Ты такая же сумасшедшая, как и я

      Чёрная тень передвигалась быстро. Она шла по коридору, не боясь что кто-то её может заметить. Красная ковровая дорожка, которая была протянута до дверей самого последнего номера, делала шаги бесшумными. Остановившись у номера 457, тень аккуратно вошла в комнату. Гостиная одного из самых лучших номеров была достаточно хороша. По середина стоял синий диван, а рядом два светильника. Напротив — небольшой кофейный столик, на котором были разные фрукты в тарелках и бутылка в ведре со льдом. С правой стороны от дивана находилась дверь в спальню, а слева была ванная, из которой доносился шум воды.       Тени не давали указаний как убивать и чем, была только информация за что и почему. Можно было сделать все быстро и тихо, можно немного помучить или не немного.       Времени на всё про всё оставалось не так уж и много. Отмычки с лёгкостью отворили дверцу. Белая шторка отгораживала ванну от остального пространства. Большая раковина и роскошное зеркало с подсветкой, рядом с которым стояло несколько тюбиков крема, какие-то кисточки и вроде разные штуки для макияжа.       Тень посмотрела в зеркало. Это было редкостью, но она хотела убедиться, что всё в норме. Кофта с разными ремешками, которые не давали ножам выпасть, сидела удобно. Ремни немного давили на кожу, но это помогало сознанию, так же держать свои мысли в узде. На лицо была натянута маска. В отражении на чёрный силуэт смотрели только два безжизненных глаза. Нет. Нет. Не сейчас.       Отвернувшись от раковины с безделушками, тень достала пистолет с глушителем и медленно направила на тело за шторкой.       — Ку-ку!       Движения в ванной под тихую мелодию прекратились. Постояв так несколько секунд, видимо поняв, что в комнате никого нет, человек продолжил мыться.       — Ээй, — протянул женский голос, — можешь выдохнуть и убрать свою пукалку обратно. Я ждала тебя, присоединиться не хочешь?       Тень закатила глаза и опустила оружие. Ну конечно. Кто бы мог подумать. Анжелика была в своём репертуаре. Только она может так себя вести, зная что её должны убить.       — Ох, тебя папочка манерам не учил? Как себя надо вести рядом со взрослыми?       Тень не обращала внимания на эту тираду. Ей было плевать. Всё что было нужно, это сделать своё дело. Но каждая жертва, которая как-то связана с прошлым, была такая разговорчивая.       — Ты должна знать зачем я здесь.       — И что ты мне сделаешь? Убьёшь что ли? Не смеши.       Женщина накинула на волосы полотенце и стянула с крючка халат, выходя из ванны сначала одной ногой, потом другой. Её походка была свободная и непринуждённая. Как только Анжелика вышла из ванны, то уселась на диван, беря из ведра бутылку с полусладким.       — Ты долго там в проёме стоять будешь? Присядь, поговорим как в детстве. Разве ты этого не хочешь? Нам всегда было весело.       Силуэт медленно стал делать шаги вперед, думая что делать дальше. До прихода охраны оставалось только пять минут. Тень покачала головой.       — Твои последние слова должны были быть не такие, но что поделать…       Быстро вытащив из-под заднего кармана пистолет, она направила его прямо на голову жертвы, как раздался звон стекла и через мгновение во лбу Анжелики красовалась красная дыра, из которой сачилась кровь.       Окно которое было прямо напротив дивана было разбито вдребезги. Чёрная тень взглянула на крышу соседнего здания и показав средний палец, зная что это увидят, скрылась прочь, что-то бубня себе под нос.       — Чёрт бы тебя побрал!

***

      — Ебаный ты в рот, ну что за пиздец! Выграновский, ты совсем охренел?! Это была новая, чистая, белая рубашка! Эд, ты думаешь у меня денег много? Я как теперь твоё эспрессо отстираю, придурок?       — Прости, Стеф… Я…       Бармен не успел договорить, как та кинула тряпку ему в лицо и, закатив глаза, ушла отмываться, бормоча себе под нос.       — О чём он только думал?! Я что, миллионерша?       Перед её лицом резко открылась дверь в сортир, и вероятно у Стефании Солнцевой очередной ужасный день, который оставит ей пару синяков на руке. Она бросает злой взгляд на посетителя.       — Вы издеваетесь все надо мной? Ну отойди же ты, дубина!       Солнцева оттолкнула испуганного мужчину и захлопнула дверь. Как только дверь закрыли на защёлку, она сняла с себя фартук, а затем и рубашку. Естественно, пятно от кофе останется, и эти три тысячи улетят на ветер.       Рабочий день только начался, а Стеф уже была готова убить каждого, кто попадётся ей по пути к бару.       Солнцева работала официанткой в ресторане отеля и иногда заменяла бармена, её лучшего друга и тупоголового болвана, Эдика Выграновского. Она тут работает уже второй год, сразу после окончания университета.       Ещё раз поправив фартук, так чтобы не было видно сырого пятна и разводов, Стеф посмотрела в зеркало, закрыла кран с шумевшей водой и тяжело вздохнув, поплелась обратно работать.

***

      — Стеф, что мне ещё сделать, чтобы ты меня простила? Ну пожалуйста!       Солнцева уже конкретно устала от его болтовни. Уже был вечер, она целый день проторчала в этом отеле и так толком даже не присела. Стеф оглядывала зал в надежде увидеть хоть что-то интересное.       Парень продолжал что-то лепетать, но внимание Солнцевой уже было обращено ко входу в отель. Там стоял высокий мужчина, его тело было напряжено, но с виду он выглядел спокойно и непринуждённо. Половина посетителей были таковы, этот отель не славился своим дружелюбием, здесь многое происходит. Но что-то Стеф заинтересовало в этом мужчине.       — Просто замолчи, закрой рот, прошу!       Она подняла полусогнутые руки вверх и вышла из-за стойки, взяв с собой поднос. Выграновский что-то прокричал в след, но Солнцевой было важно узнать хоть что-то.       — Опять она что-то задумала! Ну куда ты пошла. Стеф!       Девушка уже быстрым шагом направлялась к незнакомцу. Ноги сами несли её к цели, но вдруг Солнцева запинается о что-то, и поднос с водой опрокидывается. Половина жидкости выливается на человека в чёрном, а стакан разбивается на несколько кусочков на мраморном полу отеля.       — Ох, простите, я такая неуклюжая сегодня. Извините, пожалуйста, я не хотела!       Сделав из себя святого ангелочка и состроив милые невинные глазки, она быстро стала вытирать кофту гостя и попутно осматривать его, для выяснения того, кем является этот человек. Она заметила очертания пары ножей на боку, телефон в кармане и… Всё. Это был провал. Большинство гостей приходили с лезвиями. Девушка ещё раз извинилась и стала поднимать осколки.       Повернув голову в сторону, Стеф заметила, что на них смотрят полхолла. А в далеке послышался голос её начальника.       — Солнцева, опять ты! У тебя выходной сегодня! Зачем ты припёрлась, от тебя одни проблемы?!       Стеша подняла голову и злобно посмотрела на Сергея Борисовича, а потом на интересного гостя. И уже пора бы оторваться, но… глаза. Они были голубые и… как мёртвые? По коже прошла волна мурашек, и тело замерло на пару секунд. Поняв, что её пристальный взгляд заметили, она отвела глаза в сторону, чуть засмущавшись, и поднялась с пола.       Солнцева отряхнула фартук и, распрямив плечи, уставилась на Матвиенко.       — Я заменяю Свету, у неё что-то из разряда замени-я-хочу-спать-пожалуйста.       Стеф не намерена была оставаться в их компании, поэтому закатив глаза, предчувствуя волну негатива в её сторону, она развернулась и уверенной походкой пошла обратно к Эду. Когда Стеф посмотрела на напарника, то увидела на его лице шок и немного сожаления.       — Знаешь, утка, я могу тебя простить за утро. Но при одном условии.       — Я сделаю всё, что захочешь, моя Госпожа Солнцева.       Он немного приподнял руки и сделал вид, что приклоняется у её ног.       — Расскажи всё, что знаешь о том человеке. Не ври, я знаю, что ты что-то знаешь.       Солнцева улыбнулась и пошла дальше дорабатывать этот день.

***

      Небольшая квартирка около парка Победы встретила девушку тишиной и покоем. Заперев дверь на два оборота, Стеф бросила ключи на полку. Рюкзак полетел с плеч девушки на пол, а ноги на автомате стянули с пяток обувь и аккуратно приставили к стенке.       Обычно дни в ресторане были не такими тяжёлыми, если отдыхать, конечно. Но Солнцева работала уже две недели без выходных, и её мозг мало-помалу начал сходить с катушек. Одно только сегодняшнее представление чего ей стоило. Такое поведение у Стеф было редкостью. Она всегда держала себя в руках, но сегодня, там в холле, что-то было такое странное. Как будто те старые рефлексы опять пришли в действие.       От этих мыслей её отвлёк телефон, который противно вибрировал в заднем кармане джинс. На экране блокировки были несколько уведомлений об обновлении телефона и одно сообщения от Выграновскоко. МакДак: Знала бы то, что тут произошло.       Через силу закатив глаза, Стеф зашла в спальню. Окно так и оставалось закрыто жалюзи, из-за чего даже свет с улицы не мог проникнуть в комнату. В полной тьме Солнцева маленькими шажками пошла к кровати. Как только пальцы ног немного задели начало кровати, она положила телефон на тумбочку рядом и аккуратно села на край кровати.       — Вау, у меня есть целых… — немного прищурившись, Стеф посмотрела на настенные часы, — …пять часов чтобы поспать.       Телефон опять загорелся и неприятно зажужжал, медленно передвигаясь по поверхности тумбы. Солнцева не обращала на это внимания и, закрыв глаза, откинулась на кровать. Спина наконец-то могла отдохнуть от напряжённого дня. На несколько секунд звонок прекратился, но потом опять начал действовать на нервы. Выругавшись, девушка поднялась и сняла трубку.       — Ещё раз ты мне, блять, позвонишь, я приеду и сломаю тебе руку!       — Стой, стой, Стеф, послушай! Тут убили кого-то. Много суеты, Матвиенко бегает, ругается и ему всё время кто-то звонит. Это полный ад.       — Если это всё, что ты…       — Отель закрывается на несколько дней. Можешь не приходить завтра.       В ответ Выграновский услышал только несколько гудков, говорящих о том, что звонок сбросили. Бармен бросил мобильный в карман фартука и решил пройтись к другим девочкам-официанткам. Было такое предчувствие, что весь этот кипишь хорошим не кончится. В отеле случались драки, какие-то потасовки, где иногда были задействованы наркотики и прочее. Но Матвиенко, как хороший управляющий, всё это спускал на «Нет», и в какой-то момент такие случаи, портящие репутацию отеля, прекратились. И вот опять, спустя приличное количество времени, произошло что-то громкое. Дела никогда не доходили до полиции. А тут вот он, какой-то напыщенный офицер полиции расхаживает по отелю и плюёт словами в прессу.       Эд немного задержал на нём взгляд, мысленно сочувствуя, ибо журналисты — это тот ещё геморрой. Быстрыми шагами Выграновский пошёл на кухню и, как только двери открылись, то уши чуть ли не заложило от шума. Протолкавшись, бармен подошёл к Кате.       — Эй, почему все так шумят? Пойдём выйдем.       Он взял девушку за запястье и поволочил к служебному выходу кухни, который выходил в небольшой дворик, где сделали общественную курилку.       — Мы могли бы и там поговорить или даже услышать что-то новое и интересное. И, кстати, я слышала, что Солнцева…       — Так-так, притормози… — он несильно зажмурил глаза и потёр переносицу. — Во-первых, я хочу знать только о случившемся, а не о Стеф. Так что рассказывай то, что знаешь.       — Нуу… — медленно протянула девушка, опрокинув голову назад, — …вообще, мне и остальным немного известно, но всё, что я слышала, это…       Выграновский слушал Семёнову и пытался понять, что из всего сказанного, реально является правдой. Заказное убийство, разбитое окно, что-то про камеры, какой-то облитый друг Матвиенко и куча-куча ненужных слов.       — А что-то про жертву? — перебил парень Катю. — Где работает или что-то такое?       — Слышала, что это просто какая-то богатая шишка. Что-то с машинами связано, больше ничего не могу сказать дельного, потому что то, что мне говорили ещё — похоже на бред сумасшедшего. — Семёновна перешла на шёпот, чуть наклонившись к уху Выгроновского. — Преступная организация, продажа тел, оборот наркотиков и много вот такого. Всё как в фильме, и я не думаю, что у нас в жизни и именно в нашем отеле такое возможно.       В завершении она мило хихикнула и обратно выпрямилась. Немного покопошившись в заднем кармане, Катерина вытащила одну сигарету и закурила. Красный огонёк не смел гаснуть, а дым медленно поднимался вверх.       — Вот смотрю на тебя, и не могу понять, зачем тебе всё это? Только ли Солнцевой рассказать? Она не похожа на ту, которая дорожит кем-то.       — А ты похожа на ту, которая суёт нос не в свои дела. Я искренне благодарю за сказанную информацию и покидаю тебя, оставляя один на один со своими тараканами!

***

      У Солнцевой было ужасное желание разбить этот чёртов телефон об стену. Всё так паршиво.       Взяв себя в руки, она поплелась в ванную. Девушка с огромными синяками под глазами быстро умылась, почистила зубы, нанесла маску на лицо и пошла на кухню. Кофеварка работала на последнем издыхании, выжимая из себя все самые неприятные звуки и также отвратительный кофе.       — Да блятская хуета, блять!       Всё полетело в мусорку, оставляя несколько капель на линолеуме. Стеф облокотилась телом на один из шкафчиков и прижала к голове обе руки. К чёрту.       Она медленно выдохнула и, налив воду в чайник, поставила того нагреваться.       Пока вода закипала, Солнцева включила телевизор и начала листать каналы в поисках чего-то интересного.       Старые выпуски закрывшейся «Импровизации», «Три богатыря» по Рен ТВ, «Гадалка» на ТВ3, «Пёс» по НТВ. Следующим был Первый канал и, судя по времени, шли вечерние новости. «…на месте уже работают специалисты. Мы взяли небольшое интервью у офицера Евгения Кортункова.       — Здравствуйте, как вы думаете, скоро ли найдётся убийца, у вас есть подозреваемые? А правда, что убитая — это совладелица.       — Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы. Это конфиденциальная информация. Не могли бы вы покинуть это место? Всего доброго.       Это была Елена Поморцева, и сейчас мы прервемся на небольшую рекламную паузу и продолжим наш эфир с места преступления…»       Чайник уже вскипел как 5 минут. А Стеф всё ещё сидела на стуле и пялилась куда-то в стену. Мысли об этом чертовом мире не покидали её разум. Каждый день умирают люди, но только что-то интересное всегда пихают в телевизор, не думая о тех умерших, о скорбящих родных. Как будто главная задача СМИ — это рассказать о проблемах в стране, что-то приукрасить, что-то соврать. При каждом просмотре новостей хочется повеситься. Где-то началась война, какая-то страна стала лидером по самоубийству, произошёл теракт в школе. Смерть, смерть, смерть. Люди иногда и правда не ценят свою жизнь, и при этом распоряжаются чужой.       Сигнализация машины во дворе жилого дома помогла Солнцевой прийти в себя. Выключив, наконец, чайник, она пошла обратно в спальню. Стеф уже не хотела ни чай, ни кофе. Просто сон. Обычный, спокойный сон. Пусть кошмары отойдут на задний план, и вот бездыханное тело девушки уже лежит на кровати, тихо посапывая.