Выходной

Лучи яркого солнца пробивались, сквозь плотно затянутые шторы и бегали по лицу сладко спящего Узумаки. Во сне он стал ворочаться, дабы скинуть с лица эту угрозу пробуждения. Получалось, мягко говоря, не очень. В конце концов, он вывалился с кровати, рухнул на пол всем весом, поднимая стопку пыли. «Даже в выходной день не поспать, что за заговор?» тихо простонал парнишка и продолжал лежать не двигаясь. В таком положении его лучи не достанут, он хотел повторно уснуть, но не смог. «Черт, даттебае» выругался про себя и все же встал, солнце светило настолько ярко, что глаза болели. Посмотрев на часы, он выругался повторно, на этот раз громко и внятно, всего семь утра. Опухший, сонный и недовольный он поплелся в ванную, чтобы окончательно проснуться. В зеркале на него смотрел взлохмаченный, помятый с мешками под глазами парень девятнадцати лет с богатой шевелюрой и лазурно голубыми глазами. Скривившись от своего вида, он начал мыться, приняв напоследок душ, свежий и чистый с полотенцем на бедрах он вышел на балкон с видом на гору Хокаге. Приятный утренний ветерок обдувал мокрые отросшие волосы, которые спадали на лоб, и заставил немного поежиться от прохлады. Еще раннее утро, поэтому его могли увидеть лишь не многие, например ранняя пташка Какаши глядел на него с крыши соседнего дома. – Йо, утречко Наруто, ты чего так рано? – Да так, не смог уснуть, как сами сенсей, давненько не видел вас – поприветствовал бывшего сенсея Наруто. – Вполне неплохо, на переговорах пропадал. А ты смотрю, в АНБУ метишь? – перечитывая документ на руках, спросил Хатаке. – Да, руки чешутся кому-то морду набить. – И только поэтому? Вы с Саске каждый день друг друга колошматите, к тому же есть ежедневные миссии – Хочется чего-нибудь нового – непреклонно стоял на своем, Узумаки они такие, упрямые. – Думаешь, жизнь АНБУ лучше, чем джоунина? – Какаши не позволит Наруто пачкать руки кровью, он знает через что нужно пройти, знает, чем нужно жертвовать и это его самого чуть не погубило. И если он хотя бы не попытается отговорить ученика от этой затеи, то называться сенсеем у него не останется прав, хотя уже давно не являться им. - Надеюсь, ты хорошо подумал, прежде чем давать заявку на поступление, Наруто. Жизнь спец.отряда не сладкая, тем более… – Чего там думать сенсей, меня все устраивает – невозмутимо посмотрел на бывшего учителя блондин – к тому же, такие решения следует принимать в более формальной обстановке господин Шестой, – поклонившись он удалился в свою коморку, которая с годами чуть увеличилась. Какаши нахмурился, вырос засранец, а он ведь о нем заботиться, хочет как лучше. Да еще на больное надавил, и что за выражение «Господин Шестой», просил же так не обзываться. С одной стороны не ему руководить его жизнью, обожжется, зато урок на всю оставшуюся жизнь, а с другой слишком он уж привязался к нему. Но так нельзя, у мальчика свое будущее, и он должен двигаться сам. Какаши будет на подхвате, если он вдруг упадет. Он просидел на той самой крыше десять с лишним минут и исчез, что тут прикажете поделать. *** Тем временем в доме Наруто царил полнейший хаос. Постельное белье было разбросано по всей спальне, вещи валялись чуть ли не на каждом шагу, а оружие было везде, его пятая точка встретилась бы с сенбоном торчащий со стены, если бы не лис почуявший угрозу бесценной заднице своего носителя. – Что вчера было? Почему тут такой дурдом? – задавался вопросом блондин, едва не вывернув лодыжку о пролитое молоко на полу, в спальне. – Курама, я на один день тебя оставил, что ты тут устроил? И почему я этого раньше не заметил, что за чертовщина?! – Я позвал друзей – спокойно произнес лис – Кого? – Я в отличие от тебя могу болтать с кем угодно, хоть с животными, к тому же если бы ты нормально оставил бы нам еды, всего бардака не было бы, знаешь, как трудно приготовить себе что-нибудь вот этими лапищами – это, во-первых. Во-вторых, чтобы не было так скучно, я, как и сказал, позвал друзей, в том числе и псов Хатаке – будничным голосом отрапортовал лис. У Наруто дергался глаз. Этому лису недолго осталось жить, ей богу он ему шкуру сдерет, только в следующий раз. А пока, переодевшись в домашние штаны и футболку, он стал разбирать весь этот бардак устроенный вредным лисом. На это ушло примерно четыре с лишним часа. За это время Курама услышал столько матов в свой адрес, сколько не слышал за всю жизнь. И все же он переборщил, малость. Наконец, блондин устало плюхнулся на диван в гостиной и прикрыл глаза. Время уже близилось к обеду, а у него с утра маковой росинки не было во рту, и естественно его желудок требовал пищи. С болезненным стоном он поднялся с места и отправился за продуктами. По дороге он осознал, что ушел в домашних тряпках, полпути было пройдено, и возвращаться назад не было смысла. Наплюнув на свой растрёпанный внешний вид, он устремился в магазин. И конечно, ему следовало пойти по скрытным от глаз уличкам, но нет, нужно пойти напрямик по главной дороге, чтобы встретить всех знакомых и жителей деревни. «Что за день сегодня? Почему такое скопление людей, сегодня какой-то праздник? Обычно в такое время года, и души не встретишь, а тут» проявлял недовольство блондин своему сожителю. «Нет, просто сегодня не только у тебя оказался выходной день, все не доставай» также недовольно отозвался лис и прервал мысли. Наруто хотел добавить что-нибудь язвительное, но не стал, был истощен, и морально, и физически, поэтому поспешил. Зайдя в магазин, он незамедлительно стал накладывать быстрорастворимой лапши в корзину. Немного подумав, что нормальная еда ему тоже понадобиться во вторую корзину положил все необходимое. – Здравствуйте господин Узумаки, с вас пять тысяч иен – немного смущенно проговорил кассир. Все-таки не каждый день увидишь Наруто в обычной домашней одежде, с хаосом на голове и немного отчужденным видом. Выглядел слишком мило. Блондин сделал вид, что не заметил, как ему строят глазки, и быстро расплатившись, испарился в шуншине. Обратно идти пешком не было никакого желания. Оказавшись на кухне, он разложил содержимое в пакетах по полкам то, что может испортиться в холодильник, и приступил к приготовлению еды. Тонко нарезав овощи и мясо, также хорошенько отмыв рис, он приступил приготовлению Кацудона. Ему очень понравилось это блюдо, когда он был в Кумо. Тогда их с Саске отправили на длительную миссию, он впервые ел что-то кроме рамена. Ну да под пристальным взглядом этих черных глаз, рамен не лез вообще, поэтому чтобы не остаться голодным совсем, ему приходилось пробовать все новое. И это оказалось не так страшно, как ожидалось, нет рамен у него всегда на первом месте, но, по крайней мере, теперь он питается не только им. Кстати, о Саске, интересно он так и будет сидеть на крыше или все же додумается спуститься хотя бы на поздний ланч. Когда все было приготовлено и накрыт стол, он все же решил сам позвать этого непоколебимо гордого Учиху. Открыв окно и впуская на кухню свежий воздух, Наруто высунулся и впервые за весь день улыбнулся. Саске лежал на крыше, и все это время следил за Узумаки. Всегда шумный и неугомонный Наруто, по какой-то причине сегодня стих. Во время уборки не использовал клонов, не носил любимую оранжевую спортивку, не прискакал к нему домой со своим «Саске, пошли тренироваться, мне скучно…», и даже не сварил рамен. Он нахмурился, а точно ли это Узумаки? – Теме, долго еще будешь там сидеть? Еда стынет – негромко сказал блондин и вернулся за стол, оставив окно открытым прекрасно зная, что его слышали. В этот момент, все сомнения о том, что это «самозванец» улетучились, ведь кроме Наруто никто не почувствует его чакру и не узнает, что он все это время был на крыше. Учиха улыбнулся и в один миг запрыгнул в открытое окно. Запах домашней еды был просто бесподобен, когда он научился так готовить? Момент, когда он посмотрел на Наруто, Учиха хотел поставить на паузу. Такого Наруто он не видел никогда. Черная футболка, открывающая вид на смуглую красивую шею, тонкие ровные ключицы, широкие плечи и большие сильные руки. Пушистые волосы, которые в еще большем беспорядке, чем раньше, спадающая на лоб длинная челка, полуоткрытые небесные глаза, затуманенный взгляд и хитрая лисья ухмылка на лице. Вальяжный вид на стуле придавал еще больший шарм, от него нельзя было оторвать глаза, слишком красив. Почему он это заметил только сейчас, когда этот балабол успел так возмужать, где скрывалась эта его натура все это время, Учиха так и не понял. – Саске, перестань сверлить во мне дырку и сядь – немного хрипловатый и низкий голос вернул брюнета с небес. Он снял с пояса ножны и отложил их рядом с холодильником и двинулся в сторону накрытого стола. Помимо основного блюда были приготовлены онигири, салат из овощей с острым соусом и тофу, когда все успел наготовить? Посмотрев на свою порцию Кацудона, он был немного в растерянности. В нем сбоку был красиво нарезан помидор, похож на его мангёке, цветок. – Наруто… – Приятного аппетита, Саске – улыбнулся блондин и приступил к трапезе. Его желудок ликовал от такой вкуснятины. Брюнет, немного помешкав, взял палочки, и тоже пожелав приятной трапезы, приступил к еде. Это был лучший Кацудон, который он пробовал. Обед прошел в полной тишине, никто не осмелился что-либо говорить. Единственное, что они делали, это бросали друг друга взгляды, долгие, затягивающие. И оба понимали, без слов. После, Саске поблагодарил за прекрасный обед и предложил вымыть хотя бы посуду. Наруто конечно наотрез отказался, говоря, что сам все вымоет. Учиха не спорил, а лишь тихо прошел в гостиную, где собрался ждать, пока хозяин дома не приберется на кухне. Саске поймал себя на том, что никогда не был дома у Узумаки. Конечно, Учиха знал, что блондин купил новую квартиру, но никогда не заходил. Она была просторной, во много раз, чем та коморка, в которой он жил с младенчества. Гостиная обставлена аккуратно, без лишних деталей. Спокойные бежевые стены, белый диван и два таких же кресла по обе стороны, перед ним стоял небольшой стеклянный столик и ваза с мандаринами. Под ногами был черный мягкий ковер, а по углам помещения стояли живые растения. Неужели Наруто подался садоводству, эта черта блондина очень удивило Учиху. Немного полюбовавшись картиной, которая висела за диваном, Саске не вытерпел и решил вернуться к Наруто. Однако он встал между дверным проемом и просто наблюдал, как Узумаки домывает посуду. Ему просто необходимо было его видеть. Внутри него просыпался целый вулкан и извергался от его случайных или порой двусмысленных прикосновений. И сейчас Учиха жаждал их, всем телом и душой. Желание и влечение к нему побеждало разум раз за раз. И сейчас не исключение, он медленным шагом подошел к Наруто со спины и заключил его в объятия. Узумаки лишь слегка дернулся и остался так стоять, его пульс участился, а дыхание сбилось. Рост позволял Саске прильнуть к его шее губами и вдыхать сладкий запах апельсина и солнца, а загорелая кожа очень походила на карамель. Не выдержав, Учиха лизнул ее. Узумаки издал тихий стон и резко обернулся к Саске прямо в объятиях, чтобы увидеть слегка румяное лицо, и помутнённый взор, где искрили черти похоти. Блондин был просто без ума от Саске, такой красивый, и казалось бы, неприступный, но не для него, не для Наруто. Ведь он знал о нем всё. Все его привычки, любимые лакомства и увлечения, все его любимые книги, техники и вещи, абсолютно всё, он был просто помешан на нем, с детства. И сейчас, глядя на эти угольно-черные омуты, он будто тонул в бездне, откуда не сможет уже выбраться никогда. Аккуратно ровные черты лица, мраморно белая кожа и на ощупь такие мягкие волосы, он так красив. Он взял его лицо в свои большие ладони и припал к таким желанным губам. Глаза брюнета расширились до предела, его сердце будто выпрыгнет из груди, а в легких закончиться воздух. На его чувства ответили взаимностью, внутри потеплело моментально и даже становилось жарко. О боги, как его целовали это не передать словами. Не отрывая поцелуй, Наруто поднял на руки брюнета и в таком положений, чуть не разбив вазу с цветами, они все-таки добирались до спальни Узумаки. Бросив Учиху на кровать, Наруто задернул шторы и прикрыл балкон, нечего их слушать. Время близилось к вечеру, поэтому в комнате стало темнее, но это и к лучшему. Узумаки навалился на пожирающего его взглядом Саске, сверкая своими голубыми глазами, которые в темноте стали еще ярче, еще похотливее, и снова втянул в такой долгий и нежный поцелуй, от которого брюнет просто сходил с ума и млел в руках блондина. Эти жаркие прикосновения, которые почти что обжигали кожу, были везде. Это чувство буквально разрывало бедного Учиху на части, он просто уже не мог терпеть. – Нару..мх..возьми меня, сейчас же – простонал Саске прямо в ухо, тем самым кусая мочку вызывая у него тихий стон. Блондин, который в это время терзал его шею, завелся еще сильнее, в глазах пылал синий огонь. Его уже просят, он не может отказать, не Саске. С одеждой он разобрался за считанные секунды, и два жарких тела сошлись в диком танце чувств. Наруто его целовал, растягивал, касался везде, где мог, ласкал каждый сантиметр и любил так, как никто другой. А Саске принимал его, жадно, до хруста костей, до бликов в глазах, до сорванного от стонов и криков голоса, до потери сознания, он принял это чудо ворвавшегося в его жизнь как торнадо, сметая все на своем пути для достижения цели, завоевал его сердце и нагло поселился в душе брюнета. Это так прекрасно принадлежать кому-то, чувствовать его горячее дыхание, слушать сердцебиение, прижаться всем и никогда не отпускать. – Наруто, ты сегодня сам не свой – хрипло отозвался, принимая спасительный стакан воды. Только час ночи, а у них уже было целых три захода. Вот это выносливость, Наруто остановился лишь потому, что Саске под конец слишком вымотался и быстро вырубился. – Ты о чем? - убирая стакан на тумбочку и присоединяясь к Учихе под одеяло, спросил Узумаки. Саске придвинулся ближе к горячему телу и уткнулся в шею любимого. – Где, вечно крикливый, говорливый, неугомонный и такой родной Узумаки Наруто? – смотря из под пушистых ресниц, вопросом на вопрос ответил брюнет. – Просто у меня сегодня выходной, Саске – улыбнулся блондин и поцеловал в лоб. – Знаешь, по непредсказуемости ты всегда останешься номером один, Наруто – сквозь пелену сна проговорил Учиха и уснул, уткнувшись в его шею.