Be the light

Сборы в дорогу оказались куда быстрее и проще, чем предполагал Юнхо, и уже на следующее утро с рассветом они выдвинулись из форта. Хранитель выходил последним, оглянувшись на холл и наблюдая за тем, как тлело пламя в костре, что он поддерживал так долго. -Это... странное чувство, - вздохнул омега, и Есан, что стоял рядом, переплетя пальцы с омегой, ободряюще улыбнулся. -Да. Это шаг в неизвестность. Но разве это плохо? -Страшно, - признался Юнхо. - И при этом очень хочется. -Мы не вернемся сюда, - произнес альфа. - Но мне кажется, что впереди нас ждет что-то... интересное. И потом, - он повернулся к Сану, что шел впереди всех, за исключением Сонхва, который в бестелесной форме был эдаким разведчиком. - Мы многим обязаны им, так ведь? -Да, - согласился Юнхо, когда они спускались вниз по извилистой тропе. - Я ведь помню Сана еще до того как... ты понял, - омега посмотрел вдаль. - Я, разумеется, не видел тогда его лица. Но он был очень добрым и честным, хоть и много грустил. Я видел глубокую печаль на его сердце, но никогда не говорил с ним об этом - считал, что он сам расскажет, если посчитает нужным. А потом Санни пропал... Это было ужасно. Я не спал примерно неделю, доведя себя до рубежа. Уен рыдал, а я сидел и втайне надеялся, что все это лишь дурной сон, что сейчас я очнусь - и Сан не сгинул. -Но ведь он не просто выжил - пусть и с потерями, но он все равно один из самый невероятных бойцов. И его спасла любовь - разве тебе не кажется это достойным легенды? -Да, наверное, - кивнул Юнхо, сверкнув синевой глаз. - Но кто будет ее сочинять? -Мы сами, - Есан указал за свою спину, где болталась лира. - Зря я ее, что ли, тащу. -Я так и не понял, зачем она тебе, - покачал головой омега. - Только лишний груз. -Вот увидишь, она пригодится, - подмигнул ему Есан и чмокнул в щеку. - Но сначала нам предстоит пробраться... - он не договорил, тут же отвлекаясь на полыхнувшее зарево. Стоило им пройти несколько шагов, как невероятная картина открылась их глазам: впереди, там, где находилось прибежище нежити, это мрачное и мерзкое место, полное грязи, полыхало пламя столь сильное, что оно вполне могло соперничать с пламенем Цитадели. Сонхва, проявившийся в своей огненной ипостаси, сейчас выглядел непривычно - даже его кожа, как и каждая вена на теле, горела пламенем, а позади него бесновался пожар невиданных масштабов. Полые даже не успевали пройти несколько шагов, не то что напасть - и рассыпались пеплом, который летел, укрывая все вокруг, словно снег. Однако Сонхва даже не смотрел на горящее прибежище, как не обращал внимания и на других путников - с болью в совершенно обычных, человеческих глазах, он смотрел лишь на Сана, который сейчас скрывался за спиной Уена, корчась от боли. Возможно, Феникс плакал, но слезы мгновенно испарялись с его лица, оставляя лишь страдание из-за того, что он своим присутствием причиняет боль любимому человеку. -Санни, прости... - выдохнул он, и всех обдало жаром, хоть они и стояли не так уж и близко к горящему омеге. -Первородный огонь... - выдохнул Юнхо, с благоговением и ужасом глядя на Сонхва. - Вот он, истинный облик Феникса.