***

Людоед с Геростратом Одиссея зовут на обед, Предварительно спрятав в шкафу предыдущий скелет. Людоед Герострату - не друг, не товарищ, не брат. (По секрету: они обитатели смежных палат.) Будет всё шито-крыто, заверит его людоед, Не робей, Одиссей, это лишь первоклассный обед. Мы невинны, как дети, доверься эксперту, мой свет. Доказательств обратного, видишь ли, попросту нет. Только кто-то нежданный отыщет стальную иглу, И не важно - он молод ли, стар ли, умён или глуп, Или слушает чаек, прожорливых, словно смерть, И находит в подвалах не золото и не медь. Он прикажет: исчезни, развейся, негодная хтонь, И попросит: (не) следуй за мной, огонь. Чтобы август пришёл в предпоследний январский день, Не оставь меня светом, сотри обветшалую тень, Укажи: где искать переправу, понтон или брод? Просто следуй за белым кроликом, скажет Господь. Равнодушная Мойра распутает дряхлую нить, Чтобы шёлковой, новой и прочной её заменить. Ведь истории будет потом (и всегда) всё равно, Кто Гекубе на светлую тунику пролил вино.