my heart is looking the your way

      Джисон был уверен, что умрет еще в прошлом году, когда накопил долгов, а потом безвылазно сидел за учебниками. Он считал, что прошлое лето ничто не перегонит, по количеству потраченных нервов, но ошибся. Как и всегда, в принципе. Зимнюю сессию им пророчили как сущий ад, так оно и случилось. Но Джисон теперь взрослый и ответственный человек, он думает, а потом делает, и в этот раз у него под новый год ни одного долга! Это ли не счастье? В общем-то, последний экзамен – завтра, а потом целая неделя отдыха! Конечно, все это радовало, но таким уставшим он давно себя не чувствовал.       Джисон решил зайти за кофе по дороге домой, чтобы немного взбодриться, прекрасно понимая, что впереди его ждет долгая бессонная ночь. Телефон коротко пищит, оповещая о новом сообщении, из-за чего Джисону приходится нехотя вытащить руки из карманов куртки, чтобы глянуть на экран. чанбин: ты выучил билеты?

джисон: ни одного

чанбин: и ты собираешься все их за сегодня учить? да ты рехнулся

джисон: все предыдущие экзамены я как-то сдал, значит и с этим все будет ок если ты так переживаешь за меня то ради морального благополучия жду завтра упаковку кислого мармелада все давай пока я иду познавать науку!

чанбин: я поставлю за тебя свечку…       Джисон усмехается, убирая телефон в карман. Наверное, если бы он начал готовиться чуточку раньше, было бы не так сложно. Хотя надежда на то, что у него в памяти отложилось хотя бы часть материала, пройденного за эти полгода, все еще теплилась где-то внутри. Не зря же он присутствовал почти на всех лекциях.       Какой идиот вообще придумал эти экзамены, по нему не видно что ли, что он и так пашет, как бешенный? Ну и черт с ними, с этими экзаменами, может вообще не готовиться и прийти так? Ну нет. Джисон ведь теперь взрослый и ответственный человек. Так что, он подготовится, как сможет, и попробует сдать на 4. Ну, может, хотя бы на три. Если повезет.       Джисон заходит в булочную, где делают хороший кофе. Хан про себя называет ее пирожочной, потому что помимо пирожков с мясом ничего съедобного тут нет. Старая женщина, которая занимается выпечкой, видимо, забыла все рецепты, кроме мясных пирожков и теперь травит покупателей. Но кофе здесь отличный. Возможно, из обычной кофе-машины и потому дешевый, но ничего другого поблизости нет, а дома ждет только растворимый нескафе голд, который Джисон терпеть не может. Он в принципе не придирчивый, лишь бы не нескафе голд.       Он снова достает телефон, проверяя оповещения, убеждаясь, что кроме Чанбина ему, видимо, никто и не пишет.       Парень подходит к кассе, заказывает кофе и замолкает, обдумывая взять ему этот злосчастный пирожок или нет, параллельно начиная читать билеты, которые были скинуты на почту еще давным-давно. Да, многозадачность не его сильная сторона, потому что продавец, сидящий за стойкой, все еще ожидает, что он что-нибудь скажет или хотя бы посмотрит в его сторону.       Так и не дождавшись своего, тот спрашивает:       - Что-нибудь еще? – звучит знакомый голос, что заставляет Джисона оторваться от телефона и взглянуть в лицо напротив.       Он немного приоткрывает рот, задумываясь на пол секунды, чтобы произнести имя того, кто сейчас оказался перед ним. Темно-каштановые волосы забавно завязаны резинкой на макушке. Парень ехидно улыбается, видимо узнал Джисона еще в тот момент, когда он зашел в булочную.       Точно. Это тот, из медиков…       - Ли Минхо! – слишком громко выкрикивает Джисон, в начале радуясь тому, что вспомнил имя, а потом понимая, как это странно выглядело со стороны. Хан чутка сжимается, но потом расслабляется, когда слышит негромкий смех.       Минхо возвращается в прежнюю непринужденную позу, опираясь на руку, и тихо угукает, чуть поднимая голову, чтобы продолжить разговор.       - Хан Джисон, что-нибудь еще будете брать? – обращается он, снова улыбаясь. Они с Минхо не очень близки, просто часто обедают в университетской столовой, шутят и, кажется, иногда флиртуют друг с другом, не особенно обращая на это внимание.       Джисон подумывал попросить его номер после нового года. Глупо отрицать, что они друг другу симпатичны, но эти их перекидывания тупыми подкатами немного затянулись. Он думал, что до конца года больше его не увидит, так как кроме столовой они, по сути, нигде и не пересекались, а тут оказывается, что парень устроился работать именно сюда. «Наверное и живет где-то неподалеку…» - проскальзывает мысль в голове.       - А, да, мясной пирожок, - он немного задумывается, а потом понимает, что одним уж точно не наестся и спешно добавляет, - Два.       Джисон отходит, присаживаясь на пустующий пластиковый стул, в углу заведения. Он пытается сосредоточиться на прочтении билетов, но то и дело бросает короткие взгляды на парня за прилавком. «Черт, может позвать его на свидание?». Он опять задумывается, уставившись в телефон. «И куда его позвать? В кафе – будет банально и скучно, может в кино? Нет, это тоже днище. Просто прогуляться? Это только звучит хорошо, типо вечерняя зимняя прогулка, а по факту они замерзнут и разойдутся, или придется искать какую-нибудь кафешку, а это, опять же, банально и скучно. Чтобы не замерзнуть – нужно двигаться… Точно! Можно позвать его на каток. А вдруг он не умеет кататься? И вообще, он может не согласиться и сказать, что шутил все это время, может он вообще…». Еще больше накрутить себя Джисону не дает голос, зовущий его, очевидно, не в первый раз.       Ему приходится оторвать свой взгляд от мобильника, испуганно уставившись на Минхо.       - Я уже думал ты с открытыми глазами заснул, - он смотрит немного озадачено. Джисон встает со своего нагретого задницей пластикового стула и подходит к кассе.       Пока он идет, уверенность, что позвать Ли на свидание – хорошая идея, постепенно улетучивается. Так что, расплачивается он уже немного понуро и без особенной радости, с которой обычно покупал здешние пирожки. Телефон коротко вибрирует – оплата прошла. Он прячет его в карман, беря в одну руку пакет с выпечкой, а в другую стаканчик. Минхо снова принял свою обыденную позу, опершись на руку, наблюдая снизу вверх, за неловкими махинациями Джисона.       - Кажется оплата неполная, - серьезно и немного ехидно говорит тот. Джисон открывает было рот, чтобы возразить, но парень кладет на стойку свой телефон, с открытыми контактами, - не хватает твоего номера.       Тут Минхо начинает улыбаться, пристально смотря в глаза напротив. Хан немного смущенно и шокировано смотрит в ответ, подвисая. О, Господи! Это опять тупые подкаты! Ладно, он не лучше. Если вспомнить все его попытки заигрывания одновременно, можно умереть от стыда. Джисон наклоняет голову, так же улыбаясь, стараясь не обращать внимание на краснеющие щеки Минхо.       Он записывает свой номер и счастливый выходит из булочной. Теперь он точно обязан позвать его на свидание! На каток! Да куда угодно, на самом деле. Джисон весь светится, пока шагает до своей съемной квартиры, а зайдя туда, понимает, что у него вообще-то завтра экзамен. Он немного сдувается, но все равно садится учить билеты в приподнятом настроении. «Повезло же медикам, у них еще вчера был последний…» - думает Джисон, смотря на 33 билет.       Он сидит так до самого утра, засыпая в 6. Его будильник звенит ровно в восемь, заставляя оторвать, кажется, свинцовую голову от подушки. Хорошо, что она не болит, только ощущение, будто туда напихали ваты вместо мозгов. Не спать всю ночь перед экзаменом – самая отвратительная идея и такая в стиле Джисона. Он собирается с минимальной скоростью, выходя в 9 из подъезда и направляясь к автобусной остановке, все время стараясь не заснуть. К десяти – как штык в универе, около нужной аудитории. Он впервые за утро открывает телефон, смотря на сообщения. На одно больше, чем обычно.       В начале списка чатов идет Чанбин, который еще раз спрашивает, сколько в итоге билетов выучил Джисон. На самом деле Хан не зря полагался на свою память, чуть меньше половины он и так знал, по итогу большую часть выучил. Бояться ему нечего. Наверное.       Второе сообщение – от незнакомого номера, но Хан уже знает, что это Минхо. Парень пожелал ему удачи и спросил свободен ли он сегодня вечером. Конечно свободен! Джисон надеется, что не заснет посреди улицы, когда они пойдут гулять. минхо: удачи на экзамене! кстати, ты свободен вечером?

джисон: спасибо да, свободен но вообще-то я хотел первый спросить не хочешь сходить на каток вечером?

      Джисон стоит посреди коридора и по-дурацки улыбается в телефон. Сзади останавливается Чанбин, заглядывая через плечо в экран. Его брови стремительно ползут вверх.       - Так вы все-таки сошлись! Я уж думал до конца дней будете по-тупому катить друг к другу.       Он усмехается, хлопая Джисона по плечу. Тот поворачивает голову, и хмуро глядит Чанбину в глаза.       - Вообще-то мы еще не сошлись… - бубнит себе под нос Джисон, прижимая телефон к груди, - я позвал его сегодня на свидание!       - Серьезно? Вы два года бросали друг другу озабоченные взгляды, а ты только сейчас позвал его на свидание? – Чанбин, кажется, больше всех недоволен этой ситуацией. Он сейчас выглядел так, будто только что потерял все свои фигурки киношных персонажей, - Ты ужасен, Хан Джисон, - упомянутый хочет было возмутиться, но Чанбин поднимает палец вверх, прямо перед его лицом, заставляя немного отстраниться, - Но я рад за тебя!       - С-спасибо, - оторопело говорит Джисон, отводя руку друга от лица. Народа собирается все больше, и преподаватель начинает звать их внутрь. Как бы Джисон не старался, на пятерку его ответ не потянул, но твердая четверка прямиком в зачетке. Черт, да он гений! Чанбин смотрит на него немного обиженно. Он то готовился почти с самого начала, а по итогу оценки у них одинаковые.       Летящей походкой он покидает стены университета, не планируя возвращаться сюда ближайшую неделю. Как же прекрасна жизнь без долгов!       Его счастливая улыбка спадает с лица примерно через пять минут. Он чувствует, что чертовски хочет спать, еле как добирается домой и перед тем, как заснуть видит ответ от Минхо. минхо: конечно! тогда в 6, в центре

джисон: хорошо

      Он, наконец, со спокойной душой ставит будильник на 4, проваливаясь в сон.

***

      Чего можно ожидать от человека, который не спал всю ночь? Что он не встанет по будильнику. Чего можно ожидать от Хан Джисона, если он не спал всю ночь, но при этом проснулся утром? Что он не встанет даже по десятому будильнику.       Он открывает глаза, когда часы показывают начало шестого. Ему приходиться потратить несколько минут, тупо моргая, уставившись на цифры. До него не сразу доходит, что он вообще-то опоздает, если сейчас же не выйдет из дома.       Хан переодевается с ошеломляющей скоростью, вылетая из квартиры как можно скорее. Он подбегает на остановку в тот момент, когда автобус подъезжает. «Успел…» - облегченно проносится в голове. Он запрыгивает внутрь, садясь на свободное место, чтобы отдышаться. Вечерние пробки не обходят стороной, поэтому он приезжает на место за две минуты до шести. На площади много народа и Джисон даже не представляет, как ему найти среди них Минхо. Он решает написать тому, чтобы он подошел к одному из киосков, стоящих по кругу. В одном точно продают отличный малиновый чай и пончики с джемом.       Он переминается с ноги на ногу, после того как отправил сообщение, куда нужно подойти Минхо. У Джисона какой-то совсем ненормальный мандраж, будто он не на свидание пришел, а устраиваться на работу. С Ли было так легко заигрывать в столовой, но сейчас у него просто все мысли при виде него вылетают из головы. Он подходит весь такой красивый, с красными щеками и шарфом, натянутым чуть ли не до лба, все же оставляя глаза-щелочки, прикрытые из-за мороза. Минхо был выше Джисона, но выглядел как медведь в этой толстой короткой куртке. Хан, конечно, знал, что он не лучше, в теплых штанах, шапке с ушами и куртке чуть выше колен, которая, почему-то делала его на фоне Минхо еще меньше.       Они глядели друг на друга довольно долго, пока Джисон наконец не опомнился.       - П-привет, - он запнулся, глядя в глаза напротив.       - Привет, - опять эта его улыбка. Джисон сойдет с ума к концу прогулки, это слишком для него.       Оцепенение окончательно спадает, заставляя обоих засмущаться. Минхо быстро берет себя в руки, хватая Хана за запястье и пробираясь к прокату коньков. Он начинает рассказывать, что когда-то ходил вместе с Феликсом – своим одногруппником, с которым знаком чуть ли не с пеленок, на фигурное катание. Правда Минхо хватило всего на пару месяцев, но факт есть факт.       Они подходят к небольшой очереди, становясь в конце.       - Я как-то ходил на шахматы. Несколько недель, потом мне надоело. А еще на плаванье. И танцы. И, кажется, в театральный кружок. Но я нигде не задерживался.       Джисон немного задумывается, но, кажется, в голове больше ничего не всплывает.       - Может ты Шекспира наизусть прочитать сможешь? – Минхо поднимает брови в ожидании, но Джисон спускает его с небес на землю.       - Могу только стих про индюка, – сощуриваясь, отвечает Джисон.       Они глупо улыбаются, смотря друг другу в глаза. Опять.       Их болтовня затягивается, очередь подходит к концу, и они забирают коньки с выдачи, оплачивая.       Джисон и не думал, что Минхо живет так близко к нему. Но тот сказал, что переехал совсем недавно. Оказывается, он любит темный шоколад и старые американские сериалы, по типу «Доктора Хауса». А еще терпеть не может шерстяные носки, которые ему присылает мать каждую зиму. «Они жутко колючие!» - говорит он, когда они уже выходят на лед. Джисон начинает заливисто смеяться из-за чего поскальзывается и падает, утянув за собой Минхо. Они вдвоем валяются на льду, заливисто смеясь, пока люди объезжают два тела. Их заставляет подняться крик охранника, поэтому они поспешно отползают к бортику, цепляясь, чтобы встать. Задница Джисона болела от слишком частых падений, но он отказывался соглашаться, что плохо катается. «Это все лед! Ты глянь какой он…ну…Шершавый!» - Он защищался как мог, но в конце концов Минхо сказал, что слишком беспокоится за задницу Джисона и им пришлось уйти оттуда.       Джисон потащил Минхо обратно к киоску, около которого они встретились. Малиновый чай и вправду оказался изумительным. Хотя, возможно, это было из-за того, что он, все то время пока пил, не отрывал взгляда от человека, с которым шутливо (наверное, все же, нет) заигрывал два года. Это было такое упущение! Он ведь мог позвать его на свидание еще на первом курсе!       Сейчас ему точно жалеть не о чем. Он на свидании с самым прекрасным парнем в своей жизни, катался на коньках, а теперь пьет малиновый чай, сидя за столиком на улице. После этого вечера, у него на подкорке запечатается улыбка Минхо. Слишком красиво, чтобы забыть.       Холод начал сильнее колоть щеки, ветер к ночи неприятно задул со всех щелей и особенно грозно качал ели в парке, по которому они решили неспешно прогуляться до дома. Это самое неспешно превратилось в «скорее бы зайти в квартиру и закутаться в плед». Так что им пришлось поторопиться, чтобы не отморозить себе все на свете. Минхо жил ближе, поэтому после немого согласия они направились к нему. Только зайдя за порог, Джисон смог вдохнуть нормально. Кажется, он заснет сразу, как согреется. И буквально после одной чашки чая, приятного разговора и предложения посмотреть фильм, он понял, что засыпает. Минхо включил «Стражей галактики», аргументируя тем, что там классные песни. Он дал Джисону свою одежду, чтобы тот не сидел в джинсах, и они устроились на просторном диване. Не прошло и 10 минут, как Ли увидел клюющего носом Хана. Ни слова не говоря, он протянул руку к его макушке, позволяя лечь к себе на колени. Он не уверен, сколько прошло времени. Просто в один момент разговоры актеров превратились в тишину.       На утро Хан Джисон, выспавшийся и растрепанный, очень долго рассматривал лицо Минхо, на которого забрался ночью.       Это, пожалуй, было самое спокойное и размеренное утро, которое он помнил. Но ему нужно было идти домой. Ему нужно было прибраться к празднику. Приготовить что-нибудь. И написать Минхо 31 числа, что немного скучает и немного хочет встретить вместе новый год.       Джисон помнит, как глупо они двигались под музыку после второй бутылки шампанского. Как приятно было слизывать это шампанское с губ Минхо и как громко пускали салюты.