Неожиданный поворот событий

— Что ж, теперь можем и поговорить. — он снова улыбнулся. — Давно хотел, чтобы Вы остались со мной наедине в запертой комнате. Одна, некуда бежать, ни от кого ждать помощи, верно? Новая волна адреналина вперемешку со страстью накрыла девушку. А ведь правда: она здесь одна, с ним, больше никого нет, и не появится. Но, к огромному сожалению для девушки, ей нравилось это ощущение. Ей нравилась мысль о том, что она находится под полным контролем Люциуса и полностью в его власти. Даже сейчас, когда он может сделать с ней буквально что угодно, прижимая к стене, ей не хотелось уходить, а наоборот хотелось остаться и посмотреть, как далеко он сможет зайти и что он сделает, ведь у каждого есть границы? Или у Люциуса Малфоя абсолютно нет никаких границ? В этот момент Когтевранка понимала, что у нее есть всего два выхода: продолжать здраво мыслить и не выходить за рамки дозволенного, либо просто отключить голову и поддаться эмоциям. К ее счастью либо огромному сожалению, в тот момент она никак не могла рассудить, был выбран второй путь. Мариам так долго сдерживала себя, пытаясь отрицать эту очевидную тягу к Люциусу Малфою, которая возникла, несмотря на все рамки морали и поставленные запреты. Ей самой было непонятно это странное влечение, но так как мысли ее в тот момент были абсолютно в другом направлении, она не думала об этом совсем, ей лишь казалось, что это решение правильное, ведь надо жить моментом и брать от жизни то, чего действительно желаешь. И вот, спустя несколько секунд размышлений, стоя прижатой к холодной поверхности стены, разум юной девушки окончательно отключается, давая волю эмоциям. — Кто знает, Мистер Малфой, возможно наши желания в чем-то и совпадали, и вот сейчас пришло время им сбыться. — сказала та, пытаясь копировать поведение мужчины и сохранять спокойный и надменный вид, хотя внутри Мариам все кипело и чувства хотели вырваться наружу. Люциус на секунду опешил от неожиданных слов девушки, но тут же вернул себе маску самообладания и хитро, словно змея, улыбнулся, сильнее впечатывая девушку в стену. Похоже, в тот момент они оба поддались лишь чувствам, не опираясь на здравый смысл, ведь то, к чему вело их поведение и жесты, просто недопустимо и бессмысленно, но их абсолютно не волновало. — Даже так? — мужчина слегка рассмеялся, внимательно разглядывая ее лицо, не давая ей шанса увести взгляд. — Что ж, — низким голосом сказал тот, приближаясь ближе к ее лицу, а после чего, остановившись, провел рукой по ее щеке, наслаждаясь зрелищем того, как Когтевранка больше не может сдерживаться и сгорает от желания. Ему явно доставляло это удовольствие, хоть и было ясно, что желания в нем было не меньше. Мариам резко потянулась к его губам, на что Люциус слегка отпрянул. — Но? — недовольно шепотом сказала та, все еще находясь лицом к лицу с Люциусом. — Ты прекрасна. — хриплым голосом сказал тот. — Но я должен быть уверен, что ты будешь делать для меня все, о чем я тебя попрошу, будешь слушать меня во всем? И когда я скажу тебе сделать что-либо, ты сделаешь это без колебаний и лишних вопросов. — он слегка запнулся, проводя пальцем по ее губам. — Ведь так? — его рука опустилась к шее девушки, оглаживая ее. Что он делает? Он пытается манипулировать ей, просто заковать ее в оковы своей власти, сделав из нее что-то наподобие марионетки. Хоть Мариам и была накрыта волной страсти, она все же могла уловить самые искусные попытки манипуляции, ведь владела искусством манипуляции не хуже Люциуса Малфоя. Но ей было на руку все то, что происходило, ведь сейчас она может сделать так, что мужчина начнет думать, словно она на все сто процентов одержима им и готова на все ради него. — Конечно, Мистер Малфой. — сделав невинный взгляд, ответила та, чуть поднимая голову вверх, открывая большую площадь своей шеи. — Хорошая девочка. — тихо сказал Люциус, наклонившись к ее уху. Тело Мариам покрылось мурашками, но не успев она никак отреагировать, мужчина резко сжал ее шею, начиная сдавливать, а сам в ту же секунду впился в губы девушки, начиная жадно ее целовать. В его поцелуе можно было уловить то, что как бы он не старался держать маску самообладания, ему самому хотелось этого не меньше Мариам. Целуя ту, Люциус продолжал сжимать ее шею и своим телом еще больше впечатывать в стену, словно совершенно забыв о потребности девушки в кислороде. Когтевранка сразу так же страстно ответила на поцелуй. Когда дышать стало совсем нечем, а в глазах начало темнеть от недостатка воздуха, та попыталась оттолкнуть мужчину, дабы взять глоток свежего воздуха. Она, не разрывая поцелуй, слегка толкнула того в плечо рукой, на что он не отреагировал, а лишь сильнее сжал ее шею. Девушке казалось, что она вот-вот потеряет сознание, как Люциус резким движением прервал поцелуй и убрал ладонь с ее шеи, и таким же резким движением, даже не дав той отдышаться, перешел к ее шее, оставляя поцелуи на ней. Мариам тут же начала пытаться отдышаться, но при этом ее накрывала волна новых мурашек от того, как тот целовал ее шею, оставляя на ней укусы и следы. С губ Когтевранки сорвался тихий стон, а после та оттолкнула Малфоя от себя, толкнув его в сторону кровати. Мужчина, никак не отреагировав, лишь ожидал ее дальнейших действий. Она резко подошла к нему и снова впилась в его губы, после чего маленькими шагами, не разрывая поцелуй, пошла в сторону постели. Достиг цели, на снова резко толкнула мужчину, заставив его упасть на кровать. Лежа спиной на кровати, он хищным взглядом осмотрел молодую девушку, стоявшую перед ним. Он чуть приподнялся, как в эту же секунду Мариам подошла к нему и, сев к нему на колени, снова впилась в его губы, плавно перетекая на шею мужчины. Руки молодой девушки потянулись к пуговицам на мантии мужчины, начиная расстегивать их, на что ее руки были резко перехвачены ладонями мужчины. — Куда ты так спешишь? — сладко спросил тот, заведя две ее руки за спину девушки, заставляя ту прогнуться. — Я не спешу. — та, решив подразнить мужчину, слегка плавным движением, сидя на коленях у мужчины, сделала плавное движение вверх и обратно вниз, смотря в глаза Люциусу. — Но я чувствую, как ты хочешь этого не меньше меня. Не став долго терпеть дразнение девушки, тот резким движением сбросил ее со своих колен, заставляя упасть на подушку на кровати, а сам навис сверху. На этот раз уже его руки потянулись расстегивать мантию девушки. Мариам никак не стала протестовать на этот жест, а лишь позволила ему сделать это. Оголив полностью верх девушки, тот осмотрел ее тело, заставив ту засмущаться, а после оставил след багровых пятен уже не только на шее девушки, но и на ее ключицах и груди. Девушка лишь прогнулась от еще большего желания, появившегося в результате действий мужчины. Руки девушки снова, словно не слушаясь ее саму, потянулись к мужчине, но на этот раз ниже, чем пуговицы на его мантии. В ответ на этот жест Люциус не предпринял ничего, а лишь дал этому случиться. *** Мариам проснулась когда солнце еще не встало. Она не знала как себя чувствовать: первые минуты после пробуждения она сразу вспомнила события прошедшей ночи и как она, отключив всякие предубеждения, позволила случиться тому, что произошло, и в итоге она лежит ночью, абсолютно без одежды в кровати мужчины, которого по хорошему должна ненавидеть всем сердцем. Разум начал возвращаться к девушке. Мариам начала понимать, что натворила, и она хотела бы винить себя, но не могла, так как знала, что если бы ей пришлось снова это пережить, она не стала бы ничего менять, даже несмотря на то, что вероятнее всего, он сделал это лишь в целях манипуляции ей, без каких-то чувств, но и она еще до конца не могла разобраться в своих. Ей было проще отрицать их, что было бессмысленно, ведь влечение к нему определенно присутствовало. Отбросив мысли прочь, та осмелилась повернуться в сторону мужчины, но не обнаружила его, а обнаружила лишь зеленый футляр, лежавший на месте Люциуса. С недоумением она секунду помедлила, прежде чем решила взять в руки коробку и открыть ее. Сделав это, она обнаружила в ней золотое колье, украшенное драгоценными камнями по всему его периметру. Скрывать было бессмысленно: оно было безумно красивым. Но девушка не осмелилась коснуться его, а лишь закрыла коробку и встала с кровати, натянув на обнаженное тело одеяло. Девушка подошла к зеркалу, посмотрев на себя в полумраке. Подойдя чуть ближе, та осмотрела свою шею, которая была полностью покрыта багровыми пятнами, а в некоторых местах на ней остались отпечатки от пальцев мужчины. С ужасом глядя на это все, Мариам не заметила, как сзади к ней подошел Люциус, явно только что вышедший из душа, о чем свидетельствовало наличие на его торсе лишь одного полотенца. В руках у него был тот самый зеленый футляр. Подойдя к девушке сзади, мужчина посмотрел на нее в зеркало, касаясь шеи девушки, осматривая ее в отражении. — Что ж, слегка переусердствовал. — тот резко переключил внимание на футляр в его руках, открывая его. — Но я думаю мой небольшой презент сможет исправить ситуацию. Он открыл коробку и достал оттуда колье, направляя его к шее девушки. Мариам сразу почувствовала что-то неладное, но не придала этому особого значения, списав все на легкое стеснение, которое возникло у нее уже после прошедшей ночи. В этот момент Люциус, держа в руках колье, аккуратно обернул его вокруг шеи Мариам, наблюдая за процессом в зеркале. Когда холодные драгоценные камни коснулись оголенного тела девушки, та слегка вздрогнула, но ничего не ответила, лишь продолжая также наблюдать за его действиями. И вот, когда он застегнул украшение на шее девушки, он сделал театрально недовольное лицо, взглянув на кулон девушки, все еще висящий на ее шее. — Теперь мне кажется, что эта вещь лишняя. Мариам это слегка смутило, но она знала, что он не сможет его коснуться и прекрасно это понимает, так что не станет рисковать собой. Но каково было удивление девушки, когда Люциус, все еще стоящий сзади нее, резким движением руки сорвал с шеи девушки тот самый кулон, который обладал столь сильной важностью. На лице Мариам сразу нарисовалась гримаса непонимания и легкого страха. — Ты так удивлена? — слегка рассмеялся тот, сжимая в ладони ее кулон, довольно глядя на колье на ее шее. И тут в голове девушки все сложилось. Ну конечно, он ничего не делает просто так. Он втерся к ней в доверие, а после подсунул ей зачарованное колье, которое наверняка снимает любое заклинание. Внутри Мариам появилась ненависть и бешенство, но не к Люциусу Малфою, провернувшему все это, а к самой себе, ведь это она позволила всему случиться. — Не думай что я так ужасен. — тихо сказал тот. — Я отдам тебе его. — секундная пауза. — Но на время, ведь увидев Дамблдор отсутствие на твоей шее кулона, он наверняка поймет, что к чему. С этими словами он просто вложил кулон девушки в ее ладонь. — Ты сама принесешь мне то, что хранится в той самой ячейке, верно? — уверенно произнес тот, словно это был не вопрос, а утверждение. — Ведь ты помнишь что пообещала мне. — Конечно, Мистер Малфой. — сказала та, глядя на его самодовольное лицо сквозь отражение зеркала. Он снова провел ее. — Ты такая хорошая девочка, даже учитывая то что было прошлой ночью. — сказал тот, заставляя ее щеки покрыться румянцем. — Не стоит смущаться. — Я не смущаюсь. — выдала та, перестав смотреть на его отражение. — Вот и славно. — промолвил Люциус, схватив за плечи ту и разворачивая ее лицом к себе. — А когда ты принесешь мне данную вещь, я с радостью устрою тебе аудиенцию с Темным Лордом, на которой ты изъявишь свое желание вступить в его альянс. Поверь, он будет безмерно рад. — сказал тот, приподнимая подбородок девушки, ловя ее растерянный взгляд. Нет. Этого просто не может произойти. Он высказал самый ужасный сюжет из всех: прием у Темного Лорда. Побывав на нем, Мариам окончательно ввяжется и встанет на путь Пожирателей Смерти, не имея способности переменить сторону. В этот момент, пытаясь сохранять самообладание и играя свое намерение вступить в армию Темного Лорда, Мариам думала лишь об одном: ей срочно необходимо воплотить свой план по нейтрализации Люциуса Малфоя и закончить эту историю, пока не стало слишком поздно. А это значит, что времени осталось совсем немного и ей стоит лишь потянуть его до того самого Святочного Бала, на котором девушка осуществит свой план. — Конечно, я сделаю все. — лишь выдала та, продолжая смотреть в его холодные глаза.