Сказки в канун Йоля

У России на ладони горсть снега, которую в скором времени преобразуют в снежок. Обычно так происходило в детстве и, совсем редко, в юности. Потому что она в какой-то момент решила, что слишком взрослая для игры в снежки с младшими братьями и сёстрами и возвращения домой в насквозь промокших варежках. Хотя, периодически, некоторым удавалось втянуть девушку в игру. У России на ладони лежит камень или ракушка, найденные во время прогулки, и попавшие под определение «красивое» или «необычное». Находка немедленно неслась отцу, что бы тот оценил вещь, которая заинтересовала творческую натуру девочки, воспринимавшей этот мир немного иначе, чем другие. У России на ладони весит венок из ромашек/цикория/одуванчиков, который девочка сплела для УССР. Поначалу венки получались не очень, но мальчик с благодарностью принимал подарок от сестры. Со временем, многое в их жизнях изменится, но традиция плести друг другу венки летом, а особенно в Русальную неделю и перед Ивана Купалой. Как и почему эта традиция сложилась — тайна, неизвестная никому, кроме РФ и Украины. И, возможно, Беларуси. У России на ладони лежит яблоко. Или пряник, или конфета. Привычка, оставшаяся с детско-юношеского периода, когда советские республики куда-то ходили всей кучей, и РСФСР, как самая старшая, брала с собой что-нибудь, на случай, если кто-то из младших проголодается. У России на ладони бутон розы, подаренный ей незнакомцем, которого, почему-то, видела только она. Таинственный незнакомец тогда сказал, что девочка подобна этому бутону — со временем станет ещё прекрасней. Для впечатлительной РСФСР происходящее казалось волшебством, сказкой, происходящей наяву. У России на ладони шрам, о происхождении которого девушка никогда никому не говорит. Некогда уродливо-багровый, а ныне побелевший, он проходил по диагонали, пересекая всю ладонь и деля линию жизни надвое.