Emptiness

Год спустя.       Проснувшись, ты уже улыбалась от обволакивающего тепла прижавшегося к спине тела. Виктория прокомментировала это, и ты не смогла сдержать смех — ей всегда удавалось понять по твоему дыханию, спишь ты или нет.       Виктория потянулась и вылезла из вашей общей постели, отмечая, что и тебе бы стоило подняться. А ты лишь глазами прошлась от её лопаток до милой попки. Вздохнув, ты сообщила ей, что предпочла бы остаться в постели и хорошенько её оттрахать, отчего она покраснела, вызывая у тебя улыбку.       Тебя удивляло, что ты умудрилась уснуть практически в два часа дня, хотя и знала, почему. Тори достойно выучилась влиять на тебя. Ты заметила брошюру, сделанную и распространяющуюся компанией Чейзов. За заголовком, утверждающим «Макс Коулфилд: Частицы Времени», следовала твоя фотография. Ты перестала быть такой стеснительной, и теперь твои селфи заполонили социальные сети и, видимо, рекламу Чейзов. Нижняя часть брошюры привлекла твоё внимание, и ты вспомнила свой спор с родителями Виктории, владеющими данной компанией, о строках посвящения на этих рекламках. Хлое, Рэйчел и Кейт. Галерея.       С дрожащими руками ты ходила по коридорам и раздавала путанные пояснения тут и там о различных представленных изображениях. Один журналист спросил тебя о причинах создания всех этих работ. Улыбка спала с твоего лица, и ты пояснила ему, что это был процесс исцеления. Что выуживание боли и демонстрация её, разделение с другими помогает справляться с ношей твоей. Ты всё ещё увлечённо говорила с ним, а вокруг вас собралась группа зрителей, когда рядом с тобой внезапно появилась Виктория и мягко взяла под руку, протягивая платок. Только сейчас ты заметила, что плакала почти всё это время.       Ты обняла Викторию и заверила её, что всё в порядке. Ты направилась к экспонату, что был мучительнее всех, чтобы доказать себе, что ты всё ещё способна выдержать его. Разбитое стекло на чёрном полу, в каждом осколке которого отражалась ты сама. Название, что ты дала этой работе — «Распавшаяся в собственном разуме», и никто из тех, с кем ты говорила, не понимал её. Но это ничего. Главное, что ты понимала. Улицы Сиэтла.       Вы с Тори прогуливались по прохладным улицам Сиэтла. Вечерняя выставка в галерее закончилась, и тебе захотелось пройтись, а Виктория не могла отказать тебе. Ты всё время улыбалась, размышляя о своём будущем. Решила, что иногда счастливый конец всё же бывает.       Ты сошла с тротуара, слепо глядя не в ту сторону. В детстве с тобой так было постоянно, и Хлоя утверждала, что это потому, что ты настолько неуклюжая, что забываешь, где право и лево. Крик Тори был последним, что ты услышала.