Полное руководство для "чайников", как покончить со "Священными 28"

************************ Гермиона была в плаксивом настроении. Лекарства от бесплодия действительно заставляли ее нервничать. Возможно, ей следовало придерживаться волшебных зелий плодородия, а не маггловской науки. Это был третий раз за сегодня, когда какая-то запись из архивов заставила ее плакать. Она исследовала показатели рождаемости сквибов для Кингсли, и записи о детях, не являющихся магами, заставили ее плакать три раза за один день. Ради Бога, она была магглорожденной. Не похоже, что быть сквибом это конец света. Но скажите это ее гормонам. Она снова умыла лицо в туалете, хотя знала, что ее глаза уже покраснели и опухли. Как только она вышла из туалета, не глядя, куда идет, она налетела прямо на широкую грудь, и ее крепко схватили за бицепсы, когда она начала падать. Она почувствовала сильное головокружение. "Эй, Грейнджер, ты в порядке?" Конечно, это был Малфой. Ее чертов мужчина мечты должен был увидеть ее, когда она была такой капризной и эмоциональной. "О, прости, Малфой, эм..Я не смотрела, куда иду ". Он посмотрел на нее сверху вниз с ухмылкой, гораздо более доброй версией той, которую она помнила со школы. "Я заметил. Ты в порядке?" Он, казалось, понял, что она плакала, и его глаза пробежались по всему лицу и посмотрели на нее сверху вниз в поисках каких-либо признаков травмы. "Ты плакала?" "Я в порядке, правда. Я просто принимаю некоторые лекарства, которые имеют некоторые побочные эффекты. Они просто ... немного сильнее, чем я ожидала ". Драко сжал челюсти и на секунду отвел взгляд, а затем, осознав, что все еще держит ее за бицепс, отпустил. "Эм... может, тебе пойти домой и отдохнуть? Я знаю, что побочные эффекты зелий могут иметь большое значение. Я предполагаю, что маггловская медицина такая же. Ты могла упасть и пораниться",- сказал Драко, глядя на нее с беспокойством. Гермиона поняла, что это, вероятно, самое большее, что он говорил с ней со времен Хогвартса. Гермиона не была уверена, в какой параллельный мир она попала, где Драко Малфой действительно разговаривал с ней, но она не была уверена, что хочет покинуть его. "Знаешь, - сказала она, - возможно, ты прав. Я сообщу главной Невыразимой Клеммонс и вернусь домой ". "Ты... ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? Я хочу убедиться, что ты добралась домой нормально ... поскольку у тебя побочные эффекты". "О, - сказала Гермиона, глядя на него снизу вверх, - это было бы чудесно, спасибо, Малфой. Тебя это не слишком затруднит?" "Вовсе нет. Сегодня ни один аврор еще не отравился, надеюсь, они смогут продержаться до обеда", - сказал Драко, взяв ее за локоть и ведя обратно в ее отдел. ******************** Примерно через час Драко оказался в квартире Гермионы, и он не был уверен, в чем, черт возьми, заключался его план или почему он все еще здесь. Она просто казалась ... она не хотела, чтобы он уходил? Это вообще было возможно? Сначала она настояла на том, чтобы приготовить им обоим чай, а потом спросила, не хочет ли он немного посидеть с ней, прежде чем отправиться обратно в офис. Затем, пока он сидел и смотрел на нее, пока она рассказывала об исследованиях, которые она проводила по сквибам в записях о рождении семнадцатого века, Драко испытал неприятное осознание того, что он часто дрочил на идею оплодотворить ведьму, сидящую рядом с ним. Ведьму, которая была достаточно близко, чтобы он мог чувствовать запах ее жасминового шампуня. Что он все еще здесь делает? Он хотел убедиться, что она добралась до дома, и что с ней все в порядке. Он действительно должен уйти. Вместо этого он спросил: "Зачем ты принимаешь это маггловское лекарство, если от него тебе плохо?" Хотя он был уверен, что знает ответ. "О ... эм... - Грейнджер внезапно занервничала, поставила чашку с чаем на приставной столик и вытерла ладони о колени, - я решила, что мне надоело ждать замужества, а я хочу быть мамой. У меня действительно не было отношений с волшебником со времен Рона и ну ... у магглов гораздо больше возможностей для женщин рожать детей без участия мужчин ". "Ох...какое это имеет отношение к лекарствам? " - спросил Драко, пытаясь не обращать внимания на то, как она его нервировала, а также на тот факт, что он неоднократно сдавал сперму в клинике по лечению бесплодия, пациенткой которой она была, в надежде завести детей от ведьмы, которая ему нравилась годами, с которой он обычно слишком нервничал, чтобы разговаривать. Тео был бы шокирован, если бы узнал, что Драко сказал ей более десяти слов без самопроизвольного воспламенения. "Это как зелье плодородия, чтобы целители помогли мне забеременеть", - Гермиона покраснела, но смотрела на него с легкой улыбкой. Ее веснушки были такими красивыми. Почему он вообще оскорблял эти кудри? Он хотел зарыться в них лицом. "О". Вау, ты так красноречив, Драко. "Но это заставляет тебя ... плохо себя чувствовать?" Ему не понравилось, что раньше у нее немного кружилась голова, и она была не в себе, и она плакала. Почему она плакала? Что-то болело? "Да, но мне нужно принимать это только еще три дня, а затем я жду еще четыре дня, чтобы пойти на прием. И тогда, если все пойдет хорошо, я буду беременна"- скрестив пальцы, произнесла она. "Я могу продолжить дальше с некоторыми волшебными зельями плодородия. Это действительно дорого...маггловское лечение бесплодия, и иногда оно не работает ", - Гермиона смотрела на свои руки на чашке с чаем, не поднимая на него глаз. Драко не смог удержаться: "Почему ты плакала?" Он был очень расстроен тем, что она была так беспокойна раньше, но он все еще не мог перестать фантазировать о том, чтобы поднять одеяло, в которое она закуталась, и трахнуть ее через край дивана. Он поправил брюки и надеялся, что она не заметила. "О, я просто очень эмоциональная. Кажется, это лекарство действительно влияет на мои гормоны. Когда ты увидел меня, я действительно плакала, потому что нашла волшебную семью, которая полностью исчезла из-за рождений сквибов. Как будто быть сквибом - это худшее, что может случиться ". Гермиона приложила руку к лицу и снова вытерла глаза. "Фу, кажется, я снова могу заплакать!" "Пожалуйста ... пожалуйста, не надо",- напряженно сказал Драко. Ему нужно было идти, он не мог оставаться здесь. Если бы он остался, он собирался сделать больше, чем просто вежливо держать ее за локоть.Он встал. "Ну, мне действительно пора идти. Вернуться в Министерство. Может быть, останься дома на день или два, пока не почувствуешь себя лучше, Грейнджер ". А потом Драко практически выбежал из комнаты. Какого черта он оставался так долго, думал он, возвращаясь камином в Министерство. Он все еще чувствовал ее запах. Это будет долгий день. ******************* Вот так Драко на следующий день снова оказался в клинике по лечению бесплодия с зельем мужественности, купленном в аптеке в Косом переулке. Секретарша бросила на него понимающий взгляд, когда он попросил сегодня дополнительные чашки. Сегодня в приемной была пара женщин, обе были с мужьями, и он заметил, как обе дамы украдкой смотрели на него, пока он ждал. Он знал, что выглядит красиво в своем костюме, но ему было немного неудобно, когда на него глазели женщины, чьи мужья были рядом. Направляясь обратно в маленький кабинет, где он совершал все свои пожертвования, Драко все еще не мог поверить, что Грейнджер вчера впустила его в свой дом, что она поделилась, что хочет ребенка. Он знал, что с ним не так легко разговаривать, как с Тео. Она и он не были друзьями; на самом деле они были едва знакомы. После выхода из Азкабана он извинился перед ней за то, что был придурком в школе, но после этого, просто находясь рядом с ней, он потел и нервничал. Он едва мог вымолвить слово рядом с ней. Это бесконечно забавляло Тео. Он был действительно поражен тем, что ему удалось поговорить с ней вчера у нее дома, не заикаясь и не спрашивая, не хочет ли она потрахаться. И он все еще был здесь, планируя эякулировать в маленькие чашечки, чтобы попытаться дать ей ребенка или детей, которые, если верить Тео, будут его. Он, честно говоря, понятия не имел, как работает оплодотворение, но он знал, что не хочет, чтобы в клинике от него отказались, прежде чем он узнает, что Грейнджер беременна. Возможно, было меньше работы просто пригласить ее на свидание и трахнуть ее, как Тео предлагал годами. Но что, если она отвергнет его? Фантазии были просто безопаснее, по мнению Драко. Фантазии, в которых ты что-то делал, были лучше. Обычно, делая пожертвование, Драко даже не садился. Он прислонялся к стойке в комнате и даже не снимал штаны. Сегодня он снял штаны и сел на диван, накрыв его дезинфицированным чехлом (он старался не думать о других мужчинах, которые, возможно, сидели здесь - медсестра сказала ему, что эта комната содержалась в безупречной чистоте, чтобы избежать перекрестного загрязнения). Он вытащил блестящий фиолетовый флакон с зельем мужественности и проглотил одним глотком, как виски. Он приготовил пять чашек, которые взял на стойке регистрации, и надеялся, что выпил достаточно. Предполагалось, что это конкретное зелье резко увеличит выработку спермы примерно на час. Он надеялся, что пребывание в этой маленькой комнате так долго не будет проблемой. Это было в три раза дольше, чем обычно, но сегодня он попросил дополнительные чашки, так что, возможно, увеличение времени подразумевалось. Драко почувствовал, как его член начал утолщаться, когда зелье подействовало. Он взял свой член в одну руку и шлепнул им по ладони другой. Резкий чмокающий звук заставил его представить, как его бедра врезаются в идеально круглую задницу Грейнджер. Он закатал рукава, предпочитая, чтобы сперма не попала на его рубашку, что было возможно, учитывая зелье, которое он принял. Сегодняшние фантазии Драко были о том, что могло быть вчера. Перед его мысленным взором Грейнджер врезалась в него и чуть не упала. Вместо того, чтобы отпустить ее, он толкнул ее обратно в туалет, заперев и защитив Маффлиато дверь за ними. "Малфой?- она спросила бы со слезами, - что ты делаешь?" Он бы прижал ее к стене, грубо целуя и покусывая ее шею, и зарычал бы на нее: "Я слышал, ты хочешь ребенка, Грейнджер, я не могу перестать думать о том, чтобы трахнуть в тебя моих наследников, навсегда прервав мою чистокровную линию. Я не могу представить ведьму, которую я хотел бы наполнить своей спермой больше, чем тебя. Ты так чертовски совершенна". Она бы вся расплавилась под его ртом, языком и зубами. Она бы запрокинула голову от удовольствия, когда он расстегнул ее черный топ на пуговицах и взял в рот ее затвердевший сосок. "Ты будешь хорошей девочкой для меня, Гермиона? Ты позволишь мне наполнить тебя?" Он открыл глаза, почувствовав учащенный стук своего сердца, резко вдохнул, когда он начал испытывать свой первый оргазм за день. Он схватил первую чашку и наполнил ее до краев, в то время как его оргазм продолжался, продолжался и продолжался. Медовые глаза Гермионы вспыхнули перед ним, когда он содрогнулся в завершении. Он на секунду откинул голову назад, переводя дыхание. Он все еще был тверд, как скала. Как только он снова смог дышать, он взял немного спермы, которая осталась на головке его члена, и растер ее вверх и вниз по стволу. Это было так чертовски чувствительно. Это было так приятно. "Ты будешь хорошей девочкой для меня, Гермиона? Ты позволишь мне наполнить тебя? Ты хочешь быть наполненной моими детьми? "- прошептал Драко воображаемой брюнетке в своем сознании. Она тяжело дышала от удовольствия, ее пальцы зарылись в его волосы, пока он сосал ее сосок и скользнул рукой в ее брюки, чтобы провести кончиками пальцев по ее влажной, сочащейся щели. "Да, папочка, трахни в меня свою сперму. Подари мне ребенка! Я хочу вырастить твоего ребенка внутри себя! "- Драко зарычал в ответ и сорвал с нее брюки. Она сбросила их, когда он расстегнул ремень и спустил штанины. Он схватил ее и поднял так, чтобы ее ноги могли обхватить его талию. Он пронзил ее мокрую киску одним ударом. Она откинула голову назад в безумном удовольствии и застонала. Он собирался трахнуть ее стоя, прижав спиной к стене: "Тебе нравится, когда тебя трахают, как грязную шлюху в туалете, Грейнджер. Немного дрожат колени, как у шлюхи из Ноктюрн-аллеи?" Грейнджер намочила его член, когда унизительные слова направились прямо в ее влагалище. "Черт возьми, да! Я грязная папочкина шлюха. Только твоя грязная шлюха!"- она кричала, когда он снова и снова поднимал и опускал ее на свой твердый толстый член. Он доставал до ее дна снова и снова. Это было так чертовски хорошо. Он мог чувствовать ее шейку матки, вот где ему нужно было кончить. Ему нужно было заполнить ее там. "Моя! Черт возьми, да! Вся моя!"- закричал Драко и начал падать в оргазм. Он открыл глаза и схватил следующую чашку одной рукой, одновременно сжимая основание своего члена, чтобы попытаться задержать сперму еще на пару мгновений. Как только чашка была на месте, он кончил так сильно, что увидел звезды и представил, как губы Грейнджер глотают его стоны. Он наполнил вторую чашку и должен был быстро схватить третью, потому что его член все еще извергал семя. Это зелье мужественности явно сработало, как рекламировалось. Его член все еще был полностью возбужден, но Драко уже наполнил три чашки. Тяжело дыша от самого продолжительного оргазма в своей жизни, он осторожно завинтил крышки на трех полных чашках и отодвинул их в сторону, поднося две пустые чашки ближе к руке. Он чувствовал, что его яйца все еще были такими тяжелыми. Он обхватил их и застонал. Милая Цирцея, это было потрясающе. Его член был липким от последнего оргазма, так как сперма немного стекала по его стволу. Поэтому Драко потер головку своего члена, используя свою собственную сперму, стимулируя кончик ладонью и слегка пощипывая двумя пальцами, пока не почувствовал, что снова близок к оргазму.Он решил продолжать фантазировать о Грейнджер. Милый Салазар, он бы все отдал, чтобы погрузиться в ее мокрую пизду в реальности! Вчера она пахла как его амортенция с шестого курса: жасмин, соль и женщина. Что, если бы она наткнулась на него вчера в гостиной своей маленькой квартиры? "Малфой, эти таблетки так чертовски возбуждают меня, не мог бы ты как можно сильнее растянуть меня своим членом?" Драко громко рассмеялся над глупостью последних слов, но, похоже, это не имело значения. Он не мог остановиться, продолжал накачивать все сильнее и сильнее в свою руку, думая о точке входа, когда его член будет поглощен ее сладкими нижними губками, а затем бедра Драко содрогнулись, когда он снова кончил.