Behind the curtains

За кулисами слышится крик толпы и визги фанаток. Они скандируют поддерживающие лозунги и имена участников группы. Огромная толпа в ожидании своих кумиров, которые в свою очередь ждут своего выхода на сцену. Чишия распускает волосы из хвоста, расчёсывая платиновые локоны. Он наблюдает за тем, как Нираги меняет струны на своей гитаре, параллельно успевая выпивать виски чуть ли не залпом. Шунтаро вообще не переживал насчёт того, что его партнёр может опьянеть перед концертом, потому что у Нираги была крайне высокая толерантность к алкоголю, а даже если бы он и напился, то концерт бы вышел в тысячу раз эффектнее и экспрессивнее. Чишия улыбается своим мыслям и снова вслушивается крик толпы, хватая микрофон со стола в гримерке. Он не показывается на сцене и стоит в слепой зоне, где может видеть толпу, но сам оставаться невидимым. — Вы готовы оставить здесь свою душу?! — бархатный голос на низких нотах раздаётся по всему концертному залу, а за этим криком раздаётся ещё одна волна визга толпы, которая умоляет их наконец выйти ну сцену. Это тешит самолюбие Чишии невероятно сильно. Парень разворачивается к гримерке и видит, как перед ним стоит Сугуру. Он настроил гитару и настроился сам, чтобы раздать жару на сцене, потому что парень прекрасно знал какой у них репертуар на это шоу. Нираги подходит чуть ближе к Чишии перед тем, как им наконец настаёт время выйти на сцену. Он подхватывает того за талию и целует, прикусывая нижнюю губу, от чего блондин издаёт неоднозначный звук. Сугуру с довольной улыбкой выплывает на сцену под яростную поддержку фанатов и нескончаемые аплодисменты; за ним тут же выходит Чишия и машет всем своей маленькой ладошкой. Его часто ассоциировали с Манэки-Нэко. Он действительно выглядел невероятно мило до момента пока не открывал свой рот и не начинать концерт. — У нас для вас небольшой сюрприз, — парень настраивает микрофон и смотрит на Нираги, коварно улыбаясь, — мы приготовили один из новых синглов на этот концерт и очень хотим показать его вживую вам одним из первых. Белые софиты мгновенно сменяют свой цвет на фиолетовый, и Сугуру начинает тихо наигрывать начало песни, по началу как будто бы жалея свою гитару. Затем подключаются барабаны и бас, а после недолгого интро наконец вступает Чишия. Он начинает тихо, чуть ли не срываясь на хрип своим голосом, затем наконец выходя в чистый вокал. Люди в зале достают свои телефоны, снимая исполнение новое песни и даже не подозревая, что же их ждёт дальше. Где-то на середине Нираги шагает в сторону Шунтаро, обходя его и прислоняясь к его бёдрам своими. Гитарист прекрасно знает в какой момент ему нужно «дёрнуть за ниточку», чтобы появилась та самая изюминка в их новой песне. Он заставляет Чишию откинуть голову назад, облизывая тому шею во всю длину и проходясь холодным пирсингом по разгоряченной коже. Вокалист рвано стонет в микрофон как и планировалось, тяжело дыша и снова срываясь на стон, когда Сугуру прикусывает мочку уха и облизывая его щеку, притираясь своим пахом по бёдрам Шунтаро. Они снова сходят с ума рядом друг с другом, теряя контроль над рассудком. Но это было далеко не все, что они приготовили для своих фанатов, которые уже были готовы выронить свои телефоны и упасть без сознания от такого шоу прямо на сцене. Нираги улыбается на эту реакцию толпы и отходит от Чишии, который замолкает для того, чтобы Сугуру исполнил соло-брейкдаун. Темноволосый прокручивает гитару вокруг себя на ремешке и искусно воспроизводит то, что от него требуется, чуть ли не теряя медиатор из пальцев, когда видит, как Чишия приближается к нему, становясь прямо перед ним на колени. Шунтаро снова продолжает петь, все таким же тяжёлым бархатным голосом, иногда становясь громче и чуть ли не рыча в микрофон. И, если честно, эту картину невозможно представить ещё сексуальнее, если бы не то, что Нираги хватает блондина за волосы, притягивая его к своему паху, имитируя то, что Чишия сосет ему прямо на сцене. Они оба прекрасно понимают, что им это нравится. Оба играют свои роли настолько убедительно, что толпа просто в моменте взрывается в визгах и криках, когда Шунтаро показательно высовывает свой язык, а Нираги улыбается и изображает в моменте оргазм, крепко хватаясь за волосы вокалиста. Парень бьет голыми пальцами по струнам, издавая заключительный аккорд, брызгая кровью на белую гитару. Начало концерта задаёт бешеный ритм, оставляя Нираги к середине уже без рубашки, потому что Чишия решил, что она на нем абсолютно лишняя. Они исполняют свою программу под бешеную поддержку зала, совершенно не чувствуя усталости. Два часа проходят абсолютно незаметно, но с огромным удовольствием. Под конец Чишия благодарит зал и притягивает Нираги за его кожаный ремень к себе, целуя того настойчиво и требовательно, показывая, что они стоят друг друга и у них есть только они на этом свете. Под бурные благодарности и крики парни наконец уходят со сцены. В гримерке приятная прохлада и более менее прибрано, остались лишь бутылки алкоголя из их концертного райдера. Парни дожидаются пока все покинут гримерку, они медленно пьют алкоголь, оставшийся по бутылкам. В голову бьет просто невероятно сильно и Нираги разворачивается к двери гримерки, чтобы моментально ее захлопнуть и закрыть на замок. Чишия удобно расположился на диване, улыбаясь Сугуру. Он знал что его ждёт прямо сейчас. Поэтому и улыбался. Нираги превращался в животное, когда видел такого открытого и разгоряченного Шунтаро перед собой. А самое главное — доступного. У разных артистов в райдере разные пожелания. У них — смазка на водной основе. Они не любили всякие вкусы и лишние украшения, потому что самое вкусное, что у них было — они сами. Нираги берет с ящика смазку и кидает ее рядом с Чишией, перетаскивая того на стол перед диваном, на котором стояло огромное количество пустых и полупустых бутылок недопитого спиртного. Какие-то падают и разбиваются, а Шунтаро только усмехается на это, опуская свои руки вниз и расстегивая чёрные штаны, которые замечательно подчеркивали его фигуру и такие идеальные бёдра, сводившие Сугуру с ума. Он стягивает с Чишии штаны вместе с нижним бельём, откидывая их на пол, подальше от стола. Нираги становится между ног блондина, раздвигая их посильнее и наблюдая за тем, как тот умоляет взглядом сделать уже хоть что-нибудь, потому что возбуждение уже было невыносимым. Тихая усмешка раздаётся в гримерке и темноволосый вздыхает, открывая тюбик смазки и выдавливая ее на пальцы, слегка разогревая от своей кожи. — Так хочешь поскорее подставиться, м? — Сугуру нависает над парнем и облизывает свои губы, подставляя пальцы ко входу, медленно вводя внутрь сразу два, потому что он знал, что Чишия далеко не неженка. Он аккуратно двигает ими, то проворачивая, то раздвигая их ножницами в поиске нужной ему точки для полного удовольствия, — ты всегда такой милый, даже не вериться в то, насколько ты грязный со мной, Чишия. Сугуру ухмыляется, наконец находя нужную точку. Он ловит Шунтаро на прерывистом стоне. Блондин легко выгибается в спине, когда чувствует, как пальцы гитариста достают до нужного места, начиная его растягивать и подготавливать к чему-то большему. Он стонет и часто дышит, хватая воздух ртом. Глаза сами непроизвольно зажмуриваются, но Нираги принципиален. Темноволосый хватает его подбородок, а затем легонько бьет по щеке ладонью, чтобы Чишия смотрел только на него в этот момент. Наконец, Сугуру вытаскивает свои длинные пальцы и улыбается тому, какое недовольное лицо в этот момент делает Шунтаро. Хотя он знает, что будет происходить дальше. Нираги спешно стаскивает с себя свои узкие джинсы, высвобождая наконец член от этой неприятной и лишней ткани. Чишия улыбается. — А ты всегда на концертах без нижнего белья или это особый случай? — вокалист усмехается, откидывая голову назад, когда головку подставляют ко входу, дразня его, то входя, то выходя. — Примерно с такой же частотой с которой ты любишь выебываться в невыгодном для тебя положении. И Нираги наконец входит в него, улыбаясь так, будто он только что одолел своего главного врага, а на деле просто в очередной раз засадил своей самой вредной, но большой любви. Он двигает бёдрами медленно, поглаживая тазовые косточки Шунтаро, затем переходя на низ живота и проходясь по нему. Чужое тело так мило содрогалось в удовольствии, что это сносило голову конкретно. Нежные стоны сменялись хрипами и мычанием, Чишия сжимал руки в кулаки и царапал себя же, а потом хватался за руки Сугуру и царапал его на что парень сменял темп, входя в того гораздо быстрее и ритмичнее. Темноволосый одной рукой крепко держится за чужое бедро, вбиваясь в Чишию со слишком пошлыми звуками, а второй рукой тянется к смазке, выдавливая ещё немного на свои пальцы. Он опускает руку на член блондина, слыша шипение где-то сверху. Чишия сводит ноги, но бедра Нираги не дают это сделать до конца, поэтому он снова их раздвигает, чуть меня позу, чтобы придерживать ногу Чишии своим коленом. Темп не меняется, только Сугуру подстраивается под толчки и ласкает блондина в такт, наблюдая за тем, как тот закутывает глаза и приоткрывает рот в удовольствии. Его ноги слегка трясёт, а Шунтаро начинает стонать на особых нотах, которые лишали сознания Нираги абсолютно бесповоротно. Он теряет какой-либо такт, сбиваясь и вдалбливаясь в парня с невероятной силой, наклоняясь к нему и жадно целуя его губы, мыча в поцелуй и прикусывая нежную кожу до крови, на что Чишия в ответ играет с его пирсингом, закусывая его и слегка оттягивая. Сугуру громко стонет, останавливаясь и сжимая бедро Чишии так крепко, что оставляет там след от ладони. Он изливается внутрь, наблюдая за тем, как Шунтаро корчит рожу, но вздыхает от удовольствия, хотя сам ещё не кончил. Темноволосый не выходит из него, лишь продолжает доводить Чишию до пика его удовольствия, наблюдая с улыбкой за тем, как блондин под ним извивается в удовольствии от его чувствительности. Он хватается за запястье Нираги, слегка приподнимая бедра и кончая прямо себе на живот, попутно пачкая ещё и руку Сугуру. Легкий вздох облегчения и тихая усмешка. Чишия расслабляется и приподнимается к Нираги, который наконец выходит из него, заботливо подхватывая салфетки с дивана и вытирая их обоих. — Мне кажется нас заждались наши коллеги, не думаешь? — Чишия улыбается, оглаживая лицо парня, уставше наблюдая за ним. — Плевать, — Сугуру смотрит на лицо блондина, внимательно изучая его, — тебе так идёт потекший макияж после секса, Шунтаро. Вокалист лишь цокает языком и поднимается с бедного стола, который ещё немного и развалился бы под весом обоих. Они быстро одеваются и забирают с собой пару бутылок из гримерки, выскакивая оттуда чтобы найти свою команду. Очередной раз, когда они задержали всех только потому что им снова не было места, чтобы уместить свою любовь друг к другу.