Симфония умирающего Мира

Ночь. Холодная. Тёмная. Опустошающая ночь. Винчесто укрылся в саду, пытаясь переварить увиденное. Лёгкие горели от холода, горло драло от непролитых слёз. Адмирон крепко сжал букетик так и не подаренных фиалок. Он кинул быстрый взгляд на эти отвратительные цветы, прежде чем окончательно раздавить их. Демону хотелось снова умереть. Только в этот раз насовсем, без всяких вторых раз. Без надежды и без боли. Без любви и без скорби. Просто небытие. Ни рай, ни ад. Просто смерть. В голове копошились мысли, они диким роем окутывали разум. Воображение рисовало с десяток разных ужасных, отвратительных картин. Все сплетни небес и ада резко обретали смысл. Они приняли живые формы и Винчесто едва не стошнило от этой мысли. Он помнил её улыбку, помнил её клятвы в верности. Невозможность быть вместе убивала его, съедало всю его душу, если у демонов таковая вообще имелась. Но ещё сильнее ранило предательство. «Что они вообще забыли с тобой в одной кровати?» -задавался вопросом демон. Ответов найти он не мог. Спрашивать не хотел. Ему была не интересна её пусть и сладкая, но всё таки ложь. -Винчесто -раздался уверенный, твёрдый голос за спиной демона -нам надо поговорить. Адмирон замер, а затем резко развернулся, едва не задевая серафима крыльями. -Эрагон -взгляд его безразлично скользнул по лицу ангела -чего тебе? Оба мужчины смотрели друг на друга скрывая свои эмоции, но душа болела у каждого, и причиной этой боли была одна и та же женщина. Для одного из них она была верным другом, союзницей, сестрой по оружию, ученицей, а для другого просто любимой женщиной, которую он так и не смог сделать женой. -Я по поводу увиденного -он замешкался -всё не так, как могло показаться. И ты нужен ей там… -Для чего? -хмыкнул Винчесто -мне кажется Самаэль справляется. -Демоны -выдохнул Эрагон -вы все такие. Импульсивные, резкие, не желающие слушать и именно поэтому вы такие жалкие. -серафим вздёрнул бровь -выслушай Винчесто. Эти слова даются мне тяжело, но я вынужден объяснить тебе всё. Не ради тебя, себя или Самаэля, а ради неё и правды. Адмирон выдохнул холодный, морозный воздух. Он раздражённо пожал плечами, словно всё в серафиме раздражало его. -Валяй -бросил он, словно выслушать ангела было выше его достоинства. -Винчесто, это серьёзно -Эрагон выдохнул -мы с тобой никогда особо не пересекались, лишь по зову службы, но это было очень давно. Я тебя особо не знаю, и признаюсь честно, ты мне не особо нравишься. Но ты нравишься Ребекке. В те далёкие времена, она представляла тебя мне как друга, хорошего друга. Я ещё пытался убедить её, что ничего хорошо в демонах нет… -серафим заметил, как глаза демона окрасились алым -я отошёл от сути, извини. Ребекка сама не своя с момента как вы встретились, ты же заметил? И это не от того, что она нашла кого-то или что ты там себе на придумывал. Вовсе нет. Чёрт, как же это тяжело -он замер. -Не трать время -отмахнулся демон -ни моё, ни своё. Я видел всё, мне достаточно. Что ты там хочешь до меня донести? Захочет, скажет сама. Винчесто отвернулся, желая поскорее покинуть сад. Эрагон выдохнул, резко, словно переборов самого себя, он выкрикнул. -Она не скажет -серафим сорвался с места, догоняя Адмирона -такое сложно сказать. -Значит, не скажет -отозвался уже явно разозлённый Винчесто -ты чего пристал ко мне? Забор я тебе починил, тот, что сломал. Всё, Эрагон, отвали! Иди занимайся своими важными делами! Серафим не выдержал. Резко, но метко его кулак прорезал воздух, находя опору на губах демона. Удар подействовал отрезвляюще, демон отшатнулся, перехватывая второй кулак. На губе выступила тонкая струйка крови. Адмирон взмахнул крыльями, пытаясь нанести ответный удар, но Эрагон ловко увернулся, повалив демона на землю и крепко прижимая его весом собственного тела. -А теперь слушай -шипел от злости серафим -когда мы были в плену, Чума отдала Самаэлю ужасный приказ, приказ, который он не хотел исполнять. В результате этого Ребекка сейчас ждёт ребёнка от Самаэля. Она боялась и не знала, как тебе рассказать. Она любит тебя, я уверен в этом. Она переживала за тебя и твои чувства. Именно поэтому она отстранилась от тебя, пыталась спрятаться. А то, что ты видел… ребёнок, которого она носит под сердцем, необычный. Мы предполагаем, что это антихрист. Плод развивается быстро… ей плохо, холодно. Ты сам знаешь, сил нет ни у кого, всадники их отобрали. Но у демонов, особенно у бывшего повелителя ада тепло тело явно выше. Он согревал её. А я лишь сидел рядом и пытался хоть как-то утешить. Мы сами узнали про ребёнка только сегодня. Винчесто, она сходит с ума от боли. Ты ей нужен. Она не предавала тебя! Она любит тебя! Серафим заметил, как глаза демона расширились от ужаса. Адмирон оттолкнул от себя ангела, быстро подскочив на ноги. Эрагон вздохнул с облегчением, ему слишком тяжело далось признание. И пусть Уокер возненавидит его за это, но ангел знал, что поступил правильно.

***

Вики пришла в себя лёжа на мягкой кровати. Девушка устало простонала, тело пусть и плохо, но всё же регенерировало. И это не могло не радовать. В комнате было тепло. Такой обычный жест сейчас приносил радость. Тело успело адаптироваться к холодной и сырой камере, и голова отказывалась верить, что тепло является не фантазией больного разума. Уокер нехотя открыла глаза, волосы её прилипли ко лбу, губы пересохли. Девушка сощурилась от яркого света, но глаза всё же успели заметить его фигуру. Люцифер стоял у окна, делая вид, что рассматривает облака. Крылья его слегка подрагивали, словно демону вот-вот предстояло принять отвратительное, ужасное, роковое решение. -Проснулась? -словно переступая через себя, спросил он. -Ага -выдохнула Уокер, желая ещё хоть чуть-чуть продлить приятное время препровождение. Кровать была мягкой, комната тёплой. Она давно не видела подобной роскоши. -Чума сказала привести тебя в порядок -равнодушно бросил демон. -не знаю, зачем. -Хозяйка не сказала тебе? -усмехнулась девушка -видимо ты был плохой игрушкой! -Вики! -глаза Люцифера окрасились алым, парень резко развернулся, направляясь к возлюбленной. -Ты должна понять, всё кончено. Ты не можешь со мной так разговаривать. Не выкини подобного при всадниках. Ясно? Уокер молчала. Она не собиралась соглашаться. С недавних пор жизнь снова обрела смысл. И пусть этот смысл заключался в смерти, разве не всякая жизнь такая? Люцифер закатил глаза, отвернулся и тихо добавил. -Если я скажу беги, ты побежишь. Вики выдохнула. Она ненавидела демона. Не могла поверить, что когда-то видела в нём целый мир. Сейчас её мутило от одного его вида. Жалкий. Покорённый. Мерзкий. Предатель. -Где мама? -неожиданно для себя выдавила она -Мамон, Мими и Дино, что с ними? Люцифер мог не отвечать, но всё же сказал правду. -Ребекка и отец Мими сбежали ещё в начале -парень выдохнул -а Мими и Дино тут. С ними всё хорошо. -Ага, не считая пыток -фыркнула Уокер. «Мамы здесь нет» -выдохнула Вики, и на душе стало теплее –«значит, она уже работает над тем, как спасти небеса!» Губы дрогнули в улыбке. Тело отозвалось на этот маленький жест победы. -Не улыбайся так при Чуме -наставлял Деница, хотя, видя её скромную попытку улыбки, почему-то улыбнулся сам. Дверь скрипнула, на пороге замерла дьяволица. Вики лишь закатила глаза. Не узнать её было невозможно, хотя хотелось забыть эту надоедливую блоху. Самодовольная улыбка, почти оскал. Хотелось стереть всё это с её лица. И только сейчас Уокер ощутила, как давит на шею ошейник, как ноют конечности от пыток, как зудят крылья от золотых нитей. -Что она тут делает? -возмутилась Ости. -Приказ Чумы. -Поняла -кивнула девушка -Люцифер, госпожа желает видеть нас с тобой, чтобы обсудить детали брака. «Брака» -вспыхнуло в голове Вики так, словно вспышка молнии прожгла всё её тело. -Он уже женат, сука -вскрикнула Уокер, и руки её сами наткнулись на подсвечник. Секунда и Ости едва уклоняется от летящего в неё предмета. -Будь уверенна, я донесу это Чуме! -грозно бросила дьяволица. -Не донесёшь -серьёзно проговорил Люцифер, хватая Вики за руки -а теперь выйди, я скоро буду. Как только в комнате остались лишь двое, Деница наконец выдохнул. -Что ты творишь? -шипел он -я из кожи вон лезу… -он осёкся -не важно. Скажу беги, побежишь. Это всё, что тебе нужно запомнить, хорошо? Уокер молчала, и это поистине выводило демона из себя. Глаза его горели огнём, вены вздулись. -Хорошо? -повторил он. Вики лишь кивнула, и этого было достаточно.

***

Каждый шаг давался Винчесто тяжело. Ноги не слушались, сердце бешено стучало в груди. Он не знал, что будет говорить, что вообще можно было сказать в подобной ситуации? Демон испытывал самую настоящую скорбь за неё, и полное отвращение к самому себе. Слегка приоткрыв дверь комнаты, он тут же наткнулся на заплаканные глаза. Не смотря на все попытки справится с собой она дрожала. Сатана, прижимавший её до этого к себе, ослабил хватку. Винчесто делает шаг, ещё один. Быстро, резко прижимает Ребекку к груди. Женщина позволяет, сжимаясь сильнее в его руках. И Винчесто слышит её всхлипы. Рука его нежно оглаживает золотистые локоны, пытаясь утешить. Адмирон чувствует, как руки серафимы плотным кольцом сжимаются на его спине. Она пытается скрыть взгляд, прижимается к груди родного демона всё сильнее. Всхлипы становятся громче. -Тише-тише… -шепчет Винчесто, а сам хочет вопить от боли на весь мир. -Прости-прости… -отзывается шёпотом она. -Ты не виновата -шепчет он в ответ, крепче прижимая её к себе. Взгляд его скользит по Сатане. Мужчина, словно и не собирается уходить. -Я так боялась, что ты осудишь -шепчет она, и голос срывается на слёзы -только прости… умоляю Винчесто, прости! -Тш… -демон продолжает нежно гладить её спину, трепетно обходя шрамы -что ты такое говоришь? Я люблю тебя, всегда буду! -Да, но… -всхлипывает она, но он не хочет слушать. -Никаких но, душа моя, ты всё, что нужно мне в этом Мире -сладостно шепчет Адмирон -и я бы умер снова, лишь бы ты не пережила того кошмара. -Често -всхлипывает она и сердце демона замирает -я так боялась… -Всё позади -как можно увереннее произносит он. А сам хочет вырвать из груди собственное сердце, чтобы оно перестало так болезненно ныть. Хочет стереть с лица Земли, Небес и Ада всех, и Чуму, и Сатану. Но произносит лишь нежно для неё -я с тобой. Я рядом. Всегда буду. Ты можешь рассказать мне всё. И я всегда буду с тобой. Всегда буду на твоей стороне. Никогда не осужу тебя. И никогда мой взор не будет пропитан жалостью или слабостью в отношении тебя. Я люблю тебя и этим всё сказано. -Нам надо поговорить -волнуясь, сбиваясь со слов, говорит она. Ребекка отстраняется. Глаза опухли от слёз, покраснели. Она нервно вздрагивает, всё так же стараясь не смотреть на любимого демона. Рука Адмирона нежно, но твёрдо находит подбородок женщины, чуть приподнимая голову. И её глаза, чистые, невинные, напуганные, встречаются с его, решительными, заботливыми. Уокер трясёт. Крик срывается с губ и ей плевать, если кто-то услышит. Боль, такая сильная душевная боль рвёт на части. Она плачет, снова и снова. И не может остановиться. Винчесто снова прижимает её к себе, шепчет слова утешения на ухо, но это не помогает. Боль застилает собой всё. Уокер прижимается, боясь, что, если отпустит, он уйдёт навсегда. Её трясёт, мутит. Перед глазами пляшут мушки, в нос впивается его запах. Этот приятный, дурманящей аромат вишни. Уокер плохо, но при этом так хорошо. И, кажется, весь Мир сейчас исполняет для неё её личную, персональную симфонию. Ребекка вздрагивает, пугается, а потом расслабляется, наконец находя покой в объятьях своего демона. Самаэль ждёт. Он лишь наблюдает. Знает, Адмирону это не нравится, но уйти не может. На душе неспокойно. Всё тело охватывает агония. Он не может уйти. Не сейчас. Дьявол слышит её рыдания, и кажется ему, словно плачущий ангел, это вверх его боли. Нет больше Мира умирающего в агонии, нет всадников апокалипсиса, есть только она и её боль. Ещё в прежние времена Сатана находил Уокер очаровательной, хитрой занозой для ада. Но если бы она была на его стороне, то была бы не заменима. Стойкая, даже немного холодная, но при этом всём живая, не робот или солдат, напротив, самый что ни на есть настоящий человек. Со своими мыслями и правдой, со своей верой и болью. Нет, дьявол не мог так просто отдать её. Не теперь, когда в нём снова распустились старые, забытые чувства. Не теперь, когда его сердце снова познало заботу, смирение, жалость и любовь. -Винчесто -позвал он -оторвись от неё. Нам надо поговорить. Адмирон не слушает, боится оставить. Держит крепко, словно если отпустит, то потеряет весь мир. Винчесто слегка отстраняется, только когда она сама нежно убирает его руки. Деница подминается с кровати, и Уокер чувствует надвигающийся холод. Озноб снова покрывает тело. Слабость, холод, страх. -Мы быстро -уверяет Сатана -пошли. Винчесто не хочет, но соглашается, когда Ребекка слегка подталкивает его. Уокер не знает, о чём хочет поговорить Сатана. Она понимает, даже после этого им предстоит долгий и не лёгкий разговор, но чем он дальше, тем легче ей самой. Мужчины выходят в тёмный коридор, лишь Луна немного освещает лестницу. Адмирон замирает, сжимая руки. -Теперь ты знаешь -спокойно тянет Сатана -не натвори глупостей, она боялась за это. -Тебе какое дело? -выдыхает Винчесто -не делай из себя благодетеля, ты им не являешься. -Знаю -отзывается дьявол, и тон его холодеет с каждой секундой -ей не стоит знать этого, но… -он замирает, вздрагивает, надеясь на то, что в темноте этого не видно -поскольку она носит под сердцем моё дитя, я тебе так просто её не отдам. -Что? -недоумевает демон, и ему до ужаса хочется пройтись кулаками по лицу дьявола. Хочется сжечь его тело заживо, а потом пройтись ногами, превращая сожженную плоть в прах. Адмирон знает, если бы не Ребекка за дверью, он бы обязательно влез в драку -из ума выжил! Да она призирает тебя, ты исполнил приказ Чумы, ты сделал это с ней. Ты! -Замолчи -отзывается Сатана -я просто ставлю тебя в известность, я её тебе не отдам. Дьявол не желает слушать дальше. Он возвращается в комнату, ложится рядом, чувствуя, как замёрзло её тело. Уокер прикрывает глаза, ощущая тепло. Ребёнок словно отзывается на это прикосновение, и душа успокаивается. Винчесто возвращается, садиться рядом. Ребекка больше не прячет глаза, она смотрит прямо. Осторожно находит пальцами его руку, нежно сжимает. -Что будем делать? -тихо спрашивает она, словно ожидая решения своего демона -ребёнок развивается быстро, возможно к утру уже будет видно, что я беременна. -Можем сказать, как есть -предлагает Винчесто. -Често, нет! -тут же вскрикивает она, сильнее сжимая руку Адмирона. -этот вариант сразу отпадает! -Тогда, скажем, что ребёнок мой -предлагает демон. Сатана напрягается: -исключено, он мой. И я не буду это скрывать. Оба мужчины бросают друг на друга ядовитые взгляды, полные ненависти и презрения. Ребекка тяжело вздыхает. Ситуацию не получится оставить так, как есть. И серафим теряется, не знает, что ей делать. Быть может, Эрагон нашёл бы выход, но он не пожелал вернуться. Винчесто напрягается, Уокер чувствует это. Демон пытается перебороть себя. -Мы может решить это вдвоём с Ребеккой, без тебя -как можно спокойнее отзывается Адмирон. -Сомневаюсь -Самаэль касается плеча Уокер, и тепло приятно разливается по телу -Эрагон сказал тебе, что ребёнок необычный? Ей плохо, холодно. Сил нет ни у кого, но я был правителем ада. Моя кровь горяча, я согреваю её. Рядом со мной ей легче. Не сложно догадаться, что моё дитя в её утробе тянется ко мне. Сатана протягивает бывшему подчинённому руку. Адмирон сбрасывает перчатку, касаясь руки бывшего правителя. Горячая. Намного горячее руки Винчесто. Демон кивает, соглашается. Лишь бы ей было лучше. Ребекка замирает, нервно сглатывает: -что будем делать? -Может, ничего -отзывается Винчесто -это ровным счётом не их дело. Пусть думают и говорят, что хотят. Что на небесах, что в аду это было обычной практикой, разве нет? Сплетни были всегда. -Да, но сейчас -Уокер замялась -это не просто сплетни, ребёнок есть, он родиться. Самаэль нервно сглатывает: -скажем часть правды, ребёнок мой. Соврём, что поддались страсти. Винчсето походит, пообижается. Потом ребёнок родиться, чуть поиграем в семью и разбежимся. Вы столько лет прятали свою любовь от рая и ада, сможете ещё подождать. -Мы не нарушали запрет -зачем-то прошептала Ребекка. -Я знаю. -кивнул Сатана. Винчесто горел изнутри. Ему хотелось убить Самаэля. Закопать на заднем дворе дома Эрагона. Хозяин явно не был бы против. Адмирон нервно закусил и так разбитую губу, лёгкая волна боли прокатилась по телу. -Что ты думаешь на счёт его слов Ребекка? -демон надеется, что она откажет, но всё же он готов на всё, лишь бы она была спокойна. -Можно попробовать -шепчет она. -идея не самая плохая. Винчесто кивает. А сам ненавидит себя за бессилие. Уокер прикрывает глаза. Он понимает, она и так слаба, а нервы делают лишь хуже. Женщина уснула, сжимая руку любимого. Самаэль же лишь крепче прижал её к себе, слегка расправляя крылья и укрывая её словно в кокон. Двое демонов смотри друг на друга не отрываясь. Глаза горели алым. Ненависть. Обоюдная, абсолютная ненависть к друг другу. И если бы не спящая женщина, они бы убили друг друга.

***

Торендо встревоженно вёл за собой маленькую девочку. Сестра Эрагона покорно шла по его пятам. Она лишь встревоженно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, где оказалась. -Торендо -позвала она, и серафим обернулся. -Да, Касси? -ангел опустился на колено, рассматривая её напуганные глаза. -Когда мы встретимся с Эрагоном? -замялась она, теребя подол юбки. -Я пока не знаю -выдохнул он -не бойся, хорошо? Девочка кивнула, хватаясь за руку старого знакомого. Она продолжила покорно идти рядом. Оказавшись у массивных дверей, она немного вздрогнула. Уловив это, Торендо поднял маленького ангелочка на руки. Девочка прижалась к нему, путаясь в длинных волосах. Ей не хотелось открывать эту дверь. Казалось, словно за ней кроется сила, которую лучше не познавать. Кассиопея зажмурилась, не желая знать ничего. Но двери всё же распахнулись, пропуская бессмертных внутрь. Чума хищно улыбнулась, рассматривая мужчину. -Ну и как тебе ночь в темнице? -хмыкнула она. -Великолепно -отозвался Торендо, осторожно ставя ребёнка на пол. Ангел немного вышел вперёд, прикрывая собой сестру Эрагона -моя Госпожа, для чего вы позвали меня? Серафим заметил рыжеволосую девушку, которая с интересом разглядывала вошедших гостей. Она молчала, лишь нервно перебирала ногтями по столу. Чума закатила глаза, подходя ближе. Рука её нежно скользнула по щеке Торендо. -Знакомься, моя сестрица -загоготала всадница -Война. Война махнула рукой так, словно отогнала от себя назойливую муху. Она скучала здесь. Ей хотелось зрелищ, настоящего веселья. Чума игриво заглянула за спину Торендо, она тут же подхватила на руки маленькую девочку. -Как думаешь дорогая, как скоро братик придёт за тобой? -рассмеялась она. Торендо замер, наблюдая за испугом ребёнка. Чума, словно умалишённая, кружила девочку по комнате. Серафим даже представить себе не мог, что ему делать. Решение пришло на ум само собой. Ангел метнулся к всаднице, мягко ухватив её за руку: -госпожа, пожалуйста, хватит. Чума возмущённо пихнула ребёнка в руки Торендо, глаза её расширились от ярости: -пошёл вон! Серафим не стал спорить, он чувствовал, как ребёнок прижимается к нему всё сильнее. Как плачет маленький ангелок на его плече. Кассиопея была мягкой, ранимой, но всегда такой любознательной. Во всём мире, Торендо, пожалуй проникся любовью и жалостью лишь к одному существу. История её жизни всегда казалась ему чем-то несправедливым. И небесам, пожалуй, никогда не отмыться от этого жестоко проступка. Как только двери закрылись, Война раздражённо крикнула. -Этот бессмертный начинает крутить тобой -шипела рыжеволосая -он понял, что ты позволишь, Чума! И ты позволила! Смотри, как бы он не переиграл тебя в твою же игру! Всадница лишь медленно погладила сидящую на плече крысу: -не бойся сестрица, всё под контролем.

***

Утро не принесло облегчения. Тёплые лучи заскользили по подушке, нежно целуя лицо женщины. Но Уокер проснулась не от этого. Скрип двери привёл её сознание в пробуждение. Женщина замерла, разглядывая комнату. Рядом всё так же сидел Винчесто. Ребекка и представить себе не могла, как он провёл всю ночь в этом неудобном кресле. Демон всё ещё спал. Самаэль же в отличие от него бодрствовал, но не позволял себе покинуть кровать. Руки дьявола всё так же обвивали её тело. Уокер перевела взгляд на источник шума. Осторожно прикрывая за собой дверь, в комнату проскочил Эрагон. Серафим нёс на тарелке свежий хлеб и яичницу. -Проснулась? -улыбнулся серафим, ставя на тумбочку еду -вижу, что вы поговорили? -Да -кивнула Ребекка -спасибо. Женщина приподнялась, одеяло немного сползло. Уокер едва не вскрикнула, замечая округлившийся живот. Она понимала, за ночь ребёнок точно будет развиваться, но она не думала, что так стремительно. Эрагон заметил напуганный взгляд: -я бы сказал, месяцев четыре. Самаэль задумался: -три с половиной. Ребекка нервно выдохнула: -да, Ревелиус говорил, что не знает, с какой скоростью всё будет протекать, но так быстро… Она осеклась, замечая пробуждение Винчесто. Демон улыбнулся ей, и кажется его улыбка озарила весь мир. Уокер закусила губу, пытаясь скрыть подступающее волнение. Адмирон потянулся в кресле, так по-домашнему, что ей захотелось улыбнуться. -Подрос -кивнул Често, пересаживаясь на кровать и с интересом рассматривая маленький, но уже округлившийся животик. -Ага -отозвалась Уокер, наблюдая за ним. Всё остальное просто перестало существовать для неё. Комната, Самаэль и Эрагон. Был только Винчесто. Её Винчесто. Демон мягко положил руку на живот. Она позволила ему. Женщина не заметила, как волна раздражения прокатилась по телу Сатаны. Как напряглись его руки, а губы дрогнули. Она не заметила, но Эрагон заметил. -Как твоё самочувствие? -ласково спросил Винчесто. -Раны на спине иногда ещё болят -пожала она плечами -а так, вроде лучше. Эрагон видел, как закипает Самаэль. Как взгляд его становится всё более ожесточённым. -Ей нужно поесть -прервал надвигающуюся бурю серафим -набраться сил. Айша и Персефона уже отправились на Землю за гвоздиками. Ребекка кивнула: -значит, мы с тобой должны уже быть готовы -Уокер откусила кусочек булочки -пещера Риди, верно же? Эрагон кивнул, замечая раздражение демонов. -Ты серьёзно собрался тащить её туда? -не выдержал Адмирон. -Често -прервала его нападку она -нам больше ничего не остаётся -серафим ласково коснулась щеки возлюбленного. Пальцы немного уколола щетина -Эрагон читал, что пещера очень узкая, я без крыльев как раз пролезу. Если бы можно было по-другому, я уверенна, мы бы нашли выход. Сатана недовольно цокнул: -хорошо, твой живот растёт в геометрической прогрессии -мужчина обвёл рукой животик -залезть за кувшином залезешь, а вылезешь ли? Как тебя потом доставать прикажешь? Уокер ударила дьявола по руке. Её недовольный взгляд прошёлся по разгневанному лицу бывшего владыки ада. Серафим приподнялась с кровати. -Значит, нам надо поторопиться. Винчесто внимательно наблюдал за ней: -нет. Никто тебя туда не пустит. -Полностью согласен -подтвердил Сат. -Будто ваше мнение имеет хоть какой-то вес -отозвалась она, вытаскивая из комода вещи и прикидывая в каких живот будет менее заметен. Эрагон кивнул: -нужно думать о нашем плане. Как раздобудем кувшин, сможем набрать воды. А там и силы вернём, и крылья Ребекке. Если была бы другая возможность, мы бы ей воспользовались, но смотрите на вещи трезво. Её нет. Остальные уже изучают оставшиеся книги, лучше присоединитесь, чем мешайте. Самаэль возмущённо распахнул глаза: -я не буду сидеть и читать дурацкие книжонки, пока бескрылая и беременная женщина будет лезть на рожон! Я с вами -заявил дьявол -да и ей может опять станет плохо или холодно. Я должен быть рядом! -Я тоже пойду -кивнул Адмирон. -Достаточно -отозвалась Ребекка. Женщина устало вскинула руку -нас и так много. Пещера не резиновая. Чтобы в случае чего, мне действительно могли помочь, там не нужна толпа. Давайте мыслить трезво. Эрагон знает дорогу, я могу пролезть, а Самаэль прав, в случае если станет плохо, он нужен мне там. На этом всё. Она подошла ближе к своему демону, нежно касаясь губами его щеки: -прости, но лучше и вправду поищи что-то в книгах. Я вернусь, и всё будет хорошо, ладно? Демон не ответил. Ребекка смотрела ему в глаза, ей давалось это тяжело, но она знала, так было правильно. Винчесто разглядывал её пухлые губы, бледную кожу, выразительные скулы. Всё в ней было идеально. -Я люблю тебя, Често -тихо прошептала она, наклоняясь ближе. -Я тоже люблю тебя, Лисёна -отозвался он, слегка касаясь её губ. Осторожно, словно боясь спугнуть. Поцелуй выдался робкий, нежный. Её дыхание сбивалось, женщина терялась и переживала, но находила опору в сильных руках демона. Его дыхание приятно обжигало лёгкие. -Меня сейчас стошнит -поморщился Сатана, покидая комнату. Эрагон вышел следом, прикрывая дверь в комнату: -что ты задумал? -холодно поинтересовался он. -Ничего -чуть ли не рявкнул в ответ бывший повелитель ада. Эрагон замер, облокачиваясь на перила. Серафим вперил взгляд холодных голубых глаз в бывшего врага света. Он видел, как нервно подёргиваются крылья дьявола, видел, как Сатана пытается унять своё дыхание. -Ребекка не твоя Лилит, или Ева, или как её там звали -скучающе начал он -забудь и оставь то, что задумал. Вас свели неприятные обстоятельства, не больше. Я вижу, что ты что-то задумал. Мне не интересно. Но Уокер не будет в этом участвовать. Похвально, что в тебе есть что-то кроме яда преисподней, но Сат, хватит. -Она согласилась признать перед всеми, что ребёнок мой -отозвался дьявол -я бы никогда раньше даже не подумал о ней, как о матери моего ребёнка… Да, я согласен, обстоятельства ужасные, мы оба это знаем и она знает. Но я думаю, Эрагон, что просто могу быть рядом. Так же, как и Винчесто, а дальше она сама просто сделает выбор. Я не собираюсь делать ей больно. Просто буду рядом. Тем более сейчас это действительно нужно. Знаешь, впервые с момента падения я чувствую что-то кроме боли и гнева. Не думаю, что это любовь, но может что-то похожее на неё. Эр пожал плечами. Он не собирался лезть, знал только одно, если будет нужно защитить Уокер, он сделает выбор без колебания. Лишит головы кого угодно за свою верную ученицу. Но ей самой предстоит сделать выбор, чья голова покатиться по эшафоту. А сейчас Ребекка лишь отрывается от сладостного поцелуя. Не думаю о том, что за её сердце ведут охоту уже два мужчины. Уокер на знает, она даже не думает о втором. Все её мысли занимает он, демон с душою человека. Её демон. Винчесто опускается на колени, прижимаясь щекой к её животу. Нежно, робко, словно боясь навредить, он шепчет ей. -Я буду любить этого ребёнка -Адмирон поднимает глаза на возлюбленную -так же сильно, как люблю тебя. Мы вернём твою дочь из лап Чумы, и я назову её своей дочерью, я готов умереть за тебя, лишь бы только ты жила для меня. Умоляю, Ребекка, только живи. Женщина замирает, руки её поглаживают тёмные волосы демона. Она отвечает быстро, словно знала ответ всегда. -Я живу, Винчесто, только потому что когда-то пообещала тебе -она улыбается, но по щеке катиться слеза -только больше не оставляй меня, любимый, не оставляй. Демон поднимается, осторожно убирая прядь с её лица. Ладонь его тёплая, живая. Винчесто нежно гладит её висок. Взгляд его серьёзный, решительный. -Я всегда буду с тобой -улыбается он -всегда, душа моя. И она улыбается ему, зная, что верить может только своему любимому демону. И сердце замирает, а затем бьётся так быстро, как только позволяет ему пределы тела. Боли нет. Отчаянья тоже. Любовь исцеляет, дарует силы и крылья, что были обрублены злым роком судьбы.

***

А в это время над Миром пронёсся ещё один всадник. Его чёрный конь бьёт копытами по пустым полям, окутывая их снегом. Он же веет самую страшную болезнь Мира. Руки его, касающиеся земли выжигают пшеницу, моря по его воли кипят, убивая всякую морскую тварь. И имя его -Голод.