Живи ради меня

— Слизень, я надеялся на большее… — сразу после гонки протянул Мия. Он финишировал на 1,3 секунды раньше. Сердце Рэки бешенно забилось, неужели, он так жалок и слаб? — Я стану лучше. — Вот как станешь лучше, так и сразимся. Удачи, слизняк, — Мия круто развернулся и уехал. На глазах наворачиваются слёзы. Рэки думал о том, как он сейчас выглядит. Ему сейчас не позавидуешь. Звонок. — Ланга? — он взглянул в телефон, — Ланга… Алло, Ланга я проиграл… Нет, всё нормально. Ну… Не знаю. Ладно-ладно, всё, я еду. Рэки встал на скейт и помчался с трассы S. Ланга не хило так приболел, поэтому не смог приехать поболеть за Рэки. Было очень трудно без него, но если бы не ветрянка, Ланга бы был рядом, Кян был в этом уверен. Ланге было семнадцать, а он ещё не болел ветрянкой, вот лошара. Если признаться, то Рэки на самом деле переживал за Хасэгаву. Да он всегда за него переживает. Это же Ланга, такой красивый, такой заботливый, такой милый… От мыслей о Ланге в груди сжалось. Интересно, может ли Кян расчитывать на взаимность? *** Рэки стоял у дверей квартиры, держа в руках трубку. — Ну, неужели так сложно трубку взять?.. Алло? Ланга, я приехал, — дверь тут же открылась. Первым что увидел канадец, были прекрасные янтарные глаза, которые вот-вот заполнятся слезами. — Рэки? Ты плакал? — обеспокоенно говорит Ланга. — Нет… Я… Я просто… — слова подобрать было невозможно, чтобы описать всё, что творилась у Рэки внутри. Эту скопившуюся обиду, разочарование в себе, зависть, невзаимные чувства… От такого зрелища, Ланга не смог подобрать ни слова, из-за чего он подошёл ближе к Рэки и просто обнял его крепко-крепко. Без слов он хотел показать всю свою любовь, всё своё желание поддержать, всю свою заботу о нём… — Я… Я… Я п-просто не понимаю! П-почему так? Я с-стараюсь, т-тренируюсь, но где результат? ГДЕ ОН? — Кян громко рыдал в плечо своего друга, обнимая его в ответ, — С-скол-л-лько я могу терпеть? Скол-л-лько я должен стараться? Почему никто не видет этого? Почему никто не видет того, к-как я стараюсь?! — глаза были красные и опухшие от слёз. Признаться честно, Рэки было стыдно в таком виде обнимать Лангу. От всех этих слов, сердце Ланги просто сжалось почти до боли. — Я вижу. Я вижу то, какой ты классный. Благодаря тебе, я встал на скейт. Благодаря тебе, существует Сноу. Ты сделал идеальную доску для меня. Благодаря тебе, я живу…– Реки смотрит в глубину голубых глаз Ланги, пытаясь прочесть его эмоции. Не получается. Почему это так похоже на признание в любви? Это неловкая пауза очень давит. Давит со всех сторон, –Рэки, пошли ко мне. Тут прохладно. Кян, словно очнувшись, вздрогнул и кивнул. Ланга вёл его почти под руку к себе в комнату. — Мама спит в другой комнате. Сильно не переживай, она спит очень крепко, — Хасэгава сел напротив Рэки и попытался заглянуть в глаза. Кян поднял голову. В его глазах было столько боли и отчаяния. Он медленно положил голову на грудь друга и приобнял. — Ланга, пообещай, что не бросишь меня ни при каких обстоятельствах? — тихо с жалостью сказал Рэки. Сердце Ланги просто разрывалось, а мысли уже давно покинули его голову. — Обещаю, — почти шёпотом ответил Ланга. Рэки глубокую вздохнул и прижался ещё сильнее к другу. Прошло пару минут, и Ланга почувствовал, что его плечо стало сырым. Рэки что, снова плачет? Блять, что же говорить? Мысли снова путаются. Как подобрать нужные слова?.. — Ланга…