Do u like dancing?

      Открыв дверь, подняла бровь, и только потом, невыспавшийся мозг Луз сообразил, кто стоит перед ней.       Высокий, статный мужчина в дорогом, солидном костюме и маске, что была выплавлена из чистого золота. По рогам, что напоминали рога оленя, Носеда и определила человека. — Мистер Виттебейн? — Луз чуть опешила, пытаясь понять, зачем этот человек стоит перед ней, — Сам Белос Виттебейн? — Здравствуй, Луз, — мужчина поправил галстук, наблюдая за девушкой, хоть шатенка и не видела, но чувствовала этот внимательный взгляд, — Вижу, Вы наслышаны обо мне. Разрешите пройти, для более конфиденциального разговора?       Носеда слегка нахмурилась, но все же отошла от прохода, позволяя вышеупомянутому мужчине войти. Закрыв следом дверь, танцор незаметно убрала вещи в гардероб, натягивая милую улыбку. — Чай? Или предпочтете кофе? Пройдемте за мной, — Луз даже и представить не могла, что нужно её бывшему начальнику, которого она видит впервые. — Кофе. Без сахара, — мужчина внаглую сел за стол, закидывая одну ногу на другую. Распознать эмоции этого человека крайне сложно из-за маски, но, глаза — зеркало души, и во взгляде Белоса не читалось ничего хорошего.       Большая часть планов Луз было откинуто в сторону. Девушка как-то слышала на что способен этот человек, и по слухам, ему не раз сходило убийство с рук, поэтому, Носеда решила выслушать, что же скажет ей Белос.       Поставив перед ним кружку кофе, запах которого приятно заполнил комнату, девушка села напротив, ощущая жуткую атмосферу вокруг себя. Белос молча сделал первый глоток, словно смакуя вкус домашнего кофе, и словно удовлетворённый, кивнул сам себе, отставляя кружку на стол. — Как, я думаю, ты уже поняла, я здесь не просто так, — бывший начальник сделал паузу, наблюдая за изменениями в лице девушки. На удивление, Луз была спокойна, ну, или делала вид, что спокойна. Или просто показывала это, — У меня к тебе предложение, Луз. Ты очень хорошо поднимаешь рейтинг моего бара. Выводишь его в топы города и всей страны, благодаря своим напиткам, — Белос прервался, делая глоток бодрящего напитка, — И мне было прискорбно увольнять тебя. Поэтому, мы можем поступить так…

***

      Последствия алкогольной ночи, подкрепленные горькими слезами отразились на лице Блайт крайне заметно. Если бы Боша проснулась сейчас, то шутила бы про то, что Эмити похожа на королеву русских пельменей. И благо, что спортсменка спит, иначе выслушивала недовольный бубнеж балерины из-за больной головы. Благо, О’Брайн подумала об этом заранее и нашла в общежитии обезболивающее. Которое, к слову, не особо помогло.       Взглянув на себя в зеркало, Блайт недовольно хмыкнула, потирая глаз кулаком. Ей явно нужно придумать хоть что-то, ибо завтра экзамен, и отек такого масштаба может не сойти к вечеру. Ещё и с Хантером нужно связаться, а пока Боша спит, это невозможно.       Приняв водные процедуры и сделав небольшой массаж лица, Блайт покинула ванную комнату, взглянув на подругу, что мирно спала, удивляя своей беззаботностью. Эмити увидела телефон Боши. Глянув на время, девушка слегка выпала. Всего 7 утра, почему она проснулась так рано с учётом того, что легла под утро? И Эмити написала бы Хантеру, но решила не лезть в телефон подруги, уважая её личное пространство. Положив телефон обратно, Эмити решила перекусить, так как желудок вывернулся в обратную сторону, не смотрят на поздний ужин. Или слишком ранний завтрак. Это с какой стороны посмотреть. На удивление, в общем холодильнике девочек были продукты на обычный омлет, что было прискорбно. Блайт решила днем сходить в магазин, дабы купить хоть что-то для разнообразия. На одних омлетах и умереть можно. Взяв ингредиенты, девушка направилась на общую кухню женской общаги. Благо, она убрана и не выглядит как свалка тысячелетия у какого-нибудь огромного города.       Сковородка была чиста, значит лишних действий не будет. Приступив к приготовлению завтрака, Эмити как-то упустила неожиданно посетителя кухни, как и она сама. Причем в столь раннее утро. И благо, гость решил подать признаки существования. — Как себя чувствуешь? — неожиданный голос из-за спины заставил Блайт выронить лопатку и вызывать смех у девушки, что спокойно сидела за столом, проверяя свой маникюр на наличие трещин, — Не пугайся, это я. — Скара, боже. Кто научил тебя так тихо ходить? — Эмити повернулась к той, слегка сведя брови к переносице от испуга. Встретившись с серыми веселыми глазами, наполненными искрами, балерина спокойно выдохнула, успокаивая бешено колотящееся сердце. — Мое желание поесть ночью! — с легким смехом ответила девушка, щелкнув пальцами, — Так, как ты себя чувствуешь? Боша вчера занесла тебя на руках и если честно, — музыкант сделала паузу, словно обдумывая дальнейшие слова, — Выглядела ты убито. — Это, — Блайт слегка осеклась, замолчав на пару секунд, поднимая лопатку и отправляясь к раковине, чтобы её помыть, — Сейчас лучше. Если бы не Боша, я не знаю что делала бы с больной головой и состоянием овоща, — с легкой улыбкой, балерина вернулась к сковороде, дабы не убить единственный омлет. — Она прибежала к нам с девочками. Многие удивлены, что ты была в таком состоянии. Неужели с Хантером поссорились? — Скара поднялась, взяв пакет со своими продуктами дабы приготовить завтрак себе и своей соседке. — Нет, с Хантером все в порядке, там долгая история, и она достаточно личная, — Блайт выключила огонь под сковородой, прихваткой удерживая ручку и направляясь к столу, дабы выложить омлет на тарелки. — Ладно-ладно. Я знаю, что ты еще злишься на меня после школы, и поэтому вновь прошу прощения. Ты всегда знаешь где меня найти, если захочешь поговорить и будешь в ссоре с нашей бешенной Бошей, — все с той же улыбкой проговорила Скара, вызывая легкий укол в сердце у ледышки Блайт. Все же, несколько лет прошло, пора бы и простить. — Знаю, — балерина выдержала паузу, после чего, слегка повернув голову к девушке у кухонной гарнитуры, продолжила, — И спасибо, — дождавшись кивка у стоящей к ней спиной Скары, Блайт взяла тарелки и направилась обратно в комнату.       Общежитие ещё спит, у кого-то висел носок на ручке двери, что означало, что в общаге были веселые выходные, и некоторые парни находились в комнатах девушек. Жаль, что никто не следит за посещением здания. Точнее, один единственный охранник, как правило, или спит, или пропускает за бутылку русской водки.       Нисколько не удивляясь спящей Боше, Эмити поставила тарелки на стол и принялась будить девушку. Ну как будить, скорее напугать, чтобы О’Брайн встала сразу. Обычными действиями, эту сумасшедшую поднять невозможно. — Рота подъем! — Блайт резко накрыла голову Боши одеялом, заставляя ту сразу дернуться и вскочить с нагретого местечка. Из-за неуклюжих движений девушки, чья голова была закрыта одеялом, балерина засмеялась, усаживаясь на край чужой кровати. — Еб твою мать, Блайт! — спортсменка схватилась за сердце, недовольно посмотрев на смеющуюся подругу, — Нельзя пугать людей пока они спят! — Боша фыркнула, после чего принюхалась, — Еда? — О’Брайн подняла бровь, после чего взглянула на девушку. — Мать не трогай, она итак бедная, — закатывая глаза, балерина наконец-то успокоилась — Да, еда. Вставай и марш в ванную, — Эмити усмехнулась, собираясь подняться с кровати соседки, Блайт забыла один маленький момент, касающийся её подруги. Спортсменка мстительна, поэтому только потеряв бдительность, балерина получила по голове подушкой, после чего откинула её обратно в соседку, — Эй! — Это чтоб не расслаблялась и не пугала меня больше. Черт, сколько времени вообще? — О’Брайн взяла телефон со стола, взглянув на дисплей, что ярко засветил, заставляя девушку поморщится, — Еб твою. Кто выкрутил яркость? Желтого мудака хватает, — девушка наконец-то открыла глаза, после чего, раскрыла шире, — Пол восьмого утра?! — из рук спортсменки даже телефон выпал, слегка отпрыгивая от матраца кровати и падая на пол. — Ты, вроде как, вчера сильно не напивалась, чего буйная такая? — Блайт усмехнулась, поставив тарелку для Боши поближе, чем вызвала включение всех систем в голове девушки. — А вот меньше меня надо было заставлять переживать за твою прекрасную жопу! — спортсменка вскочила, словно ветер отправляясь в ванную комнату. — Я не заставляла, это была чисто твоя инициатива! — в ответ крикнула Блайт, усмехнувшись. Доставая из небольшого холодильника фруктовый сок, Эмити вытащила и кружки, сразу же наполняя их напитком.       Из ванной послышались нечленораздельные звуки, которые вызвали у балерины ухмылку. Зубы чистит, сразу ясно.       Отвлекаясь от подготовки завтрака, Блайт наконец взглянула за окно. Редкие, темные облака ещё виднелись на идеальном голубом небе, пока в окно заглядывали солнечные зайчики. Природа вновь обновляется после освежающего дождя. И Эмити невольно задумалась, что и ей стоит отбросить свои внутренние переживания, связанные с Луз, и наконец-то задуматься о предстоящем экзамене. Все же, на сессии присутствует комиссия, а на последнем, ещё и будет высокопоставленный человек из театра. Нужно показать себя в лучшем свете. Возможно, забыть сейчас о ситуации с латиноамериканкой — это лучший выход. Перед окном, в легком танце прокружились две ярких птички — колибри, что скрылись так же быстро, как и появились. Многие птицы Сан-Франциско привыкли к городу и почти не боятся людей, соблюдая дистанцию и при этом петляя меж высокими, офисными зданиями. Эта картина, невольно заставила Блайт улыбнуться. Иногда и правда хочется стать свободной птицей, что может улететь куда угодно, за которой не будет следить родная мать, и та, что видит вечерний город с высоты.       От собственных мыслей, Эмити вывел шум из ванной, а точнее, грохот, за которым последовал голос Боши. — Все нормально, я просто уронила стакан! — уже более бодрым голосом произнесла спортсменка, перекрикивая журчание воды. — Напилась — не буянь! — ответила балерина, слегка посмеиваясь. Эмити только сейчас заметила, что у неё хорошее настроение. Ей не хочется плакать, напиваться, рвать и метать, что сильно удивило девушку. Возможно, вчерашние слова Хантера и Боши помогли, а может, утренний разговор с Скарой так повлиял, Блайт точно не знала. — Я, в отличие от тебя, не напивалась до такого состояния! — послышался голос спортсменки, после чего, она и показалась, — И не надо мне тут ля-ля, — девушка покрутила указательным пальцем перед своим лицом, после чего, обратила внимание на хитрое лицо Блайт, — Что? — Буквально несколько дней назад ты напилась так, что мне пришлось тащить тебя на руках. И не говори, что не помнишь, — Эмити усмехнулась, усаживаясь на свою кровать. Балерина взяла тарелку в руки, принимаясь кушать. — Я так надеялась, что ты забыла, — О’Брайн фыркнула на соседку, после чего, уселась на свою кровать, также принимаясь кушать, — Приятного, Блайт. — И тебе, О’Брайн. Не подавись только, — Эмити усмехнулась, увидев лицо Боши. Оно явно показывало утреннюю злость на подколку подруги. Именно после таких подколок, люди, как правило, давятся кусочком еды. — М, точно, — прожевав омлет, спортсменка резко схватила свой телефон, — Надо ж этому, золотому мальчику написать, пусть твой телефон поищет. Ты ж меня съешь, если твой телефон не найдут, — О’Брайн, не отвлекаясь от телефона, попыталась наколоть омлет, и если б не её спортивная подготовка, то вся тарелка окрасила пол в цвет омлета, — Успела. Так вот. Я написала Хантеру, он сказал, что узнает у ребят в баре, а сам посмотрит в машине. — Как все оперативно. Всего лишь телефон, — Эмити закатила глаза, делая глоток сока, после чего, непонимающе посмотрела удивленной Боше. — Блайт, ты не заболела? Обычно за свой телефон ты и убить могла, —О’Брайн поставила тарелку на стол, поднимаясь с кровати. Быстро преодолев расстояние меж кроватями, девушка приложила руку ко лбу соседки, внимательно смотря в глаза, — Температуры нет. Кто ты? И что ты сделал с моей ворчливой Блайт, которая за телефон руку по локоть откусит. Нет, по плечо! — спортсменка отпрыгнула обратно к своей кровати. — Боша О’Брайн, если ты не успокоишься и не доешь свой омлет, я впихну его в тебя через другое отверстие, — Эмити нахмурилась, поставив кружку на стол. Взгляд говорил за себя, и по бровям, сведенным к переносице, было понятно, что Блайт не шутит. — Дьявол, откройте форточку, она опят душнит, — Боша закатила глаза, усаживаясь на кровать, дабы вернутся к трапезе, — Даже пошутить нельзя, — пробубнела девушка под нос, ковыряя вилкой омлет. — Молча, Боша, — строго произнесла балерина, доедая свой завтрак, — И посуду помоешь, раз я готовила, — Блайт допила сок, отставляя посуду на стол, после чего поднялась, — Ты решила в какой цвет краситься? — как ни в чем не бывало продолжила Эмити, взглянув на подругу. — Удивительно, что ты запомнила это, но не запомнила цвет. Мы даже обсуждали это, и ты сказала, что красный, возможно, мне не пойдет, — спортсменка и сама доела, не желая спорить с Блайт и просто помыть посуду. Мало ли на теле О’Брайн появятся ещё четыре дырки от вилки. — Точно, красный. Значит так. У нас с тобой сегодня свободный день, а завтра у меня зачет. Поэтому, ты моешь посуду и наводишь в комнате порядок, а я пока схожу в магазин и куплю продуктов. Посмотрю, может найду краску, из-за которой твои волосы не будут уничтожены. Осветлять тебя не надо, итак светлая. Все понятно? — балерина, словно капитан, раздала все поручения, ожидая ответа от спортсменки. — Так точно, капитан! — О’Брайн отдала честь, сходу хватая обе тарелки и кружки, быстро покидая комнату девушек. С этой дамой спорить бесполезно, особенно когда она в таком расположении духа. — Другое дело, — Эмити принялась переодеваться, невольно вспоминая отрывки прошлого дня. Ей стоит поговорить с Луз, но явно после экзамена. Сейчас задумываться об этом явно не стоит, это может пагубно повлиять на оценку и моральное состояние балерины. Учитывая неожиданную потерю телефона, Блайт была крайне удивлена, что кошелек целый и невредимый, лежит на столе. Похоже, Боша забрала его, когда Хантер нес пьяную Эмити. Возможно, после зачета, балерина найдет в себе силы написать Луз и встретиться с ней, чтобы рассказать всю правду, но это в будущем. В далеком и темном будущем.

***

— Ни за что! Даже не надейтесь, мистер Виттебейн! Я не собираюсь подставлять ту, кто заменил мне мать! — Луз злилась. Белос предложил большую сумму в обмен на подставу Иды. — Ты не понимаешь, Луз, эта женщина тебе врет! — Мужчина поднялся из-за стола, хмуро смотря на девушку, что и сама поднялась, дабы быть выше к лицу бывшего начальника. — Знаете, что мне нравится в Америке? Законы! — Носеда схватила Виттебейна за галстук, после чего нанесла удар по маске, погнув её. Из-под золота, что скрывало лицо Белоса, показалась кровь, пока сам мужчина упал назад, хватаясь за лицо поверх маски, — Уходите и не смейте приближаться к моей семье, иначе я найду способ вас убрать. — Жалкая девчонка, ты даже не знаешь, что происходит! — Белос поднялся, пока с его подбородка, кровь капала прямо на пол, пачкая его, — Твоей наставнице стоит быть осторожнее. Вы ещё пожалеете, что встали на моем пути! — Виттебейн, схватив свой пиджак, что снял во время разговора, быстро покинул квартиру Луз, оставляя её с каплями крови на полу, записью на диктофоне телефона, и злостью. Жгучей ненавистью, что разъедала изнутри.       Отключив запись на телефоне, Носеда сразу же набрала номер, выученный наизусть и находящийся самым первым в списке избранных. — Приезжай. Срочно. У меня есть разговор, — отключив вызов, шатенка уселась обратно за стол, недовольно посмотрев на руку. Наверняка будет синяк на костяшках, сильно ударила и, возможно, сломала нос бывшему начальнику, которого увидела впервые в жизни, — Вы ещё пожалеете, что встали на моем пути, — повторив его слова, Луз усмехнулась, — Ну как же, конечно. Наивный. И не такое переживали.