Страшно прекрасен

Меня поглотила привычная темнота. Родненькая моя. Я успел по ней соскучиться. Знаете, это состояние было даже приятным. Твоё сознание засасывает тебя внутрь, тело максимально расслабляется. Вокруг лишь мрачные краски, иногда вспыхивают красные пятна. Мыслей в голове нет, абсолютная пустота. Я думаю, это состояние максимально приближено к смерти. Возможно, после смерти действительно только покой, и ничего больше. Но блаженное состояние исчезло. Резкий запах нашатыря заставил моё сознание прийти в себя. Ощущение было не из приятных. Голова на несколько секунд закружилась, пока я сосредотачивал взгляд на окружавших меня предметах. Самым ужасным было увидеть перед собой золотоволосого статного юношу. Великого принца. Он стоял прямо передо мной. На лице его читалось волнение и переживание. Сложно было поверить, что эти эмоции были вызваны моим состоянием. Я долго не мог смотреть на него. Глаза опустились, а чувство вины начало меня терзать. Ведь по моей вине Оскар потерял свою любимую девушку. Почему от него не исходил гнев? На его месте я бы возненавидел себя. Я и на своём месте успешно это делал. После долгих сетований медсестры мы вместе с Оскаром вышли из лазарета. Не в силах выдержать больше ни секунды его компании, я со всех ног бросился бежать прочь. Бегун из меня был замечательный. Единственное, что мне удавалось в спорте. Я бежал по длинным коридорам, глазами метался из стороны в сторону, пытаясь найти место для укрытия. И нашёл – мужскую уборную. Грязное и вонючее место, но там можно хоть в кабинку забиться. На полу блестели лужицы, и я даже не стал предполагать, откуда взялась эта влажность. Я прошёл по мраморному полу к окошку. На нём были решетки, так что если кто и задумал побег, то из туалета это сделать точно не удастся. Пристроил свою задницу к подоконнику. Окно выходило на спортивный стадион, где мы временами занимались физкультурой. Несколько групп занимались там. Парни бегали, пара-тройка девушек разминались. Как показывала печальная статистика, девчонки практически не посещали этот предмет. Были практически одни юноши. Приходилось смотреть на них, на их мускулы, на ноги, на то, как их грудь вздымалась при каждом тяжелом вдохе. Кто-нибудь из них мог мне понравиться? Симпатичных было много, но до красоты Оскара им как до луны. Нет-нет-нет! Неправильные мысли! Прочь! За дверью я услышал быстрые шаги. Испугавшись, что это может быть Оскар, я зашёл в кабинку и заперся. Шаги стихли. На всякий пожарный переждал пару минут, прежде чем выйти. Однако меня чуть Кондратий не хватил, когда я открыл дверцу и увидел Оскара. Он был зол. Я успел заметить его далеко не добрый взгляд, прежде чем опустил голову и замер в ужасе. Страх сковал меня. И виной тут была не только фобия. — Ты что, избегаешь меня? Слова отказывались выходить из моих уст. Единственное, что я мог – это помотать головой. Пусть он и был прав, что я избегал его. Ведь он бы потребовал от меня объяснения причины моего поступка. А какая она? То, что я испытывал к нему, предмету моей фобии, непонятно что, и это меня до чёртиков пугало? — И я должен это проглотить? Я искал выход взглядом. Надо было бежать отсюда как можно дальше, скрыться на время, поменять своё лицо, свою личность… — Меня не было в твоей жизни три дня, тебя не волновало, куда я запропастился? И той ночью ты ушел, ничего мне не сказав. Я настолько тебе безразличен или же и вправду ты меня ненавидишь? И если ненавидишь, то назови причины. Чем я тебя обидел? Только фобию свою сюда не приплетай. Главное не забыть, как дышать. Это же база, чёрт возьми. Тем не менее, молчание моё ни к чему хорошему не приведёт. Оскар разозлится еще сильнее, начнет давить, и я вновь свалюсь в обморок. И тогда меня отправят, без сомнений, в клинику. Запрут в четырёх белых стенах, будут брать кровь на анализы, пичкать лекарствами… Я ужаснулся от такой перспективы. Поэтому взял себя в руки и, икая от волнения, произнёс: — Мне очень жаль. Повисло молчание. Надо было ещё что-нибудь сказать. — Ты мне нравишься. Упс. Не то. Не то! — То есть, как друг, естественно… — Друг? Я нерешительно поднял на него глаза. Лицо принца сияло от радости. Я поспешил опустить взгляд. — Ты назвал меня своим другом? То есть, ты наконец начал принимать меня не как простого знакомого? Чува-а-а-а-ак, я так рад! Не зря же я начал эту терапию! Кажется, принца понесло. Его прям раздувало от гордости. Не будь он так прекрасен, спустил бы его с небес на землю жёстким замечанием. — Ладно. Я должен извиниться перед тобой, ведь я пропал, оставив тебя одного. Я должен был тебе написать или позвонить, но всё никак не получалось. Но теперь всё моё свободное время будет посвящено тебе. Ну что, пойдём на пары? Испытывая противоречивые чувства, я пошёл за ним. С одной стороны, Оскар будет всегда рядом, а с другой, моё сердце не выдержит. Интересно, а кто-нибудь умирал от своей фобии? *** И хоть Оскар дал мне слово, что всегда будет рядом, это ему не всегда удавалось. Новость о том, что прекрасный принц отныне одинок, распространилась по всему универу. Юношу то и дело куда-то звали девчонки: то в кафе, то в клуб, то в бар. А я удивлялся, как он легко соглашался. Со стороны люди могли бы подумать, что парень легко забыл свою любовь. Но мне казалось, что таким образом он пытался зализать свою рану. Он не хотел оставаться один, ведь, возможно, его бы мучили собственные мысли. Оскар и мне предлагал вместе со всеми пойти куда-то. Я лишь отмахивался. Мне было прекрасно известно, что на всяких вечеринках я был нежеланным гостем. С тех пор, как я прекратил прятать лицо, за моей спиной постоянно шушукались. Некоторым откровенно не нравилось, что Оскар общался со мной. Прямо при мне девчонки выражали недовольство, мол, чудовищам нет места рядом с совершенством. Эти наивные курицы были уверены, что я приезжий из деревни. Им и в голову не приходило, что я из столицы. Дни сменялись днями, фобия моя не торопилась отступать, но общение с Оскаром вошло в привычку. Он мог говорить о чём угодно и не утомлять меня своей болтовнёй. Костя тоже был с нами. Вначале ему было неловко рядом с принцем, а сейчас он мог говорить при нём, не контролируя свой лексикон. Временами к нам присоединялся Богдан, и, как бы парадоксально это ни было, при нём я мог дышать лучше. С ним у меня получались лишь горячие споры, а когда меня разносило, я ловил взгляд Оскара и резко замолкал. Взгляд у него в эти моменты бывал… до мурашек. То холодный, то изучающий, то нотки гнева появлялись. Я даже вбил себе в голову, что его, наверное, раздражал мой голос. Уж лучше было и дальше помалкивать или не говорить с кем-либо при нём. Самое удивительное было то, что Оскар не винил меня в произошедшем с его девушкой. Как он потом сказал, они периодически общались. Больше мы о ней не говорили. *** — Ты должен пойти с нами на эту вечеринку. Я помотал головой. — Это больше тебе надо, чем мне. Ну правда, сколько ты будешь дичиться? Тебе нужна девушка, да и мне не помешает. Я ещё активнее помотал головой. — Не упрямься. Мы найдём тебе не супер-красотку, а вполне миленькую девочку, с которой ты мог бы общаться. — Оскар. Юноша замолк. — Я пойду на вечеринку только с одним условием. — С каким? — Ты не будешь навязывать мне никакие знакомства. — А, хорошо, без проблем вообще. Поверь, ты не пожалеешь. Дом просто огромен, людей куча! Если хочешь, могу одолжить тебе что-нибудь из своих шмоток. Хотя, боюсь, ты утонешь в них… — Я приду в своём! – Кажется, мои щеки зарумянились. Мое сердце не выдержало бы, если бы я напялил на себя вещи Оскара, которые наверняка пропахли им. — А кто это у нас тут смутился? – хихикал принц. Самодовольства у него выше крыши. Как назло, Кости не было рядом, чтобы спасти моё положение. Мне оставалось только краснеть и пылать, мечтая провалиться сквозь землю. Я бросил взгляд на лицо Оскара и был удивлён: он тоже покраснел. Не так сильно, как я, но тем не менее. Он поймал мой взгляд и еле слышно произнёс: — Когда ты смущаешься, я тоже начинаю. Так что прекрати пялиться и иди, готовься к вечеру. Буду ждать тебя у Аньки. Он спрятал руки в карманах брюк и пошёл в сторону своего дома. Я смотрел ему вслед и не мог скрыть свою улыбку. Внутри так потеплело от этих слов. Он смутился! Он будет ждать меня! — Что за влюблённая улыбка? Я подскочил на месте. Рядом со мной оказался Богдан. Ах да, я же стоял у здания университета. Рано я забыл о реальности. — Тебе показалось. — Я слышал, что Оскар уломал тебя на эту нашумевшую вечеринку? — Всё-то ты знаешь. — Просто будь осторожен. Любят они в напитки добавлять всякую дрянь. — Мне казалось, что это твоя специализация. — У тебя сложилось обо мне просто ужасное впечатление! — Собственно, как и у тебя обо мне. Видишь, мы квиты. Богдан схватил мою руку, чтобы я остановился и посмотрел на него. — Сколько мы ещё будем так постоянно ругаться? Может, мир? На лице его гуляла ухмылка. Ничего хорошего она не означала. Я показал ему средний палец, вырвал руку и пошёл прочь. Парень не растерялся и крикнул мне вслед: — Просто запомни, чтобы ничего там не ел и не пил!