Пролог
Они стояли полукругом, сияли ярко в темноте. Глаза их были скрыты шумом, а тело скрыл луны мотив. Слова их были равнодушны, хоть виноваты лишь они. Весь мир к ним равнодушен был, пока не свиделися с ним. Он здесь един, лишь он создатель, все сущее живет внутри. Когда миры он разрушает – вселенная благоухает. Спасенья просят у него, но у него нет ничего. Хранит лишь ключ созданья мира, о чем он, знает лишь могила, в которой похоронен он. У первой жизнь была мечтой, второй познал лишь горе, а третья жизнь добра была, пока не встретив палача, себя не потеряла. Четвёртый зависти лишен, зависим от учебы, а пятая глупа была, зато прозорлива, хитра, вокруг всех пальцев обвела. Лишь он, седьмой, не знал любви, все чувства были чужды. Он жил, растил, существовал для кучи. Его судьба предателем сочла, а он лишь усмехнулся. Я знаю что вам нужно – промолвил он и скрылся. Никто не смог найти его, ведь те не знали правду. Лишь та что звезды охраняла, сокрыла тень его души, и ничего, ищи свищи. Всех высших озарила ярость, он скрыл ключи от мира снов! Лишь женщина добра осталась, не перед кем не приклоняясь, покинула свой пост, скрываясь в пустоте. А он, создатель, видя мир, счел нужным очищенье. Создал он душу из кусков, что знала отмщенье. Она должна остаться святя, не обращаяся во тьму. – Промолвил старец, оставляя проклятым душам их судьбу. Те души мило покивали, скрывая подлое нутро, готовясь разорвать на части кристально чистое нутро. Она – печальное созданье, неполноценный инструмент. Все делала для посторонних и забывала о себе. Те видя все ее старанья, использовали, тьму тая. Со временем душа устала, ей не хватало ни тепла, ни времени, ни дозы рая и ни единого творца. Потом ее на век хватило, все чувства угасали вновь. Она про долг свой позабыла, впуская в сердце только злость. Те первые, лишь рады стали. - Она готова убивать. Используем его созданье для покорения небес. – промолвил главный для единения мудрец. – Творец возрадуется нами и восстановит мир пустой. Но он тогда был опечален. Едина светлая звезда лишилась дара предсказанья, превозмогая небеса. Его единая надежда разрушена была тогда, И как тогда все его сердце снова пожрала пустота. Он растворился в водной глади, в свеченьи звезд и плач луны, что так печален, он разносил на все миры. Сосуд созданный раскололся с исчезновение творца. Тогда вся боль и радость, горе, пропали с мира навсегда. Осталась лишь одна разруха и пустота царит кругом. Когда все чувства растворились и не осталось ничего, тогда в тех первых зародилось то, что миру не дано. Все зло, вся боль, что те когда-то совершались вернулась душам за грехи. Пропал весь мир, пропали сами. А виноваты лишь они. Их жадность до всего, губила, скрываясь тихо и ждала, когда же стало слишком поздно она сгубила небеса. Она права, что все то горе, что совершили мудрецы, должны поклясться перед богом, чтоб умалить свои грехи. Исправить души очень трудно, когда внутри обида жрет. Но свету стало равнодушно и никого не перебьет. Их извинения напрасны, бессмысленен их треп пустой. Она лишь мило улыбнулась, тая все то, что было в ней, и скрылась в поле для бездушных, храня покой той, что сильней. - Богиня звезд – ее родня, хоть небо скрыто для меня. Мне очень жаль ту светлу душу. Прошу, хоть, дай мне ей помочь! – смотря на старца одиноко, просил его другой старик. - Нельзя нам вмешиваться в мире где прорастает столько зла, но знаешь есть одна мысля, и коль верна она судьбе: спасет она подобных мне. И тех что к злому присягнули и тем, что сгинут в пустоте. А дальше неизвестно мне. Спасет их или покарает? – - Да черти с теми, кто их знает. А что за мысль, брат ответь? – спросила старика Астель. – И если сил моих хватает, хочу помочь с призывом я… - Достойна ли оно тебя? – - Хочу помочь одной девице, что по ошибке мудрецов попала в мир чудесных снов. Уж очень жаль девчушку эту… Её создатель с горя пал. Из-за проклятия богини, осколок чей живет внутри – он разрушение хранит. Тот самый первозданный хаос, что был когда-то в сердце Ши. – - Раз хочешь ты, то помоги. Я делать ничего не стану. Мои надежды заперты, раз ни один из тех созданий не смог спокойствия найти. Я буду просто наблюдать, я не хочу ничто менять. Раз я Создатель – дам им шанс. Пусть сами разберутся. – - Жестокий ты – ответил тень. – Но знаешь, я не лучше. Хоть все мы здесь, но каждый умер. Говорю про смерть внутри, что к чувствам стала равнодушна. Обидно то, что в мире том, нам не сыскать покоя. – - Ты прав, брат. Но сейчас, вопрос спасения миров стоит повыше этой темы. Я тоже много сожалений из того мира принесла, но дети, что вольны как феникс, с пепла восставать, спасут всех нас и все миры. Ну что? Что думаешь? – - Прости. Не долго жить осталось мне. Оставить что-то нужно тьме… А знаешь, забирай сосуд! – - Тот самый? Что из сердца У?! Ты вышел из ума старик! – - Возможно – старец говорит. С восходом солнца на один, осталася минута. – Надеюсь ту, что выбрал свет не тронет эта мука – он бледен, словно белый лист, а тело как песчаный берег. Рассыпался и был таков, оставив мирозданье. Твое желанье таково, Творец? Никто уж не ответит. Лишь тишина, на пару с ветром, весь пепел унесут с собой, даря необходимый, легкий бой, проигранный давно, вначале…
