Happy accident

«А мы напоминаем, что до Нового года осталось всего три часа! Надеюсь, вы уже приготовили все закуски и запаслись бокалами с шампанским! А сейчас, чтобы поддержать ваше настроение, или может быть кому-то поднять его, мы включаем знаменитую песню George Michael "Last Christmas"» – Как будто других песен нет, – фыркает Минхо, поправляя листы, чтобы они были сложены ровной стопкой. Он презрительно косится на радио коллеги, что работает с самого начала дня, не замолкая. Минхо уже тошнит от всех этих новогодних песен, что крутят каждый год. Иногда в чарты врываются новенькие хиты, но быстро теряются на фоне общепринятой классики. Минхо вздыхает, убирая папки со стола в выдвижные полки, выключает компьютер и, наконец, вырубает радио, наслаждаясь тишиной. Его подопечные уже разошлись по домам готовиться к празднованию, пока лидер команды доделывал все дела, заканчивая отчёт для начальства за весь отдел. Минхо не особо спешит домой. Его там никто, собственно, и не ждёт. Минхо не фанат всех этих праздников, он не отмечает Новый год, отмахивается от приглашений друзей, заявляя, что ничего значимого в этом событии не видит. Ну подумаешь, ещё один год, уже в 2023 раз. Минхо и от подарков отказывается, разъясняя, что у него не День рождения и повода для них нет. Минхо не злой и обиженный на всех дед, скупердяй или отшельник. Просто в его семье этот день всегда был самым обычным: никакой ёлки, никаких разноцветных гирлянд, никаких Дедов Морозов и подарков. И если маленький Минхо мечтал хоть раз отпраздновать наступление нового года со всеми почестями, как в других домах, то нынешний – нет. Он слишком загружен взрослой жизнью, захвачен в плен заботами, увлечён работой. Минхо лидер маркетингового отдела в крупной фирме и ужасно собой гордится. Он долго и стремительно шёл к этой должности и безумно рад, что получил её. Минхо гиперответственный, чуткий и в меру строгий. Для него сейчас превыше всего работа, карьера, а уже потом личная жизнь и всё остальное. Хотя личной жизни у него никакой и нет вовсе. Минхо обводит взглядом помещение, проверяя, чтоб нигде ничего не было включено. Ему осталось только занести в подсобку коробку с вещами, что использовали на корпоративе, и он свободен. Ли планирует быстро с этим управиться, заехать по пути в магазин, купить себе бутылку вина и пить дома в гордом одиночестве. Он проводит так, наверное, уже три года новогодние праздники: сидя в гостиной, смотря телевизор и опустошая дорогие изысканные напитки. И забавно, что на вопрос друзей, доволен ли Минхо своей жизнью, тот чёткого ответа дать не может. Его вроде всё устраивает, а вроде и хочется чего-то большего. Но увы, Минхо слишком ленив, чтобы что-то менять. Минхо открывает дверь подсобки, держа коробку в руках, локтем умудряется включить свет, жмурясь от яркой вспышки лампочки, убирает картонный ящик к остальным и отряхивает руки друг о друга. Минхо потягивается, разминая мышцы, которые уже затвердели из-за того, что он просидел в одном положении более семи часов, делая редкие перерывы на обед и туалет. – Что, старичок, кости ломит? – Минхо слышит этот надменный голос, который ненавидит всеми фибрами своей души. – Смотри, не развались тут. – Что тебе надо, Хван? – Минхо разворачивается и натыкается на пару зелёных нахальных глаз. – Ничего, – на чужих губах цветёт широкая, но как называет её Минхо, идиотская улыбка. – Зашёл положить на место стремянку, а вижу тут уже свет включен. Думал, кто же из сотрудников ещё не свалил домой праздновать, а оказалось, это наш местный Гринч. – Я не Гринч, – сквозь зубы шипит Минхо. – Я просто не люблю праздновать Новый год. – Как скажешь, Эбенизер Скрудж, – Хёнджин продолжает подкалывать Минхо и убирает стремянку в угол подсобки. Минхо закатывает глаза, не желая ругаться с этим человеком. У Ли и так настроения нет, а пособачившись с Хваном, оно так вовсе уйдёт в минус. – Будешь в одиночестве тухнуть дома? – не унимается Хёнджин. – Не твоё дело, – огрызается Минхо. Ли собирается пойти на выход, но путь ему преграждают. – Что тебе нужно? – Ничего, – кокетливо отвечает Хёнджин, улыбаясь. – Просто хотел узнать, проработал ли ты план на следующий триместр, чтобы опередить нас. В этом вы отстали, – Хёнджин смотрит высокомерно, злорадствует. Минхо сдерживается, чтобы не втащить ему. – Ты такой нарцисс, Хван Индюк, – выплёвывает в лицо сопернику Ли. – Не переживай, в следующий раз отставать будешь ты. – Да? Забавно, ведь я слышу это постоянно, но почти всегда выигрываю, – Хёнджин невинно хлопает ресницами и склоняет голову набок. Минхо и Хёнджин – лидеры двух конкурирующих отделов. Их отношения сразу не заладились. Минхо хочет везде и всегда быть первым, а Хёнджин хочет везде и всегда превзойти Минхо. Минхо берёт опытом, стажем, а Хёнджин – молодым взглядом и креативностью. Их сосуществование превратилось в соперничество, где каждый жаждет утереть нос другому. Никто им увольнением не угрожает и зарплаты понижать не будет, но Минхо не терпит поражения, у него принцип побеждать. А тут явился какой-то Хван Хёнджин, и всё идёт по одной наклонной. Минхо начал косо смотреть на Хёнджина ещё когда этого стажера стали часто хвалить на собраниях, затем его с объятиями и аплодисментами приняли как постоянного сотрудника, а потом, буквально спустя пару месяцев, неожиданно назначили лидером отдела. Вот такой быстрый карьерный рост, отчего Минхо вспылил. Он не из тех, кто завидует успехам других, просто ему ради этой должности не один год пришлось лопатить, а Хёнджину досталось всё как-то быстро. Бесспорно, Ли признаёт, что Хёнджин отличный работник: его идеи хорошие, парень способный и толковый. Но такой скачок в его карьере не даёт Минхо покоя, и ненависть никуда уходить не хочет. Хван умудряется портить Минхо жизнь, постоянно выигрывая по отчётам и планам, получая похвалу от руководителей. Ли считает свою нелюбовь к Хёнджину очень даже оправданной и менять о нём своё мнение не собирается. – Чего затих? Хвостик поджал, трусливый кролик? – Хёнджин насмехается, скрещивает руки на груди. – Сдайся и признай, что не способен обойти меня и мою команду. – Я тебе сейчас лицо разукрашу и… – останавливает угрозу Минхо и его сильное желание проехать кулаком по самодовольной физиономии звон ключей в замке. Кто-то запирает их на замок, дёргая напоследок ручкой, проверяя, что дверь не открывается. – Чёрт, – ругается под нос Минхо и бежит к выходу. Он тарабанит кулаками по двери, параллельно дёргая треклятую ручку и крича во весь голос: – Эй! Откройте! Откройте эту чёртову дверь! Слышите?! Никто на помощь не спешит, выйти не получается, а голос начинает хрипеть. – Прекрати, видишь же, бесполезно, – Хёнджин оказывается рядом, вздыхает, смотря потерянным взглядом. – Да? Ну тогда ты сделай что-нибудь! – Минхо отходит, пропуская к двери коллегу. – Я… я не знаю, что делать, – Хёнджин испуганно бегает глазами. – Может, попробуем выломать? – Не верю, что соглашаюсь с тобой, но давай, – Минхо выдыхает, мирясь, что без совместных усилий они просто не выберутся. – На счёт три наваливаемся вместе, понял? – Хёнджин кивает. Мужчины отходят назад на пару шагов для разбега, Минхо сверлит дверь злобным взглядом. – Раз, – Ли начинает считать. – Два, три! – оба резко подаются вперёд, прикладываясь одномоментно телами к двери. Увы, ничего не выходит. – Блять, – выругивается Минхо, пиная дверцу. – Есть ещё идеи? – Нет, – дрожащим голосом шепчет Хван. – Кто вообще не увидел свет и запер нас?! – Скорее всего уборщица, – выдыхает Минхо, зачёсывая волосы назад. – Как обычно, ходит в наушниках и ничего вокруг не замечает. – М-да, и как быть? Кричать бесполезно, она не услышит, а офис почти пуст. – Не знаю, надо что-то придумать, – Минхо нервно стучит носком ботинка о пол. – У тебя есть с собой мобильник? Позвони кому-нибудь. – Нет, я не брал телефон. Он на столе лежит. Думал, просто оставлю коробку и вернусь, – Минхо устало трёт переносицу. – А ты? – Видимо, тоже, – Хёнджин проверяет свои карманы, отрицательно мотая головой. – Кажется, я ставил его на зарядку, прежде чем пойти сюда. – Класс, я застрял здесь на хер знает сколько времени, ещё и в праздник, ещё и с тобой. Супер, – слова Минхо пропитаны иронией и отчаянием. – Я тоже не особо рад знаешь ли. У меня сегодня намечалось свидание с одним горячим парнем, которое перетекло бы в бурную ночку. Но всё сорвалось, – фыркает Хёнджин, облокачиваясь на стол. – Ой! – Хван вскрикивает, прикладывая ладони ко рту. Минхо аж вздрагивает от неожиданности. – Прости, что хвастаюсь. Тебе-то, наверное, одному сложно, да? – Умолкни, – рычит Ли. – А что, давлю на больное? – и вновь эта надменная усмешка. – Если ты сейчас не закроешься, то здесь найдут одного человека и один труп. – Оставь свои угрозы при себе, Ли, и лучше подумай, как нам выбраться. У меня нет желания торчать в новогоднюю ночь тут с тобой. – Аналогично, – шипит Минхо, поправляя лацканы пиджака. Ли косится на ручку, что дёргать больше не имеет смысла: она не поддастся. Вздохнув, Минхо обращает внимание на весь имеющийся в подсобке хлам, надеясь зацепиться за то, что поможет им выбраться. Ничего тяжёлого, чтобы сломать замок, нет. Только склад бесполезных вещей и стремянка, от которых помощи ноль. Минхо прислоняется к стене, пытаясь вести мозговую деятельность. Выходит не очень, голова плохо работает к концу дня, Ли вымотан, а единственное желание – это попасть домой и лечь спать. Путного на ум ничего не приходит, оленьими ушами на ободке дверь никак не откроешь. – Не понимаю, зачем вообще закрывать подсобку. Она же доступна для всех сотрудников, и ничего важного в ней нет, – ворчит Хёнджин, усаживаясь на столешницу. – Потому что офис не будет работать все праздники, закрывают на это время все помещения. Да и если нет ценного, всё равно тут имущество компании, за которое руководители и сотрудники несут ответственность. – Кто-то решится что-либо воровать отсюда? – Может быть. Стремянка, например, вещь очень даже нужная. – Только если чтобы повеситься, – фырчит Хёнджин, вздыхая. – Ну вот, что за невезуха? Я так хотел пойти на эту свиданку. Я столько ломался и игнорировал Чанбина, столько мучал его ожиданиями, чтобы потом согласиться и принять приглашение встретить новый год вместе. А по итогу застрял в дурацкой подсобке. – И зачем? – устало спрашивает Минхо. – Что «зачем»? – Зачем ты его морозил, если всё равно согласился? – поясняет Ли. – А, ну он же не думал, что так легко меня получит. Я не так прост, он должен был приложить старания. – Но мучать так зачем? Ты садист? – Нет, просто не хочу выглядеть в его глазах легкодоступным, – Хёнджин жмёт плечами. – А разве, согласившись, ты так не выглядишь? – Минхо ухмыляется. – Нет, я же не сразу согласился. Он побегал за мной, поухаживал, а потом получил «да». – Тупо. – Не тебе осуждать мою личную жизнь, Ли, – Хёнджин на секунду сводит брови к переносице, но быстро расслабляется. – К тому же, у тебя её вообще нет. – Я и не жалуюсь, – фыркает Минхо. – Меня всё устраивает. – Не сомневаюсь. Небось у тебя дома пять котов, с которыми ты проводишь всё свободное от работы время. По ночам ревёшь над романтическими сценами из фильмов, а днём шикаешь на каждую влюблённую парочку, что видишь на своём пути. – Нет, я так не делаю, и котов у меня нет. – Ого, ты настолько одинок. Почти сочувствую. Даже не представляю, как ты живёшь. – Мне не нужно твоё сочувствие, Хван. Оставь его при себе, – Минхо по новой начинает злиться. Этот парень просто мастер выводить Ли из себя. – Остынь, котик, и спрячь свои коготки. Или я за живое задел? – Хёнджин довольно улыбается, найдя чем себя развлечь. – Меня не беспокоит эта тема, – Минхо плохой лжец, но надеется, что на Хване сработает. – Заметно, сейчас лопнешь от злости, – Хёнджин начинает смеяться, откровенно издеваясь над Ли. – Наверняка и от недотраха страдаешь. – Хван! – рычит Минхо, буравя младшего самым ненавистным взглядом. – Что? – Хёнджин как ни в чём не бывало хлопает глазами. – Я превосхожу тебя и в работе, и в личных достижениях? Обидно? Завидно? – Чего ты добиваешься этим? – Я? Ничего. Мне просто нравится злить тебя. Нравится забирать победу из твоих лапок и смотреть, как ты глотаешь за мной пыль. Ты даже представить себе не можешь, сколько удовольствия я от этого получаю, – улыбка становится дьявольской, Хёнджин похож на чокнутого и помешанного. – Точно садист, – заключает Минхо. – Ну, может быть, – вновь кокетливо и невинно отвечает Хёнджин, болтая ногами. Между ними повисает тишина. Минхо ликует, что его собеседник наконец замолчал. Слушать колкости в свой адрес крайне раздражает. Да, у Минхо никого нет, да, он не сторонник таких связей, как Хёнджин, и что? Разве это делает Минхо плохим? Нет, только одиноким. На Ли по вечерам иногда нахлынывает тоска и грусть, что никто не делит с ним кровать, никто не встречает его с работы, никто не дарит ему тёплые объятия и сладкие поцелуи. С Минхо даже не знакомятся; может это потому, что он никуда особо не ходит, кроме работы, а там он никому не нужен в этом плане. Друг советовал ему скачать приложение для знакомств, но им Минхо не доверяет. Пойти на свидание вслепую тоже не хочет: неизвестно, кто на эту встречу придёт и что из этого выйдет. В клубы Минхо не ходит, он не любитель таких мест: там слишком многолюдно и шумно. Так что своему одиночеству Минхо не удивляется, скорее просто тонет в его пучине и не знает, как выбраться. Да и не понимает, стоит ли вообще пытаться, ведь потом чахнуть из-за разбитого сердца совсем не хочется. – Почти девять вечера, – нарушает молчание Хёнджин. – Мы тут уже минут пятнадцать сидим. – У меня всё ещё нет идей, как нам выйти, – обречённо выдыхает Минхо. – Я тоже ничего не придумал. – Удивительно, ведь твоя голова – это сплошной генератор идей, – саркастично говорит Ли, закатывая глаза и всплёскивая руками. – Да, знаю, Ли, я поэтому и на первом месте. Просто сейчас моя голова забитая лишь мыслями о красивом качке, который наверняка ждёт меня у себя дома. Ах, – Хёнджин мечтательно вздыхает, – вот бы успеть к полуночи выбраться. Я так жажду ощутить, как эти мускулистые руки окажутся на моей талии и… – Избавь меня от своих влажных фантазий, – прерывает его Минхо, цокая. – Ну да, у тебя, наверное, их вообще нет, – фыркает Хван. – Ты в отношениях хоть раз состоял-то? – Тебе какое дело? – Ответь. – Ну состоял я и что? – сдаётся Минхо. – Ого, а секс был? – Хван! – гаркает на Хёнджина Минхо, выходя из равновесия. – Ладно, ладно, – Хёнджин поднимает ладони вверх в примирительном жесте. – Ты просто кажешься неприступным таким, холодным, я бы даже сказал: ледяным. И ходишь всё время с такой миной… жуть, – Хван вздрагивает. – С какой? – Минхо щурит глаза и выгибает одну бровь. – С вечно злой и недовольной, будто все вокруг тебя бесят. И как твоя команда тебя терпит? Я бы боялся с тобой работать. Ты похож на человека, который убьёт, если запятую где-то пропустишь. А от твоего взгляда даже у моих подопечных мурашки бегут по коже, – Хёнджин высказывается крайне эмоционально, активно жестикулируя руками. – Ну спасибо за такой детальный портрет, – Минхо фыркает, отводя взгляд в стену. – А я правда… – чуть тише добавляет Ли, – правда так выгляжу со стороны? – Да! Именно так! И главное, даже не понятно почему, будто тебя или жизнь обидела, или кто-то конкретный, – Хёнджин подпирает щёки руками, опираясь локтями на бёдра. – Кто-то конкретный, – с толикой обиды бубнит Ли. – Да? – Хёнджин вновь садится прямо, явно заинтересованный. – И кто же посмел? – Неважно, – Минхо отворачивает голову от Хвана. – Да ладно тебе, колись давай, – Хёнджин ёрзает на столе, сгорая от любопытства. – Твой бывший? Или сосед? Рассказывай. – Я не обязан тебе говорить, – Минхо продолжает рассматривать стену. – Ну и не надо, – фыркает Хёнджин, скрещивая руки на груди. – Вредный. Минхо мотает головой, упирается затылком в стену и прикрывает глаза. Между ними снова повисает тишина, которая затягивается на дольше, чем предыдущая. Минхо прижимает к себе колени, обнимая их руками. Очень сильно хочется есть и спать. Ли уже плевать на свои планы в виде бутылочки вина, сейчас главное выбраться отсюда. Только как – совершенно не понятно. Минхо не замечает, как проваливается в неглубокий сон. Он вымотан и грезит только о сытном ужине и тёплой кровати. Он тихо посапывает, так и прислонившись к стенке. Может быть, решение приснится ему, и сознание подскажет, как им выбраться. От дремоты его будит Хёнджин, тряся аккуратно за плечо. Ли сонно моргает, пытаясь сфокусировать свой взгляд и понять, что происходит. Минхо растерянно крутит головой и осознаёт, где он и почему над ним нависает Хван. Трёт ладонями глаза и выпрямляет затёкшие ноги. Ну вот, ко всем его проблемам добавилась и больная спина из-за сна в неудобной позе. – Что-то стряслось? – зевая, спрашивает Минхо. – Нет, просто до Нового года осталось пятнадцать минут, – грустно вздыхает Хёнджин, присаживаясь рядом. – Я так долго проспал? – Типо того, – кивает Хван. – Я сам заснул и проснулся минут пять назад. – М-да, – Минхо поджимает губы. – Видимо, будем тут встречать праздник. – Всегда мечтал об этом: отмечать наступление нового года в пыльной подсобке, – иронично вздыхает Хёнджин. – Мечты сбываются, – хмыкает Минхо, на что Хёнджин цокает. – Минхо? – аккуратно обращается к старшему Хван. Минхо удивлён, что к нему обратились по имени, но не акцентирует на этом внимание. – Что? – Почему ты меня так ненавидишь? – внезапно спрашивает Хёнджин, заставляя Минхо напрячься. Ли задумывается на какое-то время, пытаясь подобрать слова и дать чёткий ответ. – Зачем ты… – начинает Минхо, но оказывается перебит. – Меня всегда это интересовало. Твои глаза, что пуляли в меня молнии, ещё когда я был стажером. Ты на каждом собрании во мне дырку прожигал. Меня приняли в штат, и ты будто стал недолюбливать меня вдвойне. Я правда не помню ни одного конфликта между нами или каких-либо моих проступков в твой адрес. – Почему ты заговорил об этом? – всё, что в силах выдавить из себя Ли. Ему впервые стыдно за свои действия в адрес Хвана. – До нового года осталось не так много времени, мне не хочется вступать в него, имея с тобой недомолвки. Да, у нас вражда, мы взаимно испытываем нелюбовь друг к другу, зацикленные лишь на нашем соперничестве. И не хочу показаться бестактным, но её начал именно ты. А я очень сильно от неё устал и хочу закончить. Поэтому давай выскажем друг другу все претензии и начнём с чистого листа, – Хёнджин мило, впервые искренне улыбается Минхо так, что у того перехватывает дыхание. Он сидит с раскрытым ртом, глупо таращится на младшего. Что нашло на этого парня? Минхо кажется, что тут есть подвох, но идея выговориться – ему очень даже по душе. – Я начал?! – Минхо возмущается. – Да это ты всё это затеял. Я из-за тебя такой злой и рассерженный всё время! – Но… но что я сделал? – Свалился из неоткуда! – Минхо натыкается на непонимающий взгляд. – Ты, как та самая выскочка, взялся из неоткуда и сразу стал звездой офиса. Опережая твои догадки отвечу сразу: нет, я тебе не завидовал. Я просто был в недоумении, как такой обычный стажёр мог получать столько внимания и похвалы. Ты был довольно быстро принят на постоянную основу и получил вскоре повышение, к которому я шёл годами! Никто ещё из сотрудников так резко не достигал таких успехов, а ты… ты вот просто шагал по карьерной лестнице, как по обычной! Это бесило и злило! – грудь Минхо тяжело вздымается и опускается, он замечает, что немного покраснел от злости и смотрит на Хёнджина глазами, полными раздражения и обиды. – А потом ты постоянно опережал план, забирал себе лучших клиентов, по графикам ваш отдел всегда обгонял мой. И если бы дело тут было только в продуктивности, но нет! Ты специально всё это творил! Ты намеренно лез из кожи вон, чтобы отобрать у меня победу. Руководство одаривало тебя комплиментами, пока я слышал утешительные слова. И ты глумился же! Ты постоянно надменно смотрел на меня, бросал свои дебильные шутки и одаривал меня насмешками. И это бесило лишь больше! Я готов был рвать на себе волосы от злости и отчаяния. Я… я просто жил и ненавидел тебя, зная, что это обоюдно, – шепчет Минхо, опуская голову. С плеч свалился какой-то тяжёлый груз, дышать стало чуть легче. Минхо утыкается лицом в руки. – Ох, – грузно выдыхает Хёнджин, перебирая свои пальцы. Он потрясён и в шоке от услышанного. Сглатывает, готовясь отвечать на такое ярое высказывание, собирая мысли в кучу. – Что ж, я услышал тебя и рад в какой-то степени, что ты высказал мне всё это. Теперь я попробую прояснить всё, – Хван делает глубокий вдох-выдох. – Я никогда не испытывал к тебе ненависти, ты был для меня старшим, которым я восхищался, – у Минхо вновь потерянность в глазах, и Хёнджин спешит всё разъяснить, – Это правда, хён. Когда я только пришёл на собеседование, в тот день у тебя была какая-то презентация продукта. Ты так уверенно рассказывал, показывал на разные таблицы и схемы на слайдах, выглядел просто бесподобно. Я хотел однажды стать таким же. И я хотел познакомиться с тобой, хотел, чтобы ты меня заметил, чтобы похвалил, хотя бы один разочек. Я поставил перед собой цель попасть сюда, стать успешным сотрудником и услышать слова одобрения от своего кумира. И меня взяли стажером, я был так счастлив. Однако ты не замечал меня. Будто я пустое место и не достоин даже твоего взгляда. Поэтому я стал больше и лучше стараться. Не скрою, я подлизывался к руководству, брался за любое задание, что мне давали, выкладывался на двести из ста. Мне так хотелось, чтобы ты посмотрел на меня. Но ты был той ещё ледяной глыбой, – Хёнджин фырчит на Минхо. – Когда на собраниях меня выделяли среди остальных, я буквально пялился на тебя, ожидая твоей реакции, но ты так презренно окидывал меня взглядом, что я чуть не заплакал! Серьёзно, ты ужасен! – Хван несильно бьёт Минхо по плечу. – Но как тебя так быстро взяли в штат? – Мой дядя, оказывается, друг одного из руководителей и дал на меня рекомендации. Я не хотел, чтобы он вмешивался, но для меня это был шанс чаще видеться с тобой. Я подумал, что может на своего коллегу ты станешь смотреть добрее. Но ты так и продолжил на меня злобно коситься. Хотя я пытался и тебе угодить, предлагая свою помощь по отделу. – Подожди, а должность лидера отдела? Тоже дядя? – Минхо заламывает брови. – Нет, просто эта должность была мало кому интересна, отдел был слабым. Нужен был тот, кто согласится взять на себя такую ответственность. Не могли же сказать, что нужен начальник для шести калек-лентяев, вот мне и предложили. Сказали что-то про мою способность, талант и мозговитость. Но опять же, я видел в этом шанс стать к тебе ближе. Думал, что, став наравне с тобой, я заполучу твоё уважение. Тут снова крах, – Хёнджин делает взрыв ладонями, разводя их с характерным звуком в разные стороны. – А это дурацкое соревнование? К чему оно? – Ты сам смотрел на меня свысока, когда первый раз превзошёл по показателям. Я чувствовал себя лузером и был обязан отыграться. Плюс, я думал, что так ты точно взглянешь на меня по-другому. Разглядишь во мне потенциал. Но ты всё растолковал иначе, стал плеваться в меня ядом и развязал эту войну. А поскольку мой отдел – это шайка ленивых клоунов, то почти всю работу я тяну один. Но ты – очень хорошая мотивация. Да и так ты хотя бы разговаривал со мной, пусть диалоги и состояли из взаимных подъёбов. – Так запутанно, – Минхо чувствует, как кипит голова от переизбытка информации. Ещё чуть-чуть, и она просто лопнет. – Просто кое-кто упёртый баран. Ты сам построил между нами такие отношения, выстроил эту стену, а меня ещё и виноватым сделал. – Прости, – Минхо еле шевелит губами, – прости меня. Мне жаль. – Я тоже виноват, мог быть умнее и промолчать, а сам вступил в твою игру, соблюдая все правила. Я слишком хотел твоего внимания и одобрения и не осознавал, что получал-то я не то, что мне нужно. Вместо симпатии вышла ненависть. – Мы оба такие дураки, – Минхо издаёт смешок. – Думаю, это к лучшему, что мы всё прояснили. – Да, я очень счастлив. Теперь-то ты хоть не будешь пугать всех в офисе своей угрюмой миной. – Эй! Нормальное у меня лицо, – Минхо в шутку пихает Хвана в бок. – Да, да, а все отделы аж дышать перестают. – Ой, не драматизируй. – Ни капельки! – Хёнджин отрывается от стены. – Так всё и есть. – Верю, – Минхо расслабленно улыбается, забавляясь с такого по-детски возмущённого Хвана. Минхо не знал о такой стороне коллеги, но она ему определённо нравится. – Ты… – неуверенно начинает Хёнджин, обращая на себя взгляд Ли. – Ты… правда мне никогда не был противен. С первых дней и по сегодняшний, – на губах Хёнджина появляется смущённая улыбка. – Жаль, что я всё по-другому видел и не замечал твоих чистых намерений. – Ну есть ещё кое-что, что ты не замечал, – загадочно говорит Хёнджин. – Что же? – Моих чувств. Хёнджин резко подаётся вперёд и оставляет на губах Минхо быстрый поцелуй. Ли подвисает и шокировано смотрит на младшего. Хёнджин отводит глаза, вытягивая от нервов рукава пиджака, и суетливо продолжает: – Сначала я был уверен, что просто восхищаюсь тобой, однако это быстро переросло во влюблённость. Принять это было сложно. Я, можно сказать, подписал себе приговор о вечных муках неразделённой любви. Ну, смирившись, просто наблюдал издалека. И да, влюбиться в такую грозовую тучку, как ты, это верх абсурда, но, видимо, я немного глупый. – Как же многое я упускал, – с досадой в голосе заключает Минхо, отмирая, – хотя всё было перед носом. – Ты просто ничего, кроме этого самого носа, не видишь, – Хёнджин тычет указательным пальцем в кончик носа Ли, вызывая у обоих лёгкий смех. – Так, – Хван нервно крутит кольцо на пальце, – что ты скажешь на моё признание? Я понимаю, что ты долгое время терпеть меня не мог, и странно, если ты сейчас скажешь, что я тебе тоже нравлюсь, но прошу, хотя бы подумай. Мы никуда не торопимся, я подожду. – Ну, – Минхо задумчиво поднимает голову, устремляя ненадолго взгляд в потолок, – думаю, мне много времени на раздумья не понадобится, – Минхо лукаво улыбается, вводя Хвана в небольшой ступор. – Я так быстро получу отказ? – Хёнджин пытается шутить, но при этом сжимает ткань брюк. – Нет, – Минхо опускает руку на щеку Хвана. – Хван Хёнджин, я не настолько глуп, чтобы отказываться от предложения такого красавчика. Мне не каждый день, знаешь ли, в чувствах признаются. – Звучит не очень, – Хёнджин хмурится. – Будто я твоя последняя надежда и безысходность. – Нет, ты очень симпатичный парень, что действительно привлекал моё внимание и прочно засел у меня в голове. Возьми за это ответственность, – Минхо сближает их лица, медленно сокращая расстояние. – С удовольствием. Хёнджин успевает расплыться в улыбке и прикрыть глаза, перед тем как его губы накрывают губы Ли и начинают нежно их сминать. Поцелуй выходит тягучим, трепетным, они аккуратно изучают друг друга. Хёнджин готов расплакаться: он слишком долго ждал этого момента, слишком много думал об этих губах, мечтая, грезя о них. Минхо перемещает ладони на талию младшего, углубляя постепенно поцелуй. Минхо тянет Хёнджина на себя, заставляя сесть на его бёдра. Хёнджин обнимает Ли за шею, вжимаясь в тело Минхо. Они целуются жарко, страстно, чуть ли не съедая губы друг друга. Минхо сжимает тонкую талию, выбивая из Хвана тихие стоны, что теряются в поцелуе. Их языки сплетаются, борясь между собой. Видимо, они никогда не перестанут соперничать. Минхо вытаскивает рубашку из штанов Хвана, касаясь кожи, пуская по телу Хёнджина мурашки. Ли плавно переходит поцелуями на щёки Хёнджина, спускается к шее, но резко отрывается, вздрагивая вместе с Хваном. На улице грохотом раздаются взрывы петард и фейерверков. Хёнджин опускает глаза на наручные часы, сбивчиво шепчет: – Уже полночь, – счастливо улыбается, возвращая взгляд Ли. – С Новым годом, Минхо. – С Новым годом, Джини, – их губы вновь встречаются, соединяясь в невинном поцелуе. – Хён, – Хёнджин поправляет пиджак на плечах Ли, сияя, ярче всех звёзд на небе, – а ты знал, что с кем новый год встретишь, с тем его и проведешь? – Хёнджин кокетливо подмигивает. – Намекаешь, что теперь не отстанешь от меня весь год? – Минхо зеркалит улыбку напротив, поглаживает большим пальцем молочную кожу. – Именно, – Хёнджин тычется своим носом в чужой. – И меня очень даже устраивает такая перспектива. – А как же качок с крутыми руками? – Минхо насмешливо выгибает бровь. – Вроде очевидно, что я предпочту тебя. Твои шикарные бёдра меня привлекают в сто раз больше, чем какие-то руки. – Приятно слышать, – Минхо самодовольно ухмыляется. – К тому же, мои руки тоже вроде бы хороши. – Ну для этого я должен увидеть их без рубашки, – пальцы Хвана тянутся к пуговицам, намереваясь расстегнуть их. – Позволишь взглянуть и оценить? – Сомневаешься? – Просто хочу убедиться лично. Хёнджин выпускает верхнюю пуговку из петли, переходя к следующей. Вторая поддаётся так же легко. Минхо завороженно наблюдает за действиями Хёнджина, затаив дыхание. Такой Хван, сидящий на его коленях, растрёпанный, взвинченный, производит на Минхо неописуемый эффект. Минхо, пусть и невольно, всё-таки признавал Хвана ужасно красивым, невероятно привлекательным. Но злость на него затмевала рассудок. Минхо не пытался посмотреть на Хёнджина, как на мужчину, видя в нём только соперника и того, кто ему противен. Сейчас, вот так близко рассматривая Хёнджина, Минхо замечает маленькую родинку под левым глазом, красивые пухлые губы, пышные тонкие ресницы. Кажется, в Хване прекрасно всё, каждая его деталь. Тем временем Хёнджин справляется с третьей пуговицей, раскрывая для себя грудь старшего. Руки доходят до следующей, как возня в замке и звон ключей пугают до чёртиков, и парни отпрыгивают друг от друга чуть ли не в разные углы подсобки. Из-за двери выглядывает макушка сторожа, а за ним – и какого-то парня, которого Минхо видит впервые. – Джини! – восклицает тот и накидывается на Хвана с объятиями. – Чанбин? – Хёнджин растерянно моргает, косясь на Минхо. Ли лишь хмыкает, поднимаясь на ноги. – Я так волновался, Джини! – Чанбин крутится вокруг Хёнджина, как ужаленный, осматривая его на наличие травм. – С тобой всё хорошо? Ты не пострадал? – Хёнджин отрицательно мотает головой. – Отлично, – Чанбин облегчённо выдыхает. – Я ждал тебя всё это время и звонил тебе на мобильный, но ты не брал! Я так перепугался! – Но как ты… как ты нашёл нас? – Я поехал к тебе домой, но ты не открывал. Я решил, что ты не вернулся с работы и отправился к тебе в офис. На вахте сказали, что тебя ещё не видели, и я попросил пропустить меня поискать тебя. – Ох, так ты нас спас… – бормочет Хёнджин, освобождаясь от рук Чанбина и встаёт на ноги. Чанбин поднимается следом, придерживая за руку. – С вами всё нормально? – сторож подаёт голос, смотря на мужчин поочерёдно. – Да, полный порядок, – кивает Минхо, отряхиваясь. – Ну и чудно. Мне жаль, за такой курьёз и за то, что праздник вы встречали, будучи запертыми. – Ничего, это не ваша вина, – Минхо вымученно улыбается охраннику, покидая свою «темницу». Он оборачивается, желая сказать что-то Хёнджину, но затыкается, останавливаясь глазами на руках Чанбина, что крепко держат младшего. – Поедем ко мне, Джини? Пусть уже за полночь, но мы можем это восполнить, – Чанбин играет бровями, опаляя своим дыханием ухо Хвана. Минхо лишь фыркает, не желая больше тут оставаться, и разворачивается на пятках. – Всего доброго, господин Ким, хороших праздников, – Ли кивает сторожу и делает шаги в сторону своего стола. Ему нужно забрать свои вещи. – Минхо, стой! – Хёнджин вырывается из чужой хватки и рвётся к Минхо. – Подожди. – Джини? – Чанбин удивлённо смотрит на Хвана. – Ты куда? – Прости, Чанбин, но эту ночь ты проведёшь без меня, – без капли сожалений говорит Хёнджин. – Спасибо, что помог нам выбраться, но на этом всё, можешь идти. – Но, Джини… – Пока, Чанбин, всего наилучшего. Хёнджин уверенно идёт к Минхо и берёт его под руку, лучезарно улыбаясь. – Ты вот бросишь меня?! После всего что было?! – Но ничего не было, Бини, – Хёнджин невинно хлопает глазами. – Извини, если дал надежды, но увы, эту ночь и все оставшиеся я буду делить с этим парнем. Прощай, – Хёнджин дарит Чанбину воздушный поцелуй и, ведя Минхо за собой, удаляется, не намереваясь что-либо ещё обсуждать. Чанбин провожает парочку недоумевающим взглядом, сдерживаясь чтобы не крикнуть вслед пару матов. Охранник чешет затылок, невольно став свидетелем какой-то драмы. Такое и по телевидению не всегда увидишь. – Жестоко ты с ним, – произносит Минхо, складывая в сумку свои принадлежности. – Так вышло, – жмёт плечами Хван, крутясь рядом в кресле. – Не пожалеешь? – Не-а, – Хёнджин с ответом не колеблется ни секунды. – Я ведь уже сказал тебе, что хочу провести весь этот год с тобой. – Только этот год? – Если мы проведём ровно год вместе, то на следующее тридцать первое декабря мы вновь окажемся рядом, а значит, и новый год встретим вместе и проведём тоже вместе. Всё просто. – Не передумаешь? Вдруг разочаруешься во мне? – Минхо наклоняется над парнем, опираясь на подлокотники. – Не дождёшься. Я слишком долго тебя добивался, чтобы так просто сдаться, даже когда настанут трудности. – Прямо-таки добивался? – Страдал и мучился. – Ну тогда, – Минхо склоняется ближе, – я должен отплатить тебе за все пережитые неудобства, – губы Ли застывают всего в паре миллиметров от губ Хёнджина. – Поцелуи подойдут? – Более чем, – Хёнджин подаётся вперёд, утягивая Минхо в новый сладостный и желанный для них обоих поцелуй. Возможно, Минхо всё же чуточку полюбил Новый год.