Чувства на нулях

Виктория приоткрыла дверь черного автомобиля, после чего шатен быстро подхватил ее снаружи, тем самым помогая девушке выбраться из машины. Со всеми сумками из больницы пара наконец-то появилась в квартире блондинки в новых ролях – жениха и невесты. Конечно, о свадьбе еще не шло и речи, им и так сейчас хватает забот: на данный момент главное – готовиться к появлению малыша в семье. Пусть у них и есть еще полгода, но по словам будущей мамы, их едва хватало на подготовку. Положившись на твердое слово и стабильность Лео, Вик впервые за последние три месяца смогла практически полностью расслабиться, отпустив тревогу и лишние мысли из головы. Пусть будет то, что будет, она устала думать об этом. — Думаю, ты можешь отдохнуть, я пока разложу вещи и приготовлю ужин. — первым подал голос парень. — Ты не будешь делать все за меня, Лео. — Усмехнулась Виктория. — Почему бы и нет? Ты в первый триместр уже натрудилась так, что в больнице неделю пролежала. И врачи сказали, чтобы твои нагрузки сократились до минимума. Поэтому ты можешь оправданно идти отдыхать. — Во-первых, я лежала в больнице всего пять дней, так что не преувеличивай, а во-вторых, уверена, что моему здоровью не повредит час постоять на кухне, а ты заслужил того, чтобы я один раз тебе приготовила. — Лаадно, можешь идти на кухню, я пока разберу вещи. Если понадобится помощь, в любой момент можешь позвать меня. И вообще, я помогаю тебе, потому что сам этого хочу, а не ради того, что жду что-то от тебя взамен. — Не переживай, это разовая акция. Я не фанат кулинарии. — усмехнулась басистка. — Отлично, значит роль повара в нашей семье займу я. Де Анджелис усмехнулась на слова шатена, но при одном упоминании их "семьи" девушка начинала паниковать. А правильно ли они делают? А правильно ли делает ОНА?

***

— Леонардо уехал, да? —Дамиано вглянулся в глубокие голубые глаза блондинки. — Да, он уехал в аэропорт сегодня утром, часа через два прилетит в Лос-Анджелес. — Виктория автоматически отошла от двери, пропуская парня в свою квартиру. Все было привычно: вокалист не раз приходил к ней домой в качестве "друга" и будущего отца их ребёнка, заботился, ухаживал, старался хоть как-то возместить отсутствие внимания в сторону Де Анджелис. Но по каким-то, видимо, личным причинам, которыми Виктория ни разу не интересовалась, парень практически всегда был словно подавлен. Именно это и удивило басистку, в этот раз что-то было не так, он был другим. Более расслабленным, спокойным...уверенным? — Джорджия тоже сегодня улетела, поэтому я останусь с вами. — Четко произнес Давид, по-свойски кинув свои вещи на диван в гостиной подруги. Виктории не оставалось ничего, кроме как покорно кивать, соглашаясь с присутствием парня в эту ночь. Оба прошли на кухню, в которой горел слабый теплый свет, создающий максимально уютную атмосферу. Блондинка спокойно заваривала чай, пока фронтмен взглядом прожигал силуэт ее тела. — Как твое самочувствие? — Дамиано постарался разрядить напряженную обстановку, образовавшуюся на кухне. — Все в порядке, через пару недель я пойду на УЗИ и возможно узнаю пол ребенка. — Девушка разлила кипяченную воду из чайника по кружкам и поставила их на стол перед парнем. — А у вас что нового? — Де Анджелис старалась не поднимать взгляда на вокалиста и пялилась в кружку с травяным чаем. — Пока ничего, — Не закончив фразу, Дамиано взял в свою руку кисть Виктории, нежно поглаживая ее тыльную сторону большим пальцем. — Но я подумал, — мужчина явно переживал, делая постоянные паузы.— может еще не поздно всё изменить? Виктория испуганно посмотрела в глаза брюнета. Она была в замешательстве, но спустя несколько секунд убрала от себя руку друга и придвинула его кружку ближе к нему. — Пей свой чай, и пошли спать. Не думаю, что нам стоит говорить об этом, по крайней мере не сейчас. — Виктория убрала грязную посуду со стола и, во избежании неловкого момента, ушла принимать душ, оставив брюнета на растерзание собственным размышлениям. Возможно, он и правда опоздал, Виктории больше не нужно его присутствие в ее жизни и, наверное, никогда не нужно было, раз она так легко согласилась выйти за Леонардо. Но любым выводам нужны достойные аргументы, которые он хочет услышать из уст блондинки. Оставив грязную кружку в раковине, на кухне Де Анджелис, Дамиано ушел в гостиную вслед за блондинкой. Так просто она не уйдет от разговора. Виктория сидела на темно-сером диване слегка обнимая руками свои колени, и смотрела на плоский экран огромного телевизора, показывающий легкий для восприятия американский ситком девяностых годов. Де Анджелис окинула пустым взглядом вошедшего Давида и вновь вернулась к просмотру сериала, пока парень располагался неподалеку от блондинки. Усевшись в паре метров от нее, парень не отводил взгляд от профиля басистки, словно в попытках прожечь в ней дыру. Обратив внимание на долгий, немного пугающий взгляд парня, Вик повернулась к нему лицом, на что вокалист лишь опустил взгляд, нервно потирая шею. — Чего ты так смотрел на меня? — Де Анджелис недовольно развела руками, отвлекаясь от событий происходящих в эпизоде сериала. — Вик, можешь ответить на один вопрос? Только искренне, — Дамиано с надеждой смотрел на датчанку. — пожалуйста. — Смотря какой у тебя вопрос, но я попробую. — она согласно кивнула головой и вновь опустила руки на свои колени. — Ты согласилась выйти за Лео из любви? Или от безысходности? Казалось в этот момент эмоции и мысли в сознании девушки заглушали посторонние звуки от телевизора и с улицы. Именно сейчас ей не хотелось врать, но ответить искренне на этот вопрос Вик не смогла бы даже самой себе. — Нет, — Блондинка подняла глаза, мгновенно встречаясь с требовательным взглядом парня. — Не то, не другое. Он не последний вагон, в который я успела запрыгнуть, будучи беременной. И я способна обеспечить ребенка сама. — Виктория вновь набрала воздуха в легкие, чтобы продолжить свое не до конца сформулированное изречение. — Я сама не знаю, как так получилось, мне с ним хорошо, комфортно и спокойно. Он всегда помогает и поддерживает меня, с ним легко, и он готов воспитывать малыша или малышку со мной. С ним мне будет легче, чем одной, а ему, видимо, хочется проводить со мной время, раз он сделал такой шаг. — Де Анджелис неуверенно тряхнула плечами. — Ты так и не ответила на мой вопрос. — Фронтмен сжал ладонями ее плечи. — Ты любишь его? — Отчеканил он каждое слово. — Нет. — С горькой усмешкой ответила Вик. — По дружески, конечно, но не более того. Дамиано отпустил свои руки с плеч блондинки и на какое-то время опустил глаза на пол в гостиной девушки, будто осознавая или обдумывая что-то. Виктория, так и не дождавшись быстрой реакции парня, отвлеклась на телевизор, не ожидая каких-либо действий со стороны друга. Дамиано неожиданно обвил руками её талию, резко прижимая ее к себе и втягивая в глубокий поцелуй. Отойти от шока у Виктории получилось не сразу. Спустя полминуты парень отстранился от подруги, вглядываясь в ее глаза в надежде увидеть в ее взгляде реакцию, которая могла бы помочь ему понять, что делать дальше. Окончательно успокоившись, блондинка опустила взгляд на губы брюнета, словно в эйфории потянувшись к ним вновь и сталкваясь в еще более откровенном поцелуе. Их сплетенные языки и опасная близость к телам друг друга не позволила остановится на поцелуе. Найдя согласие девушки в том, как крепко она прижалась к нему своим телом, вокалист нежно провёл пальцами по обнаженной талии блондинки, оставляя за своими прикосновениями бурю мурашек, и завёл руки за спину, двумя пальцами расстегивая единственный предмет одежды на ее блестящей коже. Прохлада обдаёт голую грудь, заставляя поёжиться. Оставшись в коротких шортах, руки Виктории потянулись к краям футболки Дамиано, оставляя его в одних джинсах, низко сидящих на бедрах. Помогая ей избавиться от лишней одежды, парень подхватывает блондинку под ягодицы и, вновь сплетаясь в поцелуе, уносит ее в спальню, оставляя на мягкой кровати одну. Оставшись обнаженным, брюнет возвращается на кровать Де Анджелис. Проводит языком по телу, обводя соски и медленно опускаясь вниз, касаясь пальцами тонкой кромки нижнего белья. Виктория не отводила затуманенный взгляд от его глаз и ждала продолжения. Дамиано завёл своё колено между ее ног, и она послушно развела их, прикусывая нижнюю губу. Брюнет надвисал над ней. Дождавшись легкого кивка головой от блондинки, показывающего её согласие, фронтмен медленно вошел в неё, постепенно набирая темп, внимательно следя за тем, как меняются черты лица басистки, а по комнате разносятся обрывистые стоны, в перемешку с тяжелыми вздохами и прерывистым дыханием. Дамиано надавил на поясницу Де Анджелис, заставляя ее прогнуться сильнее и меняя угол проникновения. Чувство эйфории, желание, жар тел – все перемешивается, заставляя забыть о реальности происходящего, потому что уж слишком хорошо. Его руки хаотично двигались вокруг ее талии, спины, груди, пока они оба приближались к кульминационному моменту, сопровождающимуся громким вскриком блондинки и частым дыханием Дамиано, упавшего рядом с Викторией. Оба обнаженные, в объятиях друг друга, еле прикрытые белоснежным одеялом, практически мгновенно окунулись в глубокий сон.

***

Русые волосы спящей Виктории разбросанно лежали на подушке, красиво освещаясь солнечным светом из окна. Тонкое одеяло, зажатое рукой блондинки, прикрывало ее обнаженное тело. Скинув с себя одеяло, Дамиано слез с высокой кровати басистки и принялся собирать свою одежду, раскиданную по всей спальне, пока Де Анджелис только разлепляла глаза и пыталась сконцентрировать взгляд на парне. — Ты уходишь? — Виктория недоумевала с действий вокалиста. — Да, — Давид искренне не понимал удивления блондинки. — Не хочу, чтобы Джо переживала. — Абсолютно спокойным голосом ответил брюнет, в то время как брови басистки подлетели от удивления. — Но...разве ты не собираешься расстаться с ней? — Напряженный взгляд девушки встретился с растерянными глазами парня. — С чего я должен с ней расстаться? Мы же еще давно разрешили все вопросы и договорились как будем растить ребенка, разве что-то поменялось? — озадаченный фронтмен стоял в только что надетой футболке и сжимал в руке ручку сумки. — Вчера вечером ты сказал мне, что еще не поздно все поменять, а потом мы провели эту ночь вместе, и нам было так хорошо, — Де Анджелис пребывала в шоковом состоянии и активно жестикулировала. — я была уверена что ты принял решение расстаться с ней...поэтому и поцеловал меня. Мы ведь были абсолютно трезвыми. Зачем ты осознанно изменил ей, если не собирался разрывать ваши отношения? — Девушка вопросительно вскинула руками. — Я тебя не понимаю, Вик. — Дамиано швырнул свою сумку в другую сторону комнаты, подходя на пару шагов ближе к басистке, все так же сидящей посередине кровати и прижимая к себе огромное одеяло. — Ты же сама вчера сказала, что не хочешь это даже обсуждать, после того как ты сказала это мне я понял что поторопился и ошибся. Мы никак не сможем быть вместе. И ты мне изначально говорила, что не будешь требовать от меня полноценного присутствия в своей жизни и расторжения отношений с Джорджией. Что изменилось за одну ночь? — Давид положил руку на тыльную сторону ладони Виктории, осторожно поглаживая ее, басистка брезгливо выдернула свою руку из под его и сильнее натянула на обнаженные плечи одеяло, опуская взгляд на белоснежную постель. — Я по-прежнему ничего от тебя не требую, — Голос датчанки опустился до хриплого шёпота. — Но будь любезен, не используй меня как секс-игрушку. — Виктория вновь подняла глаза, сталкиваясь с шокированным ее словами взглядом парня. — Я не твоя любовница, и никогда ей не буду. Сегодняшняя ночь — результат твоего эгоизма и моей наивности. Просто огромная ошибка. Я была уверена, что ты никогда в здравом уме не поступишь так с девушкой, которая тебя любит, кем бы она ни была. Но, видимо, я слишком хорошо думала о тебе и ошиблась. Опять. — Я по-прежнему не могу понять чего в этом критичного? — Вокалист озадаченно развел руками. — У нас уже будет ребёнок, хуже мы уже не сделаем. Да и мне кажется это было очевидно... — Что было очевидно? — Виктория испепеляла его взглядом серо-голубых глаз за подступающей пеленой слез. — Что мы еще раз переспим. А разве нет? Из глаз басистки непроизвольно полились горячие слезы. Это было гранью, гранью ее выдержки, гранью — которую он переступил. — Пошёл вон из моей квартиры. — её железный голос не подразумевал шутку. Блондинка достала руку из под одеяла, уверенно указывая парню на дверь из спальни. — Немедленно. — Что?! — Растерянный мужчина стоял на том же месте. — Вик, ты серьезно вот так выгоняешь меня из-за своих тараканов и обидок? — Пошел вон. Немедленно. — Девушка встала с мягкой кровати, все так же придерживая рукой белоснежное одеяло, прикрывавшее обнаженное тело и стояла перед брюнетом, убивая стальным взглядом, скрывая подступающую истерику. Не произнеся ни слова, Дамиано подхватил сумку у двери в спальню и громкими шагами вылетел из квартиры подруги. Они перешли границу. Они окончательно убили шанс на совместную жизнь. Лишь услышав хлопок входной двери, оповещающий о том, что Дамиано точно удалился из квартиры басистки, Виктория позволила эмоциям показаться наружу. Истерика вполне ожидаемо накатила на блондинку, стоило Давиду удалиться из квартиры. Разочарование было главным чувством из всей этой смеси запутанных эмоций. Помимо него, чувство личного унижения. Она буквально призналась ему в том, что нуждается в его поддержке, а ведь скрывала это уже три месяца. И не без стыда. Виктории было искренне жаль Джорджию, даже не подозревающую об огромном обмане и о мужчине-мерзавце, так нагло изменившим ей второй раз и даже не испытывавшем чувство вины, которое душило Викторию прямо с той решающей ночи в отеле и вплоть до сегодняшнего дня. И наверняка будет душить до конца, до того как правда не раскроется. А она раскроется. Де Анджелис уверена в этом. Но и спорить басистка больше не будет. Если он решил скрывать, значит она будет делать то же самое. Блондинка все так же лежала на огромной кровати, прерываясь на громкие всхлипы и крики от собственных эмоций, что так тщательно скрывались на протяжении последних месяцев и так резко вырвались наружу. Выдерживать всю нагнетающую обстановку, так давящую на сознание, было до безумия трудно. Басистка бы с удовольствием выпила или закурила, просто ради нескольких минут расслабления и чувства эйфории. От страха того, что она может не сдержаться, сорваться, тем самым рискуя жизнью и здоровьем малыша, Вик выбегает на кухню и проверяет все шкафы на наличие последних бутылок вина, шампанского и других горячительных напитков. Собрав все в один пакет, блондинка выносит его за дверь квартиры в просторный коридор. Чем дальше — тем меньше будет соблазн. Виктория хватает телефон из кармана, быстро находя нужный контакт. — Итан, ты сейчас можешь приехать ко мне? — Еще один случайно вырвавшийся всхлип, и басистка прикусывает губу, в попытках не выдать свое состояние по телефону. — Пожалуйста. — Хорошо, я могу приехать. Вик, что случилось? Мне переживать? Я слышу, что ты плачешь. — По другую сторону провода были слышны звуки машин. Торкио видимо был по дороге куда-то, но тот всегда ставил друзей на высшее место. — Просто прийди, пожалуйста, я все тебе расскажу, только не оставляй меня одну. — Очередной поток несдерживаемых слёз наступал, и блондинка подняла глаза в потолок, в попытках хоть как-то скрыть это. — Хорошо-хорошо. Виктория, успокойся, пожалуйста, что бы ни произошло, все будет в порядке. Жди меня. Я уже еду. Де Анджелис первая бросает трубку, вновь падая на незаправленную постель и разрываясь в слезах. Все, что девушка успела надеть с утра, нижнее белье и тонкая футболка. Вик сама не могла понять зачем позвонила барабанщику. Она не любит делиться с кем-то своими проблемами и чувствами, но в этот момент, оставаться одной — последнее чего ей хотелось. Блондинка была не в состоянии успокоиться самой. Большинство её сильных успокоительных запрещены для беременных, а новые купить она не успела.

***

Итан поднимается на этаж подруги, подмечая пакет с бутылками полными различного алкоголя. Входит в квартиру, оставшуюся открытой после выброса мусора, и, не увидев Викторию в гостиной, уверенно направляется в её спальню, где блондинка лежала в постели, намокшей от ее слез. Закрывая за собой дверь спальни, Торкио осторожно садится на край кровати и начинает успокаивающе поглаживать плечо басистки. Она не спала, лежала с открытыми глазами, не выражающими ничего, лишь боль и усталость. Так и не дождавшись какой-либо реакции от подруги, Торкио осторожно берет девушку за руку, вглядываясь в несуществующие эмоции на ее лице. — Вик...расскажешь, что случилось? Или мне уйти? — Осторожно спрашивает, словно боясь спугнуть и без того опустошенную подругу. — Не уходи, пожалуйста, — Датчанка смотрит на парня, крепко удерживая его руку, испугавшись, что тот уйдет и оставит ее одну. — Хорошо, я не ухожу, просто подскажи, что мне сделать, чтобы тебе стало легче? — Итан решил не мучить де Анджелис вопросами, боясь, что те напомнят ей о чем-то неприятном, что по прежнему остается неизведанным для него. — Можешь лечь рядом и обнять меня? — Конечно. — Торкио грустно улыбается, все также наблюдая за эмоциями подруги. И все же медленно ложиться рядом с Викторией обнимая ее, пока та крепко вжалась в его грудь, потихоньку успокаиваясь. — Я все тебе расскажу, Итан. Только пообещай, что не будешь осуждать меня, пожалуйста. — Как я могу осуждать тебя, Вик? Ты один из самых близких мне людей. Ты моя лучшая подруга. Я никогда не буду тебя осуждать, чего бы ты ни сделала. Де Анджелис слегка кивает на слова парня и, не отстраняясь от его тела, начинает рассказ, стараясь не углубляться в подробности, но говорить максимально искренне. — Он сказал, что еще возможно все поменять — Он был таким нежным...я и подумать не могла, что так все закончится, я была уверена, что он хочет быть со мной... — Мне стыдно перед Джорджией, перед Лео, я ужасный человек... — Я не знаю, как вновь начать разговаривать с Дамиано, я видеть его не хочу. И он меня наверняка тоже, я наорала на него и выгнала из квартиры... Итан лишь внимательно слушал рассказ Виктории, стараясь не упустить ничего важного и переварить все услышанное, все так же успокаивающе целуя подругу в русую макушку. — Думаю, тебе нужно остыть, отдохнуть от всех, кто бесит и надоедает. Потом нужно будет обязательно поговорить с Дамиано и решить все спокойно, тогда и попробуете придумать что-то насчет Джорджии и Леонардо. Главное — не нужно обвинять во всем себя и переживать, малыш тебе за это спасибо не скажет, а мы все его уже любим и ждём. — Виктория улыбнулась, накрыв своей рукой руку Итана снизу ее живота. Ей нужно сохранить хоть какие-то отношения с Дамиано, ради группы, ради ребёнка.