Неожиданный поворот событий

Сердце ее все еще колотилось, особенно после сказанных мужчиной слов, но скрываться смысла не было: куда бы она ни пошла, он все равно увидел бы ее. Сделав глубокий вдох, Когтевранка вышла из-за колонны, которая скрывала ее от лишних глав, по крайней мере, она так думала, пока Малфой не дал понять ей, что знает, что она здесь. Выйдя из своего убежища, девушка сразу же столкнулась с самодовольным и важным выражением лица мужчины, которое было там ему присуще. Стараясь сохранять лицо и держать себя в руках, девушка, гордо вздернув подбородок, зашагала в его сторону, желая пройти мимо, не сказав ни слова, ведь она еще не разобралась во вчерашнем, и не понимает, что произошло между ними. Такая реакция лишь позабавила Люциуса, добавив на его самодовольный вид еще и самодовольную усмешку. Он провожал взглядом весь путь, пока она не приблизилась к нему, желая пройти мимо. — Так скоро уходите? — процедил тот, схватив ее за локоть, заставив остановиться. — Вчера Вы были разговорчивее. — с недовольством ответил тот, взглянув в ее глаза. — Мистер Малфой. — ответила без эмоций девушка, тщательно пытаясь их скрывать. — Я возвращалась в свою комнату, как увидела Вас, разговаривающим в коридоре с кем-то. Не позволив себе прервать Вашу беседу, я лишь хотела подождать окончания Вашего диалога и уйти прочь, не пересекаясь с Вами. — Когтевранка дернула руку, пытаясь освободиться от его хватки. — Вы так уверены, что не желали пересечься со мной? — сказал Люциус, а после второй рукой, которая не удерживала девушку, поправил прядь ее волос, проводя ладонью по ее лицу. — Вчера мне наоборот показалось, что Вам нравится оставаться со мной наедине. Как искусно он делал это. Заставлял юную девушку чувствовать кучу эмоций сразу, в них перемешивалась и ненависть, и некий страх перед ним, ведь она знала, на что он способен. Но помимо отрицательных эмоций, Мариам каждый раз при разговоре с ним ловила себя на мысли о том, что ей действительно нравится оставаться с ним наедине, ей нравился определенный адреналин, который вырабатывался у нее в крови. В глубине души она ловила себя на мысли, что испытывает некую тягу и интерес к его особе, но данные мысли сразу были отброшены в дальний ящик, ведь это просто немыслимо. Все что должна была чувствовать Мариам — ненависть и желание, чтобы он заплатил за все, что было совершено им ранее. Но вместо этого она чувствовала лишь желание остаться с ним подольше, наблюдая за его действиями и с опаской наблюдать, как далеко он может зайти. Когтевранка всегда думала, что ей нельзя показывать свои эмоции, но только не сегодня. Девушку посетила отличная мысль: раз он играет и пытается манипулировать ей, надо отплатить ему той же монетой. Но только сделать это так, чтобы он искренне поверил в то, что Мариам согласна стать его марионеткой и делать для него все, а значит не несет для его никакой угрозы и ее можно посвятить с свои планы. — Мистер Малфой. — неуверенно сказала та, слегка коснувшись его руки, которая находилась возле лица девушки, своей ладонью. Мужчина, явно не ожидав такой реакции, лишь еще шире и по-дьявольски улыбнулся, наблюдая за дальнейшими действиями девушки, другая его рука, удерживающая девушку, отпустила ее. Но вместо этого, Малфой аккуратно сократил дистанцию между ними, впечатав Когтевранку в холодную стену замка. В то время ладонь Мариам направилась чуть вверх, по направлению к плечам мужчины. Все это время девушка смотрела на него, внимательно наблюдая за его реакцией. — Может быть Вы и правы, а может... — чуть прервалась девушка, когда ее рука коснулась плеча мужчины, устремившись к его шее. Люциус тихо рассмеялся. — Правда пытаетесь играть со мной? — с этими словами, сказанными хоть и сквозь улыбку, но в достаточно серьезном тоне, Малфой схватил ладонь девушки, припечатав ее к стене. — Знаете, — он перешел на шепот, приблизившись к уху девушки, его горячее дыхание обожгло ее кожу. — я люблю играть, но мои игры могут быть слишком жестоки для такого юного прекрасного создания. — с этими словами рука его огладила шею девушки, устремившись вниз, по направлению к ее ключицам. Когтевранка невольно вздрогнула от подобного жеста, а дыхание ее сбилось, сделав вдохи и выдохи громче и тяжелее обычного. Она старалась сдерживать себя, но он находился на столь близкой дистанции, что сделать это было действительно трудно, ведь он был настоящим искусителем, которому хотелось поддаваться несмотря ни на что. — Поверьте, моему юному уму нравятся подобные игры. — в этот момент ладонь мужчины коснулась ключиц Мариам. Малфой снова посмотрел в ее лицо, рассматривая его внимательно несколько секунд. — Ты и вправду хороша, — сладко сказал он, — а какие черты лица! — с этими словами ладонь мужчины резко вернулась к тонкой шее девушки, охватив ее полностью и сжав, заставив Мариам вздрогнуть. — Вот только ты зря пытаешься сдерживать себя. А мне не нравится долго ждать — промолвил тот, сильнее сдавив ее шею и наблюдая змеиными глазами за выражением ее лица. Дыхание девушки стало еще более тяжелым, а вместе с тем в ней снова появилось то самое желание, которое возникло на Астрономической башне, а именно приблизиться к мужчине и поцеловать его. Но она не могла так просто поддаться из-за чувства того, что хочет тоже ощутить какую-то победу над ним. — Но я не хочу больше сдерживать себя. — едва шепотом промолвила та, заглянув ему в лицо. — Так сделай это. Сделай то, что хотела вчера. — сладко и искусительно начал тот, отпустив ее шею и руку, а вместо этого запустив руку в ее волосы, сжимая и оттягивая вниз, заставляя Мариам откинуть голову чуть назад. Теперь она уже не могла смущенно отвести взгляд назад, либо попытаться как-то иначе оттянуть момент, заставив Малфоя нетерпеливо ждать. — Я ведь могу и разозлиться. — якобы ласково произнес тот, но все равно было ясно, что ничего ласкового в его словах нет. — И тогда результат точно будет негативным. Для тебя. — улыбнулся тот. Мариам, уже не в силах сдерживать себя, потянулась к его лицу. — Умница. — прошептал он, сильнее сжав ее волосы в кулак. В паре миллиметров от его губ, девушка остановилась, явно разозлив Малфоя. — Мне надоела твоя медлительность. — с этими словами Люциус впился своими губами в ее губы, а сам прижал ее к стене так, что у девушки просто не было возможности дышать. Мариам, от легкой неожиданности, в начале растерялась, но спустя секунду ответила на его поцелуй, забыв обо всем на свете. Все, что сейчас интересовало ее — это он, находившийся перед ней и целуя ее. В его поцелуе было понятно, что он сам ждал этого момента, ведь он целовал девушку страстно и очень жадно. Когда у Когтевранки совсем не осталось воздуха в легких, она попыталась отстраниться от него, на что он лишь улыбнулся в ее губы, а после грубо укусил ее за нижнюю губу, оттягивая ее. Как только мужчина отстранился от ее губ, закончив поцелуй, Мариам сразу захотела попытаться отдышаться, но Люциус явно не собирался дать ей это сделать, ведь с ее губ он плавно перешел на шею девушки, сильнее оттянув ее волосы назад и открывая больший участок кожи. Он достаточно грубо целовал ее шею, безобразно оставляя на ней багровые пятна и укусы. Когтевранка, не в силах сдерживать себя и понимая, что это может привести к чему-то не очень хорошему, резко оттолкнула его от себя, при этом тяжело дыша. Мужчина чуть отстранился от нее, облизав губы и взглянув в ее растерянное лицо и на жалкие попытки привести в порядок дыхание. Он понимал, что ей это безумно понравилось и она оттолкнула его из последний сил, что заставило Малфоя хищно посмотреть на нее, словно зверь смотрит на свою добычу, которая уже на сто процентов попалась в его сети. — Не говори, что тебе не понравилось, достаточно посмотреть на тебя и все сразу становится очевидно. — он оглянул ее с ног до головы. — Но ты права. С тебя на сегодня хватит. На сегодня? Что он подразумевал под этим? И почему после этих слов выглядел так, словно ничего не случилось, словно пару минут назад это не он страстно целовал ее, впечатывая в стену. Или, быть может, для него это ничего не значило, абсолютно ничего, а может быть, он просто скрывает свои эмоции? Мариам лишь взглянула на него, пытаясь подобрать слова, подходящие под произошедшую ситуацию. — Не стоит. — приложил палец к губам девушки той. — Не стоит ничего говорить. Ты сделала то, чего так желала. — в его глазах мелькнул недобрый огонек. — А сейчас мне пора. Неужели он просто уйдет, оставив ее одну, словно ничего и не случилось? А, быть может, оно было к лучшему: ей права стоило сейчас побыть одной и обдумать, что только что произошло. — Ты хороша. Не будь мы в коридоре замка, ты бы не отделалась так просто, ведь, повторюсь, мне не нравятся детские игры. — лицо его стало как обычно надменным и жестоким. — А сейчас я ухожу, но мы скоро снова встретимся. И он ушел. Ушел, оставив ее с кучей эмоций посреди темного, холодного коридора замка. Мариам резко осознала, что он снова победил, вынудив ее своими словами и действиями сделать так, как хотел он сам. Хотя, признаться честно, девушка сама до безумия хотела поцелуя с ним в этот момент, а может и не только. Ее пугали данные мысли, ведь она не знает, к чему они могут привести в дальнейшем. Ей нельзя позволять ему очаровать себя, он явно не тот человек, которому можно доверять. Да и вообще, она ведь должна подставить его, заставив себе доверять, а не влюбиться с головой в него сама. Мариам понимала, что ей надо срочно что-то предпринять, пока она сама не потеряла рассудок от притягательности мужчины. Когтевранка направилась в свою комнату, размышляя о случившемся и думая, как ей теперь вести себя при встрече с ним. Как научиться себя контролировать? И как заглушить зарождающиеся своего рода чувства, сменив их на ненависть и желание закончить успешно миссию, порученную ей Дамблдором? В этих раздумьях девушка не успела заметить, как оказалась в гостиной своего факультета. Она села на диван у камина и, решив хоть как-то себя отвлечь, взяла в руки свежие новости, на первой странице которых красовалась фотография женщины, в которой Мариам узнала волшебницу, которая небольшое количество времени назад разговаривала с Люциусом Малфоем в коридоре. Заголовок страницы гласил « Сбежавшая из Азкабана Беллатрисса Лестрейндж все еще находится на свободе».