, когда это было важно. В первое время, наследный принц не мог попросить даже стакан воды, но Син Цзиньлун воспринял это так, словно наследнику не нравилось иметь такого подчиненного. Когда об этом зашла речь, принц привел аргументы, которые отбросили ненужные мысли подчиненного и поэтому, чтобы в будущем не возникло недопониманий, Лян Вэньин изредка давал приказы, а тот их выполнял. Как и ожидалось, горожане украшали свои дома, ставили прилавки, в которых будут готовиться разные изыски блюд.    Даже дети не отлынивали от работы. Некоторые вырезали фигурки из бумаги, хоть и она была самая дешевая, результат был приятен глазу. Другие помогали с красными фонарями, также были и те, кто занимался лунными пряниками. Лян Вэньин и дальше бы рассматривал как люди украшают улицы, если бы не заметил в углу дома юношу примерно его возраста. Именно он так сильно выделялся из толпы, ведь остальные были одеты, хоть и в недорогую одежду, но выглядела она ухоженно и была чистой, сам же юноша был одет в серые одеяния, на которых виднелись коричневые пятна, скорее всего это была грязь, которая давно высохла, даже бы самая чистейшая вода не смогла бы убрать этот дефект. Наследник, не думая, направился к тому месту, где находился его ровесник. Его подчиненный не успел и слова вставить, ведь его господин уже устремился к углу здания. Принц лишь коротко бросил, что скоро вернется и не стоит идти за ним. Лян Вэньин мог не волноваться, что его заметят или узнают, ведь на его теле красовались просторные белые монашеские одежды, не давая и шанса разглядеть фигуру, того кто их носил. Его волосы закрывала доули, а пол лица было скрыто за тканями такого же цвета, как и одежда. Были только видны голубые, как чистое небо глаза с длинными ресницами. При взгляде на них, многим могло показаться, что на них смотрит не человек, а дикий зверь, который выжидал свою добычу, с целью напасть и разорвать ее. Когда Лян Вэньин оказался возле юноши, он опустил голову и без намека на презрение и отвращение спросил:   -Молодой господин, позвольте поинтересоваться, почему вы здесь абсолютно одни и не готовитесь к празднику? Молодой человек, приподняв голову, обращая свой взор на рядом стоявшего, лишь едва слышно шикнув, сказал с полным безразличием: -Почему этому достопочтенному есть дело до бедняка? Если решили поглумиться, то вы пришли не по адресу. Я не намерен развлекать вас. Лян Вэньину никто никогда не дерзил и не грубил, для него это было в новизну. В его мыслях не было оскорбить рядом сидящего человека, ему было не привычно видеть такой враждебный взгляд, он не хотел ухудшать ситуацию. Немного помолчав, Лян Вэньин посмотрел в янтарные, как медь, глаза и снова заговорил: -У этого достопочтенного не было и мысли каким-либо образом вас обидеть. Позвольте поинтересоваться, как я могу искупить свою вину? Юноша посмотрел на монаха с каким-то странным взглядом, но ничего не ответил. Принц подумал, что его слова не были восприняты в серьез. Не уж то его слова настолько оскорбили молодого человека? Но, что не так было в словах? Лян Вэньин не знал, что таким безобидным вопросом можно задеть на вид серьезного человека. -Этот достопочтенный насколько вас оскорбил? Может поможете мне узнать, как вам принести извинения? -Если у монаха не было скверных намерений, то и в извинениях нет нужды. Сказал юноша, коротко улыбнувшись и убрал руки за голову. -Позволите присесть рядом с вами? Юноша в серых одеяниях не понял намерений монаха: -Зачем монаху пачкать свои белые одеяния? И тем более проводить свое драгоценное время рядом с таким человеком вроде меня? Монахи же еще те честолюбцы и ищут себе подобных. -Не посчитайте за навязчивость, просто хотел найти собеседника. Юноша поинтересовался: -У монаха нет с кем можно поговорить? С репутацией монахов, это редкое явление. -Юный господин почти прав. Юноша снял верхнее одеянии и положил на землю: -Одежды не чистые, но по крайней мере, точно лучше грязной земли. Наследный принц обрадовался, что юноша не отказался от его компании. Лян Вэньин поинтересовался: -Все же позвольте узнать… Но не успев договорить, как его речь прервал Син Цзиньлун, который подошел к принцу так близко, насколько ему было дозволено, и чтобы никто не услышал их разговор: -Ваше высочество, мудрец Шэнь скоро прибудет к главным воротам. Лян Вэньин коротко кивнул, в знак того, что понял.  Он хотел попрощаться с юношей, но на месте никого не обнаружил. Наследник начал оглядываться по разным сторонам, пытаясь найти того, с кем недавно вел разговор, но попытки оказались щетны. Принц был огорчен, что не посидел рядом с ним и не поговорил, но, если таковы были желания молодого человека, наследник не мог им препятствовать. Подчиненный принца поинтересовался: -Ваше высочество, кем был тот юноша? Лян Вэньин отвел взгляд, где недавно сидел его ровесник и ответил, убрав руки в рукава монашеского одеяния: -К сожалению, мне не удалось этого узнать. -Ваш подчиненный помешал? Син Цзиньлун склонив голову, закончил: -Прошу простить, мне не было ведомо, что его высочество вел беседы. Лян Вэньин сказал: -Не склоняй голову. В этом нет твоей вины. Если молодой господин был намерен уйти, он бы в конечном итоге бы ушел и не важно, до твоего прихода или после. Направившись к воротам, Лян Вэньин волновался, что они прибудут позже его наставника, к его сожалению так это и оказалось. Мужчина высокого роста стоял с убранными руками за спину, его осанке могли позавидовать многие. Ветер развивал белоснежные одежды, делая его образ похожего на божество из книги, которое решилось спуститься с небес, чтобы дать наставление обычным смертным. Хоть на его лице была надета маска невозмутимости, принц знал, что в его душе играет недовольство. Ведь это как так можно, учитель вернулся спустя долгое время отсутствия, а его ученик даже не удостоил вовремя появится? Когда мужчины оказались на расстояние вытянутой руки, Лян Вэньин почтительно поклонился, и решил заговорить первым: -Наставник Шэнь, этот ученик понимает, что поступил, очень опрометчиво, не встретив вас вовремя. Если вы посчитаете нужным, то я приму должное наказание за свою дерзость. Учитель приподнял рукав, показывая, чтобы тот замолчал, дождавшись нужной реакции, он почтил его словом: -Сегодня у твоего наставника хорошее расположение духа, поэтому он не будет тебя наказывать.  Осмотрев юношу с ног до головы, он продолжил уже со сдержанной улыбкой: -Хоть мой ученик опоздал, он не забыл, что нужно выглядеть достойно перед учителем. Немного помолчав, он преподнёс рукав к подбородку и добавил, будто невзначай: -Весьма недурно. Лян Вэньин приподнял свои ресницы, которые были загнуты вверх, будто стремились достать солнце, устремив свой спокойный и не лишенный невинности взгляд на наставника. В этих глазах были лишь одно – счастье. На языке наследника вертелось много слов благодарности, но многие были настолько своевольные, что он не осмеливался их сказать, немного пораздумав, лишь коротко бросил: -Благодарю своего учителя. Он слишком добр к этому ученику. Перекинувшись еще пару формальностями, Шэнь Жонг* перешел сразу к делу. *Жонг-значение «лояльный, устойчивый» -Лян Вэньин, за время моего отсутствия здесь ничего не происходило? Не появлялось никакой нечисти? -Думаю учителю не нужно знать о мелких духах, они опасности никакой не несли. Кроме них никого не было. -Есть ли иные новости? -Нет учитель, насчет праздника вы и сами знаете. Шэнь Жонг коротко кивнул, подтверждая слова ученика. Грациозно убрав руки в рукава, они направились ко дворцу, но перед этим решили пройтись по улицам, где масштабно проводилась подготовка к празднику. Господин Шэнь рассказывал многое о своем путешествии, о том, как он смог убить демона второго ранга, о том, как спас целое поселение от бедствия волков-духов, о том, как нашел необычный веер, у которого видимо был хозяин, ведь от него исходила мощная энергия. Услышав о последнем, Син Цзиньлун едва заметно нахмурив брови, будто задумался о чем-то важном, но спустя некоторое время, его лицо вновь стало невозмутимым и безмятежным. Лян Вэньин внимал каждое слово мастера, но все-таки пробегал взглядом по улицам, с целью найти того незнакомца. Он надеялся, что юноша появится из-за угла, снова покажет свой облик, но к великому сожалению наследника, никого он не увидел. -Надеюсь, наша встреча не была последней. Подумал принц, продолжая слушать своего наставника. Но к своему удивлению, улицу на которую мужчины зашли не было и единой живой души. Словно это улица не столицы государства Лян, а мертвый город, в которой никогда не было живой души. Учитель все также рассказывал о своих подвигах, как вдруг у него в что-то в голове щелкнуло, и он резко перевел тему, спросив: -Лян Вэньин, тебе же исполнилось пятнадцать, так значит ты появишься на осеннем празднике как очень важный гость, ведь тебя никто и в глаза не видел и даже не знают, что ты за человек. В государстве Лян, никто не имеет права видеть члена императорской семьи, если ему не исполнилось пятнадцать лет. Кому это было позволено так это семье и прислуживающим во дворце. И причина тому, это инцидент, который случился много веков назад: Раньше такого закона даже и не существовало, все могли видеть детей императора, не боясь понести возможного наказания, так бы и продолжалось и дальше, если бы не смерть старшего сына, которому даже не исполнилось четырнадцати. Его ядро не успело до конца развиться, обычно формирование заканчивалась в пятнадцать, если ребенок способствовал этому, то могло и раньше.  Люди совершившие данное преступление, знали об этом и не стали медлить, решили умертвить его священным оружием, проткнув золотое ядро и сердце юноши, чтобы наверняка он не смог выжить. Когда император узнал об этом, его злости и отчаяния не было предела, он чуть своим гневом не уничтожил государство. Что его останавливало, так это то, что многие жители не виновны в этом. В мыслях императора не было умысла навредить всем, он хотел найти истинных виновником и наказать их с такой жестокостью, что многим и не снилось. Он понимал, что не имеет право распоряжаться жизнью других, но и просто простить и отпустить их тоже не мог. Его величество искало долго, ведь не хотел, чтобы пострадали невинные лишь из – за его мести. Найдя преступников, лишь богам известно, что с ними стало. Именно этот император вел закон, что только пятнадцатилетний может показать свой облик народу без какого-либо прикрытия. Лян Вэньин: -Знаю учитель. Вы же будете на преставлении этого ученика? -Я твой наставник, если представлять будут тебя, значит и меня тоже. Сказал Шэнь Жонг со серьезным лицом, поправляя кулон на груди, многим бы этот тон показался холодный как сталь в зимнюю пору, но принцу показалось, что в голосе учителя есть нотки радости и даже гордости. -Учитель. Резко обратился юноша к своему наставнику. -Тебе что-то интересно узнать? -Учитель прав. У меня вопрос, а что если у меня не получиться призвать священное оружие? -Почему ты волнуешься об этом? Сомневаешься, что я хорошо тебя обучал? В вопросе Шэнь Жонга прозвучал явный упрек. Наследнику не было стыдно, ведь посыл вопроса был другим, не его вина, что мастер по-другому истолковал вопрос, выставив принца за неблагодарного ученика.  Что он хотел делать в последнюю очередь, так это извиняться за непонимание учителя. Лян Вэньин коротко вздохнув, поправил своего наставника в его суждениях: -Учитель, вы немного не так истолковали вопрос этого ученика. Этот ученик не сомневается в вашем обучении и ее практичности, лишь хотел спросить, что будет если ни одно оружие не отзовётся на его призыв? Син Цзиньлун, который шел с ними до этого не проронил и слова, решил деликатно вникнуть в их разговор: -Ваше высочество, позвольте сказать одну вещь. Переведя свой взгляд на слугу, Лян Вэньин ответил: -Говори. -За нами кто- то следует. После этих слов учитель и юноша сосредоточили энергию внутри своего тела и поняли, что Син Цзиньлун не лжет. Они так сильно были заняты разговором, что даже не заметили, что на пустой улице появился человек, который точно не просто прогуливается. Шэнь Жонг, вскинув свой аккуратный подбородок, направил свой взор на верх, пытаясь найти того, кто за ними следовал.  Долго он не искал и спустя пару секунд сказал едва слышно: -Этот человек на крыше.