Терпение вознаграждается

Чайлд думал, что в их отношениях худшее позади. Они давно обсудили и ошибки самого Тартальи, и ложь Чжун Ли о своей истинной сущности. Чайлд думал, что они друзья. Хоть и странно дружить с Архонтом, пусть и бывшим. Им ведь тоже одиноко? И сам Чжун Ли располагал к дальнейшему общению. В Снежной ему тяжело было завести друзей из-за своего статуса, а в других землях из-за предвзятого отношения к их организации. Ну, может и не совсем предвзятого, но и шанса даже на нормальный диалог никто не давал. Чайлд думал, что они равны. Чжун Ли позиционировал себя как обычного жителя Ли Юэ, всегда подчеркивая, что он отошел от дел божественных. Видимо, не совсем. Как бы «бывший» Архонт не старался, он не смог искоренить в себе истинную драконью жадность и ревность — и дело совсем не в золоте. — Ты опять едешь в Снежную, Чайлд? — Чжун Ли как и всегда угощал его своим ароматным чаем. Тарталья не сильно разбирался в этих всех сортах и нюансах заваривания. Но всегда с интересом слушал длинные истории, которые рассказывал Чжун Ли. Хоть и половину сразу забывал. — Да, срочные дела, — Чайлд не заметил опасного блеска в глазах Моракса, пробуя на вкус свой напиток. — Опять Царица вызвала? — Чжун Ли немного передернуло, когда он произносил это имя. А ведь он до недавнего времени вполне нормально к ней относился. Пока она не стала забирать у него кое-что важное. Очень важное. — Да, — у Чайлда было хорошее настроение. — Я так рад, что она не забыла обо мне. — Невозможно забыть о таком, как ты, — Чжун Ли грустно посмотрел на Тарталью. — Значит, когда я вернусь в Ли Юэ, ты будешь меня ждать? — Разумеется. «Буду ждать столько, сколько потребуется», — у Чжун Ли было много времени.

❖❖❖

Несколько лет для бессмертного существа — сущая мелочь. Так пытался успокоить себя Чжун Ли. Но Чайлд — обычный человек. «А вдруг он забыл обо мне? А может он уже завёл семью и больше никогда не вернётся?» — слишком часто об этом думал бывший Архонт. Все, что у него было — несколько маленьких писем, которые иногда ему отправлял Тарталья. Ни слова о себе. Только о своей Царице и твердит. «…Её Величество Царица как всегда мудра и дальновидна…» «…я удостоился огромной чести быть рядом с Её Величеством Царицей…» Чжун Ли с удовольствием бы уничтожил эти бумаги. Но не мог, ведь они написаны Чайлдом. Как бы он хотел, чтобы этот смертный муж преклонялся также перед ним. А ведь у Гео Архонта столько поклонников и последователей. Он даже подумать не мог, что когда-то будет так завидовать Царице.

❖❖❖

Корабль из Снежной прибывает завтра утром. Чжун Ли уже боялся слишком радоваться. Сколько десятков, если не сотен кораблей он встречал в порту Ли Юэ — на которых не было Чайлда. Но каждый раз он шёл в порт и ждал. Это стало частью его жизни. Этот раз — не исключение. Чжун Ли отлично знал, что терпение вознаграждается. А он умеет ждать. Он пришёл в порт раньше всех. Даже солнце еще не полностью взошло, а вокруг тишина — днем здесь тяжело спрятаться от суеты и шума. Чжун Ли смотрел на горизонт. Он знал с какой стороны приплывают корабли из Снежной. Но в этот раз он ощущал какой-то трепет. Может, его божественная сущность что-то почувствовала? Себе он доверял. Ожидание не было долгим. А может, это просто дело привычки. — Сяньшэн! — радостно крикнул знакомый голос. Этот голос Чжун Ли узнает из тысячи. Его невозможно перепутать. — Чайлд, какой сюрприз, — улыбнулся Чжун Ли. Жизнь налаживается. — Ты здесь по делам или отдохнуть приехал? — У меня отпуск, так что я решил провести здесь свободное время, — Царица ему больше не поручала задания в этом регионе, хоть Чайлд и просил. Но ей виднее — он не спорил. — Надеюсь, ты не разочаруешься.

❖❖❖

«Что я могу сделать?», — Чайлд должен был скоро возвращаться в Снежную. Чжун Ли с ужасом этого ждал. Опять всё повторится, но с каждым годом его любимый будет старее и старее, а он сам… Чудо, если не сойдет с ума. Чжун Ли очень не хотел предавать доверие, которое они смогли построить после всех событий, что пережили. Но мириться с волей другого Архонта он тоже не намерен. И неважно, что Чайлд родом из Снежной. Неважно, что он непосредственный подданный Царицы. Что эта Царица сможет противопоставить могучему Мораксу? Даже без Сердца Бога он остается пугающим противником — никто бы в здравом уме не захотел с ним враждовать. — Как твоя семья, Чайлд? — Чжун Ли пригласил его к себе домой. Даже не все адепты удостаивались такой чести. — Все чудесно, Её Величество Царица приглядывает за ними, — он всегда славил другого бога. — Чайлд, ты в курсе, что невежливо в присутствии Архонта славить имя другого Архонта? — глаза Чжун Ли стали жестокими, а зрачки стали такими узкими — настоящий дракон. — Не бери в голову, — попытался уладить назревающий конфликт Тарталья. — Она моя Императрица. А ты мой хороший друг. Я не могу выбрать между вами двумя. Чайлд примирительно поднял руки. «Этот мальчишка ничего не понимает», — в Чжун Ли начала просыпаться жестокость, присущая Мораксу. Как бы он не пытался за эти годы похоронить свою прошлую личность — этот Предвестник вытащил её наружу. — Нужно сделать выбор, — Чжун Ли пытался сдерживаться. Может, Чайлд правильно ответит. Было бы идеально. Тарталья нахмурился. Только сейчас он стал замечать метаморфозы, которые происходили с бывшим Гео Архонтом. Он чувствовал опасность. Хотя Чайлд и искал всегда битв и достойных противников, сейчас хотелось бежать куда подальше от этого места — не находиться рядом с неконтролирующим себя Богом. — Я думаю мне пора, — он проигнорировал несуразное требование от своего сяньшэна. — Нет, — казалось, весь Ли Юэ встрепенулся — так громко. Чжун Ли давно не слышал этот голос. Моракс. — Сяньшэн, ты забываешься, — Чайлд уже был готов достать свои клинки. Он же всегда мечтал сразиться с Гео Архонтом — отличная возможность. — Даже не пытайся, — Чжун Ли, переставший контролировать свою силу, моментально оказался перед Тартальей. Его руки превратились в камень, а на голове показалась пара драконьих рогов. Чайлд бы восхитился такой красотой, если бы не ситуация — он обездвижен. — Да что ты творишь? — он попытался вырваться из крепкой хватки — тщетно. — Ты должен остаться, — на возражения ему уже все равно. Он это делает ради блага самого Чайлда, пусть он этого еще и не понимает. — Нет, — уже не так дерзко ответил Тарталья. «Видимо, он начал понимать, в каком положении оказался», — обрадовался Моракс. Что есть сила простого смертного, пусть даже и Предвестника, перед мощью самого Гео Архонта? На его земле нельзя противиться его воле. Руки Архонта прижимали к себе тело Чайлда, который только сейчас почувствовал, что даже тело Чжун Ли стало как-то крупнее. «Это хвост?», — Тарталья стал вырываться, но камень не победить. — Не бойся, я ни причиню тебе вреда, — попытался успокоить его Чжун Ли, зарываясь носом в рыжие волосы, как золото. А он любил золото. Удивительно, что его так привлекает какой-то смертный иностранец. Он почувствовал возбуждение от тела перед ним. Он же так долго его ждал, а теперь они вместе навсегда. Тарталья не ответил. Пытка продолжилась. Его одежда как бумага рвалась под руками могущественного существа. Чайлд почувствовал себя окончательно беззащитным. Чжун Ли схватил его Глаз Бога и куда-то спрятал. Как настоящий дракон — потом будет над златом чахнуть. — Верни, — все, на что сейчас хватило Чайлда. Он же перестал сопротивляться, зачем это? — Обязательно верну, когда ты будешь готов, — он начал выцеловывать шрамы на спине, как будто хотел съесть его. Руки Чжун Ли хозяйничали на груди Чайлда, постепенно подбираясь к паху. Тарталья был напуган, хотя Чжун Ли и привлекал его, но… Он не хотел, чтобы это было так. Он почувствовал как что-то крупное упирается ему в зад — сейчас Чайлд понял, что такое настоящий ужас. Сзади уже не простой работник похоронного бюро, а чем-то разгневанное Божество. Чайлд попытался отбиваться ногами, но хвост дракона быстро пресек эти жалкие попытки. Он в ловушке. — А-а-а, — от неожиданности Тарталья вскрикнул, надеясь, что никто не заметит слёз, которыми налились его глаза. Один палец. Это только начало, а уже так больно. — Ты справишься, — прошептал ему на ухо обезумевший Архонт. Он даже на секунду не остановился, введя второй палец. — Ты такой потрясающий. Моракс хотел покрыть все его тело укусами и засосами, дабы убрать с глаз долой эти уродливые шрамы. Он спешил, хотя всегда был сдержанным. Но кто его осудит? Когда Чжун Ли почувствовал, что Чайлд готов, он стал медленно входить в него, шепча успокаивающие слова на покрасневшее ушко. О том, как они будут жить вместе, и никто их не сможет разлучить. Тарталья лишь иногда всхлипывал, позволяя Мораксу делать с его телом все, что ему заблагорассудится. Теснота тела Чайлда еще сильнее возбуждала Чжун Ли, он даже и представить не мог, как ему будет хорошо. Горячо. Все на своем месте. Он начал медленно толкаться. Один раз. Два. Три… Тарталья уже сбился со счета, радуясь, что Моракс хотя бы делает вид, что не хочет причинять ему боль. Все как в тумане, полная дезориентация. Он пытался думать о своей семье, о доме. Отвлечься. Заметив, что Тарталья ушел в мир грез, Чжун Ли перевернул его на спину, закинув ноги на плечи. Главное не сломать. Чайлд только сейчас смог оценить внешний вид Архонта, пытаясь найти того самого Чжун Ли, с которым ему всегда было приятно проводить время. Где же он? Его размышления прервал поцелуй. Страстный, дикий. Неужели его сяньшэн всегда был таким? — Сяньшэн… — простонал Тарталья. Сил не осталось. — Имя, — Моракс стал быстрее толкаться. — Назови мое имя. — А-а-х, Чжун… — Не это, — его перебили. — Настоящее. — Я… не понимаю, — выдохнул Чайлд, мыслительные процессы сейчас его не занимали. Он не мог сосредоточиться даже на лице, что нависло над ним. — Я сказал — назови мое имя, — Тарталье показалось, что он услышал этот голос прямо у себя в голове. Так требовательно и громко приказывал Моракс. — Моракс… — он попытался. В таком состоянии на большее он не способен. Услышав из уст своего любимого старое имя, настоящее, истинное, он излился на живот Тартальи. Белое семя отлично смотрелось на Чайлде. Он пожалел, что ждал столько лет. Нужно было сразу забрать его себе. Главное, что сейчас все на своих местах. Они будут вместе вечность. Так решил Моракс.

❖❖❖

В Ледяном Дворце печально восседала на своём троне Царица. Болью в сердце откликались события прошедших дней — она чувствует. — Бедное мое дитя. Видит Селестия, я пыталась тебя уберечь.