Своя среди чужих

Наоми, докуривая вторую сигарету, в упор смотрела на напряженного Годжо. —Ты похож на кота...глупого кота—усмехнулась девушка—Как там Рик? —Хорошо. Первую неделю он ни в какую не хотел уходить из квартиры, а вторую грустил за диваном —Прямо как ты —Что за двусмысленные намеки? Саито улыбнулась и пнула камень, откидыаваясь на спинку скамьи. —Как с Хиной дела? Мужчина раздраженно выдохнул, но все-таки ответил. —Поссорились Девушка аж подавилась дымом и стала кашлять, поняв, что попала не в ту точку. —Пиздец—выдала Саито, откашлявшись. —Я кстати виделся с Гето Наоми ахуела еще больше и в панике подскочила. —Что он тебе сказал?—стала волноваться она, втаптывая бычок в землю. —Все. От того, как ты себя чувствуешь до того, как ему понравилось иметь тебя —Вот пидор!—вздохнула девушка—Ну, а с другой стороны. Чего ты хотел? —Тебя. Вопросы? —Да. Пойдешь нахуй? —А ты? Сатору отвел взгляд и кинул девушке свою повязку. —Мг..?—промычала она, хлопая глазами. —Я куплю другую. Эта слишком тебя напоминает. А раз ты не собираешься возвращаться ко мне, то забери лучше —Любовный роман пошел? —Слушай, ты точно никотин куришь? Девушка покивала и, призадумавшись, собрала волосы, обвязывая их этой повязкой. —Нормально, не? Есть зеркало? —Да, каждый день с собой ношу, чтобы всякие ебнутые Наоми смотрелись в него —Ниче я не ебнутая! Годжо закатил глаза и, поднявшись, потрепал ее по голове. —Ты, кажется, не ненавидишь меня?—нахмурился он. —С чего бы? Я тебя люблю и могу говорить это сколько хочу, однако пока что не вернусь —Ужасный исход. Лучше бы ты хотела меня убить —Не-е-ет уж. Теперь мы снова будем просто друзьями —Прекрати издеваться —А я не издеваюсь. Секс по дружбе, поцелуи по дружбе, время вместе с другом —Меня такое вполне устраивает —А меня—нет—усмехнулсь Саито, снова вводя Годжо в ступор... Пускай она смеялась и улыбалась, говоря с ним в этот раз, но ей было даже больнее, чем во время ссор. Его взгляд был наркотиком и доставлял удовольствие, однако убивал. Она вполне могла сделать лучше и для себя, и для него, возобновив все, но... хотя какие к черту "но"..? Их все же не было. Была одна загвостка в виде настоящего недоверия и желания забыть человеческую жизнь. Перед ней все еще стояла цель убийства старейшин, и никто не мог ее остановить. Никто, кроме Сатору. А если она вернется к нему, то он ведь остановит. То есть цель выполнена не будет, а такие моменты ужасно раздражают. А эта его дурацкая повязка. Ужас, а не человек. Любовь с ним на самом деле стала мертвым рассветом, и больше это не было гиперболизированной метафорой. Теперь она лишь хотела остаться в том времени, когда она уставшая возвращалась домой и засыпала в его объятьях, съев ужин, приготовленный им. Но, видимо, хорошего на самом деле дается по немногу. Жаль. Было бы прекрасно снова любить и не бояться. Не бояться преследований, предательства и измены. И ведь последнее уже было совершено. Стоило с самого начала понимать, что Сатору—человек легкий и непостоянный, а значит с этим вполне могли бы возникнуть проблемы. Теперь Саито сама была сплошной проблемой для себя. Ей хотелось найти спасение в Гето, но в нем его не было точно. Возможно, был временный обезбол, но это как тонуть посреди холодного океана, держась за жалкую дощечку. В конце концов, все равно утонешь, а пока будешь временно спасен, только дашь себе ложную надежду и, утонув, сделаешь больнее лишь себе, а не холодному океану. А сам Сугуру....смотрел на нее влюбленными глазами, а она ни коим разом не могла ответить взаимностью. Да, он был интересным человеком и да, был прекрасен, как собеседник, но особенных чувств не вызывал. Каждый раз, проводя с ним время, она только ощущала себя виноватой за то, что не может ответить ему взаимностью. Она, конечно, не обязана, однако...это все равно было больно. И как можно было настолько сильно влюбиться в этого светловолосого идиота? Наверное, стоило обсудить с ним все от и до без криков и без шуток. Стоило снять маски и быть взрослыми людьми, а не подростками с максимализмом в голове. И она решилась. Конечно, не сразу, это стоило ей около двух дней раздумий, но она все-таки договорилась встретиться с ним в месте без лишних глаз. По-странному иронично, что этим местом оказалась его квартира... Девушка налила две кружки чая и принесла их в гостиную, садясь в кресло напротив Сатору. Нависло угнетающее молчание, заставляющее полностью принять, что им и впрямь стоит либо что-то делать, либо смириться и больше не докучать друг другу. —Я...хотела обсудить все спокойно и по факту. Все наши разговоры до этого были либо скандалами, либо отрицанием реальности с помощью шуток—начала Наоми, заглядывая ему в глаза, полные интереса и надежды. Он вдоль и поперек изучал Саито, что была для многих невидимой и нематериальной, но он мог чувствовать и идеть ее такой, какая она есть. Потрепанная в ходе боев одежда, что не переставала оставаться гармоничной и прекрасно сидящей на ней, задумчивое личико и хмурые брови, а главное—хвост, собранный его повязкой. —Когда я говорил, что Сугуру рассказал мне все, я имел ввиду абсолютно все. И мне было плевать на вторую часть рассказа, я понял все из первой. Я просто не понимаю...ты чувствуешь так много, тебе так плохо и, не буду стесняться, ты меня любишь, но почему не хочешь вернуть все на круги своя? —Я сотню раз говорила и повторю еще раз. Мы разные существа. И на почве этого, я тебе не доверяю —Встречный вопрос. Почему ты мне не доверяешь? Все ведь было хорошо. Ты рассказывала мне обо всем, что чувствуешь, находилась рядом и могла расслабитсья только со мной, но теперь я именно тот, с кем ты расслабиться не можешь —Я...не знаю... —Я хочу помочь тебе преодолеть это. Мне хотелось бы, чтобы...ты снова могла чувствовать себя хорошо и доверяла мне так, как раньше —Я понимаю. Но я просто сомневаюсь, что мне нужно чувствовать себя хорошо. Сомневаюсь, что мне нужен ты Годжо застыл и даже моргать перестал, метая взгляд по ней. —Это было...очень больно—сквозь зубы прошипел он. —Извини, но я же обещала говорить правду. Ты на самом деле прекрасный человек и я люблю тебя, однако наши отношения могут привести к ужасным последствиям. Это все может вылиться во что-то большее, чем душевная боль. И к тому же...даже если учитывать, то как я тебя люблю, это все можно перетерпеть. И тогда мне уже не понадобится кто-то рядом —Но...разве можно так жить? —Нет. Но я и не живу. Я проклятье. Я просто существую. У меня даже смысла нет. Цель—да, но не смысл —Я хочу быть твоим смыслом. Мне так нравилось, когда твои глаза горят, а в самой тебе столько желаний и эмоций. Пускай даже это могли быть ужасные чувства, но ты была такой...настоящей. А теперь ты до черта кукольная. Но я ведь знаю, что ты способна снова загореться, однако ты хочешь избавиться от волнений и чувств, чтобы стать сильнее и неуязвимие. Но это невозможно. Даже если ты проклятье. Ты будешь чувствовать, как бы ты ни хотела прекратить —Даже если так...я не хочу подвергать тебя риску. Я в любом случае нахожусь на черном счету, и за мной ведется охота. Я хочу, чтобы ты спал спокойно. Я отдам все за твое благополучие —Так отдай себя и я буду счастливее всех на этой планете... В его глазах повисло безмолвное отчаяние и казалось, что он вот-вот расплачется, как мальчишка с разбитым сердцем. —Если я отдам тебе себя, то кто защитит твое спокойствие? Я ведь уже не смогу так яросто бороться с верхушкой. Ты станешь меня отговаривать, останавливать. Да даже если не станешь, то у меня уже не будет такого желания. А я ненавижу отступать от своих мотивов и целей —Какая же ты глупая...—вздохнул Сатору, вновь отводя взгляд. —Я больше не хочу скрывать своей зависти. Зависти тебе, начальству, Хинате. Особенно Хинате. Мне на самом деле завидно, что она простая девушка и так легко может находиться с тобой. Мне...тоже хочется перестать быть странным существом. Я не могу свыкнутьсы с тем, что уже ничего не изменишь. Мне...мне очень страшно—надрывно бормотала Саито перед тем, как из глаз вдруг пошли слезы. Годжо тут же подскочил и, отставив чашку, обнял девушку. —Я хочу быть человеком...хочу стать какой-нибудь офисной работницей без сил и способноствей...хочу иметь возможность реветь у тебя на плече каждый день по пустякам, и плевать на то, что люди назвали бы меня нытиком...я была бы нытиком и плаксой за то, чтобы снова стать человеком...бессильным глупым человеком, который никому ничего не должен—всхлипывала Наоми, так чертовски жалея, что решила вступить в колледж тогда. —Ну-ну...тише...я, кажется, понимаю твое состояние. Хочешь рассказать мне все и пролежать весь вечер, ничего не делая? Наоми только еле заметно покивала головой, заливаясь слезами еще больше. Сатору слабо улыбнулся и, взяв ее на руки, перенес в спальню. Он сел рядом, пока она, наплевав на все, о чем говорила ранее, легла на его колени и рыдала, словно маленький ребенок. Из ее уст сыпались все переживания, рассказы и чувства, что сейчас давили на нее огромным камнем. Годжо лишь слушал и успокивал ее, гладя по голове и распустившимся волосам. Он был словно неизлечимая болезнь. Сколько ни старайся—избавиться не выходит. И последствия могут быть самыми ужасными. Но пока он тихо поддерживал ее, стараясь снять весь груз с плеч этой, прекрасной на его взгляд, девушки, она могла только больше влюбляться...