Кумихо в сумерках зимнего леса.

Кумихо в сумерках зимнего леса. Поведаю вам историю одной старой японской семьи. Давным-давно, во времена самураев, и во времена прекраснейших девиц на фестивале фейерверка, семья, близкая к императорской жизни, Ханаби, лишилась всего что у них было. Отец семейства перенаправил свои письма в другую страну, дабы сыскать себе роботенки. Работёнку нашел он к времени зимней. Собрались они, да поехали первой же коретою к своей обетованной новой, корейской державе. Почему корейской? Отец тот все свои 43 года грезил этою страною. Уж больно красива она для него. Добравшись и осоевшись, стали они все выходить во двор своего личного дома, что в Корее больно по-богатому, что нынче, что в тот век. Мальчишка младший, Ханаби Ширу, решил отправиться к полю, что было около дома. Поле покрыто было в то время девственно-белыми перинами из мелких снежинок. Около дивного поля, был завораживающей красы лес. Мальчик гулял по заснеженному полю, как вдруг, услышал некую мелодию. Кажется какая-то девушка напевает старинную песню о зиме и вкуснейшей еде, о доме и любящей семье. Ширу немного знал корейский язык, да только всех слов разобрать не получалось. Видать, больно искажена диалектами была песня. Мальчик захотел насладиться песней и поспрашивать у таинственной певицы, как же поеться в песне этой. Осторожно подходя к лесу, 11-летний самурай, выцепил взглядом белый, словно снех, пышный словно букет полевых цветов, ханбок. Ханбок - традиционное корейское одеяние сродни кимоно. Из под нежных одежд выглядывали несколько лисьих хвостов. Таких же белых и пушистых, как первый снег. Мальчик обрадовался, что встретил доброго духа-ёкая. Мальчик радостно обратился к девушке с лисьими хвостами и ушками: ー Кицунэ, что за прекрасную песню вы напевали? Холодный ветер скользнул по волосам мальчика. Лисица протянула к нему бледную руку и нежно коснулась его замерзших щек. Длинные прямые темные волосы развивались на едва ощутимом ветру и женщина произнесла: ー Милый глупенький мальчишка! Хаха~, кажеться ты спутал меня с моей сестрицей, я не кицунэ вовсе! ー Но вы же ёкай! Добрый дух - ёкай! Искорки чуда отбоемнули в глазах мальчика после этих слов. Лисица слегка поморщилась от холода. Смеркалось. Лисица протянула руку к плечу мальчика и спросила: ー Ты, видно, японский самурай! Твоя одежда совершенно не похожа на мою, совершенно другая, совершенно чужая! Теплые как не странно руки женщины перебрались на шею. Она подняла голову, и осмотревшись, вонзила свои острые когти в горло Ширу. Из шеи по пальцам лисицы потекла кровь. Она впитывалась в одежды, пока женщина терзала тело маленького мальчика в поисках печени и сердца. Кровь невинного дитя согревала снег и окрашивала его в цвет цветов из родного мальчику края японского, в цвет хиганбан. ー Я не Кицунэ, глупый милый мальчишка, -молвила она пока по ее прекрасному девичьему личику стекала кровь, - имя мне Кумихо, и я далеко не моя слащавая сестрица.