Хей, Кеджуро!

— Хей, Кеджуро! Может, всё же станешь демоном? — Кеджуро тяжело вздохнул. — Нет. Мой ответ не изменится, как бы часто ты сюда не приходил.— Аказа усмехнулся и сел на стол, за которым ужинал истребитель. Рука, что держала чашу с отваром, невольно сжалась чуть сильнее. Сосуд, не выдержав давления, лопнул и горячая жидкость окропила руки и одежду Ренгоку, но он, казалось, не обратил на это внимание. Аказа звонко рассмеялся и с деланным участием спросил: — Ох, ты не обжёгся? Нужно быть аккуратнее. А вот если бы ты был демоном, то такая малость не смогла бы тебе навредить.—Кеджуро посмотрел на него с нескрываемым раздражением. — Я никогда не стану демоном. Я защищаю людей, а не ем. — Как жестоко! К твоему сведению, с нашей первой встречи я практически никого не съел! — Молодая луна отвернулся в притворной обиде. — Но я тебя прощу, если согласишься разделить со мной вечность. — Кеджуро посмотрел на пустую тарелку, борясь с желанием запустить её в голову Аказы. В последнее время, всегда дружелюбный столп, стал малость раздражительным. И связано это было с принудительным отпуском. По сути его просто-напросто отстранили из-за сильных ран, на исцеление которых уйдет несколько месяцев. Он понимал, что это для его же блага. Но ничего не мог с собой поделать. Столп хотел сражаться и помогать людям, но этот отпуск… Все это… Неимоверно бесило. Ещё и демон виновный в его ранах повадился приходить практически каждую ночь. Да… Это раздражало, но он терпел. Терпел, потому что должен. Пока он был болен это был единственный способ защитить тех, кто ему дорог. Кеджуро вновь вздохнул. Дверь отъехала в сторону и в помещение зашёл, неся поднос с лекарствами, младший Ренгоку. Увидев демона, он лишь тяжело вздохнул и из его уст против воли вырвалось усталое: — Снова вы? — но Аказа, казалось, нисколько не обиделся. — Сенджуро, ну хоть ты скажи своему брату. Моя кровь гораздо вкуснее этих бесконечных лекарств. И куда эффективнее. — Сенджуро молча поставил поднос и игнорируя слова демона, подошёл к столпу. — дорогой брат, пора принимать лекарства.–Демон досадливо цокнул языком. И только тогда Сенджуро удостоил его взгляда. — А вы, если все равно пришли, лучше по дому помогите. — Глаза Аказы округлились. Демон явно пребывал в замешательстве. Его — одного из сильнейших, снова заставляют работать? — Я? Помогать? — демон громко рассмеялся. — Мальчик, ты хоть осознаешь с кем говоришь? Если тебе дороги твои конечности, то больше так не шути. — Раньше бы Сенджуро может быть и испугался, но сейчас он слишком устал. Из-за отъезда отца и болезни брата, всем в доме заправлял он, а это оказалось делом очень утомительным. К тому же демон приходил столь часто и вел себя столь нелепо, что пугаться его уже попросту не получалось. И поскольку прогнать его являлось чем-то недостижимым, то со временем Сенджуро решил обернуть его ночные визиты пользой. Пусть каждый раз, когда его заставляли работать, демон стабильно возмущался и угрожал, существовала одна причина по которой он мог сделать практически, что угодно. И имя ей... — Ох, значит вы не поможете? Как жаль. Дело в том, что крыша совсем прохудилась, из-за чего в поместье бывает очень холодно, а брату ни в коем случае нельзя переохлаждаться. Ещё и пыли развелось… За делами я совсем не успеваю сделать уборку, а Кеджуро с его ранами необходима стерильная обстановка . — Сенджуро вздохнул и опустил голову, искоса наблюдая за Аказой. Тот ожидаемо быстро встал и пошел выполнять поручение. Сенджуро встретился взглядом с братом и оба прыснули со смеху. Когда дело касалось нужд Кеджуро, демон исполнял всё беспрекословно. Имя брата действовало словно гипноз. Столп взглянул на Сенджуро и покачал головой. — И когда же ты стал у меня таким манипулятором? — Сенджуро смутился, но брат не собирался его ругать, вместо этого нежно погладив по голове. Конечно же напрочь забыв о перепачканных в отваре руках. Но голос его прозвучал столь тихо и задумчиво, что Сенджуро и не подумал возмутиться. — И все же, чего он добивается? Я совсем не чувствую убийственную ауру. Хотя возможно это из-за моего нынешнего состояния.— Видя грусть в глазах брата, Сенджуро тут же решил его подбодрить. — Брат, ты обязательно поправишься! А что касается демона… Мне кажется… — Сенджуро замолчал, не решаясь озвучить догадку, но все же, помявшись, продолжил: — Мне кажется ты ему нравишься. —Кеджуро лишь улыбнулся. — Может быть. **** Очнулся Аказа когда домывал пол. Переделав все дела он и не заметил, что совсем близко подобрался рассвет. Пора уходить. Выходя за пределы дома он с досадой подумал о том, что у него опять ничего не вышло. У Сенджуро практически всегда находилось для него какое-нибудь задание, из-за чего ему практически не удавалось пообщаться с объектом своей влюбленности. Сам же Кеджуро совершенно не хотел сдаваться, в их теперь уже словесной битве, но это ничего не меняло. Аказа будет попробовать снова и снова, и однажды, в одно прекрасное мгновенье, Кеджуро всё же уступит. Да, уступит и согласится разделить с ним целую вечность. Одну на двоих.