В глазницах космос, а в космосе ты

Он кричал и бился об пол. Глаза раскрасневшиеся и вытекающие еле смыкались выдавливая слёзы сильнее. Руки безжалостно били пол подобно дикому зверю. Звуки извергающиеся изо рта выдавали его за истеричного монстра. Словно все муки мира обрушились на невинную голову и резали, резали до мурашек медленно тупым ножом с противной ржавчиной. В перерывах между несчастными стонами и криками произносились нечленораздельные слова. Язык заплетался то ли от гнева, толи от усталости. Хан кричал громко одни и те же слова. «Зомби» Повторял до боли в голове сотню раз. Кричал и кричал. «Мне нужны зомби» Родные в ужасе отскакивали не желая попадаться в лапы проснувшемуся в нём зверя. Грозились вызвать скорую и грозно кричали. Боятся. Лишь изредка успокаивали. «Зомби нет» Возможно воздействие телевизора, ночного кошмара или прочитанных комиксов. Угрозы родных свершались, скорая с громким миганием стояла у дома. Люди в белом подобны непрошеным гостям вбегали в квартиру. Они скользкими совершенно неприятными перчатками хватали ноги и руки. Хан верещал, как свинья на убое. Жестоко. В углу плакала мать. В белой машине было холодно. Будто двери забыли закрыть и везли в никуда. Плакать не хотелось, слёзы высохли и болезненно отпечатались на щеках шрамами. Всю жизнь высосали. — Когда устанешь, приляг Шептал чей-то голос, приятный, до боли знакомый и одновременно новый. Хан поднял истощённый взгляд. Мужчина с синяками точь-в-точь как у него самого. Тоже не спит по ночам, но врятли из-за комиксов. Сказать ничего не мог, уставшими глазами втыкал в чужое лицо. — Не думаешь о зомби? — зомби? Хан пялиться, смотрит как на дурака. Ложиться на кушетку и глазами сверлит потолок. Колит. Глаза чешет с особой силой, почти вырывает. «Я подарю их тебе» тянет Хан в голове. Смотрит на глазницы в руке. А чем смотрит? Машина, белая, холодная везла юную тушку не в привычную больницу в которой тысяча больных дышали трубками и молились неведомому Богу, когда за жизни боролись врачи вполне реальные и осязаемые, а в здание чуть меньше. Психиатрическая больница. Никому не сказали, будто сюрприз для семьи на день рождение. И тоже несло холодом и кости трещали и глаза в руке скользили, а другие, такие же реальные, смотрели. Мужчина с синяками, такой добрый сначала, с силой поднял на руки Джисона. Мальчик молчал, вжимался в шею и дышал, дышал медленно, до боли в лёгких, сейчас задохнётся. Глаза с руки укатились. Холодно. На небе ютились звёзды, редкие, одинокие как и он. Где-то вдали жил Минхо, он рассказывал, что космос холодный до теплоты. Он бесконечный, а звёзды больше головы. Минхо обещал взять с собой и показать мир с высоты. Джисон не смог отправиться в космос, но обещал отправить глаза по почте. Странно, сколько раз доставал их, но всегда терял. Глаза раскатились по всему миру и уставились в небо. Жалко, что Минхо наврал. Жалко, что у Хана шизофрения, а друг его стал космосом, хотя и не мечтал быть даже космонавтом. Жалко, что мир несправедлив.