Между нами настала зима

Дождь лил за окном, не переставая. Тяжёлые капли отскакивали от машин и крыш домов, создавая такой успокаивающий и одновременно тревожный белый шум. Впервые за последние пару месяцев Антон и Арсений вместе сидят на кухне и пьют чай. Но не последний ли это раз? Молчание обоих сводило с ума. Обычно им было комфортно проводить время друг с другом, но, видимо, всё когда-то заканчивается. Чувства угасают, появляются новые, и так по кругу. Арсений, взяв чашку в руки, но ни капли не отпив, ставит её на место и встаёт. Подходя к окну, он замечает растерянность юноши, который нервно то снимает, то надевает кольца на тонкие пальцы, пытаясь отвлечься от приближающегося неприятного разговора. – Антон. – Начал мужчина. – Мне нужно кое-что сказать. А что говорить, когда они уже месяц кроме "доброе утро" и "спокойной ночи" ничего друг другу не пишут? Или когда Попов игнорирует любые сообщения и звонки неделю? Когда прожигающее чувство счастья, обволакивающее душу и тело и заставляющее сердце биться сильнее, сменилось ощущением всепоглошающей, сжирающей пустоты? Верно: ничего хорошего. – Я так больше не могу. – произнёс мужчина, подходя к окну и боясь взглянуть в обреченные зеленые глаза. – Я не хочу делать тебе больно, но понимаю, что уже сделал. – Голос дрожит. Тяжело осознавать, что любимый человек страдает из-за твоих выходок и ты не можешь ничего исправить. – Я сам себя не понимаю, прости. – Чем ты думал раньше? – тревожно начал Антон. – Чем ты думал, когда игнорировал меня? Где ты был? – Он еле сдерживал слезы. Они все ещё в отношениях, но было ясно, что осталось недолго. Чувства есть только со стороны Антона. Только Антон был готов жертвовать собой, отдавать последнее этому мужчине. Только с ним он чувствал себя в полной безопасности и только ему мог доверить все свои секреты. И доверял. Доверял до тех пор, пока его не начали постоянно избегать без причины. Или причины, неизвестной ему. – Я не могу тебе все объяснить, Тош. – Он понимает. Он все. Прекрасно. Понимает. И все он, блять, может объяснить. Только вот чувство стыда не даёт сказать правду. Сказать, что он ему не интересен. Сказать, что надеялся на то, что со временем общение сойдёт на нет. – Дело не в тебе. Ты хороший. – Он отходит от окна, подходит к парню и садится напротив.  – Мне жаль, что так происходит. Я не дорожу тобой так, как ты мной. Мир сужается до размера одной этой маленькой мрачной комнаты. Чувства разочарования и безысходности пронзают душу и заставляют сердце бешено стучать, мешая нормально думать. – Ты это сейчас серьезно? Ты.. Да.. Как? Почему? Что случилось?! – Антон не выдерживает. Глаза заполняются влагой и через мгновение солёная капля стекает по щеке. Больно. Очень, мать его, больно. – Говори правду. – Он поднял такой по-детски искренний взгляд на него. – Пожалуйста. – Ладно. – Мужчина глубоко вздохнул и продолжил. – Пока ты витал в облаках и был опьянен моим вниманием, ты не заметил, как стал неинтересен даже сам себе. – С улицы прозвучал раскат грома, накаливания обстановку, и Арсений вытер блестящий лоб потными от нервов руками. – В погоне за тем, чтобы сделать меня счастливым, ты задушил своей любовью. – Признался мужчина. На кухне повисло молчание. Молчание и осознание Антоном ошибки, которую он совершил. Но почему нельзя было сказать обо все сразу? Зачем игнорировать? Зачем нужно было говорить, что все хорошо и прикрывать усталостью от работы? Может, это и не его ошибка? Может, это желание дать ту заботу, любовь и тепло, которое он недополучил в детстве? Определённо, он не виноват. Арсений всегда говорил, что нужно уметь решать конфликты и обсуждать сразу все, что не нравится. Где же он, такой принципиальный, был несколько месяцев назад? – Я понял тебя. – Растерянно ответил Антон и опустил голову, зарывшись руками в русые кудри. – Это всё? – Арсений встревоженно смотрел в изумрудные глаза, наполненые болью и отчаянием. – А что ты хочешь услышать? – Мужчина кивнул. Действительно, что тут скажешь. По всему телу побежали неприятные мурашки. Ему хотелось выть от боли, курить сигарету за сигаретой, одну за другой, заставляя себя давиться дымом. Хотелось царапать тонкую кожу ногтями, не дать разрастись этому ужасном чувству. Только это невозможно. Уничтожить то, что чувствуешь. Забыть тоже невозможно. Как вообще можно забыть того, кто каждый день заставлял сиять? И зачем, вообще, забывать? Может, воспоминания – единственное, что в будущем будет делать тебя счастливым. И несчастным тоже. Он вспоминает, как Арсений рассказывал ему все, что тревожит. Обнимал его. Касался. Так нежно, что по телу бежали тысячи мурашек. Как заставлял чувствовать себя нужным.  Любимым. Но ведь всё когда-то заканчивается, правда? – Только не вини себя. – Он опустил взгляд в пол, стараясь сформулировать мысль. – Просто прими. "Принять что? Принять, что я тебе больше не нужен?" – Уже. – Антон давно понял, что эти отношение обречены и не принесут ничего, но продолжал надеяться. На что? Одному богу известно. В любом случае – всё закончилось, и впереди остаётся только дорога, затуманенная счастливыми воспоминаниями прошлого. – Думай сейчас о себе. – Непонятно, жаль ему от сложившейся ситуации или нет, но он переживал за парня. Ему было все равно и нет, он понимал и не понимал одновременно. – Тебе нужно отдохнуть и хорошо поспать. Должно стать лучше. – Арсений мучительно улыбнулся и виновато взглянул в глаза, сверлящие его гневом и обидой. – Что за забота? – Это неправильно. Неправильно заботиться о том, кого хочешь бросить. И парень это понимал. – Зачем ты все это говоришь? Арсений промолчал. – Больше нам говорить не о чем. – Произнёс мужчина и направился к выходу из комнаты. – Ты ведь так не считаешь. – Сказал вслед Шастун. Антон слышит хлопок двери, означающий, что Арсений ушёл. Ушёл, оставив его одного со своими чувствами и миллионами вопросов, на которые он уже вряд ли когда-то получит ответ. Запах дорого парфюма, подаренный браслет и пара совместных фотографий в рамке – теперь единственное, что будет о нем напоминать. А песни, которые он слушал в счастливые моменты, заставят внутренности выворачиваться от невыносимой боли. – Я буду скучать. Безумно. – отчаянно произнёс парень в пустоту. Антон встал из-за стола, убрал свою чашку, игнорируя взглядом вторую, взял пачку сигарет и подошёл к окну. Зажигалка щёлкнула и на конце появился маленький, тлеющий огонёк. Такой же тлеющий, как и его надежда на лучшее. Шастун смотрит в окно, за которым быстро бегут белые облака по пасмурному небу. Люди всё так же снуют туда-сюда, а у него внутри пустота. Вот бы дождь мог смыть все, что накопилось у него внутри. Всё чувства. Все отчаяние, боль, разочарование и пустоту. Пожалуй, пустота – самое болезненное и обжигающее чувство, с которым ему пока не под силу справиться. Антон искренне не понимал, что заставило Арсения так жестоко с ним обойтись. Они доверяли друг другу больше всего на свете. Мужчина рассказывал об отце, которого давно нет, о всех семейных проблемах, обо всем, что у него на душе. Он часто говорил о том, что у него практически ни с кем не было близких, доверительных отношений. Отношений, в которых можно забыться и убежать от всех проблем. Нелогично это, Попов. Может он просто боится сближаться дальше? Может он боится, что его ранят и поэтому ранит других? Это звучит более правдоподобно. Но теперь уже должно быть все равно. Его больше нет. Арсений – очень закрытый человек с кучей комплексов, страхов и переживаний. Шастун – первый человек, которому он по-настоящему смог открыться. Только вот Антон об этом никогда не узнает.