Токийские мстители: история Королевы и Пса

Ёсикава накинула куртку и спустилась к гаражу. После разговора с Раном на повышенных тонах желание было только набить кому-нибудь рожу. Юки совершенно не была согласна с грязным решением Поднебесья тихо вынести капитанов. Но какой в этом смысл, если во главе все еще есть трио из Майки, Далии и Дракена. Почему никто не напал на них? Телефон зажужжал, а на экране высветилось сообщение от Какуче: «Прости. Я был против. Не вини братьев, это не их вина». Ёсикава сжала телефон. Рука тряслась. Ужасное чувство неизбежной беды поднималось по горлу. За что он извиняется? Что он может такого знать, что… Слова, сказанные когда-то Какуче, сами всплыли в голове: «Я люблю ее больше жизни. И не прощу никого, даже другого близкого человека, если ей причинят вред». Юки быстро завела байк. «Нет! Это не Эмма! Не только Эмма! Дэл!» Руки гудели из-за сильно сжатого руля, холодный ветер больно резал кожу. Несколько раз на крутых поворотах она чуть не слетела с байка. Сердце, казалось, стучит прямо в глотке. Каждый красный свет светофора вызывал недовольное рычание байка и самой девушки. Впереди мелькнул указатель на городское кладбище. Юки повернула и поехала медленнее из-за сужения дороги. Впереди появились две знакомые фигуры, стоящие около автоматов с напитками. Эмма как раз забирала любимую газировку. Ёсикава выдохнула и остановилась, поднимая лицо к небу. Её минуту совершенного спокойствия разорвал визг шин. Мимо пронесся байк, так близко, что саму девушку пошатнуло. Далия подняла голову и помахала, заметив красную голову Юки, но затем замерла. Послышался шум второго байка. Мимо Ёсикавы пронеслись двое, последний поднял над головой биту. Эмма была в нескольких метрах от нее. Сано поднялась от автомата: «Ты будешь с клубникой или с вишней?». — Эмма! Неожиданный крик напугал девочку. Она отшагнула в сторону дороги. Сано успела только обернуться и заметить биту в метре от ее лица. Канэко не успевала придумать ничего, что спасло бы их обеих. Слишком далеко, слишком быстро. На всей возможной скорости ног Дэл подбежала к Эмме и прижала к себе девочку, закрывая ее голову руками. Юки, уже догоняя нападавших, видела, как в замедленной съемке, кадры удары. Вот Канэко закрывает собой Эмму, но не успевает до конца развернуться. Сила и скорость удара биты приходится ровно по голове Дэл и ее руке, которой она закрыла голову Сано. В этот момент в ушах Далии стоял ужасный шум, но хруст собственных пальцев она слышала отчетливо. Их с Эммой тела откинуло к стене. В следующую секунду рядом упал байк Ёсикавы. Девушка обхватила руками голову Дэл и подняла ее с Эммы. Под головой Сано растекалась алая лужа. — Вези. Её. — Дэл! Далия! Не отключайся! Я заберу вас обеих! Дэл! — Спасай. Её… Приказ… Канэко отключилась, повисая в руках сестры. Юки взвыла и прижалась ухом к груди подруги. Еще бьется, значит, выживет. Ёсикава поднялась с асфальта и огляделась в поисках друзей: «Майки!». Неожиданно кто-то со всей силы ударил ее в живот. Юки прокашлялась и подняла глаза на напавшего. Ханма стоял над ней и победно ухмылялся: «Я заберу наш трофей, ты же не против?». Он двинулся к Далии и поднял ее с земли. — Стой на месте, мудень! И положи ее обратно! «Быстрее, Ханма! Майки уже бежит сюда!» — Кисаки поднял стекло шлема и махнул рукой. Юки дернулась в сторону громилы, но застыла, когда заметила в руках Тетты пистолет. Дуло было направлено в лежащую на земле Сано. — Сделай еще шаг — и ее мозги будут на асфальте! — Ты не посмеешь! — Проверим? Кисаки снял предохранитель и прицелился. Юки едва дышала. — Дай нам спокойно уйти и спасай маленькую Сано. Или в твоем списке потерь станет на два имени больше. Пока Тетта отвлекал Ёсикаву, Ханма уже сел обратно на байк. Мотор взревел. Кисаки опустил стекло шлема и убрал пистолет: «Битва. Сегодня в 8 вечера. 7 пристань Ёкогамы. Это конец, Ёсикава Юки». Визг шин ударил по ушам, а издалека послышались голоса. — Дэл! — Эмма! — Юки, что здесь случилось?! Девушка повернулась к подбегающему Майки лицом. Сано замер, глядя в пустой взгляд и дорожки из слез. — Кисаки… Ударил Эмму… Дэл закрыла ее. Они забрали ее… Эмма… Наконец она вспомнила о маленькой Сано. Вместе с Манджиро они подняли ее с земли. Сердце билось, девушка дышала. — Я отнесу ее в больницу! Давай, помогите мне. Юки прижала к себе Эмму, приходящую в сознание: «Нет, я сама ее отвезу. Ты не успеешь. А на байке это будет 2 минуты». Не дожидаясь согласия, она подошла к байку, который поднял с земли Такемичи. Парень помог ей сесть вместе с Эммой. — Юки… — Верь в меня и в нее. И давайте за нами! Мотоцикл взревел и сорвался с места. Майки и Такемичи поспешили следом. «Живи, милая. Только дыши, слышишь меня?!» — Юки прижимала к себе разбитую голову Эммы и неслась на байке в больницу. Ужасные мысли о неизбежности судьбы сгущались тучей над ее головой. Она вспоминала, как все ее старания уже один раз рассыпались прахом в ее руках и оставили на ее сердце шрам. Девочка тяжело дышала, начиная приходить в сознание. Из глаз Юки побежали слезы. Если Эмма умрет, то ужасного будущего не избежать. Если Эмма умрет, то она сама придет за головой Кисаки. Если Эмма умрет, то жертва Дэл… Далия… Все, что видела Ёсикава, это как Ханма подхватил бездыханное тело подруги и увез в неизвестном направлении. Юки сжала руль, ускоряясь. Неужели невозможно спасти одну жизнь, не потеряв другую?! Почему она не подъехала сразу?! Почему Какуче не написал раньше?! Юки бросила байк у входа в больницу и понесла Эмму внутрь. Майки и Такемичи прибежали через 10 минут, а еще через 3 приехал Дракен. Кен был взбешен и встревожен. Вдвоем с Манджиро они вышли на улицу, после чего Майки вернулся первым и изрядно побитым: «Где Дэл?». Ёсикава отняла голову от рук и посмотрела на стоящего над ней Сано: «Откуда мне знать?». Взгляд Майки был черным и отстраненным: «А кто знает? Ты была рядом». Юки закричала: — Пошел ты нахуй! Это все ты! Ты, блять! Не можешь разобраться со всем дерьмом, которое натворил за столько лет и теперь расплачиваются они! Эмма и Дэл! Скажи мне, Сано, хоть кто-то из близких тебе людей доживает до старости?! Все, кто связан с тобой, должны умереть?! — Ты обязана найти ее. Это твоя ошибка. — Иди к черту! Сдохнуть должен только ты! Такемичи схватил Юки за руку: «Хватит! Пожалуйста! Нам всем больно и страшно!». Девушка оттолкнула Ханагаки, роняя его на пол. — Горите все в аду! Она умрет из-за тебя, Сано! А затем я приду за тобой! Ты мне не командир, не герой, не капитан, не семья! Ты мне никто! Ты мне враг! Приказывай своим собачкам! Я и без тебя знаю, что мне делать! Убить Курокаву… Такемичи поднялся с пола и обхватил Ёсикаву руками: «Пожалуйста, Юки! Хватит! Остались только мы! Мы должны быть рядом!». Тут последняя капля спокойствия растворилась в море гнева. — Отойди. Или будешь первым, по кому я пройдусь. Ты виноват не меньше этого урода. Ты все знал. ТАК ГДЕ ТЫ БЫЛ, ХАНАГАКИ ТАКЕМИЧИ?! ГДЕ ТЫ БЫЛ?! А? НАШ ГЕРОЙ! Парень разжал хватку и упал обратно на пол. Юки подошла к Дракену и прижалась лбом к его груди: «Она любит тебя. Когда она очнется, будь рядом и скажи, что тоже ее любишь. Будь с ней, Дракен. А я пойду и спущусь в ад». — Юки… — Битва в 8. На 7 пристани Ёкогамы. Не приходите. Пусть победят. В этом уже нет смысла. Девушка вышла в коридор, где столкнулась с Хинатой. Полностью проигнорировав девушку, Юки спустилась на улицу. Ран не брал трубку. Телефон Какуче вообще был отключен. Девушка выругалась и поехала в сторону кладбища, а там направилась следом за Ханмой и Кисаки в сторону Ёкогамы. Часы показывали без 10 минут 8 вечера. Юки открыла сообщения. Мичи Ханагаки 1 час назад *Собрание Свастонов в 8 у храма *Мы пойдем *Даже один я пойду Девушка убрала телефон обратно и ударила по газам: «Самоубийца».

********

— Дела обстоят как нельзя херово. У 2, 3 и 4 отрядов нет капитанов. Пятый отряд предал нас. Звучит ужасно, но это не значит, что мы сдадимся Поднебесью. — Майки и Дракен сейчас с Эммой! Им не до драки! Сестра Главы в больнице! — Ребята, пожал… Неожиданно раздался громкий голос: «Не бздеть раньше времени!». Свастоны обернулись, к ним медленно шла Ёсикава. Ее лицо не выражало никаких эмоций, только гнев. Такемичи смотрел на нее с жалостью, Чифую постарался подойти, но девушка оттолкнула руку. Она поднялась на место, где раньше стояла ее Далия вместе с Майки и Дракеном. Теперь на испуганную толпу с возвышения смотрели Юки и Такемичи. — Ясухиро Мутто предал вас: избил Ханагаки, Инуи и украл Коко. На Нахою и Мицую напали со спины Хайтани и усадили в инвалидную коляску. На Сано Эмму напал Кисаки Тетта. Вы слышите? Он ввязал в войну невиновного! Он напал на беззащитную девочку! Эмму собой закрыла Далия, ваш вице-командир! Поднебесье украло Далию! И я не… Толпа взревела: — Где она? — Куда ее увезли? — Ты нашла ее? — Нам пиздец — Нельзя идти с ними биться Юки набрала в легкие воздуха и вскричала: «Завалитесь нахуй! Я искала ее везде! Ее нигде нет! Может, они уже закопали ее! Может, душат в эту секунду. Я сегодня своими глазами видела, как с дорогими мне людьми случилось ужасное! И я не собираюсь сидеть и лить слезы. Сегодня я пойду и вытрясу душу из каждого из небесных королей! Такемичи прав! Вам не нужен Майки для победы! Нет капитанов? А зачем вам блять заместители?! Вы Свастоны или кто? Ебаная кучка трусливых обмудков?! Если вы ссыте идти против Поднебесья, то вы не достойны ходить под флагом Токийской Свастики! Сегодня я объявляю войну Курокаве Изане! С вами или без вас я пойду и набью ему рожу!». Ханагаки встревоженно оглядывал ребят: — Назад пути нет. С Майки или без него, мы выйдем на эту битву. Я и Юки! Чифую, Хаккай, Пеян и Соя выступили вперед: «Мы с вами!». Оставшиеся 40 человек Токийской Свастики зашептались, а затем толпа постепенно стала поднимать кулаки вверх. Ёсикава улыбнулась. Вот и все. 50 Свастонов против 400 человек Поднебесья. Это избиение, а не битва. Они ведут этих ребят на смерть. Смерть Токийской Свастики. Выиграть у Курокавы невозможно. Юки знала об этом. Поэтому выбрала себя, как того, кого будет не жалко. Чифую подошел к ней в толпе и сжал руку: «Ты хоть немного уверена в том, что делаешь? Ты не обязана. Свастоны больше не часть тебя». — Сомневаешься во мне? Проблемы Дэл — мои проблемы. Я не упущу отомстить за всю причиненную мне боль. Как минимум, троим в Поднебесье я вмажу. — Сомневаюсь, что ты понимаешь против кого идешь. У тебя своя жизнь. Парень. Иди и живи. — Чего? Что ты несешь? Я все еще люблю Кейске… Так ты. Вот, почему ты не пришел. Ты видел меня с Какуче. Если тебя это так волнует сейчас, то нет. Он мне друг. А что же до Курокавы. Он не имел права трогать то, что принадлежит мне! Мне похеру на всех! Но Далия — это предел, который Курокава достиг. Либо я, либо он. Даже если я умру, я сожму холодные руки на его шее и буду душить, пока он не уйдет за мной. «Не превращайся в Баджи!» — зеленые глаза Чифую выражали совершенный ужас. Он уже видел такой взгляд, как у нее. Тогда Кейске всадил себе нож в живот. Юки выдернула руку и прошептала: — Я всегда им была. Она ушла вперед, теряясь в толпе черных курток.

*****

Курокава открыл и без того сбитую с петель дверь ногой от злости: «Вы придурки? Из-за вас я не посетил могилу брата. Объясните, какого хуя мне звонит Хитто и говорит, что вы нарушили мой приказ? Если Эмма убита, вы следующие. Или ты до сих пор камнем для связи пользуешься, Кисаки?». Его фиолетовые глаза пылали яростью. «Девка жива», — протирая очки, ответил на крик Тетта. «Это Эммма?» — Изана замер в ожидании. По ступням пронесся холодок несостоявшейся смерти сестры. Только теперь ярость уступила здравому смыслу. Курокава впился взглядом в стул, на котором от его появления вжалось женское тельце. «Это лучше, босс. Девушка Майки», — Ханма схватил подбородок девушки через мешок на ее голове. Помещение заполнили звуки, по которым даже через кляп можно было расслышать угрозы и ненависть. «Вы конченные или да? Мы не берем пленников. Вы в детстве в войнушки не доиграли, обдолбыши?» — Какуче вышел из-за спины Изаны и хотел было начать развязывать девушку, но его остановил Курокава. — Вы понимаете, что теперь будет, если отпустить её? В колонии давно не сидели? Она растреплет всем о произошедшем. Как только вам в голову это пришло? Кисаки всё ещё нудно протирал свои очки: «Ты сам сказал мне действовать на свое усмотрение. Если Майки будет думать, что она мертва, всё закончится быстро». Прошедшей ночью встреча была не только у Свастонов, но и у Поднебесья. И это явно не устраивало Курокаву: «Все в сборе. Говорите реще, что вам нужно». «Как я уже говорил, почти все сильные звенья Тосвы выведены из строя. Мы избавились от Такаши и Нахои. Осталось малое: Кен Рюгудзи, Манджиро Сано, Далия Канэко», — стекла очков Тета бликовали от качающейся на потолке лампочки. «Против них будет четыре Небесных короля. У них нет шансов», — Изана направился к выходу. «Муче избит. Хоть ты и заставил его выйти на бой. Он не будет играть в полную силу. А ещё ты запретил нам трогать Эмму Сано», — Кисаки окликнул босса. «Видимо, братские чувства сыграли», — рассмеялся Ханма. Тетта продолжил: «Но новый план выведет из игры главную фигуру. Уберем Королеву гопников так же, как сделали это с капитанами 2 и 4 отряда. Только окончательно. И Майки, оплакивая ее, обеспечит Тосве сокрушительное поражение». Ран зевнул и потянулся: «Не нарывайся, Кисаки. Мы и без этого раскатаем школьников за считанные минуты». Изана глянул на время: «Я сказал уже. Я запрещаю убивать. С остальным делайте, что хотите. Мне плевать». Глава Поднебесья спешно покинул место собрания. Какуче оскалился на Кисаки: «Если вы кого-то убьете, то я лично уничтожу вас. Я понесу потом наказание перед Поднебесьем. Но и вам жизни не дам». Ханма любовался обстановкой, которая явно его забавляла: «Наша звездная кукла Дэл вселяла слишком много уверенности Свастонам. Особенно после того, как отделала Муче и отрезала Рану косички. Кисаки придумал, как это исправить». — Звание долбаебов года переходит вам. Вы хотите сказать, что эта баба с мешком на голове отделала Муче до того состояния, в котором я видел его вчера? — Именно. Но теперь Свастоны не получат её назад. Какуче начал захлебываться от ярости: «То есть мы теперь крадем и бьем девочек?! Что дальше? Пистолеты на драках? Как низко мы продолжим падать с тобой, Кисаки?!» — Какучё, у нас есть пленник, на которого можно будет повесить всё, что произойдет сегодня. Так что я делаю всё для нашей защиты, пока ты просто пиздишь. У меня есть запись с камер, где Канэко до полусмерти отделала одну из мелких группировок. Конечно, она делала это якобы для защиты мелкой Сано, но… Очевидно, она бы убила их, если бы не вмешался Майки. Так что повесить на нее сегодняшнюю драку будет очень просто. И ты реально будешь называть её девочкой? Девочка — та, у которой есть хоть какие-то задатки женщины. А эта со своим псинообразным недоноском не входят в эти ряды. Ран вступил в перепалку: «Будь поаккуратнее со словами, обнюхыш. В отличие от тебя я могу остановить Тосву сам. Не врезаясь для этого битой на полной скорости в каждого по отдельности». Какуче указал Изане на то, что белый тканевый мешок уже наполовину был пропитан кровью: «Она потеряет сознание скоро». — Уже теряла. — И вы так спокойно об этом говорите, мудозвоны? «Да ничего с ней не будет», — Ханма вновь приподнял аккуратный подбородок. Ткань начала сползать с головы девушки, обнажая длинные сережки. Помещение расплывалось перед Изаной, который не верил своим глазам. — Вице-командир Тосвы — девушка Майки? — Так точно. Очередной том захлопнулся на столе перед изучающей митоз парой. «Я окончательно запуталась», — светлые локоны расплылись по его тетради. — Давай вернемся к основам. Смотри, здесь хорошо изображено распределение хромосом на дочерние ядра. — Я уверена в своих знаниях о хромосомах только в том, что у меня их 47. «Твой юмор устал вместе с тобой, — парень похлопал девушку по спине, — Я тоже долго разбирал эту тему. Без учителя сложно что-то проходить». — Наверное. Если бы не ты, я бы уже часа два дома заедала грусть сладостями. — Думаю, твой парень не дал бы тебе грустить. — Он…он занят. То есть… Если честно, я стараюсь не особо часто говорить с ним о своих интересах. У него они другие. Не хочу жаловаться. Давай закроем тему. — Да нет, расскажи мне о нем. Мне интересно всё о тебе. — У него большая компания друзей, с которыми он проводит часто время. Но все они видят в нем какого-то Бога. Иногда меня это жутко раздражает. — Это же естественно. Слабые подчиняются сильным и кучкуются около них. — Миром должен править мозг, а не сила. — Это против законы природы. Ведь тебе же нравится, что он может тебя защитить? Ты умная, а он сильный. Баланс любых отношений. — А тебе тогда нужна сильная девушка, раз ты умный? — Мне нужна… Слушай, столько времени уже, давай закругляться. Я провожу тебя. — Хэй! Нет! Ты почти произнес имя. Я хочу знать, кто она. «А мы не хотим!» — дама с соседнего ряда жутко глянула на пару и указала им на выход. «Вот вы и останетесь без самых свежих сплетен Токио», — Далия высунула язык в адрес обидчицы. В этой истории сходилось абсолютно всё, кроме желания Изаны видеть её лицо именно сейчас. В его планы на неё входило так много. Но только не это. Он столько времени пытался скрыть себя настоящего от Мичико, даже не догадываясь, что не только он «украл» новую личность. И пусть даже дверь за его спиной была выбита, идти было некуда. Курокава кивнул Какуче в сторону девушки.       Хитто снял мешок. Далия всё это время пыталась не верить неоспоримым фактам и объяснить логически схожесть голосов, но теперь она видела его своими глазами. Она не смогла издать даже писк. Слезы вырывались наружу, в висках пульсировала боль, а мозг кричал «Только не показывай слабость». Мышцы сжались от разливающейся боли. В ответ на бурю эмоций в глазах девушки Изана не сделал ни шагу. Какуче нежно расстегнул кляп. Когда ее волосы вновь колыхнулись, он не мог не заметить столь знакомые сережки с луной на красном небе. Командир Поднебесья и его правая рука быстро уединились на заднем дворе, пока девушка внутри заставляла себя терпеть всё, не выдавая отчаяния. — Это Мичико. — Ты не мог. Как ты вообще связался именно с ней? Почему из всех именно она, чел?! — Потому что не мог даже подумать, что та, которая светится от счастья во время учебы, умеет принимать решения и не лезет туда, куда её не приглашают, окажется одним из самых знаменитых гопников Токио. — Думаешь, наебенить Муче ее приглашали? — Если бы не она, я бы никогда не понял, какую ошибку мог совершить с Эммой. Ее отношения с сестрой многое поменяли во мне. — Давай отпустим ее. Пусть Сано заберет ее. Это нечестная игра. — Нет… Нет. Не отпустим. — Решил держать силой? Думаешь, она тебя простит? А как же твой план становиться лучше? А? — Нет, не простит. Я должен был догадаться. Всё лучшее, что могло быть моим, принадлежит одному Майки. Он всегда забирал всё. Всегда имел то, о чем я лишь мечтал. Пусть она уходит сразу после битвы. Но там её не будет. Всё понял? Ты ответственный за то, что я больше не увижу Мичико. То есть… Далию Канэко. Королеву гопников, заместителя и девушку Манджиро Сано. За своим разговором парни не слышали смех Ханмы из помещения: «Готова, киса?». Далия уже прекратила пытаться освободиться силой, зато старалась пользоваться уединением с Шуджи: «Развяжи сначала, не будь трусом». «Как бы я хотел заткнуть твой милый ротик», — Ханме так нравилось чувствовать свое превосходство. Но его одернули: «Забыл, кому вы все, бляди, подчиняетесь?». Изана стоял с занесенным кулаком. — Хэй. Да что тебе не нравится? — Что вы наворотили столько дел, уебок. — Да всё закончится отлично. Кисаки всё уже продумал. А я просто хочу повеселиться. Это же прикольно. «У тебя необоснованный выброс тестостерона, придурок. Ты даже себя в руки взять не можешь», — Канэко бредила попытками напомнить Курокаве об их вечерах в библиотеке и об их споре о гормонах. «Неправда! Если я отстаиваю личные границы, то у меня тоже скачок тестостерона по сравнению с окситоцином будет, как и у мужчины», — девушка жестикулировала так сильно, что рожок мороженого уткнулся в нос парня. «Мезехико» шмыгнул измазанным носом и с каменным выражением лица ткнул мятным пломбиром с шоколадной крошкой в слегка курносый нос «Мичико». «Да, но поводов у тебя на это будет меньше, чем у мужчины. Я, конечно, не преуменьшаю женскую силу, но согласись, что баба с завышенным тестостероном будет выглядеть стремно». «Да ну нет. Ты даже не заметишь. Откуда ты знаешь, может, я вся была волосатая, но выдернула всё, а? И вообще, по статистике, у многих женщин есть этот дисбаланс», — «Мичико» не унималась и испачкала ещё и щеки «Мезехико», не меняя задумчивости в выражении лица. «Ты либо хочешь доказать мне гладкость своих ног, либо проверить уровень моего тестостерона», — парень наконец снял гримасу «я самый умный» и засмеялся. Чувство сожаления, злости и растерянности бушевали в Курокаве. Он впервые за долгое время чувствовал себя беззащитным. Какучё позвал Ханму к себе одним взглядом. И вот, Дэл и Изана снова наедине. Но теперь девушка привязана к стулу, а Курокава к тому, что натворила его группировка. «Отпусти меня», — Далия наконец выдавила из себя хоть что-то. «Сегодня Тосва падет. И тебе там делать нечего, — Курокава встал спиной к ней, — На тебе сережки…» — Развяжешь — я верну. — Ты же понимаешь, что только тут десяток моих парней и тебе лучше не пытаться сбежать? — Просто развяжи. — Муче слабак. Но не остальные тут. Не лезь просто. Просто не лезь. — Ты совсем меня не знаешь — А вот тут ты ошибаешься Канэко сорвалась на рычание: «Я тебя ненавижу. Ты псих! Ебанный псих!». Курокава подошёл ближе и вдохнул запах ее волос, перемешанный с кровью: «А я думал, ты влюбилась. Это же было так просто: найти тебя и привязать к себе. Я же почти заставил тебя предать паршивого Майки. Всё бы получилось, если бы не долбаеб Кисаки. Ты слишком хорошая для этой жизни, слишком правильная». — А ты конченный мудаеб. Но тебе не победить Майки. Он сильнее тебя. У него есть то, о чем ты можешь только мечтать. — Я бы хотел, чтобы ты была свидетелем падения Тосвы. Но не могу всё отмотать назад, принцесса. Ой, то есть Королева. «Не называй меня так!» — Далия со стулом упала вниз от попытки выбраться. «Нам пора» — Ханма вошел обратно и усмехнулся, глядя на развернувшуюся картину. «Хитто, выполни мой приказ. И присоединяйся. Не смей опоздать на похороны Сано», — Курокава был уверен, что в последний раз смотрит в глаза девушки.