Игрок

Третьякова в тёплый вечер сидела и делала задания, которые получила от преподавателей в театральном. Из окна раздавались громкие крики молодежи, веял тёплый, летний воздух. Время было позднее. Уже перевалило за полночь, а белокурая все выполняла эти скучные задания с трудом напрягая голову. Вдруг раздался звонок в дверь. Мария настороженно повернула голову на звук, а затем поднявшись со стула медленно пошла к двери. Девушка заглянула в глазок. Сердце кареглазой застучало. По другую сторону двери стояла Лукина. Дрожащие руки медленно повернули ключ в замочной скважине. Шатенка медленно зашла за порог квартиры и закрыла за собой дверь. Старшая была в пурпурном пиджаке, под ним была белоснежная блузка. Брюки прямого кроя отлично подчеркивали фигуру женщины. На губах темная помада, руки усеяны перстнями. Темные глаза Третьяковой засверкали от слез. -Лаура Аль…-не успела договорить блондинка, как шатенка тут же прижала ее к ближайшей стене. Кареглазая пребывала в крайнем удивлении от резкого появления старшей и таких выходок. Так близко к Лукиной она не была никогда. Руки Светлоглазой опустились на талию девушки. Чувствовалось далеко не спокойное дыхание старшей. Мгновенно ловкая рука Лауры обхватила лицо давно приобретшее румянец. -Маша, я не хочу быть просто твоей коллегой, я хочу значить для тебя гораздо большее. -сказала голубоглазая приблизив своё лицо близко-близко. Ещё немного и их губы соприкоснуться. Глаза Третьяковой округлились, а с губ сорвалось что-то невнятное. Старшая просунула свою ногу меж ножек белокурой. -Маша, не молчи, и да, обращайся на ты. — промолвила Лаура с болезненным нетерпением. -Хорошо Лаура. -проговорила Третьякова положив вспотевшие ладони на плечи в лиловом пиджаке. -Ты не представляешь как я тебя хочу. — произнесла Лукина переставая держать лицо темноглазой. Женщина сняла с себя очки и кинула их у входа. Секунда зрительного контакта и шатенка не желая больше ждать впилась в желанные губы кареглазой. Мария охотно ответила на страстную ласку, которая была так непривычна. Руки покрытые испариной судорожно сжали плечи шатенки. Третьякова уже давно смирилась, что такое может произойти лишь во снах. Шатенка руками исследовала тело за легкой тканью пижамы Марии. Стало неимоверно жарко, словно в доме июльский день в двенадцать часов дня. Лукина за сладостным поцелуем стала направлять белокурую в предположительно спальную комнату. Чувствительные места шатенки ныли от желания. Мария просто свела ту с ума. Сердце светлоглазой билось с ужасной скоростью, а зрачки будто расширились видя желанное тело. С быстрой скоростью влетев в спальню Лаура повалила блондинку на кровать и нависла над ней. Темные глаза полные недоумения быстро изменились там загорелась искра, нет огонь возбуждения. Старшая стала с тряской в руках расстёгивать пуговицы на спальной блузке. Но руки полные такого же нетерпения на миг остановили безрассудную светлоглазую. Та с легким раздражением посмотрела на белокурую Третьякова в смущение произнесла. -Мне нужно переодеться …-отвела взгляд девушка. Шатенка хитро ухмыльнулась за подбородок повернув голову так чтобы Мария смотрела на женщину. -Мне, дорогая, это на данный момент абсолютно неважно. — произнесла Лукина и продолжила свою деятельность. Похоть овладела разумом Лауры. Как только рубаха была расстегнута шатенка наклонилась к груди в топе, сквозь белую, тонкую ткань виднелись затвердевшие соски, это лишь подлило масла в огонь. Лукина вздохнула ощущая аромат тела, влажное, вспотевшее, возбужденное тело доставляло удовольствие женщине. Стало на столько жарко, что в пиджаке оставаться уже трудно. Оставив багровую отметину на зоне рядом с ключицей Лаура бросила пиджак на пол. -Зачем вообще дома это носить? — указала старшая на топ, желая снять его. -Не знаю мне так комфортнее…-сказала Третьякова коснувшись рукой своего буфера и закусив губу. Лукина увидев это окончательно потеряла контроль. Женщина стала вставать на ноги потянув Марию за руку чтобы та села. Так и произошло из-за импульса блондинка поднялась. -Это неважно. Абсолютно неважно- говорила голубоглазая будто себе, садясь на колени. Белокурая не ожидала такого, Лаура та самая Лаура, которая была такой строгой и черствой сейчас сидит на коленях перед ней, уже стягивается неё штаны! -Боже какая же ты прекрасная, боже! — словно в лихорадке кричала шатенка стянув нижнюю часть пижамы до конца. Лаура стала расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Глаза Третьяковой округлились в ожидании на лбу появилась испарина. Пуговицы одна за другой открывают вид на тело шатенки. Первая — оголяет ключицы, вторая- углубляет декольте, третья- открывает вид на первую половину бюстгальтера и часть груди, Четвёртая — показывает грудь в бюстгальтере полностью. Мария закрывает рот рукой чтобы сдержать визг. Лукина ухмыляясь смотрит на Марию снимая рубашку и кидая ее рядом с пиджаком. Шаловливые пальцы стали снимать насквозь мокрые трусы от пота и не только. Блондинка сладко простонала, стон звоном ощутился у клитора шатенки и та соединила свои коленки. Показался вид на прелестную секрецию белокурой. Да Лаура видела ее много раз, но сейчас все ощущалось абсолютно по другому. -Пользуйся мной пока я в таком состоянии — проговорила светлоглазая. -Лаура, не издевайся. — сказала Мария. Лукина усмехнулась и стала целовать внутреннюю часть бёдер младшей. Третьякова мычала. Ноги той начали трястись от желания, которое отдавалось болью ниже таза. От нежных поцелуев женщины тело вздрагивало снова и снова, это забавило Лукину. И вот один поцелуй пришёлся на чувствительный комок Марии. И мычание сменяется громким стоном девушки и затем просьбой — «Прошу, сделай уже это!». Лаура кивнула и провела языком по нежным лепесткам розы, которые были будто усеяны росой. Умелый язык двигался доставляя удовольствие Третьяковой. Из-за сильного возбуждения младшая до сильной боли сжала свою грудь одной рукой, а другой проникла в волосы Лауры. Стоны блондинки врезались в пространство комнаты, а горячие вздохи шатенки из-за своей температуры поднимались вверх. Голубоглазая проникала языком внутрь, целовала и кусала клитор. Мария тряслась полностью судорожно массируя свою грудь. Пространство за открытом одному зашумело от ветра, выветренные потоки проходили через настежь открытое окно. Светлоглазая наслаждалась каждым сантиметром тела, каждым вздохом и криком, ей нравилось как тело Третьяковой реагирует на новые ласки. Но вот Мария уже на грани оргазма. Лукина не остановилась и удовлетворила белокурую до появления на лице своем белых капель. В комнате настала тишина лишь частые тяжелые выдохи Марии отчетливо слышались. Лукина встала с колен и с хрипотцой в голосе произнесла: -Что останешься в долгу? От Марии снова слышались выдохи и вдохи, кажись она ещё не пришла в себя. Лаура наклонилась уже почти лежав на белокурой и испепеляя ту взглядом. -Боюсь это опасно. — сказала Лукина чувствуя телом как соски Марии снова начинают твердеть. Руки младшей обхватили голову Лауры и притянули к себе для поцелуя. Казалось, что дамы съедят друг друга на месте. Языки сплелись. Девушки целовались лучше всяких гетеросексуальных пар, вероятно потому, что здесь и сейчас отсутствовал мужчина. По окончанию такого энергозатратного поцелуя представительницы прекрасного пола хватали воздух до боли в грудной клетке. И снова этот зрительный контакт, где был флирт и без слов, где была огненная похоть. Глаза Лауры наполненные игривостью, уже возбуждали Марию. -Так ты мне ответишь? — спросила Лаура наклонившись к шее снова вдыхая аромат и оставляя поцелуи, укусы и засосы. Темноглазая закусывала губу чтобы сдержаться от криков. -Да. — сказала Третьякова желая привстать, но Лукина помешала сопротивлениям блондинки, продолжая лежать на ней. Третьякова попробовала снова, и снова, не вышло. На третий раз женщина не стала мучить Марию и привстала перестав сдавливать молодое тело. Кареглазая села на кровати. А Лукина снова специально опустилась на колени, но теперь она стояла на них. -Так почему тебя не могут удовлетворить те шлюшки (сабы)? — промолвила Третьякова наклонившись к лицу старшей. -Не забывай, что той самой шлюшкой была и ты. — сказала Лаура и надавила пальцем на клитор Марии. Та хотела сдержать стон, но увы не вышло, Мария промычала. -Я постараюсь удовлетворить тебя. — проговорила Третьякова смотря на близ стоящую Лауру. Светлоглазая хлопала глазами закусывая губу. Губы дам снова соприкоснулись. Представительницы женского пола отрывисто целовались в коротких «перерывах» смотря друг на друга. Пока рука Лауры бесцельно разгуливала по телу Третьяковой, как молодая дева в поисках приключений, на коже блондинки появлялись мурашки. Легкие руки скользили по бёдрам, поглаживания проникали то в глубь к вагине то кружились у колен. Но вот ладони двинулись дальше к талии пройдя через ягодицы белокурой. Третьякова положила свою ладонь на руку шатенки. Вскоре из двух рук сложился узел, и ещё один узел связался в животах представительниц прекрасного пола. Бессознательно подходя к концу простого поцелуя шатенка приблизилась к уху темноглазой и шепнула: -Нам не 18. Фраза была загадочной, казалась, что смысл был очень замысловатым, но кареглазой будучи такой умной девочкой удалось все распознать верно и точно. Недолго думая девушка потянула за руку старшую. Импульс, которому размякшая Лаура поддалась привёл ту к положению лёжа на кровати. Казалось, что из настолько сильно возбужденной Лукиной можно лепить все что угодно как из пластилина. Третьякова заняла позу наездницы, расположившись на тазе светлоглазой. И снова дамы слились в поцелуе. Шатенка приподнялась на локтях. Но старшей все продолжал мозолить глаза белоснежный топ, поэтому женщина решила его снять. Держа корпус прессом голубоглазая взяла белую ткань за нижнюю часть и потянула вверх не отрываясь от горячего «танца танго» ртом. Мария помогла сделать то, над чем Лукина так старалась. Мгновение и Третьякова порвала с поцелуем. Она подняла руки вверх и начала немного извиваться чтобы оказаться полностью раздетой. Топик был отброшен в сторону. Раннее извивавшееся тело будто виноградные лозы было на Лауре и собственно каждое движение она чувствовала одной эрогенной зоной. Снова языки сплелись в танце и тела стали передвигаться от края на середину кровати. Третьякова окончательно осознав, что женщина может отдаться ей полностью стала расстёгивать ширинку на брюках. Лоно Лауры запульсировало. Она игралась с сабами, но главное никогда никого не хотела, и лишь иногда испытывала возбуждение видя пластичное тело. Шатенка никого так не желала как эту блондинку. Сейчас она была словно в лихорадке, словно под влиянием крепких спиртных напитков. Брюки покинули аккуратные, ухоженные ноги Лауры, благодаря младшей. Следующей целью Третьяковой были кружевные трусы. Они тоже покинули тело голубоглазой. Третьякова стала целовать шею шатенки. Горячие, словно раскалённый металл губы оставляли влажные следы на чувствительной коже. Лукина рвано вдыхала воздух, пыталась что-то говорить в процессе, но изо рта вырывалось словно песня: мычание и отрывистые буквы. Шатенка прикрыла глаза рукой ощущая поцелуи Марии. Поцелуи блондинки дорожкой спустились к зоне глубокого декольте. Темноглазая чмокала старшую в грудь. Лямка Лукиной давно спала с плеча. Это выглядело до чертиков сексуально. Одна рука Третьяковой стала сползать вниз к промежности Лауры, чтобы доставить удовольствие. Шатенка сжимала покрывало двумя руками. Нежные и длинные пальцы слабо коснулись чувствительного клитора. Лукина не сдерживаясь выгнулась в спине и хрипло простонала .видя это юная девушка и сама не на шутку возбудилась. Белокурая принялась массировать пожалуй самое чувствительное место всех женщин. Светлоглазая выдыхала словно паром. Младшая вовлекла Лукину в очередной поцелуй, в котором голубоглазая мычала прямо в рот Марии. Лукина прервала контакт губ, затаив в груди нервное дыхание. Ухоженные пальцы темноглазой собрав выделившуюся природную смазку Лауры, неуверенно вошли во влагалище шатенки. В быстром темпе они стали извиваться словно змеи. Костяшки на руках шатенки, которые сжимали одеяло и простынь, побелели словно русские березы. Хриплые стоны старшей были тихими, она явно не привыкла «прогибаться» перед кем-то. Пульсация в районе таза была словно ударами тяжелого молота. Пальцы Третьяковой давали отличную разрядку всему этому. Кареглазая вылизывала шею Лауры. Третьякова слышала нервные выдохи. Ощущала сбитое дыхание. Толчки блондинки несознательно, но весьма удачно становятся грубыми. И через мгновение Лукина прибывает в красочном оргазме. Разум покидает женщину, как при потере сознания. Старшая будто взлетает, открывая другой мир. Но время пребывания в отдельном мире желаний и соблазнов всегда не вечен. Скоро Лаура возвращается в обыденный мир полный тяжести. Третьякова уже давно свалилась на шатенку. Окончательно светлоглазую спускает на Землю резкий вопрос белокурой: -Сколько тебе лет? — медленно слезала с Лауры смущенная девушка. -А на вид сколько? — игриво спросила Лукина. — Ладно не буду тебя мучить мне 34 года. Третьякова не подала видимой реакции. Но голубоглазой не составило труда вновь прочитать со спутницы все как с открытой книги. Мария молчала. Повисла по необычности новая для дам пауза. Стали снова слышаться крики пьяных молодых людей. Все стало возвращаться на свои места. Рассудок распространялся по всему телу дам. Лаура приподнялась на локтях и посмотрела на Третьякову, которая накидывала на себя одежду. Шатенка обошла ту необычайно хитрым, как у лисицы взглядом. -Маша, не принесёшь мне очки? — спросила светлоглазая не меняя своего положения. Вероятно Третьякова хотела обвести женщину раздражённым взглядом, но как только их глаза встретились, кожа на лице Марии вспыхнула багровым цветом. Это ни капли не удивило старшую. Мария все с такими же красными щеками надевая топ послушно отправилась за очками. Вернувшись в комнату она обнаружила шатенку одетой. -Держи. — вручила очки светлоглазой, девушка. Лаура кивнула и принялась надевать очки. -У тебя было достаточно времени чтобы подумать смогу ли я стать для тебя чем-то большим… — сказала шатенка посмеявшись сама над собой. Слова звучали будто от школьницы или от неуверенной в себе юной леди. -Да, Да и ещё раз да, Лаура я думала об этом с самого начала нашей встречи. — в исступлении говорила белокурая. -Хах я вот в это, по началу, верить не хотела. Выгнала тебя потому, что не хотела привязаться. Но с чувствами как видишь не справилась .- проговорила голубоглазая поправляя очки за середину, другой рукой женщина напряжённо сжимала край кровати, на которой сидела. Такое напряжение Мария была в силах распознать. Блондинка подошла к Лауре села на неё и обняла. Вновь почувствовался запах сигарет и резкого парфюма, такого же резкого как и некоторые действия голубоглазой. Вскоре дамы легли спать, по просьбе младшей остаться Лукиной. В кровати дамы перекинулись парой слов. -Но я против того чтобы ты водилась с этими сабами. — промолвила темноглазая упершись лицом в шею Лауры. Лукина помолчала и ответила: -…Мне больше не к чему это все. Я не привязывалась, не влюблялась лет шесть, поэтому заигрывала с молодыми девушками и разбивала им сердца. С тобой и твоими едкими по началу фразами мне хотелось с делать это больше всего. Но тебе крайне повезло. -посмеялась в конце женщина. Мария со скрытой нотой ужаса стала глядеть на Лауру. Те не заметили как становились все ближе и ближе. Короткий поцелуй, а затем и сон настигнул и так уставших дам.