Мой маленький темный век

Как жаль, такой талант пропадает! Она каждый раз хотела закрыть уши, но не могла. Бедняжка, тяжело, наверное, никогда не вставать с кресла. Даже самый незнакомый человек стремился указать на это. Потратит жизнь просто так. Таких убивать надо. Она — надежда семьи, тренера и школы. Фееричные победы на боях кэндзюцу пророчили ей светлое будущее в спорте. До автомобильной аварии. Она оказалась парализована ниже шеи, травмы, связанные с сердцем, постепенно усугублялись и зрение становилось все хуже. — Если бы ты не решила перед занятиями забежать в магазин, то не была бы прикована к коляске! — постоянно ругалась на нее мать. — Тц, бесполезная. Чтоб всю жизнь на ней каталась, — цыкал ее бывший тренер. Если бы она не попала под машину, то осталась бы в спорте; если бы не попала под машину, она была бы здоровой. Она действительно наслаждалась боями на мечах и была разбита, когда поняла, что даже не сможет ходить. Все свое время она проводила дома, подключенная к куче аппаратов. В какой-то день ее дыхание стало намного хуже обычного. Мучительная усталость накатила внезапно. Девушка, что с ней сидела, засуетилась. Она не могла дышать. Она задыхалась. Нет воздуха.

***

Она сделала резкий вздох и тут же удивилась. Вокруг нее четкая картинка: традиционный японский дом с открытой дверью, ведущей на утреннюю улицу; под боком сидел маленький мальчик с огромными синими глазами и растрепанными волосами. — Цутако! Цутако! Я тебя все зову и зову! Я кушать хочу, — жаловался он. Мальчик выглядел очень и очень знакомым. Она засмотрелась на неего и тут же ахнула: вылитый мини-Томиока Гию из манги «Клинок, рассекающий демонов». Что это за ситуация? Только что она умирала от остановки сердца и тут же оказалась подле персонажа манги. Это галлюцинации перед смертью? Она еще раз взглянула на неизвестного, что называл ее Цутако и справедливо решила все-таки его покормить: настоящий или нет, но он голодный ребенок.

***

Как оказалось все реально. В этом она убедилась после нескольких дней жизни в начале двадцатого века; слишком много логичных деталей, чтобы быть плодом воображения. — Цутако! Мы пойдем в лес? — прыгал вокруг нее Гию, все еще возбужденный после гостей у соседки, пока сестра работала. Теперь она Томиока Цутако — она решила взять чужое имя, раз ей стала. Ей, видимо, досталось память тела, но только обрывками, которые она складывала воедино. Их родители умерли еще давно, отчего дети были на попечении злой тети, которая выгнала брата с сестрой как только Цутако исполнилось двенадцать. С тех пор старшая перебивалась подработками, чтобы прокормить себя и Гию. Сейчас же Цутако была счастлива от одних лишь прогулок; она могла свободно передвигаться и жить без постоянной боли. Она не чувствовала злости от бесчисленной работы; она была благодарна, что вообще может ее делать. Раньше у нее не было того, ради которого она хотела бы жить. Сейчас у Цутако есть Гию и она сделает все для него.