Обратный отсчёт

***

29 мая. Три дня. – Привет, Бельчонок. Ты, наверное, уже соскучился, я уже как трое суток не звонил тебе. Прости, были проблемы по работе, – Минхо смотрит в экран телефона и уже жалеет, ибо в который раз наврал своему любимому. Нет, на самом деле у него нет никаких проблем по работе и уж тем более у него нет никакой работы. На самом деле рыжеволосый мальчик обманывает его и вместо его так сказать «работы» он тихонько всхлипывает в полной набранной воды ванне, оставляя лезвием уже десятый порез на своей ноге. Мальчик не любит себя, он не хочет жить, не хочет существовать на этой планете. Мальчик лишь хочет умереть. – Привет. Я рад, что с тобой всё в порядке, но за все эти трое суток, я успел поплакать, потому что переживал за тебя, – Джисон надул губы в обиде. – Хён, ты мне намного важнее, чем ты думаешь. Пожалуйста, предупреждай в следующий раз, если занят. – Прости, мне жаль. – Ничего, котёнок. Я люблю тебя, – он поджал губы. – Извини, Хёнджин позвал меня в кино, сказав, что обидется, если я не соглашусь, – он рассмеялся. – Ну что ж, мне пора. Удачи на работе. – Хорошего времяпровождения, бельчонок, – Минхо улыбнулся, аж засияв ярче звезды. Фальшиво, – Пока! – он помахал ему рукой на прощание и отключил звонок. Рыжеволосый мальчик не идёт на       работу. Он снова набирает ванную, ложиться в неё и приступает к делу. А именно к причинению боли самому себе.

***

– Прости, что снова наврал тебе, бельчонок, – его глаза наполняются слезами и он лезвием царапает кожу до крови. Он никогда не любил себя, но у него был Джисон. Он тот, кто любит Минхо больше, чем кого либо. Парень изо всех сил старался доказать ему, что в Минхо есть очарование, что есть то, чем он обязан гордиться собой. Но Минхо не понимал. И он никогда не поймёт. Ни в этой жизни, ни в следующей жизни. Никогда. Джисон обещал, что скоро прилетит с Сеула к нему в Лос Анджелес. Он надеется, что рыжеволосый мальчик ждёт его, но отсчёт до смерти Минхо приближается к двум дням. 1 июня рыжеволосый мальчик покончит с собой. Джисон никогда не увидит его засиявшую улыбку и наполненные любовью глаза. Но Минхо сделает это. Он покончит с жизнью и никто не помешает ему это сделать и никто его не будет беспокоить. Он знает, что эгоист, но а что делать, когда тебя фактически унижает сам ты и общество?

***

30 мая. Два дня. – Привет, котёнок. Посмотри кого я взял с приюта! – Джисон поднёс к экрану ноутбука пушистую белую морду, и улыбнулся. – Это щеночек! Он такой милый, правда? – Да.. Такой милашка..! – Минхо отворачивает голову в сторону, потому что выглядит отвратительно. Опухшее лицо, красные глаза, и как он только может выглядеть так при Джисоне? – Хён..? Всё в порядке? – Джи с беспокойством смотрит на него. – Всё в порядке. Забей, снова проблемы на работе, – ложь. « Минхо, тебе не надоело ему врать? Расскажи ему правду и не морочь себе голову. » – Может ты уволишься? Ты все нервы тратишь на эту проклятую работу. – Это единственная работа, на которую берут меня, бельчонок, – Минхо надул губы. – Если я уволюсь, то останусь без еды и денег, понимаешь? – врёт в очередной раз. На самом деле, он даже не помнит, когда ел в последний раз. Одна кружка чая и таблетка в день – И достаточно. – Когда я приеду, заберу тебя к себе, котёнок. В Сеуле есть одна из самых высокооплачиваемых работ и там есть уважение к работникам. А у тебя, на твоей проклятой работе, и того нет. – Оу, не стоит. Я справлюсь, бельчонок. Просто поверь в меня, – он уверенно смотрит на Джисона через экран и улыбается. – На часах уже двенадцать, – Джисон повернул телефон экраном к Минхо. – Мне пора ложиться спать. Ты со всем справишься, котёнок. Я всегда верю в тебя. И ты верь в себя. Сладких снов, рыжий кот. – У нас разница во времени 9 часов, глупыш. У меня только восемь утра, – Минхо смеётся. – Ах, да, я вовсе забываю об этом. Но зато, ты получил моё пожелание на восемь часов раньше! – Ага.. – Минхо кивнул и опустил голову вниз. В этом плане он тоже наврал ему. Он говорил, что ложиться спать строго в девять вечера, хотя в три часа ночи он лежит в ванной и вредит себе. – Я слишком надолго задержался с тобой. Мне уже нужно ложиться спать, Хёнджин убьёт меня, если узнает, что я ещё не сплю. – Хёнджин? – Минхо вопросительно посмотрел на него. – А, да, я не говорил тебе. Я на ночёвке у Хёнджина, – Джи взъерошил волосы назад. – Эй, с кем ты там разговариваешь, придурок? – кричит Хёнджин в соседней комнате. – Мне пора! – Джисон помахал Минхо, и отключил звонок. И что только Джисон может делать на ночёвке у Хёнджина? Они не были такими близкими, наоборот всегда отдалённые друг от друга были.. За то время, как Минхо уехал в Лос Анджелес много чего изменилось.

***

31 мая. Один день. – Чёрт, как же я заебался.. – Минхо облокачивается о ванную и закрывает глаза. Надоело вредить себе. Надоело пытаться найти в себе себя, когда его нет. Ему не кажется, что это он. Это совершенно другой человек. Это не он. Его подменили. Аутоагрессия изменила его. Он смотрит на свои руки, и понимает, что чего то не хватает. А именно – порезов. Давно он не резал руки. А это специально для того, чтобы Джисон не заметил их. Минхо не носит кофты, и всегда одевает футболки, потому что в кофтах ему и дома в -10 жарко. На стиральной машинке лежит лезвие и оно привлекает к себе внимание. Он дотягивается до этого лезвия и берёт в руки. Не хочется снова чувствовать боль, которая ощущается, как удовольствие. Но он не может сдержаться. Лезвие дотрагивается до вены на запястье и проникает в неё. Он шипит от боли, но терпит. Запястье уже наполняется кровью, но он всё так же терпит. Гудит звонок. Чёрт. Это Джисон. Минхо быстро умывает лицо и вылезает с ванны. Надев халат, он вышел с комнаты и пошёл в спальню, ответив на вызов. – Хён, почему ты так долго не отвечал на звонок? Были только гудки и гудки. У тебя что то случилось? – Всё в порядке. Я ужинал. – Допустим, – Джи поджал губы. – Ты ходишь на работу? – Нет. – Почему? – Я уволился. – Неужели! – Джисон похлопал в ладоши, – Ты прислушался ко мне! Молодец! – Дорогой! Ты скоро? – кричит Хёнджин. – Дорогой? – Минхо наклонил голову. – Мы так друг друга называем, не обращай внимания, – Джисон рассмеялся. – Понятно.. – Милый.. – Хёнджин подошёл к Джисону сзади, – Ты снова с ним разговариваешь? – он посмотрел в экран ноутбука. – Завались, Хёнджин, – разозлился Джисон. – Что? А разве круто трахаться с тем, кого ты не любишь? И тут Минхо охуевает. – Хёнджин! Отвали от меня! – Джисон лишь смеётся в ответ и толкает его. – Я думаю, нам стоит закончить разговор, – Минхо холодно посмотрел на него, отключив звонок. Как это блять происходит? Минхо снова идёт в ванную, раздевается и ложиться в неё. Он не хочет даже помнить то, что только что услышал. Он больше не хочет знать Джисона. Для Джисона это была лишь забава. А для Минхо ещё одна причина покончить с собой. Он не хочет плакать. Не хочет зря тратить время на очередные истерики. Часы приближаются к пол двенадцатого ночи. Ровно в 00:00 наступит 1 июня. Он не проведёт это лето. Он умрёт этим летом. Он снова слышит гудки, но уже не отвечает. Уже всё равно, что там Джисон снова придумает. Он уже не хочет иметь с ним отношения. Минхо лежит в ванной с закрытыми глазами и считает сколько раз Джисон ему позвонил. Десять звонков по счёту. Пятнадцать. Двадцать. Тридцать. Минхо думал между тем, чтобы поставить телефон на беззвучку и режим полёта или же взять трубку и решил, что ответит на его звонок. – Хён, хён! Прости меня, пожалуйста! Я был таким идиотом.. Мне не нужно было этого делать. Прости, пожалуйста, – Джисон всхлипывает и умоляет. – Что дальше? – Минхо лишь с отвращением смотрит на него. – Минхо, милый, прости меня.. Я сделаю всё, чтобы ты простил меня, хорошо? У меня уже завтра самолёт! Я улетаю к тебе! Ты рад? – Джисон улыбается сквозь слёзы. – Мне плевать. Возвращай билеты, и оставайся в Сеуле. – Почему..? Минхо, почему..? Забей на того Хёнджина, ты же его знаешь. Он просто шутит! – И ты же сам и посмеялся с его тупой шутки, – Минхо издал тихий смешок. – Минхо, прости, пожалуйста.. Я заберу тебя с собой в Сеул и ты пойдёшь на ту высокооплачиваемую работу, будешь зарабатывать крупные деньги, а потом мы поедем в горы! Ты же так хотел, помнишь? – Я уже не хочу не в какие горы. Всё кончено, Джисон. Я не хочу иметь разговор с тобой, а отношения уж тем более. – Минхо, прошу прости.. – Джисон глотает собственные слёзы и шмыгает носом. Минхо смотрит на время, на часах уже 23:49. Остаётся 11 минут. – У меня нет времени на тебя, Джисон. Всё кончено, понимаешь? Ты сам заставил меня разорвать наши отношения. Твои ночёвки с Хёнджином, походы в кино с ним. Встречайся с ним, живи с ним и не влезай в мою жизнь, а я не буду влезать в твою. Я не хочу больше быть с тобой. Ты любишь его, а он любит тебя, так в чём проблема? – глаза Минхо накапливаются слезами, когда он говорит это. Ему действительно больно, но он так не может. Он уже принял окончательное решение. – Минхо.. Я не люблю Хёнджина, я люблю только тебя! Мне не нужен Хёнджин, мне нужен ты! – Именно поэтому ты всё равно ночуешь у него дома? – Если хочешь, я могу сейчас уйти домой. А уже завтра я сажусь в самолёт и прилетаю к тебе! – Уже поздно, Джисон. Осталось пять минут. – Пять минут до чего? – не понимающе спросил Джисон. – До того момента, как я покончу с собой, – Минхо поджал губы и кивнул. – Что?! Минхо, ты в своём уме?! Какое самоубийство?! Остановись! – Нет, я уже принял решение. И я сделаю то, что хотел и хочу сделать. Мы не проведём с тобой лето. Прошлое лето было последним. – Минхо, остановись, пожалуйста! Забудь об этом! Всё хорошо, ты слышишь? – Нет. Никогда не было ничего хорошего, Джисон. Всё было хорошо только у тебя. Будь счастлив. Встречайся с Хёнджином, поедете вдвоём на мою квартиру в Кимпхо. Я там всё прибрал, когда переезжал. Забудешь меня и будешь жить счастливо вместе с Хёнджином, хорошо? – Нет ничего хорошего, Минхо. Я не хочу жить с Хёнджином. Я хочу жить с тобой. Остановись, пожалуйста! Чёрт, услышь меня! – крикнул Джисон. – Нет, Джисон. Удачи тебе во всём. Прощай, – Минхо отключил звонок. Осталось уже четыре минуты. Минхо берёт в руки лезвие, делает им вырез на груди, потом на животе, на бёдрах и на ногах. А Джисон всё звонит и звонит. Отправляет миллион сообщений, но Минхо лишь игнорирует. Три минуты. Лезвие проникает в бёдра и он вскрикивает от боли, но продолжает. Кровь льётся ручьём и вода становится кровянистого оттенка. А он всё продолжает и продолжает. Две минуты. Он приступает к запястью левой руки. Лезвием сильно нажимает на запястье и Минхо шипит. Запястье ноет от боли и хлынет кровью. Приступает к второму запястью, которое уже немного раненое. Левая рука дрожит, наполненная вся кровью. Лезвием также сильно нажимает на правое запястье и оно также наполняется кровью. Одна минута. Настал этот момент. Рука дрожит и Минхо дотрагивается лезвием. до горла и немного царапает его. Царапает сильнее и нажимает лезвием на него. Глаза наполняются слезами, но он удовлетворённо улыбается, наслаждаясь моментом истины. 00:00 Он сильнее нажимает на горло лезвием и оно проникает сквозь кожу. Горло хлынет большим потоком крови, он теряет сознание и больше не двигается. Он мёртв. Рыжеволосый мальчик больше никогда не узнает, что такое счастье. В его душе только обида, боль и разочарование. Он не увидит это лето, этим летом он будет гнить в ванной, наполненной его кровью. Джисон всё также звонит ему, но он уже не слышит. Он больше ничего не слышит. Джисон думает, что это просто шутка. Но Минхо уже мёртв. Рыжеволосый мальчик болен внутри. Он мёртв, но ему до сих пор больно. И в его мёртвом сердце, которое уже даже не стучит, эта боль останется навсегда. На-все-гда.