Подумай

Время близится к трём. Сигма по-хозяйски осматривает свой кабинет напоследок и начинает собираться. Распихивает по карманам всё нужное (нет привычки носить сумки и рюкзаки), бесшумно закрывает бронированную дверь подсобки и через чëрное крыльцо выходит на белый свет из полумрака казино. Впереди встреча с Гоголем. «Почему я вообще ему доверяю? Что я творю?!» — мысли крутятся в голове у Сигмы, как сошедшая с ума игровая рулетка. — Ладно, спокойнее. Это всего лишь встреча.» Он достаёт записку с адресом из кармана плаща и несколько раз внимательно перечитывает. Убедившись, что запомнил всё точно, рвёт бумажку на мелкие клочки и пускает их по ветру. Проводив взглядом разлетающиеся белые кусочки, Сигма вызывает такси. *** Сигма вышел из машины за квартал до нужного адреса и решил, что до условленного места прогуляется пешком. Абсолютную безопасность, разумеется, ему никто не обещал, но так было спокойнее. Маленькое кафе в центре города, обычно уютное и полупустое, к этому часу заполнялось людьми, как аквариум цветными рыбками, но чудом оставалось тихим и милым местом. Сигма оказался в кафе за несколько минут до назначенного времени. Войдя, сразу увидел Гоголя. Тот сидел в углу у самого дальнего окна, белая макушка мгновенно выдавала его. Сигма в семь шагов оказался у нужного столика. — Здравствуй ещё раз, — Сигма сухо кивнул и сел напротив Гоголя. Места было как раз на двоих, круглая столешница словно стирала дистанцию и была такой маленькой, что третий был бы тут однозначно лишний. — Здравствуй, Сигма, — поздоровался Гоголь. — Плащ не снимешь? — лицо белобрысого было доброжелательным, подкалывал он беззлобно. — Не вижу в этом нужды, — Сигма пока был спокоен, в его интересах было оставаться таким как можно дольше. — Что ты хотел? — Закажешь что-нибудь? — спросил Николай, продолжая листать меню. Он или случайно пропустил вопрос Сигмы мимо ушей, или просто не собирался на него отвечать. — Я не голоден, давай ближе к делу, — Сигма начинал закипать и старался держать себя в руках. Гоголь, однако, состояние Сигмы заметил и сразу стал более серьёзным, закрыл и отложил меню в сторону. — Что ж, — Николай неожиданно очень внимательно посмотрел Сигме в глаза, —не буду ходить кругами. Ты же понимаешь, что Фёдор, не тот, за кого себя выдаёт? Сигма недовольно поморщился и приподнял одну бровь в недоумении. Гоголь сплëл пальцы в замок и подпëр подбородок, продолжая смотреть на Сигму в упор. — Ты с ума сошёл? — Сигма уже не скрывал раздражения. — Какая чушь, ты совершенно не серьëзен. Сигма встал и хотел уже выйти из-за стола, но Гоголь вдруг схватил его за рукав плаща: — Да подожди ты. Не психуй и выслушай меня до конца, — Николай был настойчив. Сигма незаметно глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. «Может быть, белобрысый всё-таки скажет что-то дельное,» — подумал парень, высвободил рукав из цепкой руки Гоголя и сел обратно. Гоголь устроился поудобнее и заговорил чуть тише: — Как ты думаешь, кто ты для Фёдора? — В смысле? — Сигме и правда требовалось уточнение. — Кто ты для его компании? — улыбка Николая стала не особо приятной. Сигме откровенно не нравилось, куда поворачивает разговор. Он поморщился и поднял бровь: — Важный и незаменимый сотрудник, —ответил он с явным раздражением. И тут Гоголь начал издавать глухой клëкот. Сигма уставился на него и не сразу понял, что Николай так засмеялся. — Прости, — выдавил Гоголь, продолжая клекотать. Сигма поморщился ещё больше и опять поднял бровь: — Что тебя так рассмешило? — спросил он, понимая, что от раздражения почти перешёл к бешенству. — Ради всего, извини, — Гоголь, наконец, отсмеялся и заговорил нормально. — Ты просто пешка, которой Фëдор пользуется, когда ему удобно, — сказал он. По голосу стало понятно, что этот факт его совсем не радует. — Ясно, я сразу всё правильно понял: ты несёшь бред, — Сигма больше не стеснялся выдать себя и заговорил громче; Гоголю явно удалось его вывести. — Значит, по-твоему Достоевский – обманщик? Прекрасно, - сказал Сигма и поднялся из-за стола во второй раз. «На него нельзя полагаться. Как я вообще мог подумать, что он скажет что-то адекватное?!» — за последние пять минуту Сигма десять раз пожалел, что пришёл.. Как только Сигма повысил голос, Николай моментально напрягся и схватил Сигму за локоть — И что ты развопился, нас и так здесь каждая собака слышит, — тихо сказал Гоголь. Он успел заметить, как некоторые посетители начали шептаться и посматривать в их сторону. Но понял он это не потому, что Сигма стал громче. В какой-то момент чуткое ухо Николая уловило знакомую фамилию. «Да твою ж..,» — белобрысый хорошо знал, чем это черевато). — Отпусти меня! — рявкнул Сигма, вырвал локоть и ломанулся к выходу, чудом не сметая столики на своём пути. Но тут к нему со всех сторон неожиданно начали стекаться люди,— мгновение, и почти все посетители кафе окружили Сигму. Его раздражение моментально сменилось смятением и страхом, сердце заколотилось в горле. Сигма не понимал, что происходит, беспомощно оглядывался по сторонам, но пустую точку найти было невозможно, везде были люди: люди, которые задавали вопросы, много вопросов, говорили одновременно, перекрикивая друг друга, тянулись к нему, хватали за одежду. Сигма не понимал ни слова. Он не разбирал ничего из того, что ему говорили, и слышал лишь звон в собственных ушах. Страх заполнил его до макушки, дышать стало почти невозможно. Гоголь вскочил с места и, расталкивая всех локтями, начал пробиваться к Сигме. С трудом пробравшись сквозь толпу, он схватил Сигму за руку и буквально выдернул наружу из заведения. Не успел Сигма отдышаться, как уже бежал за Гоголем. Он ещё мало что понимал, но наконец-то начал слышать. Сигма был искренне благодарен Гоголю, однако размышлять об этом сейчас не было времени. Чтобы случайно не отпустить Николая и не потеряться, Сигма сжал его руку крепче и побежал изо всех сил.