признание под пулей.

метель. непогода предстоит за окнами жилых домов. крупинки снега вихрем, как смерч, так и крутятся в небольшом районе, где проживал рыжеволосый минхо, но даже такой прогноз не мешал ему оставлять форточку в открытом состоянии. тихо, как и всегда. было слышно лишь то, как неприятно поскрипывали петли окошка, парень вечно забывает их смазать маслом, а сейчас этот звук его не так уж сильно и напрягает. в квартире по прежнему очень холодно, также как и на душе у ли. вам уже сообщали о том, что он достаточно бесчувственный. нет, вы не подумаете, что он эгоист. если выразиться более правильнее, то он просто на просто не умеет по-настоящему выражать эмоции, у него всё давным-давно сгорело, огонёк потух, и такое бывает, может он ещё успеет зажечься обратно, вернуться на круги своя, в чем молодой писатель очень сомневается. ведь второй раз спичку не зажечь. наверняка, просто не нашлось того, кто - бы так ловко и смело смог заставить хотя-бы на секунду улыбнуться этого человека, не имеющего искренности. тяжёлая рука мужчины медленно проходится по макушке одной из кошек, приглаживая и без того нежную шерстку к головке животного. даже в такой момент ли не улыбается, но и все его кошки к этому привыкли. возможно, только они действительно разбирались в состоянии своего хозяина. понимали, когда ему было плохо, а когда весело. понимали то, когда он мог писать стихи без остановки, а когда наступал творческий кризис и в голову не лезло ничего. это даже не связано с тем, что кошечки живут с ним на протяжении долгого времени, нет, больше действует доверие минхо к этим живым существам. ли в ожидании. сердце немного колотится. неужели от того, что в его квартире будет находится кто-то ещё помимо собственника и его трех питомцев? он волнуется? и в этот момент чувствует себя живым? да, нет. ему все равно. просто с не привычки, ну, скорее всего. а может он себя просто оправдывает этим? не хочет воспринять это как действительное и факты. боится? боится, что его образ, который создался сам себе исчезнет? да, ему уютно жить так, как он живёт сейчас. а из зоны комфорта не все любят выходить. — ради приличия пойду поставлю чайник, а тот этот умник по любому замёрз, кто в такую погода вообще куда-то ходит? - минхо не злится и не возмущается, говорит достаточно спокойным и размеренном тоном. кстати, он не отказал джисону в ночёвке. минхо это воспринял, как что-то новое. что - то незнакомое для него, ведь к нему редкий раз приходили в гости, а если быть точнее, то гостей от роду в своей квартире не видал. для него это, как своего рода «восьмое чудо света». соседи, знающие, какой суровый человек живёт с ними в одном доме, обычно обходят входную его дверь стороной, близко не подходят. то ли боятся подцепить что-то от его кошек, хотя ли ухаживал за ними намного лучше и больше, нежели за самим собой. то ли боятся заразиться "сумасшествием" рыжеволосого. второй вариант больше похож на правду. звонок в дверь раздаётся достаточно неожиданно и каждый бы вздрогнул от такого, но не наш герой. ему ничего не страшно. хотя нет.. есть у него фобия, даже две : потерять кошек и растерять написанные стихи. лино отправляется на звук, что так сильно раздражал его слух. металлическая щеколда двигается с правую сторону с помощью не особо больших, но безумно красивых пальцев писателя, дверь отворяется и перед хозяином квартиры предстает вновь образ того самого щекастого парня, что изначально ему показался безумно странным и чересчур навязчивым. — здравствуй, джисон.. кажется? — да. поэт он хоть куда, но память на имена у него не особо хорошая. но тот, как обычно не чувствует ничего. какая неловкость? какой стыд? он разве обязан запоминать имена каждого, кто возвращает ему его же блокноты? нет, конечно. ему это незачем, главное, что все произведения рядом. — да, джисон. рад видеть тебя, минхо. — а вот наш официант на память вовсе не жалуется, всё запоминает мимолетно, лишний раз повторять ему не надо. лёгкая улыбка расплывается на смазливой мордашке, стараясь хоть как-то разбавить обстановку, потому что хан как раз-таки напряжение небольшое чувствовал. а вы же знаете, как оно обычно сковывает грудную клетку? если нет, то сони вам очень завидует. брюнет проходит в мутную квартиру и единственное, что в ней было самое яркое, так это цвет волос ли — рыжий, напоминающий палитру в акварели, которую обычно дети используют под цвет кожи, рисуя людей. в помещении настолько холодно, что джи и не сразу заметил различия температур. ведь, что на улице, что дома у хо — одно и то же, сплошной мороз. — что тебя привело ко мне? — мин следует на кухню, дабы подготовить всё для горячего напитка, а джисон, ещё не привыкшей к обстановке, хвостиком направляется за старшим. — минхо-хён, мне очень страшно. мы мало знакомы, но ты единственный, кто может мне помочь... я тебе никто, чтобы делится с тобой своими переживаниями, но вопрос касается жизни и смерти. — во-первых, сядь на стул. а, во - вторых, расскажи по порядку. — хо, как обычно говорит с полным безразличием в голосе, но это его манера общения, он серьёзный и ничего более. почему - то сейчас хочется помочь. хочется сделать что-то хорошее наконец в этой проклятой жизни. и хо готов, странно, но готов помочь совсем незнакомому человеку. может он и не хотел знать его, сейчас любопытство наросло. может этот вечер всё изменит и хоть какой-то источник общения в жизни у него, да появится. ли устраивается напротив своего гостя, ставя на стол две кружки с чаем со вкусом бергамота, что мгновенно разнесся по всей небольшой квартире. запах стоял неимоверный, такой лёгкий и успокаивающий. это то, что сейчас нужно было младшему. хан принялся рассказывать всю историю от а до я. рассказывал быстро из-за внутренних переживаний, боялся того, как к этому отнесется первый встречный, в буквальном смысле, ему человек, не испортит ли он первое впечатление о себе? не спугнет ли своей жизнью, за которой следят несколько лет подряд? ведь хан ещё изначально хотел сблизится с хозяином найденного блокнота, жаль только, что при таких обстоятельствах. сони между паузами из-за лёгкой отдышки попивал горячий напиток, который был достаточно вкусный и согревал, то ли своей высокой температурой, то ли теплотой, с которой приготовил его минхо. — то есть? ты сейчас прячешься у меня? я правильно понимаю? — ли делает последний глоток из своей кружки, отчего кадык характерно ходит туда - сюда. хан не пялится, просто заостряет на этом свое внимание и прокручивает эту картину у себя в голове, уже отведя взгляд куда-то, на кухонной плиту, например. — можно и так сказать. но тебе не угрожает никакая опасность, клянусь. я сделаю всё возможное, чтобы они никак не узнали о твоей личности. — за это я не переживаю. мне в целом все равно. пусть твой чанбин меня пытает, режет на куски, какие у него там ещё увлечения есть? меня волнует то, что ты доверяешь мне, спокойно прячешься в стенах моего дома. тебя это не настораживает? сидеть у совсем незнакомого человека на хате? - минхо встаёт со стула, обеими руками становясь на кухонный стол, который даже скрипнул, напоминая о своём долголетии. - вдруг я маньяк, у которого под полом хранится куча жертв, что пережили муки, находясь со мной наедине? твоя проблема — это наивность, терпение и доверчивость. слова хо заставляют задуматься, очень сильно задуматься. не правда ли? у джисона нет слов. ни одного. он даже ничего не может против сказать, ведь всё сказано по фактам. хан и сам всё это прекрасно понимал, но что ему делать? разве есть другой выход? у бина куча связей, с помощью которых тот может найти его, а минхо, не общающийся ни с кем, идеальный вариант. — минхо, ты прав, но лучше уж я буду жить с маньяком, нежели ходить по улице, где меня везде преследуют люди опасного психопата-извращенца. — я не против, оставайся у меня, но скажу сразу, у меня всё не для принцесс тут устроено. «принцесс» — думал джисон. ну, хотя по его внешнему вижу можно было и так сказать. ухоженное лицо без всякого прыщика и покраснения. одежда выглаженная, даже по шву идеально. — у тебя уютно. даже очень. — лёгкая улыбка расплывается на лице сона вновь, а хо вряд ли думал, что может услышать это. кому понравится жить в квартире ССС-их времен? — ладно, может быть ты и не такой зазнавшийся, как я думал. время позднее, но я должен спросить не голоден ли ты? — вау, ли минхо, это что забота? нет, он ответит вам, что всё ради гостеприимности. хочет показаться интеллигентным и воспитанным человеком. — спасибо большое за беспокойство, но совсем нет. я очень хочу спать, так как вымотался после рабочей смены в кафе и встречи с тем уродом. где мне лечь? я могу спокойно спать на полу! я не претендую на мягкую постель, мне лишь бы куда-нибудь устроится — ему неловко. ему очень неловко, что он врывается в чужую жизнь и, возможно, ломает её. — я не такой уж и тиран, на полу спать не дам. к сожалению, у меня только один диван, он раскладывается, если ты не брезгуешь можешь лечь со мной. — конечно нет. а тебе будет самому комфортно? — мне всё равно, джисон, где и с кем спать. я могу спокойно уснуть за письменном столом. дискомфорт меня давно не волнует. минхо в одиночку справляется с мебелью. заправляет уже диван с помощью нового знакомого. а если честно говорить, то рыжеволосому даже приятно в его компании, не чувствуется той неприязни, которая была при первой встречи. но согласится ли с этим сам лино? снова вопрос, который пока что останется без определенного ответа. пройдут дни, пройдут месяца с годами и тогда будет ясно, тогда вам хо всё по полочкам и разложит. оба укладываются на противоположные края дивана. с громкими вздохами прикрывают глаза в надежде, что быстро уснут. не тут-то было. сони безумно холодно от сквозняка, что был в комнате у старшего, но тот не будет жаловаться, он просто свернётся комочком и будет, молча, трястись, щёлкая челюстями друг об друга. скрип форточки? минхо, что? закрыл окошко? и зашторил шторы, чтобы с окон лишний раз не дуло? никто ничего не говорит, в помещении таит тишина и покой, лишь кошки мурлычут в ногах у своего хозяина. дыхание обоих парней тоже слышно, оно достаточно быстрое, скорее всего, от волнения. ведь ни один, ни другой не думали, что у них так всё сложится интересно. особенно минхо, ему вообще изначально джисон не понравился, а сейчас он проявляет к нему какую никакую заботу, ещё и предоставил всё для жития, даже футболку дал на время сна. к сожалению, на низ ничего не нашлось, бедра хо слишком широки по сравнению с бёдрами сона. — минхо? спишь? — хан прерывает тишину. его вопросы проносятся вторичным эхом в полупустой квартире. парень сжимает кулаки, что ещё не успели согреться. — чего тебе? — рыжеволосый отвечает вопросом, не открывая глаз, хотя спать ему вовсе не хочется. обычно в такое время он занимается писательством, но боится, что свет лампы, которую он обычно включает при создании своих шедевров, помешает уставшему гостю. чёрт, снова? снова его это заботит? хотя, он поступает гуманно. — почему ты такой? ты всегда был таким холодным ко всем? тебя так воспитали? или это случилось после определенных событиях, о которых ты предпочтешь умалчивать? — стукните кто-нибудь этого болтуна. он же очевидно переходит через все границы, он задевает личное. если бы хо хотел, он бы сам ему всё рассказал. зачем клешнями всё вытягивать из человека? джисон сам понимает, что лезет не в свою дело и в данной ситуации поступает очень неуважительно к своему спасителю, но он никогда не мог нормально справится со своим любопытством. он не мог забыть то, что его очень сильно интересует. неловкое молчание, очень долгое и напрягающее. джисон покрывает мысленно себя трехэтажным матом за то, что все-таки спросил это и впредь будет всё обдумывать. лучше пускай у него будет гореть всё от неизвестности, зато таких моментов постыдных будет меньше в его жизни, но вдруг голос минхо раздаётся: — если тебе интересно, то слушай — джисон разворачивается лицом к парню, что лежал неподалеку. он давно уже навострил свои ушки и рад тому, что не зря. ночь обещает быть интересной. они узнают друг друга поближе — я, как и все подростки любил хорошо отдохнуть. будь у меня возможность сходить в бар, выпить, потанцевать, я всегда пользовался ею. жил каждым днем. процветал и радовался каждому моменту. я умел улыбаться, особенно часто я улыбался, когда у меня появились первые отношения в 16-17 лет, где-то в таком промежутке. это был очень красивый и мудрый человек. я всегда поражался его умениями, он мог абсолютно всё. я доверял ему, как никому другому. то бишь, наши отношения настолько далеко зашли, что мы распланировали свадьбу на будущее, составили список всех гостей. я чувствовал себя счастливым, чувствовал себя живым, пока в один день не узнал, что этот человек надсмехался попусту надо мной, когда мне об одном сообщили, я буквально.. опустошился. всё пропало. резко. быстро. это был такой удар. было трудно принять, что, казалось бы, такой искренний человек, мог оказаться такой тварью. ты хоть.. представляешь себе это?? ты живёшь, спишь одну, другую ночь с любимым человеком в кровати, представляя с ним будущую семью, а тут просто.. будто этого и не было вовсе. любовь меня, пиздец, как погубила. мне нетрудно это вспоминать, потому что всё прошлое я всегда оставляю позади. но это было не последняя вспышка моего нынешнего рождённого образа. моя мать, она умерла. к сожалению, это я не смогу тебе рассказать. это слишком больная тема для меня. она просто осталась единственным, кто был рядом и поддерживал. и я тоже её потерял, я не смог, я не успел её спасти. — минхо, говоря про свои прошлые отношения, никак не менялся в лице, но как только речь зашла про одного из его родителей, уголки губ нервно затряслись и вот-вот солёные реки потекут с глаз прямо сейчас. ком в горле ощущается очень больно и неприятно, но он не может проглотить его. давит на глотку с невыносимой неприязнью. джисон не растерялся, он осмелился взять своего друга за руку. минхо только, что рассказал что-то про себя после чего стало ясно, почему он с призрением относится ко всякой любви и нежности, но ещё один факт, лино раскрылся. раскрылся перед джисоном, показал свои какие никакие эмоции. жаль, что первым это не была улыбка, которая была бы умопомрачительная, но пусть будет, что будет. — хо~.. пожалуйста, не переживай. — все ещё холодные пальцы младшего поглаживают по кисти рыжеволосого, стараясь успокоить таким образом — каждый человек переживает свою историю, проходит через свои трудности знаешь, ты силен. смотря на тебя, я удивляюсь тому, как ты вообще умудряешься что-то делать, как-то отвлекаться от таких произошедших событий. это тяжело, я понимаю. тем не менее, ты неплохо справляешься. всё хорошо. я буду рядом тогда, когда тебе это необходимо. можешь мне не доверять, но я сделаю всё, чтобы ты вновь почувствовал себя живым, если ты вновь хочешь этого. позволь и всё будет. хныканья в комнате не заглушаются. хо только ещё больше растроган такой речью, он так давно не слышал ничего подобного, ему так на самом деле этого не хватало. кто - бы знал, что минхо готов отдаться в тёплые руки, но ему просто страшно. и всю картину маслом, которую он установил вокруг себя, это всего лишь прикрытие от очередного разочарования. вот в чем было дело. порой даже людям с железным характером нужно дарить теплоту. ли сам, как не свой, тянет джисон на себя. они долго обнимаются, лёжа на диване в тишине. молчание сейчас такое уютное и будто бы родное. складывается впечатление, что эти парни знакомы ещё давно, просто долгое время не виделись. неужели это возможно так? сблизится за какие-то считанные секунды? видать, возможно. хватка не расслабляется, но оба проваливаются в сладкие сны. интересно, что же будет на утро? станет ли извиняться, оправдываться наш поэт?