Спасти тебя - это всё чего я хотел.

Со дня трагических событий прошло 5 лет.

После проведения прощальной церемонии со старшим сыном семьи Салли, клан Меткайина устроили обряд, в котором Джейк Салли и его семья стали частью их клана. С тех пор прошло целых пять лет. Аонунг стал Оло’эйктаном, будучи превосходным охотником и воином. Внешностью и характером он напоминал свою мать гораздо больше, чем отца. Конечно, с годами он становился все мудрее, но у него был упрямый, твёрдый и сильный характер воина, как у своей матери Ронал. Но он не женился. Это очень беспокоило его родителей и клан. Он никогда не рассказывал было ли его сердце уже занято или его просто никто не привлекал. Потому, было приятно решение, что Ц’ахик станет его младшая сестра — Цирея. Его сестра вышла замуж за Ло’ака. Это был счастливый брак, который одобрила великая мать и весь клан Меткайина. В день когда они вместе пошли к Дереву Голосов они создали связь, которую ничто не могло разорвать. Ло’ак был счастлив. Но воспоминания о том дне всё ещё мучила его. Дне когда по его вине умер его старший брат. Цирея видела как её возлюбленного мучил груз вины, но сколько бы она не старалась, она не могла ему помочь. Она всегда его поддерживает, всегда ему помогает. И Ло’ак понимал, что пора ему отпустить брата. Его жена беременна и он больше не может постоянно убиваться горем. Это то, чего хотел Нетейам. — Что делаешь? — Аонунг подошёл к Ло’аку, который обмазывал своё копье нейротоксином* сидя на полу. — Снова используешь этот свой яд?.. — Уж прости, привык. — он осматривал наконечник копья, достаточно ли на ней нейротоксина. На самом деле, Ло’ак всегда хотел стрелять из лука, как и все из клана Оматикайя, но никто его не учил. Ни его мать, ни его отец, ни даже брат, который был слишком занят тем, что пытался стать для родителей идеальным сыном. Он вспомнил как в детстве наблюдал за тем, как его отец учит старшего брата стрельбе из лука. Он помнит, как сильно завидовал ему. Ло’ак же сам, в стороне наблюдая, учился стрелять. Лишь изредка отец и мать говорили как обращаться с луком. Аонунг заметил, как взгляд его зятя поник. — Тебе бы лучше сейчас не о оружии беспокоиться. — сказал Оло’эйктан. На эти его слова Ло’ак не понимая обернулся. — Цирея в месте с матушкой пошли на охоту, пока ты тут сидел. Она напомнила мне матушку. — Ло’ак вскочил с места, когда он услышал сказанное. — Чтож ты сразу не сказал?! — он второпях собрался и хотел было уже выбежать из хижины, как крепкая рука друга его остановила. — Ты не виноват, Ло’ак. — коротко сказал ему Оло’эйктан, после чего он встал и ушёл. –… Да. Я знаю.

***

Уже наступил вечер и вся семья собралась в круг для трапезы. Тоновари и Ло’ак всё ещё говорили со своими жёнами насчёт их недавнего «побега». — Ронал, милая, как ты могла повести нашу беременную дочь на охоту? Это же опасно! — начинал бывший Оло’эйктан Меткайина. — Ничего не опасно! Она моя дочь! Сильна и вынослива! — утверждала бывшая Ц’ахик. Твёрдый и упрямый характер воина виден. — Цирея, милая… Я знаю, что ты давно не ходила на охоты и соскучилась по ним, но ты в положении… — Ло’ак тоже, как и Тоновари, пытался «отчитывать» жену. Но та, по мере взросления, стала больше похожа на мать, что конечно же, не было минусом. — То, что я в положении не значит, что мне нельзя охотится! — девушка стукнула стол для трапезы и недовольно посмотрела на мужа. — Моя мать будучи беременной сражалась с Небесными Людьми! Она и из меня вырастила неплохого воина! Думаешь, я не справлюсь с какой-то охотой?! — её мать согласилась со словами дочери и они вместе начали ругать своих мужей, что те не могут им доверить такое простейшее дело, как охота. Сидящие рядом Джейк, Нейтири, Кири Ротко, Тук и Аонунг откровенно смеялись над двумя бедными. По правую руку Ло’ака сидела Кири со своим мужем Ротко, у них совсем недавно прошла свадьба и клятва перед Эйвой. А рядом с Ротко — Аонунг. Он громче всех смеялся над Ло’аком, говоря какой же у того слабый характер. Рядом сидели Джейк и Нейтири, с собственной мирной атмосферой. А рядом с ними Тук, которой не так давно исполнилось 12 лет, та просто наслаждалась ужином. Она уже научилась летать на икране и неплохо так стрелять из лука. Вот уже наступила ночь, семьи разошлись по своим домам и готовились ко сну. На циновке, предназначенный для двоих, в обнимку лежали двое молодых супругов. Ло’ак нежно гладил живот возлюбленной а та в свою очередь, ощущая тёплые прикосновения мужа, засыпала. — Мой seven muntxa… Раз ты так беспокоишься за меня, давай завтра вместе сходим на охоту… — сонно проговорила Цирея. Ло’ак тихо посмеялся и поцеловал её в макушку. — Хорошо, моя seven tutee. — после они в умиротворенной тишине, которую нарушал лишь шум воды и тихое визжание илу, уснули.

***

— Ло’ак! Ло’ак, вставай! — «такой до боли знакомый голос, который я так сильно желал вновь услышать. Я умер? Последнее что я помню — это нападение Небесных Людей…» Ло’ак почувствовал сильный удар по лицу и резко поднялся. «Какой хрен меня ударил?!» — подумал он и уже собирался вмазать рядом сидящему На’ви, пока не увидел почти позабытое лицо. Изящные и чёткие черты лица, которые так сильно похожи на мамины. Нетейам. — Проснулся, братишка? Ну ты даёшь конечно. Потерять сознание во время полёта на икране…– с не особо весёлым тоном говорил старший сын Торука Макто, погибший пять лет назад. Ло’ак почувствовал как по его лицу катятся слёзы. — Э-эй. Ты чего, Ло’ак? Что случилось? — теперь тон брата выражал беспокойство. К ним подошла их мать. Она стала гораздо моложе, чем в последних воспоминаниях Ло’ака. Да и сзади стоящие Туктерей и Кири тоже. — Что происходит? — спросила мать, посмотрев на старшего. Тот лишь пожал плечами. Мать подошла к младшему сыну и присела на корточки рядом. — Что с тобой, Ло’ак? Ты так неожиданно потерял сознание. Ты заставил нас волноваться. — мать гладила сына по голове, в попытках успокоить его. От такого жестами внимания тот только сильнее расплакался. После смерти Нетейама Нейтири впала в глубокую печаль и тоску. Каждый день плакала, вспоминая сына. Джейк же всегда был рядом с ней и успокаивал её, разделяя её чувства. Тогда Ло’аку и Кири пришлось трудно, ведь они решили самим позаботится о своей младшей сестрёнке Тук, чтобы родители смогли отойти от горя, а младшая не осталась без внимания и воспитания. Им тоже было грустно, тяжело и больно, но впасть в горе они себе позволить не могли.Туктерей подошла к Ло’аку и крепко обняла его. — Ло’ак, почему ты плачешь? — она очень переживает за брата, который впервые вот так сильно плачет. Нетейам поближе сел к Ло’аку и Тук и сжал в своих объятиях обоих, также зовя Кири. Она подошла к братьям и сестрёнке, присела и обняла их в ответ. — Я в порядке. Спасибо вам, ребят. — с улыбкой сказал младший Салли. На икране с корзинкой, наполненной фруктами, прилетел Джейк. После небольшого отдыха и повторного объяснения маршрута, все собрались, сели на икранов и полетели. В далеке виднелись не чёткие черты Трёх Скал Близнецов. –» Это шанс, дарованный мне Великой Матерью и я не могу его упустить. Я спасу своего брата от печальной судьбы.» — заявил себе он. –» Я попал в тот момент из прошлого, когда уже не смогу спасти Паука от Небесных Людей. Как же мне спасти обоих своих братьев…» — он с головой ушёл в свои мысли и не заметил как его икран начал терять высоту. — Ло’ак! — кричал имя младшего брата Нетейам и только тогда Ло’ак понял, что снижается. Он потянул за антенну икрана и набрал нужную высоту, летая теперь рядом с икраном старшего брата. — Ты точно в порядке? Ты совсем недавно потерял сознание… Может, ты ещё не поправился? — Нет-нет! Я в норме! — Нетейам не особо поверил его словам, но решил что поговорить об этом стоит после того как они прибудут к месту назначения.

***

Аонунг с криком вскочил со своей циновки, хватаясь на горло двумя руками. Он ясно помнит, что ему перерезали глотку снова напавшие на клан Небесные люди. Посмотрев на свои руки, Оло’эйктан был шокирован. Его руки были такими… маленькими и слабыми на вид. Такими они были ещё до того, как его отец начал тренировать своего сына. Всё татуировки пропали. Да и тело в разы уменьшилось. В комнату забежала его сестра. Маленькая слабая и такая юная. — Аонунг, чего ты разорался? — ругалась она, скрестив руки на груди. — Я тебя собиралась разбудить, но раз уж ты сам проснулся, я пойду. — сказала она и собиралась уйти, как вспомнила зачем вообще собиралась будить брата. — Тебя Ротко ждёт! После этих слов она убежала. За хижиной послышались цокающие звуки и визжание илу. Аонунг встал с циновки и осмотрелся. Это его старая комната, когда он ещё был принцем Меткайина. — «Это шутка такая?..» — он вышел из хижины и увидел такой знакомый и любимый пляж. Множество рифовых На’ви плавали в воде, сами по себе или на илу. Рядом с детьми Аонунг заметил свою знакомую На’ви — Рола. Она учила детей правильно дышать, успокаивать сердце, нырять. — «Она ушла в лесное племя после нападения Небесных людей на нас…» — вспоминал он. Она была дочерью одной старой подруги Ц’ахик Ронал, которая умерла, родив её от На’ви из лесного племени. Она не особо высокая, с кожей небесно-голубого оттенка, узоры были волнистые, как у рифовых На’ви, а глаза были яркого зелёного цвета. Волосы были собраны в высокий хвост, а после из него сделали 5 кос, одна их которых была длиннее других, так как это были нервные волокна для создания связи. Сами волосы густые и кудрявые. — «Она прекрасный лекарь и очень любима детьми. Она также была ответственной за Прощальную церемонию Нетейама…» — он задумался. Причина по которой Ц’ахик пришлось стать Цирее проста и очевидна. Он уже отдал своё сердце другому. И этот На’ви тогда уже погиб. Вспоминая тот день, Слёзы сами по себе образовались на глазах. — «Раз Рола всё ещё здесь, значит Небесные Люди ещё не пришли.» — он обрадовался этой мысли. — «Это шанс, данный мне Эйвой… Я во что бы то ни было не должен позволить трагедии повториться. Я спасу своих людей. И его тоже…» Он вытер слёзы и направился в сторону своей знакомой. Рола была дочерью уважаемой старейшины, ведь та была превосходным лекарем и мудрым На’ви, подобно Оло’эйктану Тоновари. Рола пошла по стопам своей матери и стала не менее хорошим лекарем. Он остановился в нескольких метрах от неё и она заметила его. — Я вижу тебя, Рола. — поднеся пальцы, он тронул свой лоб и отвёл их в сторону, приветствуя её. Она что-то сказала детям и подошла ближе к нему. — Я вижу тебя, Аонунг. — она повторила тот же жест. — Ты что-то хотел? Нужны лекарства? — спросила она, ведь часто к ней приходили за ними, потому как ей доверили заправление медицинскими средствами. Дети подбежали к ним, когда увидели принца и поприветствовали его. — Нет, ничего не нужно мне. — он улыбнулся детям и помахал им. — Я хотел спросить, ты видела Ротко? Я слышал от Циреи, что он меня искал, но моя младшенькая забыла рассказать где он. — А, Ротко. Он должен быть у левого берега, вроде собирался устроить с другими гонки на илу. — рассказала Рола, Аонунг её поблагодарил и на том они пошли заниматься своими делами. — «Я не смогу остановить войну с Небесными Людьми, а потому лучше всего подготовиться к ней. Самое главное — подготовить необходимые медицинские средства. Рола никогда не давала их без специальной справки от матушки или кого-нибудь из старейшин. Особенно мне…» — вспоминая свои выходки в юном возрасте, Аонунг подумал «и как они меня вообще простили?..»

***

Над небом послышались знакомые крики горных банши. «Так это сегодня…» Послышался командный рог, который сообщает всей округе о прибытии гостей. Джейк Салли на своём икране облетал остров, показывая рифовому племени, что он не желает им зла, а его семья следовала за ним. После, они приземлились на пляже, где собралось большинство жителей, которые заинтересовались прибытием лесных На’ви. Торук Макто и его семья слезли с банши и пошли в сторону жителей рифового племени, глазами ища их вождя. Впереди шёл сам Торук Макто — Джейк Салли, по правую руку шла его жена — Нейтири, которая несла на руках младшую дочь Туктерей, немного сзади старшая дочь, Кири. По левую руку сыновья. Старший, что был так сильно похож на мать — Нетейам, шёл с краю, чтобы защитить от слишком любопытных На’ви младших сестру и брата. Младший, который был просто копией отца, шёл по правую руку старшего брата, осматривая свои руки. Кровь демона. Это всё, что они видят. Но Ло’ак знал, что пусть в нём и есть кровь Небесных Людей, это не имеет значения. К ним вышел принц клана Меткайина, сын Оло’эйктана Тоновари и Ц’ахик Ронал — Аонунг. Он осмотрел всех прибывших и остановил взгляд на одном из них. Нетейам. Ещё живой, целый и невредимый. Когда Нетейам и Ло’ак заметили принца, они попривествовали его жестом «Я тебя вижу». Ло’ак подумал, как и в прошлой жизни, тот не ответит. К его удивлению все было наоборот. Аонунг вернул им приветствие с улыбкой. Его давний друг Ротко сначала не понимал, что нашло на его друга, но также поприветствовал гостей. Нетейаму подумал о том, что ему показалось словно жест был предназначен только ему.