- Сдохнешь на этом асфальте или встанешь уже?

Вижу Цукишиму, который сидит на скамейке и смотрит на уходящее за горизонт солнышко. Он спокоен, его лицо не выражает никаким эмоций. Он облокотился на спинку и просто слушал музыку, думая о своем. А может и вовсе не думая. Его чуть растрёпанные волосы шевелились в такт лёгкому ветру, делая их ещё более растрёпанными. Подойдя к нему со спины, я потрепала его макушку, создавая полнейший бардак на голове. Он вздрогнул от неожиданности и резко снял наушники, а я со смехом расположилась рядом, смотря на красивое небо. — Можно было и без этих приколов, — буркнул Кей, пытаясь уложить пряди. — Я так не могу, — усмехнулась я. Я видела боковым зрением то, что он смотрит на меня. Но это не могло отвлечь меня. Небо было красным, переходящий в розовый и серо-синий. Теплый ветерок давал мне возможность вдохнуть полной грудью, ловя удовольствие от прекрасного вечера. — Ты уходишь из банды? — Да, — кратко ответила я, чуть усмехнувшись, хотя внутри не было от этого радости. — Решила стать нормальной? — звонко выдал он, тоже смотря вперёд. — Я и была нормальной, просто эти ребята стали мне семьёй. Но после той ситуации я решила, что нужно прекращать это и искать новое увлечение. — Я тоже думаю бросить волейбол, — спокойно сказал он без тени сожалений. — Почему? Я знала, что он пришел в волейбольный клуб вместе с Ямагучи в старшей школе. Он рассказал мне об этом сразу же после прихода. Мы тогда делали домашнее задание вместе на уроке и чтобы как-то держать диалог, он решил рассказать об этом. Я долго не могла успокоиться и меня чуть не выгнали из кабинета за мой смех после истории с париком директора. Ему нравилось, пусть он это скрывал. Но что сейчас он хочет уйти… — Это же просто клуб. Там есть другие первогодки, которые с ума сходят от этого. Да что скрывать, даже старшие тоже не упускают возможности тренироваться в два раза больше, чем обычно. Им что, энергию девать некуда? — Я знаю, что ты любишь волейбол благодаря брату, ты же сам говорил. Не будь таким занудой, ведь этот вид спорта для тебя. Ты словно родился для этого. Уверена, что ты будешь мозгом команды, потому что ты очень рассудительный и не действуешь спонтанно. — Тебе ли судить, гопница с района, — усмехнулся тот. Я толкнула его в бок и он улыбнулся. Не смотря на нашу едкость, мы очень неплохо ладим, словно похожи друг на друга. — Если ты уйдешь из банды, то я посмею признаться тебе, что ты мне нравишься. — Чего? Вот именно это поразило меня до глубины души. Цукишима признается в своих чувствах так прямолинейно? Но пока я смотрела на него с диким удивлением и даже испугом, он все так же спокойно смотрел на небо, не стараясь постесняется, поскромничать или построить самодовольное лицо. Он был спокоен как и всегда. Удивительно, что Цукишима способен на чувства. — Я думала, ты скотина бесчувственная, — усмехнулась я. — Я нашел в себе смелости признаться, потому что не хочу ходить в дураках и пытаться скрыть правду. Его решительность поразила меня. При том, что он не пытается как-то давить, заставлять скорее дать ему ответ и все в этом роде. Смотря на него, я вижу, что с ним все будет спокойно и не будет никаких скрытых ситуаций, о которых я смогу узнать через время. Прямолинейный, рассудительный. Но при этом его хмурость и равнодушное отношение ко всему тоже не есть хорошо. Даже признаваясь в чувствах он особо не показывал свой восторг и какой-то позитив. Но это спокойствие. Наверное, это то самое, чего не хватало в моей жизни. Вечная суета, работа, учеба, напряжения из-за беспокойство об отце, будущее, банда. Все это просто суматоха, в которой ты сидишь и просто мучаешься от переизбытка информации и ответственности. А с ним спокойно сидишь на лавочке, смотришь на закат и ни о чем не хочется думать. — Это звучало просто как признание? — спросила я, смотря на него. — Возможно, — утвердил он, посмотрев на меня. Первый раз мы пересеклись взглядами. Глядя на его золотистые глаза я испытываю какое-то умитворение. Словно нет ничего в окружающем мире, кроме ощущения лёгкости и расслабляющего теплого ветерка. — Тогда считай, что я уже ушла из банды, — подмигнула я и вновь наблюдала за закатом.