Falling : it cross apart of me and you

Дни шли, а подготовка к выступлению шла более усерднее и усерднее. Они уже работают с полной командой, а не только втроем и с одной стороны, так даже лучше. Потому что много шума, много разговоров и Хенджин просто не успевает думать о чем-то другом. Его главная цель — блестящее выступление. Не подвести команду и себя. Но с другой стороны, все эти люди Хенджина раздражали. Он не хотел с ними общаться, просто потому что у него не было сил. Последние дни крайне сильно выжали его, что он уже не знает куда себя деть и от кого спрятаться. И ещё, Феликс. Он старался не давить на Хенджина, старался успокоить, но теперь это выглядело просто потому что надо, а не потому что Феликсу этого искренне хотелось. Не потому что он его заботливый парень, не потому что он человек, которого любит, а просто так. Поговорить у них не хватало времени. Они и так оба поздно возвращались домой, а Феликс ещё позднее, потому что живет далеко от танцевальной студии и от Хенджина в принципе. В университете они на разных факультетах. Здесь слишком шумно и много людей, вероятность того, что кто-то их услышит очень большая, так как им не хотелось, чтобы об этом кто-то знал. Всё-таки, это их личное. И Хенджин знал, что Феликсу по телефону такие вещи нельзя обсуждать. Он всё не так поймёт, лишний раз накрутит себя, а Хенджин бы хотел, чтобы все было спокойно. Только на самом деле, Хенджин не знает даже, как начать этот разговор. Он не знает, что сказать. Нужна ли им пауза в отношениях, нужно ли им вообще их прекратить? Хенджин точно знает, что не хочет потерять такого друга как Феликса, но при этом чувство, что он уже его потерял. Своим холодным поведением, своими действиями. Хенджину противно от самого себя, противно, что ничего не чувствует к человеку, который его полюбил. Они ведь вместе...Хенджин мог хотя бы попытаться сделать вид, что все в порядке. —Эй, Хенджин,-его позвал парень из всей группы. Хван никогда с ним не общался, но пару раз, им все-таки пришлось пересечься. —Чанбин?-Хенджин смотрит, подняв свой взгляд на него, когда парень, который чуть ниже его, засунул руки в карманы. —Ты уже в этом месте ошибся четыре раза. Не выспался? Чанбин немного улыбнулся, всё ещё смотря на Хенджина. Со Чанбин — лидер их танцевальной команды и обычно, он очень строг ко всем, хотя Хенджин младше всего на год. Но сейчас он даже не выглядел раздраженным, он только поправлял свои недавно покрашенные в черный волосы. —Прости...я ещё останусь на немного дольше сегодня. —Если тебе нехорошо, то вряд ли лучше выйдет.-спокойным тоном произносит он, обходя Хенджина.—Только измучаешь себя лишний раз, поэтому я не думаю, что в этом есть смысл. —Возможно.-Хенджин поджимает губы.—Но осталась неделя, если уже не меньше...и это с учётом того, что наше выступление передвинули ещё на чуть позже. —Разве это мало?-он приподнимает одну бровь, всё ещё внимательно смотря на Хенджина.—Чтобы начать всё с нуля, да, определено. Но сейчас, ты больше паникуешь и у тебя хуже получается. И при этом, ещё изматываешь себя. Хенджин внимательно слушает и он знает, что Со прав. Он знает, что так нельзя. Но вот другие не знают, что только так он ограждают себя от огромного потока мыслей обо всем: о Феликсе, о Минхо и том, как он устал всё это держать себе. Хочется выплакаться кому-нибудь в плечо, рассказать всё как есть, чтобы просто кто-то выслушал. Но он чувствует, что совершенно один. И что его настоящие чувства, мало кого волнуют. Может, это и не так, но из головы Хенджина это кажется никогда не вытащить. —Ты решил, что я этого не понимаю?-спрашивает прямо Хенджин.—Если ты хотел меня просто отчитать, то мог бы это сделать. Я ведь и так всё это знаю, мне давно не пять лет.- всё-таки капли подавленной агрессии вырвались из Хенджина. Чанбин внимательно смотрел на Хенджина несколько секунд, прежде чем немного рассмеяться. Раздражает, думает Хенджин. Зачем вообще он к нему подошёл и начал говорить всё это? Хван чувствует себя маленьким пятилетним мальчиком, которого начали отчитывать родители, хотя он вроде пытается как лучше. —Знаешь, но не делаешь. Я не хотел тебя отчитывать, потому что это бессмысленно, не думаешь? Если я буду говорить тебе делать ещё лучше, рано или поздно ты всё равно упадешь без сил. А говорить человеку, который уже без сил, ещё более бесполезнее. —Что ты хотел всем этим сказать? —Просто поговорить. Впереди тяжелое выступление и такие тренировки должны нам не только изматывать, но и сближать между собой. Мы танцуем все вместе уже несколько лет, но такое ощущение, что мы только по имени друг друга запомнить пытаемся. Мне как лидеру, хочется чтобы все смотрели друг на друга по-доброму и как на своих друзей, как хотя бы на напарников, а не как на конкурентов Хенджин внимательно слушает, о чем говорит Чанбин. В какой-то степени он прав и это даже звучит мудро, но с другой стороны, Хенджину кажется, что Чанбину просто скучно и делать уже просто нечего. Почему его заволновало это только сейчас? И что он пытается сделать? —И я подошел к тебе, потому что подумал, что ты так стараешься, чтобы обогнать меня или считаешь меня своим конкурентом. Хенджин застывает и все мысли разом перестают течь в его голову. Словно по середине реки застрял гигантский камень, который мешает воде нормально течь по своему течению. Он теряет дар речи, глупо смотрит на него, а Чанбин кажется тоже начинает чувствовать себя неловко. —Обогнать тебя?...-снова переспрашивает Хенджин. —Ну...да? Я просто...давно не был в такой большой команде. Я вас знаю, как и вы меня, но мы раньше выступали не с такими выступлениями и не так часто. Все разделялись на какие-то маленькие группы. Я хорошо дружу только с людьми пяти, из большой команды двадцати человек. Сам понимаешь, особенно сложно когда на тебя вешают клеймо лидера не по своей воле. —То есть, ты не хотел быть бы лидером?-удивляется Хенджин.—По моему, это то, к чему стремятся абсолютно все. Даже Джисон...он очень хотел быть лидером, по его рассказам, для него это было чуть ли не самой заветной мечтой. —Не то чтобы не хотел. Просто мне кажется, я не заслуживаю такого громкого названия. И мои танцевальные навыки не столь хороши. —Я никогда не видел никого здесь как своего конкурента. Просто...мне нужно как-то отвлекаться от всего, что внутри сидит. Вот и всё.-твердо заканчивает Хенджин, опуская взгляд вниз. Чанбин ещё пару секунд смотрит, быстро попадает и кивает, также опустив голову. —Да, я понимаю. Спасибо, что сказал это. Даже как-то...стало легче.-он совсем еле заметно улыбнулся. Хенджин улыбнулся в ответ и они резко слышат крик, что заставляет Хенджина сильно вздрогнуть. Чанбин поворачивает голову влево и быстро направляется на громкий звук. Всё тело Хенджина сильно напрягается, а он срывается с места когда кто-то кричит «Джисон».

***

Джисон сидел с болезненным выражением лица, держась одной рукой за локоть, пока врач рассматривал его ногу. —На перелом не похоже.-заключает женщина.—Но ушиб довольно сильный, лежать пару дней точно понадобится. —Но у меня скоро выступление!-громко отвечает Джисон, чуть ли не крича. —Увы, но про выступление вам придется забыть. Как и в принципе о сильной нагрузке, месяца два как минимум. Никакой нагрузки. Джисон открывает рот для того чтобы начать говорить, но Феликс кладет ему руку на плечо, заставляя замолчать. Сейчас не время спорить. Врач последние две минуты прежде чем уйти, пишет что-то на бумаге и отдает Чанбину, затем прощается и уходит. Когда Хенджин и Чанбин прибежали на крик, увидели как Джисон лежит на полу, а рядом с ним Феликс и ещё несколько человек. Один из них звонил в скорую, а Феликс в панике пытался что-то сделать. Затем, когда все немного поуспокоились, Сынмин начал объяснять ситуацию. —Мы решили отрепетировать с Джисоном те движения, которые у нас не выходили. Все было сначала хорошо, но видимо кроссовки Джисона слишком скользкие и он упал. —А я говорил тебе, придурок, не носи эти кроссовки!-недовольно говорит Феликс, несильно ударяя Хана по плечу. —Причем тут мои кроссовки? Я просто случайно запнулся. —Ну кроссовки у тебя реально скользкие, Джи.-закатывает глаза Сынмин. Сынмин — парень, который старше Джисона почти на два года, а еще по совместительству однокурсник Хенджина. Они раньше хорошо общались, но в один момент резко отдалились. Хан даже пару раз рассказывал про некого Ким Сынмина, который хорош во всем. Джисон не рассказывал, почему они перестали общаться так близко. Хан ничего не отвечает на слова Кима, а только лишь опускает голову вниз. Сожаления начинают наполнять его грудь о том, что он всех подвел. Хотя кричал больше всех, что нужно готовиться усерднее. Он поджимает губы и Хенджин садится рядом с ним, обнимая его плечи одной рукой. Хван чувствовал, как Джисону тяжело и чувствовал все его переживания, но что говорить, он совершенно не знал. —Прости, Хенджин.-очень тихо говорит Джисон, все ещё держа голову опущенной. —За что, идиот?-удивляется Хенджин с небольшой насмешкой. Хан сейчас выглядел таким же драматичным как и во всех дорамах, которые он смотрел. —Сам ты идиот! За то, что гнал тебя постоянно лучше делать и лучше, а в итоге сам облажался. —Тебе бы думать, как до дома дойти, а не из за всякой бредятины передо мной извиняться. —Нет, нам лучше думать, что нам делать.-перебивает Сынмин. —Джисон в трех частях хореографии центр. Изменить её довольно трудно и кто-то из нашей команды вряд ли сможет её заменить, потому что все уже выучили свои партии. —Тогда остаётся только чтобы найти кого-то, кто выучит всю хореографию за пять дней.-грустно усмехается Со.—Почему бы не оставить все как есть? —Ты серьезно хочешь оставить центр в трех частях пустыми?-тут уже влезает Феликс.—Тогда смысл этого выступления? Опозориться? Джисон сидит молча с опущенной головой. Ему сказать нечего, — он лишь чувствует как крупно облажался. —Тогда нам остаётся только сдвинуть эту часть, разве нет?-говорит Хенджин. —Как ты собираешься сдвинуть их?-устало отвечает Сынмин.—Нам тогда в принципе остаётся как минимум две части убрать и заменить на что-то, если не все три. —Может, мне за пять дней станет лучше?-резко спрашивает Джисон, а Сынмин ударяет ладонью по лбу. —Ты реально идиот.-повторяет Хенджин.—Хочешь добить себя и чтобы вообще потом год не танцевать? —Мы придумаем что-то, поэтому забей.-спокойно отвечает Сынмин.—Если у тебя есть адекватные варианты того, что мы можем сделать, то Джисон, мы слушаем. —Пока нет. Но я правда постараюсь исправить положение, я не хочу вас подводить. —Джисон, успокойся. Решим сегодня или завтра что-нибудь. На крайняк обратимся к организаторам.-отвечает Чанбин. —В чем проблема тянуть и сказать сейчас?-не уминается Феликс. Ли выглядел очень недовольным всем этим. И он очень испугался за Джисона, хотя вроде ничего страшного вовсе не произошло. Чанбин смотрит на него, поджав губы. Он вроде как его понимает, но почему то раздражение Со все равно испытывает. —Просто потому, если не хочешь чтобы отчитывали нас всех. Хочешь потратить свое время - флаг в руки. Но не задерживай тогда всех нас. И я по-моему, понятным языком сказал, что это крайние меры. Организаторы не смогут изменить ситуацию, если ты не в курсе какие они у нас. - строго и даже в какой-то мере довольно таки грубо, отвечает ему Чанбин. Феликс злобно поджимает губы, отводя взгляд в сторону. Он хотел же как лучше, в чем его проблема? —Эй, не спорьте.-прерывает их Хан. Феликса ещё больше раздражает то, что Хенджин молчит. Ничего не говорит, даже не смотрит в его сторону. Сердце сжимается от обиды внутри. Опять больно кольнуло. Опять Хенджин его задел. И снова же своим молчанием. Почему он не заступился? Или хотя бы не ответил ничего Чанбину на такой тон? Феликсу плевать, что он старше, плевать, что он лидер. Он был груб с Феликсом. Он мог объяснить спокойно, но не так. Феликс встает с места и быстрым шагом уходит от них. В глазах почему-то скапливаются глупые слезы. То ли от обиды, то ли от злости, то ли от того, что накопилось внутри и теперь вырывается. Невероятно сильно гложет. Хочется тупо расплакаться. Но Феликс глотает слезы и ком в горле, быстро собираясь. Затем так же быстро уходит, даже не прощаясь ни с кем. Он только лишь быстро печатает сообщение Джисону: напиши или позвони как приедешь домой. будь аккуратнее.

***

Хенджин спустя час, как помог Джисону добраться до дома и обсудив с несколькими людьми из команды и Чанбином, что им делать, заваливается на кровать. Берет телефон в руки и от Феликса ни одного сообщения или звонка. Хотя он всегда ему писал что-то перед сном. Чувствует ли вину Хенджин? Определенно. Он открывает диалог с Феликсом, начиная быстро печатать: ты уже дома? На удивление Хенджина, тот отвечает буквально спустя несколько минут. Феликс: да. я дома, а ты? Хенджин также быстро отвечает: я тоже не хочешь поговорить? Феликс: прости, но давай завтра? я так сильно устал Хенджин тяжело вздыхает. Он чувствует, что Феликсу до сих пор неприятно с сегодняшнего случая с Чанбином, но он имеет полное право на это. Поэтому отвечает: да, конечно доброй ночи, отдыхай Спустя ещё пару минут, Феликс отвечает таким же сообщением, но Хенджин решает оставить его не прочитанным и ставит режим «не беспокоить». Я тоже устал, Феликс. Я тоже так сильно устал. Со страхом разрушить вообще всё, Хенджин прикрывает глаза. Хенджину бы очень хотелось, чтобы в голове тоже был режим не беспокоить. Может тогда бы он чувствовал себя чуточку лучше.