Ладно я злодей, но сейчас не собираюсь злодействовать

- Можно я ему расскажу? – Нетерпеливо спросил Панталоне. - Нет, я запрещаю. – Повернулся к предвестнику Дотторе. Голубые пряди недовольно подпрыгнули при повороте. - Ну, перестань, тебе что, жалко?! – Отмахнулся брюнет. - Угомонились. Оба. – Прервал их Пьеро. – Дети малые просто. Панталоне закатил глаза. - Тарталья, - обратился к Чайльду Шут. – Наш Дотторе создал одну сыворотку, благодаря которой человек физические качества человека становятся в разы лучше, да и, мозговая активность увеличивается. Ты станешь более умным и сильным, если проще. Ты сможешь намного лучше использовать гидро и электро элементы. Тебе откроются возможности, что не мог использовать раньше, так как твой организм не мог выдержать такой нагрузки. «О полном повиновении и помутнении разума ты решил умолчать? Молодец, пять баллов». – Подумал Дотторе. - На кандидата такого воина есть всего двое. Ты, или Предвестница номер 2.0. Проблема вся в том, что именно физические показатели у нее страдают, сердце слабое, и прочее, и она может не выжить. У Чайльда похолодело все внутри. Они долгое время с ней почти не разговаривали, из-за страха близости Аякса, но терять он ее явно не собирался. Да и, хотел ей предложить провести новый год вдвоем, и перебороть этот страх путем приглашения. Мысли спутались, голова закружилась, ноги стали ватными. - Так вот, у тебя выбор: либо ты, либо твои амбиции, силу, признание получит она. Ты же не хочешь упустить такую возможность? – Пьеро продолжал давить на Чайльда. – Решение нужно принять именно сейчас, никак иначе. - Конечно, я согласен. – Заикнулся Чайльд. Панталоне одобрительно кивнул, на лице доктора явилась безумная улыбка с оскалом зубов. Только лишь Пьеро сохранял невозмутимый вид. - Тогда подпиши эти документики. Всего лишь две подписи. – Панталоне достал из-за пазухи два документа, на которых было написано, что Чайльд дает добровольное согласие на участие в эксперименте на благо медицины Снежной. Взяв ручку, Чайльд дрожащей рукой подписал документ. «Сыворотка совершенно новая, а если, еще не было испытуемых? Вдруг, я умру?» - Смутился Чайльд, но было уже поздно. Документ был подписан. В двух экземплярах. Дотторе слишком любил цифру 2. - И так, не будем тянуть. Раздевайся. - Прям весь что ль? – Нахмурился Тарталья. - Перчатки, торс, обувь. – Раздраженно сказал Дотторе, включая приборы на столе. – Затем ложись сюда, на эту кушетку. Пьеро и Панталоне отошли в темный угол, и стали наблюдать. В это время Дотторе надевал белый халат и резиновые перчатки. Чайльд лег на холодную кушетку и поежился. Кожа сразу стала гусиной. Посмотрев на сжавшегося Чайльда, Дотторе тихо посмеялся. Нажав на кнопку, включил обогреватели по сторонам от угла, где были Тарталья и сам доктор. Сразу стало теплее, и Тарталья постарался расслабиться, пытаясь сделать дыхание ровным. Дотторе приклеил к коже в области сердца три датчика. Первый прибор запищал, заявляя об ударах сердца в минуту, давлении Чайльда. На правое запястье Дотторе прицепил электрод, для дополнительного сведения о пульсе Тартальи. - Показатели в норме. – Произнес доктор, посмотрев на цифры в приборах. – Позовите Капитано, его физическая сила может пригодиться. - Для чего? – Тревожность не покидала Аякса. Он уже жалел, что согласился на это. - Для проверки после, ничего такого. – Попытался выкрутиться Дотторе. Тарталья принял это за чистую монету. Все же, вино, ударившее в голову, притупило критическое мышление. Через пару минут зашел Капитано. - Арлекино и Сандроне отвлекают ее. Приступайте. – Капитан захлопнул дверь на замок. - Ну, все, с меня хватит. Отказываюсь принимать в этом участие. – Тарталья присел, но в итоге, получил в шею резкий укол снотворного.

***

Очнулся Аякс уже привязанный за руки и ноги к той же койке. - Время только впустую потратили. Начнем. – Рыкнул Дотторе. Он подошел к сейфу. Введя пароль, он достал оттуда шприцы с готовой сывороткой. Момент истины настал. Тарталья хотел вырваться, но хоть мозг пробудился ото сна, мышцы все еще были расслаблены, и не слушались его. Он попытался закричать, но получил пощечину. - Закройся уже. – Рыкнул уже Панталоне, подойдя к кушетке. Жестом доктор приказал отойти в сторону другу, и подошел к Чайльду. - Неужели, мы сможем создать существо, что выше богов? Существо, которое будет впитывать силу элементов с легкостью, будет непобедимой машиной для убийств, и под нашим контролем? – Безумно размышлял Дотторе вслух, протирая ваткой со спиртом вену на руке молодого предвестника. Тот лишь молча, с ужасом наблюдал за происходящим. Игла блеснула в свете ламп. Оранжевая жидкость лениво потекла по вене, перемешиваясь с каплями крови, меняя свой цвет на более коричневый. У Аякса в зобу дыхание сперло. Ноги похолодели, а глаза непрерывно наблюдали за тем, как неизвестное вещество ему вводят в его тело. Когда первый шприц был введен, игла осталась в вене. Дотторе аккуратным и легким движением сменил шприц, и стал вводить вторую дозу. «Чего мелочиться? Он здоров как бык, переживет». – Подумал Дотторе. Панталоне сделал снимок. Для истории, так сказать. Эта минута длилась для Тартальи вечно. Но вот, ему уже Иль Дотторе сгибает руку с ватой, приговаривая: «а подготовлений сколько было». Наступила гробовая тишина. Аякс прислушивался к своим ощущениям. - Что чувствуешь? – Поинтересовался врач. - Пока что ничего. – Протянул Аякс. Но, через секунду его мнение поменялось. Тело начала жутко ломить, как при температуре 39,8 и стало очень холодно. - Сейчас тело очень сильно ломит. – Язык стал заплетаться, а боль усилилась. - Пульс поднялся с 90 до 140. – Посмотрел Дотторе на мониторы. Через минуту Аякс уже орал от боли. Кости внутри словно крошились на кусочки, мышцы разрывало словно ткань. Его бросало то в жар, то в холод. На грудь словно давила каменная плита, а шею будто сжимали проводами. Попытки заткнуть Аякса были бесполезны. Он извивался как уж на сковороде. Все тело покрылось липким потом. Волосы прилипли ко лбу, закрывая обзор Чайльду. - Смотри! – Капитано указал на пресс Чайльда. Когда-то слабо просвечивающиеся кубики мышц превратились в настоящий плотный рельеф, а на руках, что стали тоже более мускулистыми стали лучше просвечиваться вены. Грудь Чайльда прерывисто поднималась, и опускалась. Едва заметные через рыжую шевелюру белки в глазах покраснели, почти став алыми. Дотторе ничего не делал, просто молча, наблюдал. Тарталья так сильно дергался и бился, что ремни, что сдерживали его, не выдержали, и разорвались. - НЕ ДАЙТЕ ЕМУ УЙТИ.- Дотторе схватил Аякса за плечи. Но тот прекратил сопротивление. Все стояли наготове, выжидая, что Аякс попытается уйти, но этого не происходило. Предвестник сидел некоторое время неподвижно, и только лишь слышалось его прерывистое дыхание, выходящее паром из его рта. - Ты как? – Поинтересовался Дотторе. - Отпустите мои плечи, господин. Я хочу опустить ноги на пол, мне неудобно так сидеть. – Ровным, безэмоциональным голосом сказал Тарталья. «Господин?» - Пронеслось эхом в голове Дотторе. - «Неужели, у меня получилось?». Он отошел на пару шагов назад, дав сесть Чайльду. Тот свесил ноги с кушетки, продолжая смотреть лицом в пол. Остальные предвестники подошли поближе, рассмотреть творение. Когда они подошли поближе, то Чайльд поднял голову, смотря только лишь на Дотторе. - К вашим услугам, господин. - Оказывается, для нормального общения со мной надо было лишь уколоть тебя. – Хмыкнул доктор. – Как тебя зовут? - Я 11-й предвестник фатуи, Тарталья. Кодовое имя: Чайльд. – Глаза Аякса были пусты, полузакрытые; а голос не подавал той живности, что была раннее. - Отлично. Ты помнишь, что было раньше? – Спросил Пьеро. - Да. – Кивнул Аякс. – Я все помню, но эти воспоминания не имеют значения, они серы и скудны. Но при этом, - Тарталья фальшиво улыбнулся, и голос стал прежним. – я могу играть ту улыбку, что была раньше. - Все еще лучше, чем я предполагал. – На лице Дотторе явилась безумная улыбка, и он радостно засмеялся. – Дай-ка взгляну на шею. Тарталья, словно кукла повернул голову в сторону. Дотторе снял перчатки, и посмотрел на сонную артерию, что ярко виднелась после приступа. В ней виднелся маленький шарик, меньше горошинки; проведя пальцем по бугорку, что виднелся на коже, можно было почувствовать, насколько он плотный. Аккуратно надавив на него, он будто взорвался, забрызгивая все внутри. На удивление, Тарталья даже бровью не повел, тогда когда Капитано и Панталоне поморщились, будто почувствовали эту боль. - Что чувствуешь? – Спросил Дотторе. - Ничего, кроме желания служить на благо Ее Величества Царицы и вам, господин. – Пожал плечами Чайльд. - Шарик будет скатываться в этом месте раз в пару дней. Будешь слегка надавливать, чтобы не образовалась пробка. Не щипай, иначе произойдет сильный взрыв, и тебе оторвет башку. – Наставлял врач. – Все понял? - Да. Какое мое следующее задание? – Спросил Тарталья. - Ты подчиняешься всем предвестникам, кроме 2.0. – Сказал Дотторе. – Другие приказы ты не смеешь выполнять. - Сейчас тебе надо соблазнить предвестника 2.0. – Начал речь Пьеро. – Вы с ней хорошие друзья, и судя по ее поведению, она испытывает к тебе симпатию. Соблазнять надо как настоящий джентльмен, а не как животное из бара. Будешь как награда и поблажка для тебя и нее. - Как соблазнишь, и переспите в северной башне, и ее кожа будет открыта, вкалывай в правую верхнюю часть ягодицы это. – Дотторе протянул ему шприц. – Это снотворное. Изображай себя жизнерадостным, или как ты себя обычно с ней вел. Как усыпишь, в тумбочке лежит уже готовая пижама для моей лаборатории. Как она будет готовая, то неси через секретный вход в мою лабораторию. Он здесь. Закончив свою речь, Дотторе показал проход в стене, дверью которой выступал стеллаж с книгами (который был муляжом, конечно же). - А если она не поведется? – Спросил Чайльд, выслушав инструктаж. - Хуярь в область сердца. – Ответил безразлично Дотторе. – Лекарство само всю работу сделает. Так не интересно, конечно же, но будем надеяться на первый вариант событий. Педролино, Панталоне и Капитано ушли обратно в зал, а Дотторе помог подопытному встать, обтереться от пота и прочего, и одеться.

ЧУТЬ ПОЗЖЕ В ЗАЛЕ

Тарталья натянул виноватую и глуповатую улыбку, и направился к Люмин. - Где ты был? Я тебя 40 минут прождала! – Выругалась девушка. - Прости, там возникли пару проблем, пришлось решать. – Вздохнул Чайльд. Судя по лицу девушки, она поверила, и в подробности не стала вникать. [а сейчас автор предлагает всем дружно включить «Александр Рыбак Fairytale», для более глубокого погружения:}] Неожиданно музыка прекратилась. В центр зала вышел Педролино с бокалом шампанского, и произнес речь: - Дорогие жители Снежной, от своего имени и имени Её Величества Царицы поздравляю всех с наступающим новым годом! Пусть все беды останутся в этом году, а в новом году Снежная и все мы будем процветать! С наступающим! - С наступающим! – Ответила толпа, и все выпили из своих стеклянных бокалов. - Да начнется музыка! – Произнес Пульчинелла. - Могу ли я в знак извинения пригласить тебя на танец? – Тарталья загадочно улыбнулся, и протянул руку в идеально белой перчатке. - Ой, если честно, я никогда не танцевала. – Заведя прядь за ухо, поставила бокал на стол Люмин. Нельзя было не заметить ее румянца на щеках от смущения. - Правда? Ты так много путешествовала, и не умеешь танцевать вальс? – Выгнул бровь Тарталья. - Да. – Тихо и со стыдом произнесла девушка. - Я тебя научу, пойдем. – Тарталья посмотрел с нежностью на нее. Как жаль, что это были фальшивые эмоции. Девушка затаив дыхание, протянула тонкую и изящную руку в черной кружевной перчатке Тарталье. Тот повел ее прямо в центр зала. Оркестр играл активную, легкую и незамысловатую песню. Смычки плавно, будто коньки на льду шли по струнам скрипок и виолончелей, а пианино идеально дополняло композицию. Тарталья, аккуратно положив руку на талию девушки, слегка притянул ее к себе; вторая рука же вытянулась в сторону, держала руку Люмин, будто это было драгоценное сокровище. Когда вальс начался, Тарталья повел девушку сначала в одну сторону, затем назад, и после в другую сторону. Она случайно то и дело наступала ему на ногу, отдавливая каблуком ему ногу. - Прости, пожалуйста! – Сжимая плечи, говорила каждый раз подруга. - Все в порядке, Люми. – С нежностью и мягкостью говорил Тарталья, не сводя глаз с ее лица. У странницы шли толпой мурашки по коже, когда он называл ее «Люми». Так ласково, нежно он ее никогда не называл. Что-то в нем изменилось, но она не могла этого понять, поэтому она наслаждалась моментом. Когда танец завершился, они, просто молча, улыбнулись, смотря друг на друга пока все аплодировали оркестру. Когда снова был перерыв от танца, и все разошлись обратно по компаниям, Чайльд спросил у девушки: - Могу я тебе кое-что показать? - Давай. – Кивнула с интересом Люмин. Они вышли из зала, взявшись за руки. Люмин не обращала ни на что внимание, и забила на тот факт, что они были коллегами и друзьями. Ей просто сейчас было хорошо. - Объекты направились в Северную башню. – Подойдя к компании предвестников, сказала Коломбина. - Отлично. Осталось только ждать. – Вздохнул Пульчинелла.

В БАШНЕ

- Смотри. – Они вышли на каменистый балкон. Люмин только ахнула. С него виднелся весь город, и немного леса и гор, что едва виднелись за туманом. Внизу, словно армия муравьев шли люди по освещенным желтыми фонариками улицам. На катке и главной площади был слышен смех и радостные крики детей и взрослых. В домах горели маленькими точками окна. Не было видно с такой высоты, но в некоторых были счастливые семьи, что дарили друг другу подарки, у кого-то был новый год вдвоем, а у кого-то никого не было, и он праздновал в одиночестве. Но, в воздухе, пусть и таком холодном, чувствовался запах и атмосфера праздника, и новогоднего чуда. Вид завораживал и отражался в больших янтарных глазах девушки. Неожиданно, к Аяксу вернулись все настоящие эмоции и здравый смысл. Будто ничего и не было. Он помнил все события, что произошли за этот час, от кушетки до балкона. Когда до него дошло, каким романтиком он был с девушкой, что ему была симпатична, он набрался смелости, и разрушил эту тишину. - Люмин, я хотел тебе давно еще кое-что сказать. - Да, я слушаю. – Кивнула Люмин, не отрываясь от прекрасного вида города, что стелился перед ней. - Ты мне симпатична. Еще с того момента, как мы встретились в Ли Юэ. Сначала я подумал, какая девушка красивая, наверное ,уже есть молодой человек. Когда я это понял, я не мог не радоваться этому, но, Воля Царицы мне наказала получить сердце Гео Архонта. В тот момент я не мог ничего поделать. А когда без рабочих моментов мог с тобой видеться, и проводить время, я был счастлив… Вдруг, резко подул сильный и ледяной ветер, что пронизывал до потаенных уголков души. - И вот, ты приезжаешь в Снежную, и мы, то делим одну кровать на двоих, то играем в прятки с моими родными, то становимся коллегами. – Продолжил Тарталья. – Хотя, что я только о себе. Я бы никогда не женился, и не хотел этого. Но ты очень красивая, умная, и храбрая девушка. Ты смогла одолеть не только меня в бою, ты одолело мое сердце. Я не могу тебя упустить и потерять. Ты мне очень дорога, и ты мне очень нравишься. В этот момент часы пробили часы 12, и в небо взлетел салют. Салют был очень красочным – то это были разноцветные снежинки и цветы, то разные животные и узоры. Люмин смотрела на Чайльда немного потрясенным взглядом. В ярко-голубых глазах отражалась она, и слегка поблескивал салют. «У него взгляд изменился». – Заметила про себя Люмин. А что она чувствовала к Чайльду? Она никогда не любила никого, кроме родителей и своего брата Итэра. Но, это была родственная любовь. Подумав еще несколько секунд, она ответила: - Чайльд, я никогда не умела любить по-настоящему, и не знаю, что такое любовь с другими людьми, не родственная. Но я чувствую себя в безопасности, находясь рядом с тобой, и мне всегда очень комфортно, когда мы вместе; и мне очень хочется проводить как можно больше времени с тобой. Именно эти чувства называют влюбленностью, или симпатией? – Люмин старалась не запинаться, продумывая каждое слово, надеясь, что она не обидит его. В глазу Чайльда появилась искра, которую она не видела никогда раньше, а после слезинка. Он ее быстро вытер, с фразой: - Соринка в глаз попала. Люмин рассмеялась, и они обнялись. В объятиях Аякса она чувствовала себя защищенной, и никакие проблемы ее не трогали, когда она была с ним. Чайльд вдыхал запах лимона и мяты, что исходил от ее золотистых локонов. А Люмин тем временем прижималась лицом к его мощной груди, чувствуя его дыхание. Чайльд был выше Люмин, и она едва ему доходила до плеча макушкой. Когда Люмин подняла голову вверх, посмотрев в голубые глаза Чайльда, она притянула его лицо к себе за его красный шарф, что был у него на шее. Их губы слились воедино. Тарталья вдохнул, и задержал дыхание от неожиданности; его глаза быстро забегали, но в итоге, он расслабился. Лекарство взяло свое. Через секунду снова эмоции пробили невидимую стену препятствий, что выставляла им сыворотка Дотторе, и вот уже Чайльд прижимает ее к себе одной рукой за шею, а другой за талию, углубляя поцелуй. Люмин же просто запустила свои руки в его волосы. Салютов к этому моменту стало еще больше, и они так и целовались, на фоне ночной Снежной и праздничных салютов. Им обоим уже хотелось продолжения, и поэтому Аякс взял девушка на руки, крепко ухватив ее за ягодицы. Странница же обвила своими элегантными ногами талию Тартальи. Он со всей нежностью положил ее на спину, на кровать. Как только она оказалась под ним, он дал полную волю своим чувствам. Его руки блуждали по тонкой талии и широким бедрам девушки, целовал мокрой дорожкой ее шею и ключицы. Когда он прикусил нежную и белую кожу девушку на шее, раздался глухой стон. Вдруг, он резко остановился, и сел между ее ног, скрестив руки на груди - А ведь так все хорошо было. – С грустью простонала Люмин, опершись на локти. - Я не буду ничего делать, пока ты не скажешь, что этого тоже хочешь. Удовольствие должны получать мы оба, раз на то пошло. – Выгнул бровь Чайльд. – Просто произнеси это. Люмин покраснела и отвела взгляд. «К такому меня точно жизнь не готовила». – Подумала она. - Ч-чайльд… - Запинаясь от смущения начала Люмин. - Да? – Тарталья ухмыльнулся. Как же его забавляло, когда она смущалась. А особенно в такой позе, лежа перед ним на кровати. - Я… «Как же это сложно сказать, сука». – Выругалась Люмин. Поежившись еще немного, она выпалила на одном дыхании: - Хочу тебя. - Вот и славно. – Властная улыбка явилась на лице Тартальи. Подол платья был уже задран до талии, и перед ним открывался вид на черное классическое нижнее белье с чулками. В следующий момент платье было грубо сорвано, под неодобряющий возглас Люмин. - Аккуратней, новое платье блин! Я его только сегодня купила, и стоит немало! - Люмин, у меня столько денег, что я могу выкупить целый бутик, чтобы только тебе шили платья. – Произнес Тарталья. Аякс провел по ноге девушки от колена до внутренней стороны бедра и сказал: - Как ты прекрасна, черт возьми. Он прильнул к ее губам, покусывая и слизывая кровь с них. В этот момент Люмин расстегивала пуговицы костюма Чайльда, помогая ему его снять. Когда с верхом было покончено, она провела по рельефному торсу Тартальи. Аякс грубо сорвал нижнее белье девушки, и вцепился зубом в ее сосок. Покусывая и облизывая, Тарталья будто мучил ее; другой сосок он поглаживал, большим пальцем, будто успокаивая. Раздался женский стон. Вторая рука скользнула вниз, уже в вымазанное в смазке влагалище. Первые два пальца вошли с легкостью. Он разминал стенку, разводя пальцы в разные стороны, и вводя их, то глубже, то выводил их из влагалища полностью. Люмин извивалась и выгибалась в спине прямиком навстречу его пальцам и губам. - Чайльд, прошу, хватит мучить меня, и просто войди в меня, наконец! – Не выдержала Люмин спустя несколько минут таких ласк. Ей чертовски это нравилось, но она явно хотела большего. Аякс остановился, и отстранился от нее. Ему нравилось осознавать тот факт, что она хотела его, нуждалась в нем прямо сейчас, и он полностью владеет положением. - Сама попросила. – Ухмыльнувшись, сказал он. Люмин казалось, что перед ней два разных человека: вот на балконе он был чувственным, милым другом, который признался ей в любви, а сейчас он доминант, что полностью владеет ею. Но именно ей это и нравилось. Тарталья резко, почти не разорвав брюки, сорвал их с себя, устроился удобнее между ног Люмин, и достал из прикроватной тумбочки пачку презервативов. - А ты, я смотрю, подготовился заранее. – Заметила Люмин. - Конечно, и салют попросил, прям перед нашей башней, запустить, и снег попросил прекратить идти. – Посмеялся Тарталья. Быстро выполнив необходимую подготовку, Аякс аккуратно вошел в Люмин. В этот раз в тишине раздался глухой стон Чайльда. Он завел руки страннице за голову, и крепко схватил их. Не было боли, просто от такой хватки нельзя было бы вырваться. Аякс сначала медленно вводил и выводил член из лона Люмин, а после стал набирать темп. Комната наполнилась стонами парочки, похотью и развратом. Ближе к окончанию акта Тарталья остановился, переложил ноги Люмин себе на плечи, и прижался к ней еще сильней. Так как ноги были соединены, по ощущениям член Чайльда стал еще больше, и в такой позе он терся об другие точки, доставляя новую волну удовольствия, и даже удавалось коснуться шейки матки. От смены позы и новых ощущений оргазм подступил к девушке очень быстро. От эйфории она сжала еще сильнее член Чайльда, и по всему телу пробежала мелкая дрожь, тогда когда ноги свело судорогой от таких ощущений. От неожиданного сжатия Чайльд практически одновременно с девушкой кончил. Оба тяжело дышали. Волосы Чайльда прилипли ко лбу, и Люмин отодвинув их, провела по волосам Аякса; когда ее рука дошла до затылка, она притянула его к себе ближе, поцеловав. - Спасибо, Аякс. Это было просто незабываемо. – С улыбкой произнесла Люмин, когда они оторвались друг от друга, и сели на кровати. Но тут, лекарство снова взяло вверх, и Чайльд снова стал иным. Его глаза стали вновь наполовину прикрытыми веками, а голос стал ровным: - Прости, Люмин. Я должен это сделать, это приказ, я не могу его ослушаться. - Ты о чем? Тарталья ничего не ответил. Быстро достав из костюма шприц, он в полете сорвал колпачок и ввел ей снотворное в шею. Раздался короткий женский крик, и девушка упала назад на кровать, провалившись в сон.

***

Темно, и очень холодно. Вдруг, раздался грохот, словно ударили чем-то об металл. Грохот раздался эхом, а за ним голос Дотторе: - Подъем, хватит спать, объект 456. Люмин открыла глаза, и тут же зажмурилась от яркого света. - Объект 456 проснулся в 7 утра 24 минуты. – Диктовал Дотторе своему помощнику. - Где я? – Резко встала Люмин, и пожалела об этом, так как у нее потемнело в глазах, и закружилась голова от резкого подъема. - В моей лаборатории. В практической части. – Произнес Дотторе. – Когда ты подписывала документы, ты видимо, не увидела надпись «Так же даю согласие на опыты надо мной, и я полностью отвечаю за последствия, и на какие либо страховки не имею права». Теперь ты мой эксперимент. - Что… - Люмин не верила. Она начала искать глазами Чайльда. Он был здесь, прямо справа от клетки. – Чайльд, что это значит?! - Что значит: «что»? Ты подписала договор, я лишь исполняю приказ. – Безэмоционально сказал Чайльд, посмотрев стеклянными глазами на нее. «Снова этот взгляд… это не он». – Сделала вывод Люмин. - Что ты с ним сделал? – Почти уже кричала на Дотторе странница. - Он просто открыл мне глаза на жизнь, что будет целиком и полностью посвящена службе Царице. – Пожал плечами Тарталья. – А тебя я никогда не любил, и это была всего лишь уловка для того, чтобы усыпать тебя. - Ты лжешь… - Потерянным и дрожащим голосом произнесла она. - Никакой лжи, только лишь суровая правда. – Тарталья прильнул к прутьям. Их разделяла лишь клетка, в которой сидела она. – Неужели, ты подумала, что я действительно кроме своей семьи могу любить? Смешно, что такая замухрышка как ты поверила, что на тебя вообще кто-то посмотрит. У девушки сердце ушло в пятки, а в ушах зазвенело. Что-то внутри сломалось с громким звоном, что эхом раздавался в ее голове. Было слишком больно от таких слов, а особенно от близкого человека. - А я ведь тебе верила... - Прошептала она. На ее лице появилась крохотная слезинка, что быстро покатилась по щеке. Она попятилась назад, но Дотторе вытащил обратно ее в суровую реальность. - Довольно соплей и драмы, пора начинать. Эксперимент 1982 «проверка объекта на объем ОЕЛ». - На объем чего? – Переспросила девушка. - Общая емкость легких. – Пояснил Дотторе. – Сейчас ты отправишься в бассейн с закрытым верхом. Посмотрим, насколько хватит твоих легких в воде. - Нет, я этого не позволю! – Люмин попыталась снять флакон со своей шеи, но не обнаружила его там. - Что-то потеряла? – Усмехнулся Дотторе, взяв со стола флакон с ее силой, и демонстративно повертел его. – Тарталья, заодно проверим твою силу: давай, швырни ее в бассейн. Клетка открылась, и Тарталья грубо схватил девушку за волосы на затылке. - Пусти, мне больно!!! – Пыталась она вырваться. - Меня это не касается. – Чайльд действительно стал лучше в плане физической силы, и мог спокойно держать ее рукой, даже бровью не поведя. Перед ней был прямоугольный бассейн, глубиной около пяти метров, длиной девять метров, и три метра в ширину. - Последний раз даю шанс глубоко вдохнуть. – Сказал Чайльд. Люмин сделала глубокий вдох, и тут же полетела в бассейн с достаточно теплой водой. Как нормальный человек, она сразу же поплыла к краю, но была грубо и резко откинута назад. Дотторе нажал на кнопку, и стеклянный навес четко по высоте бассейна стал надвигаться к другой стороне бассейна. Панель была плоская, и если Люмин оказалась бы под водой – это было бы равно попасть под заледеневшее озеро. - Если не хочешь, быть разрезанной на две части, то рекомендую уйти под воду. – Произнес Дотторе ласковым голосом. - Никогда! – Крикнула Люмин. - Тарталья, помоги ей. – Дотторе закатил глаза. Стеклянная панель почти полностью закрыла бассейн. Чайльд оттолкнул Люмин от края, и запустил ее под воду до самой макушки. Люмин сильно ударилась об навес, что был над ней, когда она на автомате пыталась всплыть. Конец. Она полностью была закрыта от кислорода извне. Она пыталась пробить это стекло кулаком, но слишком была слаба. От кислорода в легких она билась об стекло, поэтому, пришлось выпустить, немного воздуха, чтобы отплыть от панели. Время тянулось слишком медленно, будто засахаренный мёд. В итоге воздух вышел из легких полностью, и она пошла ко дну. «Неужели, это конец?» - Пронеслось перед Люмин, когда она уже погружалась в глухую темноту, закрыв глаза.