История о молодой ведьме.

Питер сидел в комнате, полумрак которой разгоняло лишь небольшое пламя камина. Ветки в камине слегка потрескивали, а язычки пламени рисовали необычайной красоты картины. Он смотрел на пламя не в силах отвести взгляд, правда раньше он не замечал за собой подобного романтизма. Его светлые солнечные волосы приобрели оттенок гречишного меда, а небесно-голубые глаза во мраке казались черными. От раздумий его отвлекли легкие, почти неслышные шаги. Не будь он демоном, точно бы не услышал. Подняв взгляд на своего гостя, Питер попал в плен прекрасных, словно серебро, глаз. Длинные, немного ниже лопаток, волосы цвета молочного шоколада, свободно спадали на плечи. На его белоснежной коже играли блики от огня. На шее все так же неизменно был ошейник, подарок Рид. Сильный, прекрасный, в глазах которого пылало пламя — истинный дракон. Его лицо не выражало ничего, лишь в глазах иногда проскальзывали хищные нотки. — Зачем ты здесь? — тихо спросил Питер, не ожидая от этого визита ничего хорошего. Ведь он слуга Рид, а она никогда не упустит своего шанса отомстить. — Захотел. — От его голоса мурашки прошлись по коже. — И чего ты хочешь от меня? — от тона Питера по комнате словно расползался холод. Ему это все не нравилось. Но Вильям молчал и это начинало злить нетерпеливого демона. — Если это все, то тебе… Но договорить ему не дали горячие, страстные губы дракона. Он целовал страстно, безудержно, неистово. Питер был в шоке, однако, когда он осознал суть происходящего, его глаза накрыла пелена злости и ярости. Недолго думая, долго он не умеет, демон укусил дракона за столь дерзкий язык. Во рту появился привкус крови, а Вильям, слегка отодвинувшись от своей жертвы, хищно улыбнулся. — Похоже, кто-то любит поиграть. — Его взгляд не предвещал ничего хорошего, и Питер явно почувствовал, что нужно уходить. Однако, словно прочитав его мысли, дракон схватил его за запястья и прижал к спинке кресла над его головой. — Не так быстро. Вильям облизнулся и снова припал к его губам. Питер не отставал, все время кусая дракона то за губу, то за язык. Каждое прикосновение Вила было горячим, словно пламя, что хотело поглотить Питера, не оставив ни малейшего следа. Вскоре демон пожалел о своем решении, ведь кровь дракона была такой вкусной и горячей. Кровь разжигала в нем желание, и он даже не успел заметить, что уже сам яростно целует дракона. Не теряя времени даром, Вильям опустил свои руки и резким движение снял с демона ненужную рубашку. — Прекрасен. — тут же облизнулся дракон, увидев перед собой столь возбуждающую картину. Питер лежал, слегка раздвинув ноги, с оголенным натренированным торсом, слегка опухшими от поцелуев и укусов губами, а также с мутным, полным желания и страсти взглядом. Дракон тут же припал к столь желанной шее, покусывая и оставляя на ней багровые засосы от чего демон тихо застонал. Довольный дракон продолжил свои истязания, целуя губы, шею, не забывая оставлять свои метки. Взяв в плен столь сладкие губы демона, Вильям неожиданно прекратил поцелуй, слегка укусив мочку уха, от чего по телу Питера прошла дрожь, и принялся за соски. Он кусал их, иногда слегка оттягивая, а потом облизывая их. Демон сходил с ума от смеси боли и удовольствия, однако кое—что ему все-таки не нравилось. Резко подтянул к себе дракона и впился в его раскалённые, словно пламя, губы. Движение и по всей комнате разлетаются пуговицы от рубашки Вильяма, которая вскоре отправилась вслед за ними. Так что теперь демон мог наслаждаться видом столь прекрасного тела. Питер провел руками по груди и торсу. Кожа Вильяма была такой горячей, что демон не выдержал и резко перевернул их обоих, усевшись сверху. — Какие мы страстные. — эти слова прошлись теплой волной вдоль спины, и Питер тут же втянул Вила в страстный поцелуй. Их языки переплетались, борясь за лидерство, а руки блуждали, изучая друг друга. Совсем потеряв над собой контроль, Питер прошелся поцелуями по шее, груди, животу и дошел до своей цели. Слегка опустив штаны, демон увидел вставшую колом плоть. Взглянув на Вильям, демон встретился со жгучим, полным желания и похоти взглядом, от которого он даже забыл, как дышать. Правда он тут же опустил взгляд и слегка облизал головку члена. Потом лизнул вдоль всего ствола и слегка пососал головку, от чего дракон тяжело задышал. Снова лизнул вдоль ствола, он пососал одно яичко и слегка укусил другое. Вернувшись к головке, демон заглотнул почти половину и, держа во рту плоть, начал двигать по ней своим языком, чем вызвал у Вила стон. Питеру понравился этот звук, и он продолжил играться с плотью, то посасывая, то слегка покусывая, опускаясь вдоль ствола, даря легкие поцелуи, заглатывая ее почти до основания и играясь руками с его яичками. Вильям тихо стонал, иногда рыча, но не выдержав столь сладкой пытки, резко перевернул Питера и уселся меж его ног. Лишь взглянув дракону в глаза, Питер понял, как же он впил. Но его раздумья прервал поцелуй и прикосновение холодных, смазанных чем-то пальцев к его дырочке. Он не чувствовал боли, лишь легкий дискомфорт, однако страстные ласки и горячее дыхание заставили его об этом забыть. Находясь в горячих объятиях, Питер даже не заметил, что пальцы исчезли, а в его заднее отверстие уперлось что-то горячее и большое. Не став ждать, Вильям резко вошел в него до конца, стоная от столь приятной тесноты, сжавшей его член. Демон прогнулся и впился зубами в плечо своего партнера, дабы не закричать. Горячая кровь тут же потекла по его горлу, опьяняя и успокаивая. А Вильям ждал, заглядывая в такие прекрасные сейчас глаза. — Двигайся. – Хриплый ответ, и дракон тут же потерял над собой контроль. Вильям начал двигаться быстро и страстно, переходя на медленный и тягучий темп. Он замедлялся, ускорялся, входил медленно или же резко, заставляя демона под собой стонать и извиваться, прогибать спину и глотать воздух после каждого поцелуя. Боль и удовольствие, смешавшись, дарили удовольствие, а кровь стекающая по прекрасной, белоснежной коже возбуждала не только видом, но и вкусом. Их переплетенные тела, звуки шлепков, яростные движения и громкие стоны напоминали танец. Прекрасный, наполненный желанием и жаждой, удовольствием и болью, нежностью и страстью... Последний рывок, и они оба кончают, а в комнате эхом отдается стон одного и рык другого. — Мой. – Схватив хотевшего сбежать демона и крепко обняв, прошептал Вильям. — Твой, твой, куда же я денусь. – Тут же успокоившись, ответил Питер и вслед за драконом уснул.