I want, i want, i want!

      Я шёл по тёмным коридорам Хогвартса, выполняя свои обязанности старосты. Сегодня был один из тех дней, когда я с удовольствием бы лёг спать вместо патруля. Слишком много всего нужно было проконтролировать и сделать в последние дни. Раздражает. Необходимость отвлекаться, от совершенствования навыков и изучения всех аспектов магии, раздражает. Но это всё ещё лучше, чем летние каникулы. Хотя бы себе я могу сказать честно. Хогвартс – мой дом. Место, которое позволяет выдохнуть и на тысячную долю расслабиться.       Музыка, едва слышная, прервала поток мыслей. Интересно. Кто настолько смелый, что после отбоя, недалеко от гостиной Слизерина слушает музыку и не ставит заглушающие чары? Предвкушая наказание, я размеренным шагом направился в сторону заброшенного класса. Мелодия отлично скрывает все звуки, что разносятся по коридору. Стук дешёвых набоек на каблуках отлично дополняет её, как по мне. Песня была… приятной? Без громких, бьющих по барабанным перепонкам, звуков. Без раздражающего вокала. Наоборот, она казалась заманивающей, увлекающей и обволакивающей. Соблазнительной.       Тело сработало раньше мозга, и дверь в класс уже была мной открыта. Поттер. Он в одиночестве стоял в центре помещения. Напротив него было зеркало во всю стену. Повезло, что оно было справа от входа и не отразило меня. Было бы досадно не узнать, чем именно здесь занимается этот паршивец. Как только он появился в Хогвартсе всё пошло наперекосяк.       Поттер замер с вытянутой вверх рукой. Музыка стихла. Он прошептал заклинание едва слышно и проигрыватель снова заиграл. Видимо он здесь уже давно. По обнажённой спине стекают капельки пота и блестят в свете факелов. Мышцы то напрягаются, являя мне прекрасную картину, то расслабляются. Он прекрасен. Словно ожившая статуя. Его движения плавные. Эмоции сменяют друг друга. Завораживают. Я не знаю, что такое любовь. И считаю, что это бесполезное чувство. Но наблюдая за Поттером, понимаю, что внутри что-то замирает. Желание обладать им заполняет мою грудь. Руки зудят. Хочу провести ладонью по этим мышцам. Очертить их контур. Сжать со всей силы его тело, оставляя синяки. Хочу кусать его ключицы, украшая кровавыми следами. Глазами пожирать...       Внезапно Поттер падает на пол. Я инстинктивно сделал несколько шагов вперёд, чтобы коснуться его. Для чего? Помочь подняться или же наоборот прижать к ледяному полу своим телом. Но он продолжил свой танец, медленно ползя навстречу своему отражению в зеркале, не ведая какие мысли поглощают меня. Прогнулся в пояснице, словно большая дикая кошка. Резким движением встал на колени и описал полукруг верхней частью тела. Снова замер. Только руки как змеи поднимаются вверх, очерчивая грудь и шею. Я сглатываю и шумно выдыхаю. Это зрелище слишком для меня. Хочу его себе… хочу… хочу! – Понравилось? – раздаётся в тишине.       Я не сразу понимаю, что это вопрос. И что задан он мне. Встряхнув головой, чтобы прояснить мысли, смотрю на Поттера, что сейчас стоит напротив меня в каких-то десяти шагах и смотрит мне в глаза. Ни капли смущения. Только вызов. Вызов, что заставляет кровь бурлить. Я хочу… хочу… хочу… – Должен признать, что это было впечатляюще. Не знал, что ты танцуешь, – в голосе максимум спокойствия, а в голове бешеное желание. – Ты много чего обо мне не знаешь, Том, – он призвал полотенце с помощью беспалочкового Акцио и принялся вытирать лицо и шею. – Но был бы не против узнать. Расскажешь? – голос в голове требует подойти и забрать, спрятать и наслаждаться им в одиночку. Позволить узнать кому-то о нём Таком? Нет уж. Это зрелище только для меня. – Размечтался…       Этого слова оказалось достаточно, чтобы поджечь фитиль внутри меня. Я подлетел к нему, чтобы сжать до боли его левое запястье. А правой рукой ухватиться за волосы на затылке. – Ты – мой, – это всё что я мог и хотел сказать в тот момент.       Поцелуй не был таким, как его представляют в книгах или песнях. Он больше похож на ожесточённую борьбу за доминацию. Кровь из прокусанных губ, размазанная по подбородку. Язык, переплетённый с другим в диком танце. Руки что живут своей жизнью, исследуя тело партнёра-соперника. В голове только одна мыль по кругу: «Хочу. Хочу. Хочу». Треск ткани на краю сознания и горячие пальцы на животе. Безумие, разделённое на двоих… Дьявольский огонь в его глазах цвета смерти. В них нет ни капли любви или обожания, только вызов. Только немой вопрос: «И это всё, Том?».       Рычу от переполняющих меня эмоций. Хочу большего. Хочу его всего. Со всей силы толкаю его к зеркалу. Кажется, оно треснуло. Плевать. Хватаю его руки и прижимаю за запястья над головой. Он проклинает меня, когда я в первый раз кусаю его за основание шеи. Он захлёбывается стоном, когда я с силой вылизываю место укуса. Он отталкивает меня очередным беспалочковым заклинанием. От импульса зеркало рассыпается. И уже я обездвижен весом чужого тела. И уже на мне оставляют синяки и укусы. Его руки смыкаются на моей шее и сжимаются всё сильнее. Воздух покидает легкие, и агония захватывает меня всего. Упавший с его головы осколок – спасение. Острым краем вдавливаю кусок в первое попавшееся место. Кислород резко вернулся ко мне. Грохот закрывшейся двери. Сбежал… Хочу его. Безумный смех сам собой рвётся наружу.       Игра в догонялки днём и дикое животное спаривание ночью. Это не любовь и даже не страсть. Это война за обладание. Мы оба слишком гордые и сильные. Оттого поражение соперника ещё слаще. Оттого ломать Поттера ещё интереснее. Наблюдать за его метаниями между собственными желаниями и придуманным им долгом весело. Каждую ночь он прячется в новом заброшенном классе. Каждую ночь он либо танцует, либо разбивает манекены кулаками. Каждую ночь он набрасывается на меня стоит только появиться на пороге. – Если устал, только скажи, – шепчу ему в перерывах между поцелуями и укусами. – Иди к чёрту! – в его глазах ярость и желание. Прекрасное сочетание.       Он пытается меня убить. Но каждый раз сбегает. Днём он старательно делает вид, что не замечает меня. Забавный кролик. Как долго ещё сможешь ты бегать от змеи? Губы скользят по ключицам к груди. Сладкий тихий стон. Болезненное и надломленное «Ещё». Тело выгибается в ладонях, медленно, скользящих от паха по бокам к подбородку. Капитуляция. Конечно же, временная. Плавные покачивания тела верхом на члене. Запрокинутая голова и громкий вскрик. Хриплый голос, повторяющий моё имя…       Наблюдать за его движениями – наслаждение. Двигается ли он в танце или же на моём члене. Его скульптурное тело – произведение искусства. Поттер часто кусает нижнюю губу и захлёбывается стоном. Повторяет «Ещё», забывая, что руководит процессом он. Позволить ему самому насаживаться на мой член, было лучшим решением, пожалуй. Наблюдать за сменой эмоций на его лице, за тем, как напрягаются мышцы на руках, за тем, как двигаются его бёдра, увлекательно.       С Поттером никогда наши ночи не затягиваются надолго. Его совесть хоть с каждым разом спит всё дольше, но имеет свойство просыпаться. Не вовремя. Но я терпелив. Хочу сломить его окончательно. Заманить в ловушку кролика и съесть целиком… мой… Каждый день я провожу с мыслью о том, как буду сжимать его в своих руках. Кусать его тело и вылизывать все метки, что сам же и оставил. Наслаждаться вкусом его крови. Терять контроль. Как будто одурманенный ломать его волю и брать, брать, брать.… Как безумный рычать на каждое его «Ещё» и «Хочу».       Этот год был поистине увлекательным. Полный безумия, агонии и похоти. Все мои планы перевернулись с ног на голову. Больше не важны были последователи. Лишь господство над миром. И над его телом… Оттого получить его подарок после экзаменов было вдвойне приятно.       Он Сам пришёл ко мне в Мою комнату в своей мантии невидимке. Я понял, что он рядом, ещё до того, как раздался щелчок запирающегося замка. До того как он тихим шёпотом произнёс несколько заклинаний. Комнату наполнила та самая мелодия, что звучала в начале нашей гонки. Всё ещё невидимый он подошёл ко мне и надавил на плечи, вынуждая сесть на край кровати. С первым развитием мелодии он небрежно стянул с себя мантию. Она упала к его ногам, обласкав обнажённую спину. Я устроился поудобнее, расслабившись, принимая правила его игры.       Он снова танцевал. Только в этот раз уже для меня. Его руки скользили от плеча к животу и обратно до подбородка. Резкие взмахи кистями рук и плавные повороты корпусом. Я наслаждался этим шоу. Он дразнил покачиваниями бёдер. Он искушал изгибами тела. Он заманивал.       Мой внутренний монстр сорвал все цепи самоконтроля, когда Поттер рухнул на колени словно обессиленный, а затем встал на четвереньки, чтобы выполнить очередной соблазнительный элемент. Я тяжело дышал от внутренней борьбы. Кролик решил поиграть со змеёй. Что ж дам ему такую возможность. Он плавно скользнул вниз и, коснувшись грудью пола, пополз ко мне навстречу.       Мой внутренний монстр кричал «Хочу! Хочу! Возьми его!». И я не стал больше сопротивляться. Схватил за волосы Поттера и дёрнул наверх. Впиваясь жёстким поцелуем в его губы. – Возьми меня, – прошептал кролик, когда я в очередной раз укусил его.       Он вскрикнул, когда я повалил его на кровать. Вероятно, мои глаза сейчас сменили цвет на кроваво-красный. А на лице застыла безумная улыбка. Я заметил в его глазах промелькнувшую панику, сменившуюся похотью. Прекрасен. – Ты мой, – рычу после каждого укуса. Неровная дорожка из следов от зубов и синяков украшает всю его грудь и живот. Хочу. Хочу. Хочу. Я игрался с его телом до рассвета, заставляя сходить с ума и кричать. Поттер умолял остановиться, но его руки тянули обратно всякий раз. Он в полубреду шептал «Хватит» и «Сильнее». Он сам насаживался на мой член. Просил войти в него глубже. Он выгибался дугой в приступах оргазма. Тяжело дышал и усаживался на мне сверху, чтобы продолжить самому.       Кажется, мы оба обезумели в ту ночь. Но я добился своего и сломил волю Поттера, надев магический ошейник, что навсегда привяжет его к своему Хозяину. И ощущение тяжёлого поводка в виде цепи приятно жгло руку. – Я твой, – прошептал Поттер, сидя рядом с моим троном и прижимаясь всем своим телом к моим ногам… – Ты мой, – безумный смех эхом пронёсся по всему залу полному Пожирателей Смерти…