Искра

Был сильный мороз и ветер, пробирающий до костей. Редко кто осмеливался в такую погоду выглядывать на улицу без крайней необходимости. Фрэнк брел по пустой улице один, ссутулившись, вжав голову в плечи и замотавшись шарфом так, что торчали лишь глаза. Ресницы и шарф покрылись слоем инея. Но он не чувствовал ни холода, ни ветра, ничего кроме всепоглощающей тоски. В груди будто зияла дыра, которую он бессчетно пытался залатать хоть чем-то. Ноги волочили его сами по заученному маршруту: работа-дом, а мысли уносили глубоко внутрь себя. Фрэнк размышлял о том, для чего ему нужна эта жизнь, что в ней приносит ему счастье: Работа, высасывающая последние силы? Пустая одинокая квартира, приползая вечером в которую, он погружается в воспоминания и еще больше занимается саморазрушением изнутри? Что вообще такое, это счастье? Когда Фрэнк вышел на перекресток, из-за угла на его ногу напала газета. Ветер принес ее и обмотал вокруг ноги. Фрэнк разозлился и пытался отцепить ее, тогда она прилипла к другой ноге. - Боги, за что мне это!? - в гневе закричал он, и после - шумно выдохнул. Газета скатилась по его ноге и упала перед ним на снег. Ветер стих, угнав вдаль облака, и обнажив полную луну на небе. Фрэнк поднял на нее голову и молча смотрел несколько минут, выпуская пар изо рта через шарф, покрытый инеем. Сделав шаг, он наступил на газету, остановился и посмотрел на нее, руки сами потянулись, чтобы поднять. Первое что бросилось в глаза - крупная картинка, он прекрасно знал о том, что было изображено, и не мог поверить в это. После он перевел взгляд на заголовок: Выставка "Искусство таксидермии". В глазах Фрэнка вспыхнул огонек. Его мысли унесли его в далекое детство. Как они с отцом охотились, тот учил сына искусству таксидермии. Вспомнил, как впервые сам убил зайца и отец доверил ему самостоятельную изготовку экспоната. А после даже занял второе место на выставке юных таксидермистов. Френк и сейчас отчетливо видел перед собой этого зайца, его глаза, как он был прекрасен. Мужчина вернулся на минуту в реальность и попытался разобрать еще несколько слов из статьи: … состоится в субботу, 20 января, 10:00. "Так это же завтра!" - Фрэнк крепко прижал к груди сложенную газету и побежал домой. Вся тоска осталась на том перекрестке, где ветер принес ему лучший подарок. Забежав домой, Фрэнк, по пути скидывая верхнюю одежду, направился в кладовую. Он долго копался на верхних полках, и, наконец, достал дорогую сердцу и давно позабытую коробку. Он сел в кресло, включил настольную лампу и стал рассматривать содержимое, аккуратно перекладывая листы. Это были вырезки из газет о них с отцом, о таксидермии и выставках. А в самом низу он нашел старую потертую фотографию: Фрэнк с тем самым зайцем в руках, а позади его отец с ружьем в одной руке, а другой - бережно обнимая сына за плечо. Он почувствовал как на яву руку отца на плече. Френк положил не нее свою руку, из его глаз потекли слезы. Он достал платок из кармана и попытался их остановить, но они все катились и катились. Не в силах их остановить - он закрыл руками лицо и зарыдал. Фрэнк в последний раз позволил себе плакать после похорон отца, совсем немного, украдкой, пока никто не видел. Сейчас он рыдал не боясь, не стесняясь, просто не имея сил это остановить, а после, не поняв как, заснул. Фрэнк проснулся утром в том же кресле, с коробкой в руках. Он бережно сложил в нее все вырезки, выключил настольную лампу. Умываясь в ванной, он, впервые за долгое время, посмотрел на себя в зеркало. Там был мужчина в возрасте, с сединой в волосах, глубокими морщинами на лице, с щетиной. Он был так похож на отца, только неопрятный, взлохмаченный. Фрэнк привел себя в порядок: умылся, уложил волосы, гладко побрился, надел лучший из имеющихся костюм. Он, впервые за долгое время, с удовольствием позавтракал. А после - положил в карман ту коробочку со статьями, и отправился на выставку. На улице светило солнце, чирикали птицы у кормушек. Фрэнк вдохнул полной грудью морозный свежий воздух и пошел на встречу судьбе. Его походка была бодрой и крепкой, осанка прямой, он улыбался прохожим, а мысли были только светлыми. Он был в нетерпении от этой встречи. Это был один из лучших дней в его жизни. Фрэнк познакомился со многими таксидермистами. Он подолгу рассматривал их работы и задавал вопросы о них. Они делились своими секретами и мудростью, а Фрэнк в ответ - тем, что помнил сам. Он открывал коробочку, показывал им вырезки из газет, фотографию с отцом. Один таксидермист даже вспомнил его отца и поделился воспоминаниями о том, чем тот помог однажды, дав нужный совет. Фрэнк был очень горд. Работы профессионалов покорили сердце Фрэнка. Там были как новички, так и очень опытные таксидермисты. Были представлены и маленькие мышки, и птицы, и зайцы, и лисы, даже волк и олень. Много различных животных, в разных техниках выполнены работы и все по-своему прекрасны. Фрэнк вернулся домой поздним вечером, он разделся и упал на кровать без сил. Ему снились светлые и прекрасные сны, беззаботное детство. Проснулся Фрэнк после обеда. Он чувствовал себя прекрасно, все прокручивал в голове воспоминания о прошлом дне. Фрэнк собрал свои вещи, позвонил на работу и сказал, что уходит в отпуск. Он не был в нем уже много лет, и ему неважно было, что ответят на той стороне. Фрэнк отправился в лесную хижину своего отца, она сильно обветшала и требовала ремонта, но это не могло помешать ему. Искра уже зажглась в нем, и ее было не потушить. Как смог, Фрэнк привел хижину в порядок, и, с нетерпением, отправился на охоту. Навыки подрастерялись, но после нескольких неудачных попыток, ему все-таки удалось попасть в белку. Для первого раза и она подойдет. В хижине он подготовил все для таксидермии и принялся за дело. Работа была долгая, кропотливая, но как горели этим его глаза. Руки сами вспоминали, что делать, Фрэнк лишь иногда направлял их. Он почти не ел и не спал, пока не закончил работу. Когда экспонат был готов - Фрэнк упал на кровать и долго, беспробудно отсыпался. Когда он открыл глаза - их ослепили яркие солнечные лучи, пробившиеся через окошко. Он повернулся на другой бок и увидел свое творение на столе. Белку освещало солнце, шкурка блестела и переливалась. Как она было прекрасна, как прекрасны были ее глаза. Фрэнк улыбнулся и провалился дальше в сон.