Кошки-мышки

— Мам, честное слово, мы не будем пить! Я вообще не пью, ты же меня знаешь. Там только девочки будут с класса. Ну пожалуйста! — Мы уже это обсуждали. Я сказала — нет. Что из этого ты не поняла? Опять шляешься непонятно где с этими беспризорницами. Если их родителям на них все равно, то мне на тебя нет. Выпускной класс, Варвара! ЕГЭ на носу! Сейчас можно и нужно думать только об учебе. Еще успеешь нагуляться. А эти твои шляния точно до добра не доведут. Я что, по-твоему, совсем дура и не знаю чем вы там занимаетесь? Еще в подоле мне до конца школы принеси, вот радость-то будет! — Мама! — Варя задохнулась от возмущения. Хоть подобные слова от матери были не впервой, каждый раз девушка испытывала липкое унижение. Вот уже почти час как она пыталась выйти из дома. Варя корила себя за то, что не успела вовремя улизнуть из дома до возвращения матери с работы. Теперь процесс заметно усложнился. На секунду Варя поймала свое отражение в зеркале: пшеничного цвета прямые волосы ровной линией заканчивались ниже лопаток, черные скинни-джинсы обтягивали острые коленки, а в ответ отражение смотрело на девочку большими грустными глазами серо-голубого цвета. Сегодня школьница даже накрасила ресницы, не забыв густо пройтись по нижним. Отчего взгляд стал еще более кукольным. Девушка накинула куртку и была готова к выходу. Тем более Сашик уже как десять минут ждала ее у подъезда. — Ладно, можно я хотя бы просто с Сашей пройдусь? Она меня внизу ждет, мы недолго. Мама — невысокая женщина с пушистым каштановым каре и усталым взглядом — с укором посмотрела на дочь. Каждый их разговор превращался в настоящее поле боя. Два самых близких человека наотрез отказывались слушать и понимать друг друга. У женщины, которая всю жизнь посвятила учебе (золотая медаль и красный диплом тому доказательства) решительно не укладывалось как можно шляться по сомнительным хатам и пробовать в шестнадцать лет алкоголь (или, не дай бог, что похуже) вместо того, чтобы готовиться к экзаменам. И не важно, что до них еще восемь месяцев — чем раньше начнешь, тем лучше. Варя же наоборот каждый раз обижалась на маму. У всех родители как родители. С ними можно договориться и им в целом без разницы, куда идет их чадо и во сколько вернется. И когда все из компании ходили друг к другу с ночевками или возвращались домой к утру, у Вари в девять вечера разрывался телефон от вопросов, упреков и угроз в случае опоздания. Сценарий каждый раз повторялся: девушка сбегала гулять, обещая прийти вовремя — естественно, ей хотелось остаться подольше (ведь самое интересное начиналось, как только она уходила) — мама обрывала телефон — Варя отключала его — по возвращению домой получала скандал. Каждый раз ее разъедало чувство жуткой несправедливости. Как будто ее лишают чего-то важного, того, что может случиться только здесь и сейчас. И она пропускает жизнь, сидя за учебником, иногда подглядывая за ней в окно. Иногда, девушке казалось, что маме рано или поздно должно было надоесть контролировать каждый шаг дочери. Однако, до сих пор чуда не случилось. — Чтобы в восемь была дома. Опоздаешь — закрою дверь. Ночуй там, откуда придешь, — конечно, все понимали, что это только угрозы. И если Варвара так и не явится домой, ее выследят чуть ли не с собаками и саму посадят на поводок, — Все, началась учеба, пора заканчивать гульки. — Но сейчас уже половина седьмого, осталось полтора часа, — попыталась возразить Варя. — Восемь тридцать. Минутой позже — пеняй на себя. Повторять дважды девочке не требовалось. Получив вымученный билет на свободу, она клюнула маму в щеку, прыгнула в расшнурованные кеды и уже стояла в ожидании лифта. — Веди себя хорошо! — донеслось вслед закрывающимся створкам лифта. Варя вновь посмотрела на себя в лифтовое зеркало. У него не хватало пары уголков, а почти посередине расцвела трещина-паутинка. Весь задний фон отражения состоял из разномастных объявлений. Пестрые бумажки призывали скачать новое приложение такси или заказать лучшие суши в районе. Варя поправила волосы, заправив передние пряди за уши. Прищурила глаза. От чего на переносице собралась гармошка морщинок. Еще парочка спряталась у внешних уголков глаз. Девушка стеснялась, что уже в шестнадцать (почти семнадцать) на ее лице можно было обнаружить столько мимических морщин. Но удержать себя от широких улыбок или подпрыгивающих вверх бровей, право, было нереально. Дневное солнце понемногу стало клониться к горизонту, уступая место вечерней прохладе. Варя ни разу не пожалела, что в последний момент захватила джинсовку. Та была на несколько размеров больше девочки, из светлого потертого денима и с кучей незаменимых карманов. Обычно там водились фантики, чеки и связка ключей. Но при желании во внутренний карман могла вместиться даже бутылка пива. Но пиво Варя не любила. Если и приходилось выбирать из чего-то подобного, ее рука тянулась к грушевому сидру или Гаражу. Грушевый сидр был скорее экзотикой в местных пятерочках, а вот Гараж можно было найти в каждом ларьке. Сашик сидела на лавочке с полустертой надписью «добро» во всю спинку. Остатки роскоши от какого-то депутата. Сейчас половина лавок была сломана, а на другой облупилась краска, оставляя различные вариации «ебро», «бро», «дбро» и всякое в таком духе. Алексаша закинула на ногу, спрятав руки в карманах бомбера. Она была похожа на нахохлившегося воробья, с той лишь разницей, что воробьи по своему обыкновению серые, а волосы Сашика были каштановыми с рыжеватым отливом. — Ну наконец-то! Не прошло и часа. Мы с девочкам уже заждались, — Алексаша призывно потрясла своим рюкзаком. Оттуда раздался перезвон стеклотары. — Ого, сколько их там? Я думала, мы по чуть-чуть. — Взяла две на всякий случай. Кто знает, чем вечер обернется? — подмигнула Сашик, — Что мама сказала? До скольки отпустила? — Да ничего нового. До половины девятого. Сашик скривила губы: — Мда, не густо. Народ часам к десяти только весь подтянется. — Ну я планировала до двенадцати точно побыть, а там посмотрим, — Варя пожала плечами, — Как говорится: горит сарай, гори и хата. — Эх, Варька, не расстраивайся, — попыталась поддержать Варю подруга, — Вот выпустимся, уедем с тобой далеко-далеко куда глаза глядят. Будем делать все, что захочется. Честно-честно! , — Алексаша мечтательно подняла глаза к небу, — Прикинь, снимем с тобой квартирку, будем пироги яблочные печь, соберем тебе книжных шкафов икеевских. — Ага, уже вижу тебя с перфоратором. — С каким перфоратором, балда? Это шуруповерт называется. А вообще там вроде и отвертки должно хватить. — И проигрыватель виниловый на барахолке найдем? — И его! Сашик приобняла подругу за плечи. Варя широко улыбнулась, щуря глаза, вдохнула осень как можно глубже и на самую долю мгновения почувствовала себя очень счастливой. — Ладно, потопали. Я еще хотела во дворах покурить. А то тут так и кажется, что твоя мама наблюдает, аж жутко, — Сашик взяла подругу за руку и потянула в сторону большого перекрестка. Здесь соединялась одна из самых больших улиц-артерий города с еще одной малышкой. Этот перекресток также часто служил местом встречи и в простонародье звался ласково «Пивик». С одной его стороны взгромоздился завод, напротив расположилась автобусная остановка, спрятав в своей тени «Мечту» — пункт сбора всех местных выпивальщиков, на третьей стороне как грибы выросли панельки (в одной из них и жила Варя), а на четвертом углу змеей растянулся узкий рынок. Сейчас его часы работы подходили к концу. Девочки шли мимо фруктовых палаток, пока их владельцы подсчитывали прибыль готовились к закрытию. Часть уже успела неприветливо захлопнуть свои ставни-гармошки. Овощи, фрукты, молочка, колбасный отдел — еще четыре ларька и подруги выходят из рыночной тени. Их тут же встречает хрущевская застройка с маленькими двориками. В одном из домов и скрывался Притон. У нужного подъезда стояла Ирка собственной персоной. Рядом с ней доставала из пачки тонкую сигарету девочка из параллельного класса — Ася. У нее были светлые пушистые волосы и большие навыкате глаза. В начальной школе некоторые за спиной дразнили ее Божьей коровкой. С возрастом Ася похорошела, и прозвище отпало само собой. Варя приветливо помахала девочкам рукой. — Выручайте, огонька не найдется? , — вместо приветствия спросила Ася. — Не курю, — привычно ответила Варя. Сашик принялась рыться в маленьком отделении рюкзака, чтобы достать оттуда дешевенькую зажигалку. Девушка безмерно ту берегла и лелеяла, ведь зажигалка гордо носила на себе леопардовый принт. «Ну что, стиль?» вопрошала Алексаша каждый раз, хвастаясь перед новым знакомым. — Меняю огонь на сижку! Ася протянула открытую пачку девушке, пытаясь прикурить второй свободной рукой. — Хо-ро-шо, — заключила Сашик после первой затяжки. Как ни странно, Варе нравились подобные места. «Местечко с историей» — как она их называла. Часто девушки заходили в Притон с плохо скрываемым презрением. Их пугала ветхость, неухоженность квартиры. А еще поговаривали, что Иркина бабка прям там и умерла, в спальне на маленькой скрипучей кровати. Те, кто знал, что на самом деле родственница отошла в мир иной в городской больнице, не сразу спешили успокоить особо впечатлительных. Особенно мальчишкам нравилось нагнать шума и панику на одноклассниц. Но довольно быстро все напивались и становилось не до рассматривания окружающих красот. А Варя, наоборот, с удовольствием обращала внимание на различные предметы и мелочи. Она играла сама с собой в игру «что эта вещь говорит о хозяйке?». В целом, мало, что ускользало от цепкого Вариного взгляда: тонкая паутинка под потолком коридора, треснутая ложка для обуви, отметки роста на дверном откосе (скорее всего отмечали маленькую Ирку). В этой квартире любили посуду с цветочками и почти не использовали пластик. Было видно, что за книгами с любовью ухаживали — они ютились на полочках рассортированные по размерам и жанрам, выстроившись аккуратными шеренгами за стеклом серванта. Напротив серванта висел огромный ковер с оленями. У Вариной бабушки был похожий. Когда она была маленькой, то перед сном обязательно повторяла пальчиками его узоры. Ей нравилось думать, что тогда там, во сне, этот олень будет охранять ее от кошмаров. И так многие элементы квартиры вызывали у девушки ностальгические настроения. Она воображала, какого это было, когда лет десять назад маленьку Иришку со старшим братом забирала со школы бабушка, и они шли через длинный рынок. Наверняка, бабушка покупала внукам какую-то сладость в киоске по дороге. А потом помогала с уроками прямо за этим лакированным столом (на котором, судя по слухам, уже успела потрахаться парочка из параллельного). Каждый сантиметр пространства впитал в себя историю и воспоминания, которые вряд ли кто-то захочет воскресить. Скорее всего квартиру продадут, и здесь начнется новая история. А пока старшеклассники могли прятаться здесь от родителей, учителей и проживать свою маленькую почти взрослую жизнь. Наполнять одну ночь таким количеством событий, чтобы можно было обсуждать целую неделю до следующей вечеринки. — Ну что, Ирок, колись, — Сашик хитро посмотрела на девушку, — Ходят слухи, что ты теперь с Золотаревым. Уж не из-за этого Псы соизволили заглянуть на наш скромный огонек? — Не знаю — не знаю, что там за слухи. Пока с Юрой у нас ничего не было. Я просто пригласила его к нам и сказала, что при желании ребята тоже могут прийти. Но без понятия будут они или нет. — Пока? , — улыбнулась Ирке Варя.

***

После того, как девочки докурили, они поднялись в квартиру. Валя не без удивления обнаружила, что ко времени пришли только она с Алексашей, Ася и хозяйка квартиры. На самом деле более удивительно было бы, если кто-то еще пришел так рано. Хорошим тоном считалось ворваться уже в разгар тусовки, когда громко играла музыка, пьяно хихикали девчонки и все находились в уже приподнятом настроении. Однако, если бы Варя не вышла из дома засветло, то вообще никуда не попала бы. А Алексаша всегда поддерживала ее за компанию. Девочки собрались на крошечной кухне, Ирка достала из шкафчика не совсем чистые стаканы, критично осмотрела их и все-таки решила лишний раз сполоснуть. — Осталась водка и сок с прошлого раза, будете? , — через плечо спросила Ирка. — Ой, не, спасибо, мы пока по легкому, — в ответ на предложение Сашик скривилась и достала из рюкзака бутылку, демонстрируя. — Это вы неплохо придумали. Напишу Лелику, чтобы и мне по дороге одну захватил, — Ася с одобрением посмотрела на сангрию. — Если хочешь, можем сейчас нашу выпить, а потом, когда Лелик придет и ту поделим? , — предложила Варя. Она помогла Ире протереть стаканы и поставила те на стол. Сашик по-хозяйски стала разливать плодово-ягодное вино. — Будешь? , — кивнула она в сторону Ирки. — Не, я с Эссы начну, может попозже. Сашик в ответ лишь пожала плечами, мол «как хочешь», и наполнила почти до краев три стакана. — Ну что, за нас, умных и красивых? , — предложила Ася, подняв стакан. — За нас! , — рассмеялись девушки и чокнулись стаканами. Спустя полчаса начали подтягиваться новые гости. Среди них была пара ребят из Вариного класса и еще несколько из параллельного. Через еще некоторое время закончилась первая бутылка сангрии., в квартире становилось шумно и оживленно, а Варя почувствовала как в теле появилась тяжесть, а голова, наоборот, стала нереально легкой. Они с Алексашей уже давно перестали считать и запоминать вошедших. То и дело раздавался звук дверного звонка и очередная парочка или групка заваливалась внутрь, звеня содержимым пакетов и рюкзаков. Подруги перебрались в зал, где собралась целая толпа, которая шумела, смеялась, разливала алкоголь и громко спорила, кто будет играть следующим — Oxxxymiron или Скриптонит. Варе больше нравился Скрип, в общем гуле ее голос сразу же затонул. Варе было хорошо. Она сидела в уголке пыльного дивана, к ее плечу прислонилась Сашик, в руках был стакан с вином и от энергии людей вокруг хотелось широко улыбаться. В центре комнаты травил байки из ниоткуда взявшийся Лелик. Он заливисто смеялся своим большим ртом, а куча разномастных цепочек на шее подпрыгивали в такт его движениям. Все любили Лелика. Он был простым, веселым и никогда не шутил о ком-то со злом. У него была явная любовь к огромным толстовкам, но узкие джинсы выдавали его худобу. Вокруг него всегда собиралась компания. Вот и сейчас они веселились над очередной историей. разгоняя шутки так, что у Вари закололо в боку от смеха. — Не трясись ты так, укачивает, — беззлобно толкнула в бок Алексаша. Та уже успела лечь Варе на колени и смотрела на всех снизу вверх. — Я пойду еще налью, ты будешь? , — Варя потрясла стаканом перед Сашиным носом и попыталась встать. Получилось не с первой попытки, но все же удалось удержаться на ногах, и Варя уверенно (почти) направилась в сторону кухни.Из маленькой спальни донесся взрыв девичьего смеха и голоса парней. Кажется, там тоже было весело. Варя сделала в голове пометку заглянуть туда на обратной дороге. Отвлекшись на происходящее в комнате, девушка не заметила надвигающееся на нее тело. Столкновения было не избежать. Хорошо хоть стакан был пуст. — Осторожнее, — сквозь зубы процедило «тело», схватив Варю за локти и не дав ей упасть. — Ой, сори, — девушка широко улыбнулась, посмотрев наверх на свое препятствие. Она отметила, что слова парня звучали грубо, но ей не хотелось быть грубой в ответ. Пусть его дерьмо остается его дерьмом. А Варя совсем не испытывала желания портить себе настроение. Она снова улыбнулась парню и поняла, что раньше его не встречала в их привычной компании. Он казался взрослее ее одноклассников. И у него было на редкость хмурое выражение лица. Волосы были темно-русыми и непонятно, специально ли он придавал им художественный беспорядок или просто неудачно встал с постели. Тонкие губы упрямо сжаты, как будто он сдерживал себя от колкостей в сторону Вари. Девушка решила не дожидаться, когда эти колкости вырвутся. Она еще раз взглянула на незнакомца из-под ресниц, присела в дурачливый книксен и обойдя парня, вошла на кухню. — Эй, Кис, ты скоро там? , — раздался мужской голос из спальни. — Фи, какой девушке будет приятно, если ее будут при всех называть кисой? , — с недоумением спросила Варя у сидящих за кухонным столом девушек. Те в ответ лишь засмеялись. — Варь, Киса это парень, — хихикнула Маша Лаврова, — маленькая блондинка в яркой кофте. — Ну, помнишь, Ирка говорила, что звала Псов. Это один из них. — Интересное у него имя, конечно. — Вообще он Ваня Киселев, но все всегда звали Кисой, — добавила Ася. Она уже давно перешла с сангрии на водку с соком, и ее щеки стали ярко-розового цвета. — Мило, — заключила Варя. Хотя от милого в том парне, с которым она столкнулась, было только имя. Девушка наполнила свои стаканы остатками вина и пошла обратно к подруге. Заглядывать в спальню ей перехотелось. Наверняка, там была вся компания этих парней, и Варе не хотелось привлекать к себе лишнее внимание без поддержки Сашика. Мало, кто мог сказать, что Варя замкнутая или нелюдимая. Но то было в компании своих. Чужих девушка сторонилась и даже немного побаивалась. — А вот и она! Моя богиня вина! , — Сашик встретила Варю, повиснув в танце на Вадиме из Б-класса. Они совершенно нелепо пытались изобразить то ли вальс, то ли танго. Даже если Вадим и имел какое-то представление о танцах, Сашик путалась в ногах, хохотала и больше висела на своем партнере, чем танцевала. Ее волосы стали влажными от духоты в комнате, а глаза разгорелись. И у Вари закрались подозрения, что пока ее не было, нашлись неравнодушные, которые поделились с подругой чем-то покрепче. — Все, Вадик, я больше не могу, — с сияющим взглядом Алексаша оттолкнула нерадивого партнера, — Пошли курить, — и потянула Варю в сторону балкона. Девушка не стала привычно возражать. Немного свежего воздуха и правда бы не повредило. Однако, к ее большому сожалению, на балконе уже собралась целая толпа. Все курили или парили. Кумар стоял ужасный. Варя скорее протиснулась к открытому окну и подставила лицо под ночной воздух. Внизу во дворе стояла идеальная тишина, светились пара фонарей и убывающая луна. В голове сразу стало яснее и дышать стало легче. Все, кто находился на балконе спокойно переговаривались в полумраке, тесно прижавшись друг к другу. И от этого обстановка показалась Варе немного интимной. Сзади, как-то даже слишком близко, раздалось тихое покашливание. — Кхм, не помешал? , — голос прямо под ухом заставил девушку вздрогнуть, обернуться и обнаружить вплотную стоящего парня. Киса. Он смотрел на нее сверху вниз, вопросительно выгнув бровь. — Да вроде нет, — ответила Варя, снова отворачиваясь к окну. — Да? Тогда я все же был бы признателен, если ты слезешь с моих ног. Ой. Варя поспешно сделала полшага вперед на холодный пол. Да, теперь понятно, почему в ее тонких носочках было не холодно стоять. Ее щеки порозовели, но хорошо, что этого нельзя было разглядеть в темноте. В добавок ко всему около ее щеки появилась рука с зажженной сигаретой. Киса высунулся чуть в окно, зажав Варю между ним и перегородкой. Стряхнул пепел. Ну и мудак. Мог бы просто попросить подвинуться. Варин полупьяный мозг зафиксировал чужую руку на своей талии и дыхание совсем рядом с ухом. Через секунду докуренный бычок полетел вниз с балкона, а ощущение руки и тела сзади исчезло, как будто ничего не было. Спустя минуту Варя обернулась и обнаружила только Сашика в компании подруг и ребят. Она неловко улыбнулась Алексаше, и та легко притянула ее за руку. — Ребята, это Варвара, — представила подруга Варю. На нее направились взгляды трех незнакомых парней. — Варвара! И ждать на крылечке беспомощно тебя. Ох, как далеко, далеко от меня ты! (1), — протянул парень с очень короткой стрижкой. Он выделялся мощной квадратной челюстью и тяжелым взглядом. Девушка вопросительно подняла брови. — Не обращай внимания, — с лукавством в глазах заявил светловолосый парень. В нем не было ничего сверх примечательного. Про таких говорили «обычный». В широко посаженных глазах лучилось веселье, — Я Губарь, это Игорь, — он указал на короткостриженого. — Юра, — протянул руку третий. Пожалуй, внешне он был самым ярким. Если вообще можно применить к нему это слово. У Юры были белесо-голубые глаза, бледная кожа и светлые, почти белые, волосы. И такие же брови вразлет. Варю это сразу привлекло. Ей нравилось все необычное, а этот Юра выглядел весьма необычно на общем фоне. — Очень приятно, — девушка протянула руку в ответ на Юрин жест. И тот, к ее удивлению, коснулся губами тыльной стороны ладони вместо того, чтобы просто пожать. Варя смутилась, но решила. что показывать этого нельзя. — О, так на этом балконе настоящий джентльмен, — воскликнула Варя и присела в книксене. Второй раз за вечер. Кто бы мог подумать? — И истинные леди! , — Губарь в ответ шутливо приподнял несуществующую шляпу. Все на балконе засмеялись. Если это и были те самые Псы, то они не казались такими уж ужасными на первый взгляд. Варя ожидала увидеть кучку малолетних преступников. Хотя и не сильно-то малолетних. Всем из них уже есть восемнадцать, а некоторым исполнились и все девятнадцать. А вместо этого перед ней стояли самые обычные ребята. — Пойдемте внутрь. я уже окоченел, — широкоплечий Игорь оттеснил всех в сторону двери. И Варя снова оказалась в яркой и шумной комнате. Она достала телефон и после взгляда на время выругалась. Почти час ночи. 46 пропущенных от мамы. И еще около двадцати гневных сообщений. Кажется, скандала не избежать. И лучше больше не усугублять ситуацию. — Сашик, я побегу домой. Мать с ума сходит, — девушка обняла подругу на прощание. Та непонимающе нахмурила брови. — Погоди, ты куда? Тебя проводить? Погоди, я сейчас оденусь, — она пьяно пошатываясь попыталась выйти в коридор. — Солнце, не нужно, мне тут две минуты идти, веселись, — Варя поцеловала Алексашу в щеку, — Присмотришь за ней? , — шепнула сидящему на обувнице Лелику. — Конечно, не волнуйся, — подмигнул тот в ответ, — тебя точно не нужно провожать? — Да, Лель, я уже взрослая девочка, — закатила глаза Варя, накидывая куртку. — Тебе в какую сторону? , — снова из-за спины раздался низкий голос. — На Пивик, тут две минуты, — повторила Варя Кисе и потянулась к ручке двери. — Стой. С тобой пойду. Хочу подышать, — парень потянулся за своими кроссовками. «Не надо со мной идти» — хотела сказать Варя. Но отчего-то не сказала.

***

Сентябрьская ночь стала спасительным глотком воздуха после душной квартиры. Во дворах не было ни намека на случайного прохожего, только звуки редких машин на соседней улице. Варя зябко поежилась от прохладного воздуха и поглубже засунула руки в карманы джинсовки. Оглянувшись, она увидела выходящего из подъезда парня. Он, в отличие от девушки, даже не поморщился от холодных пальцев наступающей осени. Щелкнула зажигалка, загорелся огонек на кончике Кэмэла. Киса глубоко затянулся и с шумом выдохнул сизое облако в беззвездное небо. — Ну, чего застряла? Пошли, - бросил парень и зашагал к выходу из двора. Девушка двинулась следом, с тревогой взглянув на экран телефона. Последнее сообщение от матери было почти час назад. Какова вероятность, что та все же уснула, и есть шанс проскользнуть незаметно? Откровенно говоря, эта вероятность была весьма мала. Но надежда умирает последней, верно? Варя поравнялась с Киселевым, бросила на него косой взгляд и постаралась сосредоточиться на дороге. Она не могла с уверенностью сказать, что компания этого провожатого была действительно комфортной. Да что уж, скорее совсем некомфортной. Молчаливый спутник, размеренно пыхтящий своей вонючей сигаретой и не обращающий на Варвару совершенно никакого внимания только добавлял напряжения перед возвращением домой. — Меня Варя зовут, кстати, - решила разбавить атмосферу девушка. Спутник только слегка склонил голову в ее сторону и чему-то ухмыльнулся сам себе. Она сказала что-то смешное? Пожалуй, попытки проявить вежливость были излишни. Только в воздухе повисла дымка неловкости. Хотя может Варя как всегда слишком беспокоится о том, чему другие люди даже не придадут значения? — Киса, - раздался голос, когда девушка уже перестала ждать какого-либо ответа. Теперь пришла ее очередь усмехнуться. Все-таки совсем не вязалось это прозвище с человеком, идущим рядом. С тяжелым взглядом и напряженными скулами он больше напоминал бойцовского пса, чем “кису”. Хотя и киса может сделать “цап” - Варе пришла на ум ее собственная Плюха. Это сейчас она степенная женщина в годах, но в детстве не было и дня, чтобы руки или ноги не были без свежих отметин зубов да когтей. Улыбка против воли растянула губы девушки, когда та представила хмурого парня-провожатого в образе ее сварливой пушистой кошки. — Над чем хихикаешь? - сцены в воображении разбились о неуместно громкий вопрос. Но тон не казался враждебным, скорее просто заинтересованным. — Так, о своем, - постаралась не акцентировать внимания на своих фантазиях Варя. И тут же возмутилась: - И ничего я не хихикала! — Ну-ну. Молодые люди вышли из заснувшего рыночного брюха и оказались на перекрестке. “Пивик” утонул в темноте и только лениво щурился парой прожекторов. Варя подошла к краю тротуара в ожидании зеленого света светофора. Машин почти не было, однако с детства в девушку вбивали, что правила необходимо соблюдать. Будь то правила поведения на дороге или правила хорошего тона. “Все ради твоей безопасности” - уверяла бабушка, заставляя девочку в очередной раз повторять: “Перед тем как перейти дорогу, посмотри налево. Если никого нет, переходим до середины, смотрим направо. Переходим дальше, если никого нет или только, когда машина остановилась.” И пятилетняя Варюшка вертела головой во все стороны и стойко выжидала разрешительного сигнала. Конечно, с возрастом девочка обнаружила отсутствие светофоров во многих стратегических местах. И тогда вместо бесконечного ожидания, когда хоть кто-нибудь остановится перед школьницей, включался режим “бей или беги”. Тут-то Варя и заметила, что большинство водителей воспринимают только наглых пешеходов. И не только водители. По дороге пронеслась не первой свежести четырка с гремящим из открытых окон “Городом под подошвой”. Светофор последний раз моргнул желтым, чтобы упасть на кисины кудри зелеными рефлексами. — Я вон там живу, - Варя ткнула пальцем в оранжевую панельку через дорогу, - Могу дальше сама добежать, - девушка шагнула на проезжую часть, - Спасибо, что проводил! — Сказал же, что провожу до дома, - в ответ на попытку сбежать, Киселев в два шага догнал девушку. Ну и пусть. Захотелось ему, видите ли, воздухом подышать. Его стая, наверняка, уже вся заждалась, пока он тут шастает. Варя решительно не верила в бескорыстное благородство первых встречных, но и напрямую спросить, что он за ней увязался, не решалась. Но то чтобы она побаивалась Кису. В самом деле, что он ей сделает? Как минимум Лелик видел, что она ушла с ним. Ведь видел же? Даже если Варвара и испытывала в моменте некую тревогу, она твердо решила для себя ни за что этого не показывать. Вдруг парни, как собаки - чуют страх? В какой-то энциклопедии юного натуралиста была пометка: “если дикое животное чует страх, это может вызвать у него агрессию”. Интересно, по шкале от 1 до 10, насколько кисы дикие животные? За этими мыслями Варя не заметила как они подошли к её - последнему в доме - подъезду. Теплый свет фонаря выхватывал выцветшую лавочку и краешек гаражей напротив. Только пара окон во всем доме еще светились, остальные жильцы давно видели десятый сон. Варя сразу отсчитала нужный этаж и с облегчением отметила, что в ее окнах света не было. Значит, шанс проникнуть с наименьшими потерями все же оставался. Школьница уже собралась попрощаться и ускользнуть, как Киселев спросил: — Покурим? - и достал голубую пачку с верблюдами. — Не курю, - привычно ответила Варя и, подумав, продолжила, - но могу просто постоять за компанию. — Неожиданно. — Что именно? — Что не куришь. Я думал, у вас все девчонки курят. — Ну как видишь, - Варе почему-то резко захотелось стрельнуть у него сигарету и из вредности закурить. Но вместо этого только скривилась, случайно вдохнув едкий дым, - Фу. — Сори, - к удивлению Вари, парень постарался выдыхать в другую сторону. Еще пару минут ребята стояли молча. Было тихо и немного зябко. Подъездный фонарь подрагивал от одного ему известному напряжения, где-то за гаражами шуршала трава (кошка или кто-то пытается справить нужду?), а Варя старательно не замечала до чего пристально её разглядывает Киса. Она буквально чувствовала его пытливый взгляд. Было ли это смущающе? О да, безусловно, о чем вообще речь? Варя собралась и решительно встретилась глазами с наблюдателем. Тот даже мускулом на лице не дрогнул, лишь периодически подносил к губам сигарету. И сейчас, в хорошем освещении, стоя слишком близко, девушка разглядела целую кучу веснушек на лице Киселева. На носу, щеках, лбу, парочка прыгнула на губы и острые скулы. Сотка, что они есть и на теле. Но под олимпийкой и толстовкой с капюшоном узнать это было решительно невозможно. Может, оно и к лучшему. В последний раз затянувшись, Киса подошел к мусорному баку и затушил бычок о его железный бок. — Ну ладно, беги, некурящая. А то уже вся дрожишь. Варя действительно продрогла, но почему-то до последнего ждала, что парень попрощается первым. — Пока, спасибо, что проводил,- девушка двинулась к подъезду. И уже с открытой дверью решила обернуться, - Спокойной ночи! — Спокойно ночи, - Киса с легкой улыбкой махнул рукой и зашагал в сторону дороги. Варвара юркнула в подъезд и, благо, лифт уже был на первом этаже. Поднявшись на свой этаж, оставалось самое страшное. Еле слышно достав ключи, девушка представила себя в роли шпиона и отточенными движениями бесшумно открыла дверь. Разулась она еще в подъезде перед квартирой и теперь, с обувью в руках, по памяти в темноте дошла до своей комнаты. Закрыть дверь. Переодеться. Потрепать лежащую на одеяле Плюху и, кажется, можно выдохнуть. Спрятать кеды под кроватью - утром вынесет в коридор - и залезть под одеяло. Конечно, ложиться, не смыв макияж, так себе идея. Но лучше получить на утро пару прыщей, чем смачных пиздячек из-за шума и опоздания сейчас. Девушка проверила уведомления ВКонтакте (беззвучный режим она никогда не выключала). Непрочитанными висели сообщения от Лелика - “Ты дома?” и какие-то производные пьяного Алексашиного Т9. Зная подругу не первый день и даже год, Варя без труда расшифровала, что Сашик тоже почти сразу пошла домой. Отписавшись всем, что с ней все хорошо, девушка со спокойной душой отложила телефон и почти сразу уснула.