Блуждающий в сумерках

      Прошло еще чуть меньше недели. Для Нила это время протекло, как в тумане; он никак не мог свыкнуться с происходящими с ним событиями. Пожалуй, удивление сошло на нет, но осознание всё не могло догнать его. Такое с ним уже было. Как и в тот самый момент смерти и попадания в этот мир, он также не мог смириться с происходящим. Принятие - оно никак не приходило в его жизнь. Да, он согласился и был готов к своей участи, твёрдо уверенный в своём решении, но как же это было не справедливо. Ему, словно ребёнку, показали конфетку и даже дали лизнуть и тут же вероломно спрятали. Однако, вслед за своей доверчивостью этому миру, он не позволял случится еще одной глупости - отчаянию. Чего он не мог допустить, так это бессмысленных страданий по своей участи. Он всего лишь немного злился.       ...Нил прижал к себе гитару. Он сидел в одиночестве в маленькой гостиной Свонов, ожидая возвращения Чарли. Сегодня он пробрался сюда, чтобы вернуть на время воспоминания о том, как они жили здесь с Бэллой и Чарли. С тех пор многое изменилось. О своей прошлой жизни он и вовсе не вспоминал долгое время, и даже не осознавал отчего так: возможно, что это всего лишь насмешка судьбы, или у Нила чертовски короткая память! И вот сегодня он решил хоть на мгновение вернуться в это уютное гнёздышко. Нил осмотрелся, улыбаясь знакомым мелочам...       Ему так и не удалось увидеться с Бэллой: он порывался, но Элис уговаривала всякий раз, убеждая, что спешить не стоит -" придёт время и всё случится". Пребывая в этом подвешенном состоянии полужизни-полусмерти Нил весь извёлся. Он не очень-то верил в предсказания, он знал только сюжет истории, которая к этому моменту и вовсе изменилась. Заверения Элис о будущем казались смутными, не ясными, но более у него ничего не оставалось в качестве аргументов. Верны ли её слова или нет показать могло только время. И посвященные замерли в ожидании развязки.       ...Огладив пальцами струны, Нил стал их тихо перебирать, забывая где он находится. Сегодня он сбежал от Эдварда. Ему захотелось побыть одному и подумать. А также захотелось пообщаться с Чарли - единственным нормальным человеком, не волком и не вампиром. В городе моём улицы пусты...       Нил приподнял голову и прислушался, - на улице накрапывал дождь, всего лишь дождь в конце лета, - затем он продолжил: В городе моем улицы пусты Дождь случайный льется с крыш Плачут за окном поздние цветы Я молчу и ты молчишь В городе моем свет дрожит дневной Как душа моя точь-в-точь Были мы вдвоем, а теперь со мной Одиночество и ночь.*       Послышался сперва робкий, словно хозяин передумал открывать дверь, но затем Нил расслышал уверенный скрежет ключа и скрип открывающейся двери. Он поднял голову, всматриваясь в фигуру, застывшую в дверном проёме и рассматривающую его в ответ. От него потянуло свежестью трав и дождя. Нил улыбнулся уголками губ. Как же это все мне преодолеть Расставанье — маленькая смерть Расставанье — долгий путь к началу Но смогу я этот путь пройти когда-нибудь...*       Уложив пятернёй влажные волосы, Чарли с интересом рассматривал нежданного гостя, удерживая в руках намокшую рабочую куртку. Он устал, вымотался за эти тревожные и загруженные работой дни, и сейчас у него не было сил удивляться, и он совершенно точно не желал разгадывать шарады гостя о том, по какой причине и как надолго он задержится здесь; гостя, вздумавшего зачем-то проникнуть в его дом, и теперь спокойно играющего на гитаре и поющего странные песни. Где же ты, дай ответ Отзовись, мой друг Ау, ау, ау, ау, ау Но в ответ слышу я Только сердца стук..*       - Привет, Джейкоб, точнее Нил, вижу ты не против остаться и дождаться ужина? Вот и хорошо, - Чарли развернулся, и скрылся в кухне, но тут же высунул голову наполовину и спросил. - Кстати, что ты делаешь? Сидишь тут на полу... Но ладно... можешь продолжать. В городе моем в царстве суеты Кто-то мне звонит другой Но забудусь сном и со мною ты Самый долгожданный мой Если ты придешь — распахну я дверь Солнце в дом войдет любя Не придешь — так что ж, ты уж мне поверь Я забуду про тебя.*       - Что-то невесёлые у тебя песни, с младшим Калленом рассорились? - крикнул из кухонки Чарли, а Нил лишь улыбнулся: Чарли, несмотря на серьёзный вид, был эмоционально отзывчив и беспокоился о всяком, интуитивно чувствуя неладное. Но Нил и не скрывал своей грусти, а Чарли просто не знал, как проявить сочувствие. Долго проживая бирюком он отвык о ком-то заботится, и тем более проявлять свои эмоции. Взять хотя бы Бэллу, и Элис... Вот и сейчас, Чарли нервничал, но старался не выдать этого и потому вёл себя, как обычно. Чарли просто жил, преодолевая невзгоды в одиночку. Только сейчас Нил понял, что мистер Свон никогда особо и не жаловался, и тем более не наматывал сопли на кулак и не ныл.       - Так что там у вас стряслось, что ты даже сюда прибежал? - хмыкнул выразительно Чарли появляясь в широком проёме кухни с тряпкой-полотенцем и вытирая о него руки. Нил пожал плечом, сам не зная, что следует сказать, или лучше и вовсе промолчать. Пока он продолжал играть и не мешать Чарли хозяйничать на кухне. Как же это все мне преодолеть Расставанье — маленькая смерть Расставанье — долгий путь к началу Но смогу я этот путь пройти когда-нибудь. Где же ты, дай ответ Отзовись, мой друг Ау, ау, ау, ау, ау Но в ответ слышу я Только сердца стук...*       - Так. Ну всё, сдаём инструмент и живо за стол, - распорядился Чарли и шлёпнул полотенчиком Нила по макушке, вызывая у того искреннюю улыбку, - так-то лучше. Расскажешь всё за ужином.       Они уселись напротив друг друга. Чарли разогрел еду, видимо, купленную ранее на вынос. Бэлла бы не позволила ему питаться чем-то подобным, и приготовила бы сама, но её здесь не было.       - И? что не так? - всё же закинул удочку Чарли, невозмутимо поглядывая на своего молчаливого вечернего гостя и изучая его. В ответ Нил посмотрел на него внимательно.       - Всё нормально, мы не ссорились, просто, - и Нил замолчал, раздумывая, что от Чарли ему была не помощь, а поддержка, но как это пояснить? Да и Чарли был занятым человеком, чтобы тратить драгоценное время на его кислую рожу. Поэтому Нил улыбнулся неловко, под проницательным взглядом Чарли. Тот вскинул бровь, будто ожидая пояснений.       - Просто слишком много событий за последнее время, вот и захотелось побыть одному, - и Нил добавил, - сам не знаю как пришел сюда, просто ноги вели сами, и вот я здесь. Будто дома оказался. Извини, что заявился без предупреждения.       - А, - Чарли взмахнул рукой, прерывая речь и извинения Нила, - было бы за что извиняться. В кои-то веки гости пожаловали. Хотя в следующий раз, всё же предупреждай... Бэлла с Полом в поселении засели, я тут, снова один. Так что не помешаешь. Хочешь - оставайся.       - Спасибо, но я только в гости, а то кое-кто расстроится, если меня потеряет, - отказался Нил и посмотрел на него с благодарностью за щедрое предложение. Что-то внутри зудело: а может действительно остаться, но Нил задавил в зародыше сомнение.       Перебарывать себя оказалось непросто, особенно длительное время. Если бы Элис еще тогда сказала: вот сейчас, Нил, давай! И он бы незамедлительно выполнил просьбу и предназначение. Однако этот решительный шаг растянулся в пространстве и времени, будто напоследок всё сильнее испытывая его, мучая и насмехаясь. С каждым днём становилось сложнее, поэтому Нил попросту "сбежал", ненадолго, и пришёл к самому невозмутимому человеку в этой истории, чтобы побыть рядом и зарядиться его уверенностью и спокойствием.       - Как знаешь, - проворчал Чарли, - вы, молодежь, не сидите на одном месте. Я-то понимаю. Просто непривычно снова оказаться одному.       Нил вздрогнул, вспоминая об Эдварде. Что будет с ним? Парень снова останется один, точнее в одиночестве. А Нил его даже не вспомнит. Это так не справедливо по отношению к Эдварду, по отношению к ним.       - Скоро родится ребенок у Бэллы, с ним не заскучаешь, - напомнил Нил, вздыхая. Он ковырялся вилкой в остывающей еде на тарелке. Чарли сощурил глаза, присматриваясь к странному гостю. - Элис говорит, что очень скоро.       - Да, если бы я в ходе определённых событий, - тут Чарли оглянулся, словно их могли прослушивать, и продолжил тише, - не выяснил, что тут к чему, то весьма бы удивился внуку с хвостом.       - Хвост у него появится не раньше подросткового возраста, насколько мне известно, - рассмеялся вдруг Нил. Ему подумалось, что это странно разговаривать сейчас с будущим дедом, по факту ещё не являясь его внуком. Если, конечно, всё будет так, как говорит Элис. Странно, но не страшно. Нил впервые ощутил покой. Возможно, он зря накручивает себя. В конце концов, что будет дальше, он уже всё равно не узнает, так есть ли смысл переживать: выживет ли он или нет. - А знаешь, Чарли, я думаю, что ты будешь хорошим дедом. Замечательным.       - Ох, я всё ещё не могу представить себя в этой роли, - вздохнул Чарли. - Но что поделаешь, рано или поздно это должно было случиться. Бэлла уже не моя маленькая принцесса.       - Да, ты действительно будешь лучшим дедом, - и Нил улыбнулся с тоской: а каким он будет сам? И будет ли.       - Да уж постараюсь, - крякнул смущённый Чарли и нервно почесал нос, интересуясь, - кстати, как там Элис?       - Элис? - удивился Нил, приподнимая брови.       - Да, Элис, девчушка Калленов, такая милая и сообразительная, - смутился Чарли.       - Ну, нормально, она непредсказуемая девушка, никогда не узнаешь, что у неё на уме.       - А вот она будто видит все насквозь, - между делом произнёс Чарли, сам не зная насколько оказался прав. На губах Нила нарисовалась едва заметная понимающая улыбка.       С Чарли они расстались спустя чуть больше часа. Нил будто хотел запомнить всё вокруг, насильно запечатать в своей памяти. В доме Свонов все оставалось по-прежнему. Нил прошёлся в комнаты свою и Бэллы, безмолвно прощаясь с домом.       - До встречи, передавай "привет" Калленам и Карлайлу, он много нам помогает. И...       - Элис? - уточнил Нил, понимающе глядя на Чарли. Чарли что-то пробурчал, вызывая смех у Нила.       Но пришлось расставаться и более Нил не мог здесь задерживаться. И он, приобняв напоследок отца Бэллы, махнул рукой на прощание и скрылся в вечернем, промокшем от дождя лесу с гитарой за спиной...       Пару дней назад ему казалось, что он справится со своей долей, но чем дольше тянулось время, тем сильнее его одолевала тревожность. Он то замыкался, то напротив, был слишком активен и весел, и почти не отходил от Эдварда, впитывая его образ, впечатывая в память, его привычки, жесты, смех, каждое действие. Всё это походило на медленную изощрённую пытку.       Как ты будешь жить без меня? Будешь ли скучать?..       Нил всё меньше спал, стараясь как можно больше сделать важных дел, как он считал. Наблюдал за окружающими его существами - Калленами, волками, людьми. Всё размышлял: что будет, когда он исчезнет? Но в итоге лишь вздыхал, понимая, что жизнь без него не остановится и не замрёт. И мир не перевернётся. Поход к Чарли уверил его в этом окончательно.       И, конечно, больше всего Нил волновался за Эдварда. Парень любил его, любил Нила. И сердце Нила разрывалось от того горя, которое вот-вот настигнет его партнера, его возлюбленного, пребывающего в блаженной неизвестности. Они с Эдвардом продуктивно проводили вместе время в домике в лесу, часто провожаемые из дома Калленов под шуточки Эммета.       Где-то в глубине души Нил надеялся на чудо, такое маленькое, хоть одно, но затем всячески гнал эту мысль, считая это самообманом, всего лишь сладким дурманом, усыпляющим бдительность. Нил в сказки не верил даже здесь, в этом странном мире вампиров и волков-оборотней, и кто его знает кого ещё.       Каллены стали внимательнее к Нилу, часто спрашивали, всё ли с ним хорошо, явно беспокоились о нестабильном, тревожном состоянии своего дорогого гостя. Но Нил так ничего им и не рассказал, просто не мог, да и Элис молчала. Они молчали вдвоём о своей общей тайне. Иногда, когда Нилу было совсем невмоготу, то он шёл к ней и они вместе разговаривали. Он пел ей песни, она слушала.       Он не просил сохранить воспоминания о себе, рассказать ему, другому, о произошедшем. Всё равно он не мог ничего вспомнить, а его будущая судьба уже практически предрешена. Другой Нил сам будет распоряжаться своей жизнью. Прошлому место в прошлом.       Как-то раз Нил уточнил у Элис: возможно ли это - вспомнить свою прошлую жизнь. Но по её печальному и молчаливому виду понял ответ, и стало тоскливо на душе. Наверное, как думал Нил, и сама Элис страдала от этих знаний и тайн. Он сочувствовал Элис.       Часто он притаскивал гитару и пел все песни, что мог вспомнить. Ведь совсем скоро он забудет всё, поэтому его словно подмывало необъяснимым желанием выплеснуть все эмоции через музыку. Он записал ноты и тексты в небольшой блокнот, припрятав его с запиской внутри: "мне, новому". Вряд ли он откажется от музыки, так он убеждал себя, хотя это было бессмысленно. Бессмысленно строить планы за совершенно другого человека. Однако это успокаивало его.       Так как он большую часть времени проводил в кругу Калленов, к нему пробегали и Сет с Лией. Однажды заходил и Пол, но почти всё время проводил в молчании, лишь смотрел внимательно, будто изучал, отвечал на вопросы, а в конце поблагодарил коротко, но выразительно. И Нил не сразу понял, что тот имел в виду, когда говорил: "Спасибо". Элис же пояснила ему, что Пол имел в виду дружескую поддержку Бэллы, так как рассказывать ему о предстоящем никто не стал, опасаясь выдать раньше времени информацию Эдварду.       Так сложились обстоятельства, всего лишь. И он поступал так, как считал правильным. К сожалению, складывалось всё не в его пользу, но по другому решить эту проблему он не мог.       Возможно, Эдвард ему не простит этого решения, этого шага; того, что Нил поступил именно так. Возможно, возненавидит. Но Элис обещала позаботиться об этом. Ему-то, Нилу, будет уже всё равно, но сейчас он переживал и мучился за будущее горе, что он вынужден будет причинить дорогим людям.       Ещё одним ударом стал отъезд Джаспера, его буквально подкосили эти вести, и ко всем прочим переживаниям добавились ещё и эти. Джаспер решил присоединиться к Вольтури. Он был спокоен, собран и уверен в себе, когда рассказал об этом семье и Нилу. Конечно, Карлайл успокоил всех, что Джаспер не так прост и у него имеется опыт, необходимый для выполнения задуманного. И всё же у Нила сжималось сердце всякий раз, когда они получали весточку от Джаспера: как и где он устроился, как его приняли и прочее. Джаспер внедрился к Вольтури, и это было чертовски трудно, но ему удалось убедить Аро.       Что било Нила морально, так это то, что Джаспер ни разу не связался с ним, и передавал вести о себе через Элис, или Карлайла, или Эсми. Он даже Эммету звонил. И это вызывало недоумение и причиняло Нилу почти физическую боль: его беспричинно игнорировали. Элис также не могла объяснить причин поведения Джаспера, сваливая всё на его привычки и присущую ему замкнутость. И Нилу ничего не оставалось, как проглотить обиду и переживать всё внутри себя, более не выпрашивая ответов ни у кого.       Порой он просыпался от кошмаров, в которых он наблюдал удаляющиеся спины друзей и Эдварда, а когда он им кричал вслед, то Джаспер лишь окидывал уничижительным взглядом незнакомца, а Эдвард недоуменно вскидывал брови и спрашивал: кто он такой? На глазах наворачивались слёзы и просыпался Нил в холодном поту со стонами, беспокоя своим состоянием Эдварда.       Затем уже ему приходилось утешать возлюбленного, поясняя, что его кошмары вызваны лишь беспокойством о том, что он надоест Эдварду и тот бросит его. На что Эдвард тихо смеялся, поясняя, что такого не случится никогда, и они всегда будут вместе, а Нил выслушивал с печалью во взгляде и всё кивал, будто соглашаясь.       В один из дней, после того как Карлайл с улыбкой сообщил очередную новость о Джаспере, а Эдвард предложил съездить вдвоём в мини-путешествие; "только ты и я" , озвучил он идею, - в этот день произошло то, чего Нил с подсознательным ужасом ждал.       Ребенок Бэллы спешил появиться на свет.       Эту новость сообщила Элис: она ворвалась, влетела маленькой звонкой молнией в гостиную, где были Карлайл, Эдвард, Нил и Розали, и громко воскликнула:       - Бэлла рожает! Нам нужно спешить, Нил, - уже спокойнее сказала она повернувшись к онемевшему Нилу, которого уже охватывал мандраж. У него затряслись руки, но он сжал их в кулаки и кивнул, сосредотачиваясь на деле. Эдвард приобнял его за плечи, и успокаивающе произнёс с лёгкой улыбкой:       - Не волнуйся так, с ними всё будет хорошо, - и он повернулся к Карлайлу, который, как казалось, побледнел ещё сильнее, чем это вообще было возможно. - Верно, Карлайл.       - Да, но возможно понадобится наша помощь, - ответил спокойно Карлайл, как умел только он. - Элис упоминала, что могут возникнуть небольшие проблемы...       - Да, и нам всем там следует быть, и немедленно! - воскликнула Элис, перебивая Карлайла, тот быстро кивнул и скрылся за дверью, через некоторое время догоняя их у автомобиля с чемоданчиком доктора.       С ними поехала даже Розали, а Эммету поручили оставаться дома и дождаться Эсми, чтобы пояснить ей всё лично. Тем более, его помощь не требовалась, а Розали желала посмотреть на младенца, которого они всей семьёй и кланом квилетов все эти месяцы и недели всячески берегли. Тем более, Элис как-то в личном разговоре упомянула, что Розали будет от него в восторге. Впервые Розали была заинтригована.       Вся недолгую дорогу до поселения, где находилась Бэлла, Нила била дрожь в преддверии чего-то важного и бесповоротного в его жизни.       Вот и всё. Вот и всё. Всё....       Он вцепился в рукав Эдварда, тараща на него глаза, в которых наверняка плескался страх, но не сомнения. Нет, он не сомневался в том, что ему предстояло.       Как это будет?! Что мне нужно делать? Что и как?! Боже...Знает ли Элис, что нужно делать? Тогда какого хрена она так переживает?!       Он покосился на Элис, а она будто почувствовала его взгляд и обернулась, глядя с беспокойством. Элис вспомнила разговор накануне.       ..."- Что тебя тревожит? Расскажи мне, - Элис взяла его за руку. - Знай, что мы будем рядом. Всегда, я обещаю. Мы не оставим ни тебя, ни Бэллу.       - Знаешь, Элис, это не то, чего я опасаюсь, и единственное, что меня беспокоит, - Нил нахмурил брови и осторожно сжал ее маленькую руку, - не знаю, как это объяснить... не позволяйте мне свернуть с верного пути, проследи, чтобы тот, другой Нил,чтобы он стал достойным человеком. Достойным во всех смыслах. Я бы хотел,чтобы он был лучше меня прежнего. Ради него я отдаю свою жизнь, ради нашей общей цели, не хочется думать, что это всё будет зря...Не дай ему всё похерить, Элис. И, пожалуйста, береги Эдварда от глупостей..."       - Не волнуйся, я с тобой, - и Эдвард сжал его руку, и тут же Нила окутало согревающим теплом и уютом, нежностью и любовью. Нил стиснул зубы, прикрывая на мгновение глаза. Музыкант играл на скрипке, Я в глаза его глядел - Я не то, чтоб любопытствовал Я по небу летел.**       Это было его лучшее время. Он ни о чём не жалел. Я не то, чтобы от скуки - Я надеялся понять Как умеют эти руки эти звуки извлекать.**       Нил преклонил голову к плечу Эдварда и улыбнулся, сжимая его руку. Счастлив дом, где пенье скрипки наставляет нас на путь И вселяет в нас надежды — остальное как-нибудь Счастлив инструмент, прижатый к угловатому плечу По чьему благословению я по небу лечу?**       - Ну что ты, я люблю тебя, - Эдвард прижался губами к его виску, и Нил посмотрел ему в глаза с ответной нежностью во взгляде, продолжая улыбаться, окутанный любовью, словно тёплым пледом в холодный дождливый вечер. И Нил молча уставился на дорогу с задумчивым видом. Счастлив тот, чей путь недолог, пальцы злы, смычок остёр Музыкант, соорудивший из души моей костёр А душа, уж это точно, ежели обожжена Справедливей, милосерднее и праведней она.**       - "Справедливей, милосерднее и праведней она."** - пробормотал и вздохнул тихонько Нил, чувствуя, как Эдвард поглаживает его плечо, успокаивая.       Они приближались к дому Сэма.       - Мы едем к Сэму?! - удивился Нил, рассматривая знакомые очертания дома и местности.       - Да, Бэлла и Пол жили у него и его жены, так было нужно, - пояснила Элис, задумчиво разглядывая Нила. - Всё в порядке?       - Да, - уверенно ответил Нил, пусть ответ и прозвучал глухо, и его тело всё ещё мандражировало в преддверии наиважнейшего события в его жизни.       Они затормозили у крыльца, им навстречу уже вышли Сэм с женой, - с Эмили, - явно обеспокоенные и предупреждённые о появлении гостей заранее.       Интересно, Элис их предупредила о том, что должно произойти? Судя по лицам, они не в курсе.       - Мы ждали вас, доктор Каллен, - поздоровался Сэм и даже пожал руку Карлайлу. Сэм кивнул Нилу и Эдварду приветственно и пригласил всех поскорее войти в дом.       Когда они добрались до комнаты, где по словам Сэма сейчас находилась Бэлла с Полом, то обнаружили её лежащей на кровати, спиной на подушках. Лицо её было бледным, даже посеревшим, под глазами залегли тени, а на лбу выступил пот. Она часто дышала, и стонала так жалобно, что Нил будто и сам прочувствовал её боль, и ему тот час захотелось забрать эту боль себе. Он сам не осознавая, что делает, двинулся к ней, едва она взглянула на него взглядом мученицы, но Элис остановила его, преграждая путь.       - Сперва Карлайл, он должен осмотреть Бэллу, - тихо зашептала она им всем, выговаривая, словно они находились не в комнатке оборотня, а в библиотеке. Карлайл молча кинулся исполнять свои обязанности врача, сперва приведя себя в порядок, выудив халат и помыв руки в ванной комнате. Остальное предусмотрительно приготовила Эмили.       - Всё хорошо, если не считать, что сами роды начнутся через десять или пятнадцать минут, потерпи ещё немного, Бэлла, - на речь Карлайла и его ободряющее похлопывание по руке, девушка только вымученно улыбнулась, но тут же её лицо исказилось от резкой боли и она задышала чаще, чтобы избавится от жуткого спазма, который издевательски медленно отпускал её тело.       С другой стороны кровати сидел не менее бледный Пол , ухватившийся за руку Бэллы, как утопающий за соломинку и не знал, как ей помочь. И непонятно было, кто тут кому помогает справится с родами.       Внезапно для себя Нил осознал, что не боится. Больше нет. Страх ушёл, испарился, и Нил успокоился. Он вздохнул и коротко улыбнулся сам себе. Посмотрел на свои руки: дрожь ушла. Нил сжал их и разжал. Время пришло. Сегодня всё случится. Сегодня начнётся его новая жизнь. Жизнь среди этих существ, людей и волков.       Как странно. Мне так спокойно, и совсем не страшно.       Он посмотрел на Бэллу и улыбнулся со всей теплотой и любовью, что мог он испытывать к хорошему и верному другу. Ей он доверял свою жизнь. Ещё такую крошечную и беззащитную.       Она будет хорошей мамой.       Нил тихонько рассмеялся, припомнив и Чарли, которому суждено стать дедом, суровым и ответственным. Наверняка, он, придёт время, и внуку выдаст шокер. Эх, как бы он, Нил, хотел помнить своё прошлое! Как бы он хотел...       - Давай ещё раз, так, сейчас не тужимся, вот так, молодец, жди схватку, - расслышал Нил сосредоточенный голос Карлайла. Он огляделся. Карлайл сидел напротив раскинувшихся ног Бэллы, рядом с ней побелевший Пол, который казалось сам сейчас что-то родит. У стены стояли Элис и Розали, также державшие друг друга за руки. Сам он, Нил, стоял посреди комнаты, а сзади его обнимал Эдвард. И Нил чувствовал как нелегко им даётся сдерживать свои хищные натуры. Ни Сэма, ни его жены в комнате не было. Насколько он понял из их тихих перешептываний, вот-вот должен был приехать Чарли.       Но ни у кого не возникало и мысли, что присутствие такого количества "людей" инородно в такой довольно пикантной и интимной ситуации, как роды. Все считали себя причастными к этому событию и ощущали необходимость своего личного присутствия, не думая и не испытывая ничего похожего на стыдливость или неуместность, включая саму будущую мать.       - Ещё раз, так, дави, так, не расслабляйся, тужся, ну, ну, ещё, - строго говорил Карлайл, внимательно наблюдая за появлением младенца. И вот раздался облегчённый вздох и Карлайл уже держал в руках маленькое красновато-синюшное существо - ребёнка. Но что-то было не так. Все молчали. И ребенок тоже.       Разве он не должен кричать? Почему он молчит?!       - Бэлла, - тихо и виновато произнёс Карлайл, но его прервала Элис, которая крикнула звонко, так, что будто воздух наэлектризовался:       - Нил!!       И Нил вздрогнул, обернулся и посмотрел на Элис. Она смотрела безотрывно и в её глазах плескалось беспокойство, но он расслышал:       - Ты уверен?       Нил удивился внезапной перемене в Элис, сейчас она выглядела самой обычной человеческой девушкой, а не древним существом. Он улыбнулся и кивнул. А затем взглянул на Эдварда, тот непонимающе смотрел на него. Нил потянулся и поцеловал его, прикрывая на секунду глаза.       - Жаль, что это только снилось мне... Извини, прошу, только... прости, Эдвард, и спасибо за всё, - и он шагнул к Карлайлу, который ничего не понимал, но доверился моменту, передавая тельце ребенка в руки Нила. Тот не зная что именно делать, решил попробовать искусственное дыхание и собрав воздух вдохнул его в ребенка. Его сердце пронзила боль, лёгкие сдавило словно тисками и в глазах потемнело, но он продолжал вталкивать воздух в ребенка.       ...Он вновь оказался на том же месте, у края сумрачного леса, частично скрытого туманом, и также там были и Блэк, и волк, по-прежнему невозмутимые. Хотя на этот раз волк не лежал, как обычно, а стоял у края, всматриваясь в Нила. Джейкоб стоял рядом также на краю и вдруг протянул руку со словами:       - Похоже, время пришло, - он посмотрел на волка, тот не мигая следил за Нилом.       - Похоже на то, - и Нил шагнул вперёд, хватаясь за руку...       Он словно упал в темноту, и где-то далеко вдали слышал чей-то душераздирающий крик, отчаянный и болезненный. Он удивился.       Что это? Кто это? Кто я?..Что я?...       Свет померк. Он всё забыл.

***

      - Нил!! Нил!!! Что с тобой?! Очнись! Прошу! Ну же, давай, дыши, ну! - Эдвард в ужасе тряс тело возлюбленного сидя с ним на руках на полу в окружении ошарашенных и молчаливых теней: мрачной и печальной Элис, недоумённой Розали, понимающего и хмурого, догадливого Карлайла. Они были на рождении новой жизни, но лица их напоминали людей из похоронной процессии. Они поняли. Конечно, они всё поняли.       - Нет, нет, ну же, Нил, очнись, прошу, - не сдавался Эдвард почти завывая. Он отчаянно пытался вдохнуть жизнь в своего возлюбленного и всё раз за разом давил на грудь, массажировал его сердце. В дверях застыли не менее ошарашенный Сэм с прижавшейся к нему, испуганной до смертельной бледности Эмили. Бэлла со слезами лежала на кровати, прижимая кричащего младенца, живого и здорового, тёплого и такого родного. Пол во все глаза таращился на сына и не мог поверить в происходящее: он не осознавал, что именно произошло, но Нилу как-то удалось реанимировать ребенка, и сейчас этот сверточек с волчонком заботил его больше всего, впрочем также, как и жена.       - Нил, мы с тобой в начале пути, - тихо пробормотала Бэлла, осторожно гладя малыша по голове. Она посмотрела на удивлённого Карлайла, со слезами на глазах, - я назову его Нил.       - Элис, сделай же что-нибудь, Элис! - проскулил Эдвард, его словно жгли огнем изнутри, и от моральной боли едва не физически выкручивало внутренности. Нил лежал в его руках безмолвный и будто мертвый. Элис шагнула к нему с виноватым видом, но тут произошло неожиданное. Нил вздрогнул и застонал. Все замерли, а Розали вскрикнула.       - Ммм, - простонал "Нил" в руках сходившего с ума от горя Эдварда, и тут парень приоткрыл глаза, простонав, - ты-ы, ты...ты!.. Уйди, уходи...придурок...чёртов Каллен...       - Что? Что с тобой? Нил? - едва не задыхаясь воздухом и с дрожащими руками переспросил Эдвард, вглядываясь в побледневшее лицо парня. Он взял лицо "Нила" в ладони, и рассматривая его во все глаза, всё ещё не веря в чудо, прошептал хрипло, - как ты себя чувствуешь, Нил?! Ты так напугал меня!       - Пусти, придурок, - дернулся слабо в его руках "Нил", и отвернулся, с силой зажмуривая глаза, - да не смотри ты на меня! Не смотри! Да не смотри же ты так, Каллен, придурок...       Тут "Нил" с силой оттолкнул опешившего Эдварда от себя так, что тот сел на копчик и продолжал таращить глаза на своего возлюбленного в немом удивлении. Впрочем, как и все остальные, кроме Элис. "Нил" вдруг разрыдался, прикрывая глаза и лицо руками, затем поднялся на ноги, и шатаясь бросился прочь из комнаты.       - Это не Нил, Эдвард, уже нет, - вздохнула Элис, и положила руку на плечо ошарашенного Эдварда.       - Что это всё значит? - строго спросил Карлайл, и Элис принялась пояснять, что произошло и что случилось с Нилом. Все слушали не перебивая, кроме маленького попискивающего ребёнка, и наконец, когда она закончила рассказ, комната наполнилась мертвенной тишиной. Эдвард медленно поднялся и в совершенно подавленном состоянии двинулся прочь из комнаты, Сэм только отодвинулся в сторону, пропуская несчастного вампира и впервые испытывая сочувствие к нежити. Он и сам не менее остальных был поражён произошедшим, особенно после пояснения Элис Каллен.       

***

      - Почему ты не рассказала мне? Ты приходишь ко мне раз за разом, ты обманула меня, ты мне лгала, но ты приходишь снова и снова, - глухо говорил Эдвард, мрачно разглядывая окружающий мир в панорамное окно, полулёжа на их с Нилом кровати. Он страдал, без шанса на исцеление. Он потерял своего волчонка. Он отказывался охотится и вообще шевелиться. Вся его долгая жизнь казалась каторгой, и он всё чаще раздумывал о том, что стоит попросить Карлайла, Вольтури, да всё равно кого, покончить со всем этим раз и навсегда. Но потом он вспоминал злые заплаканные глаза Блэка...       - Поэтому и не рассказала, - Элис обвела рукой его фигуру на кровати, - ты бы и не позволил свершится неизбежному, а он всё равно бы сделал по-своему.       - Я бы постарался придумать что-нибудь получше; выход, который устроил бы всех, - громче обычного ответил Эдвард и прижал руку к сердцу, чувствуя боль в этом месте. И обречённо взглянул на потолок с бесконечной тоской и печалью.       - Эдвард, - и она присела рядом, вздохнула и посмотрела на него с укором, - ты преувеличиваешь. Прекрати вести себя, как ребёнок. Мне давно надо было сказать это. Эдвард... Нил не твоя судьба, ты же прекрасно знаешь...       - Но мы любили друг друга! Я любил его, и он меня тоже, - мрачно перебил её Эдвард, упрямо скрещивая руки на груди. Чувство вины давило его сильнее всего, и некуда было скрыться от него.       - Ты одурманивал его! Я знаю, я это знала, - и Элис возмущённо ударила его по руке, - прекрати, если бы он узнал...       - Тогда...почему ты ему не рассказала? - вдруг тихо и виновато спросил Эдвард, покосившись на Элис. Она склонила голову набок, с сожалением всматриваясь в названного братца.       - Потому что он верил в это до конца, и я не хотела причинять ему большей боли, не хотела, чтобы он ушёл с разбитым сердцем. Сейчас это для него не имеет значения.       - Как бы то ни было, я любил его больше жизни... Если бы не выжил Джейкоб Блэк, то я бы давно умер без него. Но как же быть, я любил Нила, по-настоящему... Всё спуталось. Я не могу себя простить.       - Ты сам себя запутал, Эдвард. Я знаю, что тебе всегда нравился Джейкоб Блэк. Да, не удивляйся этому факту, - она замолчала и обвела комнату изучающим взглядом, - тебе бы привести себя в порядок, прибраться здесь и вернуть вещи законному владельцу.       - Он ненавидит меня! Я потерял ещё и его, и не знаю, как всё вернуть, как всё исправить, - Эдвард закрыл лицо руками, напоминая всего лишь подростка семнадцати лет, а не столетнего вампира, не существо, живущее над человеческой суетой.       - Не всё так однозначно, - хмыкнула Элис, поднимаясь с кровати, - советую прислушаться к моим словам. Весна на дворе, зима уже прошла, а тебе ещё предстоит помочь Бэлле в перевоплощении. Мы потеряли Нила, и это трагедия, но мы приобрели Бэллу и нового Нила, не менее интересного. Они нуждаются в нашей поддержке. Мы обязаны довести дело до конца, ради памяти о том Ниле, которого мы знали. Ради нас всех он отказался от всего, от самого себя.       Эдвард кивнул ей, прежде, чем она ушла, тихо ступая по полу босыми ногами. Возможно, что она права и всё не так мрачно, как казалось Эдварду. Он вспомнил покрасневшее лицо Джейкоба Блэка, когда догнал его у крыльца дома Сэма и развернул к себе лицом. Парень выглядел растерянным и испуганным, но не обратился в волка, и не пытался убить его. Наоборот, он будто хотел что-то сказать, но упрямо посылал настойчивого "упыря" куда подальше. В мыслях Блэка было невозможно разобраться. Эдвард тогда послушался его и сбежал. Но что если Элис права? Что если всё это время, что он провёл в самоедстве и самобичевании, что если она была права, раз за разом поясняя простую вещь?       По совету Элис, когда он всё же решился её послушать, он впридачу с воспоминаниями собрал вещи Джейкоба и направился с ними на своём автомобиле в поселение, в дом Блэков. Эдварду было стыдно, что он буквально морочил голову Нилу: ему нравился Нил, но, признаться честно, он сходил с ума по Блэку. Так было и до их встречи с Нилом, а потом Эдвард хотел удержать рядом Блэка-Нила. Всего лишь. Разве это преступление, если они оба любили друг друга? Пусть и с небольшим секретом. И всё же Эдварду было стыдно. Мучительно больно от своего поступка. Имел ли он право любить кого-то, когда Нил погиб? Но его также, как и прежде тянуло к Блэку. К упрямому Джейкобу Блэку.       Также Эдвард вспоминал тоскливые взгляды Джаспера и прикусывал губу от досады: ну почему не он был связан с Нилом, а Джаспер? И ведь тот уехал из дома Калленов, и из-за Нила в первую очередь. Но теперь это всё не имело значения.       ...К дому Джейкоба подъехал автомобиль, а он уже знал кто это был, и сердце забилось в сумасшедшем ритме. Эдвард Каллен не знал одной важной вещи: как сказал бы Нил, их "волчьих секретиков". Было кое-что, очень важное, чего Джейкоб Блэк, оборотень-волк, альфа - вожак стаи скрывал ото всех, как ребёнок скрывает шалость от родителей. Это, конечно, было по-детски, так как это всё равно выльется наружу.       Джейкоб заволновался, едва ли не кожей чувствуя, как младший Каллен покидает свою машину и подходит к их с Билли дому. Кстати, их встреча с Билли была трогательной, особенно, когда тот заявил, что знал и верил, что сын вернётся к нему, и слёзы навернулись на глазах у обоих в день их воссоединения. Джейк действительно скучал по отцу, друзьям и близким. Сейчас он как никогда ранее понимал насколько они все были важны для него.       А на следующий день заявились Сет и Лия с опаской и недоверием рассматривая своего вожака и принюхиваясь к нему. Сет, едва узнал о произошедшем сильно переживал потерю Нила, но и радовался тому, что Джейкоб вернулся, что он был жив. Особенно для него стала поразительной новость о перерождении Нила. Все последние месяцы он не вылазил от Бэллы и Пола, и охотно возился с Нилом-малышом.       Новость облетела всё поселение, а старейшины провели какой-то обряд над младенцем Бэллы, чтобы ребенок ступил на путь волка и духи ему сопутствовали в жизни и делах. Всю процедуру Сэм им пояснял шёпотом. Бэлла чувствовала себя лучше, нормально, но не участвовала в этом, только Пол, так как она была ещё слаба, и Карлайл и Чарли отвезли её в больницу с младенцем сразу после обряда.       Целую неделю все обсуждали произошедшее, а к Джейкобу приходили едва ли не каждый житель в поселении: кто поздравить, кто поглазеть. С Бэллой он пока не встретился, но очень хотел. Также, как увидеть ребенка, в котором теперь находился дух Нила - парня, который так долго жил в теле Джейка, общался с ним, а ещё бесцеремонно пользовался на пару с Эдвардом Калленом...       Джейкоб вздрогнул и замер, когда в дверь постучали, и поколебавшись, всё же прошёл до двери, как на каторгу и приоткрыл её, глядя строго в пол:       - Чего хотел? - буркнул Джейк, борясь с желанием посмотреть в глаза Каллена: он знал, что они медового цвета, притягательные и самые прекрасные. Джейк сдавил ручку двери и она хрустнула, рассыпаясь.       - Видимо, я не вовремя, - голос Эдварда звучал печально и мелодично, с затаённой тоской. Эдвард протянул ему рюкзак и пакеты, видимо, с вещами. - Вот. Твои вещи, полагаю. Мне жаль, что так вышло. Что у нас так вышло.       Но это было уже не важно. И Джейк не сдержался и посмотрел на него, и всё произошло. Всё произошло ещё тогда, как он снова стал хозяином своего тела. В один миг мир перевернулся для Джейкоба, и появился ориентир в жизни, как маяк в ночи. Всё остальное перестало быть важным, и обиды почти забылись.       В тот вечер, когда у Бэллы родился младенец, а Нил покинул тело Блэка, Джейкоб был в растерянности и ошарашен произошедшим, он сбежал на одной лишь силе воли. Запечатление подчиняло его. Произошло самое страшное и самое сокровенное, в чём он сам себе не сознавался, будучи запертым в своём собственном теле всё это время.       Ему нравился Эдвард Каллен, хотя Джейк и считал его "придурком"; он ужасно злился на глупого Каллена. Сперва он просто наблюдал за отношениями Нила и Эдварда, но втянувшись и порой ощущая многое вместе с Нилом, Джейк "немного" втянулся в эти отношения. И ему даже "немного" нравился младший Каллен, в чём он бы не сознался и под пытками.       Порой он не понимал странной тоски, когда смотрел со стороны на Нила и Эдварда, и жгучего чувства, определённо похожего на ревность. Затем старался абстрагироваться от происходящего, а после смирился. И вот произошло то, о чём он и не догадывался, но чему в глубине души был рад, и счастлив, не признавая этого открыто.       - Мне тоже жаль, - смущённо проворчал Джейк, но смотрел прямо в глаза Эдварда.       - Твоё сердце. Оно так быстро стучит, - вдруг заявил Эдвард и занервничал, одёргивая себя мысленно: и чего он привязался к парню, да ещё и ляпнул что-то настолько смущающее. Но Джейкоб, к его удивлению, не перевоплотился в волка и не огрел его своей лапищей, и не пытался его отмутузить или убить, после всего, что они с Нилом проделывали. Он лишь пожал плечом и заявил:       - Это нормально, когда происходит нечто подобное, - и Джейк отвёл взгляд в сторону, царапая выпущенным когтем по двери, явно скрывая неловкость. Стоя застывшим столбом перед объектом любви, Эдвард во все глаза наблюдал за ним, боясь ошибиться.       - Что именно? - глухо спросил Эдвард, на что Джейк вздохнул и озвучил так отчаянно, будто бросаясь в омут с головой.       - Запечатление.       - С кем?!       - Пошёл ты, - и Джейк развернулся, чтобы уйти, но его руку перехватил Эдвард, останавливая.       - Верно ли я понял? Могу ли надеяться, что это я? - Эдвард говорил с робкой надеждой в голосе, и Джейк сдался и кивнул утвердительно.       - Но я всё ещё злюсь на тебя за то, что вы делали с Нилом, - строго и с обидой заявил Джейкоб, однако его уже сжали в объятиях и прижали к груди. Странно, но это не было так смертельно, как казалось Джейку поначалу, и ни от разрыва сердца он не умер, ни от смущения, ощущая заполняющее душу тепло и светлое нечто, похожее на счастье до глупого щенячьего визга.       - Когда это случилось?! - спросил Эдвард с трудом скрывая радость и ликование от слов Джейкоба. - Хотя постой, я догадываюсь. Да и это не имеет значения, главное, что сейчас. И что мы вместе.       - А мы вместе? - насмешливо переспросил Джейкоб, успокоенный и впервые за долгое время счастливый. Эдвард тихонько рассмеялся.       - Пока я не сгину, я буду любить тебя, - ответил он вполне серьёзно. - Я всегда любил только тебя. Давно, так давно, что кажется всегда.       - Теперь деваться некуда. Эдвард Каллен, бери на себя ответственность за это, - и сам Джейк уткнулся грудь Эдварду, обнимая его в ответ, зажмурив глаза и сжимая в кулаки одежду на спине Каллена.       - С радостью, и любовью, - и Эдвард также замер со своим любимым в объятиях. Ему хотелось застыть так навсегда, но Джейкоб потянул его внутрь дома.       

***

      Джаспер негодовал, в отчаянии прижимаясь лбом к холодной стене в коридоре, что вёл в залу Вольтури, и вжимая кулак в упёртую каменную стену. Элис сообщила ему всё о гибели и возрождении Нила, и буквально выбила его из жизни на время. Сцепив зубы, Джаспер разрывался между желанием разнести это логово или же попросить разорвать себя на тысячи частей, и сгореть в пламени ярости.       Его любовь, любовь всей его жизни, его любовь и его душа - убит, уничтожен! Джаспер едва сдерживал боль и злость, одновременно жалящих его сердце и сознание.       Как она могла так поступить с ним?!       Всю осень, и зиму, и весну Джаспер страдал от безутешного горя. Год, два, пять - время шло, а он так и не находил утешения, лишь приглушая боль, мрачной тенью шагая по залам Вольтури, и распугивая всех служащих. Конечно, Аро догадался о том, что Джасперу нанесли мощный сокрушительный удар, причём его же семья. И это положительно сказалось на его отношении к "несчастному мальчику", и более Аро не сомневался в преданности Джаспера клану Вольтури. Чего на самом деле не было.       Джаспер по-прежнему был предал семье Калленов и прекрасно справлялся со своей задачей, и продолжал играть свою роль, не выдавая себя. Несмотря ни на что, Джаспер выполнял порученную задачу, внося раскол в клан. Ему стоило огромных усилий сблизиться с Маркусом и не вызывать агрессии со стороны Кайуса. Самое важное было впереди - нанести удар по Аро: сообщить новость о убиенной возлюбленной и жене Маркуса руками Аро. Факт, полученный от Нила, и почти подтвержденный Джаспером.       Он точно знал, какой эффект произведет эта информация и выжидал подходящего момента. Клан уже был не так стабилен из-за "новой крови"- более молодых и дерзких вампиров. Власть Вольтури потихоньку просачивалась сквозь пальцы, но они всё ещё были сильны. Из "дома" новости приходили редко, так как Бэллу еще не обратили, а про её ребёнка и, как выразилась Элис, "другого Нила", Джаспер не желал ничего знать. Он не испытывал злобы и ненависти к этому ребенку, лишь чувство, похожее на неприязнь. Это был не его Нил.       Прошло много времени, прежде, чем Джаспер смог простить Элис, и перестал злиться на Эдварда. Нет, не за его любовь к Нилу, а за любовь к Блэку, - Эдвард быстро переметнулся к другому. Как можно?! Джаспер не мог нормально существовать и дышал через раз, ощущая боль, страдания и невосполнимую потерю. А он! Как мог он предать Нила?!       Все эти годы все мысли Джаспера фанатично принадлежали их общему "делу" и Нилу. Иногда, Джаспер представлял, каков был бы финал, вмешайся он тогда в "отношения" Нила и Эдварда. Но он не смог. Не смог тогда разрушить любовь Нила. Не мог причинить боль. Он впервые струсил, что его возненавидит человек, которого он так полюбил. А теперь потерял навсегда. Джаспер полностью погрузился в "работу". Игнорируя просьбы Элис и семьи приехать хоть на неделю домой.       Как-то Элис прислала письмо, в котором лежал также сложенный лист с текстом, написанным очевидно поспешно и от того коряво, но различимо: будто тот, кто написал его, торопился. Наверху было приписано: "Джасперу", а внизу "от Нила", с пометкой ниже: "Я буду ждать". Нил хотел передать его в тот день, когда Джаспер уезжал, но что-то помешало и он так и не отправил его.       Письмо разбило в очередной раз хрупкий мир Джаспера, и его образцовая выдержка была на грани разрушения. Нил всего лишь хотел передать Джасперу какой-то очередной стишок или песенку, - в то время он постоянно что-то мурлыкал, пел или зачитывал - Джаспер это помнил.       Он снова достал листок и прочёл: "Идти, куда глядят глаза… Пока не гаснет взгляд, Туда, где прячется гроза В давно знакомый ад... Туда, где иней вместо рос И воздух колет грудь, Туда, где ночь не держит слез, Залив обратный путь… Туда, где места нет душе, Где сбит сердечный ритм… Где чувств пробитая мишень Без пламени горит… Где небо падает в песок От тяжести молвы, Где не стучится пульс в висок В преддверии весны. Где скрыты слезы между слов, И черен ореол… Чтоб в этом мире страшных снов Забыть, что ты ушел…"***       Джаспер аккуратно сложил листок и убрал во внутренний карман, как самое ценное, что у него было. К еще одному затёртому листу - рисунку Нила. Настоящего Нила. Его Нила.       Однако, сегодня он получил весточку от Элис о том, что Бэллу обратил не Эдвард, а Карлайл, под бдительным оком самого Сэма - второго главы квилетов. Долгое время дочь Чарли оттягивала момент обращения, посвятив время человеческой жизни и ребенку. Джаспер называл его про себя "ребенком", а не Нилом, как его назвала Бэлла. Подробностей он не знал, долгое время избегая Элис и семью. Но всё же Элис умудрилась передать новость о том, что ребенок - это Нил. И последние десять лет Джаспер не хотел этого принимать и понимать.       Бэлла же решила пройти обращение спустя десять лет, чтобы выглядеть чуть старше рядом с мужем и ребенком, тем более обстоятельства с Вольтури изменились, и те немного отстали от Калленов, довольствуясь Джаспером. Они умели ждать. И выжидать. Но от планов не отказались. А Джаспер выполнял самостоятельно поставленные задачи и цели, подтачивая Вольтури изнутри, медленно, но верно.       Спустя еще с десяток лет Джаспер впервые осознал, что время пришло, и он готов вновь увидеть Элис и семью. Набрался сил и смелости вернуться туда, где он мог бы быть счастлив. Аро милостиво позволил "повидаться с родней", и "проверить нового члена семьи - Бэллу Свон". Вольтури знали обстоятельства ее решения и отсроченного обращения, и смотрели на это снисходительно. Что для них десяток лет в сравнении с сотнями и тысячами.       Собрав скромный чемоданчик, Джаспер впервые за долгие двадцать лет, отправлялся домой, без злобы и скрытой обиды, выполнив своё задание. Остальное оставалось за Маркусом, который получил если не факты, то уверенность в преступлении, которого он не мог спустить Аро.       Джаспера сопровождала Джейн, которую Аро не хотел отпускать от себя, по поддался не случайным уговорам Маркуса, который убедил его в том, что это будет отличной проверкой для Джаспера и Калленов. Тем более, что Джейн сама по себе оружие и представляет угрозу любому. Оставалось довезти "оружие" до Бэллы, к этому времени освоившей за годы тренировок не только блокировку морока Джейн, но и техники боя, необходимые для выживания, как воздух.       Всё шло медленно, но верно по плану, обозначенному Элис. И отчасти Джаспер был благодарен ей за то, что он оказался вдали и смог пережить, пусть и не до конца личную потерю. Джаспер настроился на работу, как он делал всегда, будучи когда-то давно отличным военным с должной подготовкой и опытом.       Он смотрел в иллюминатор на открывшееся плато из рваных облаков в тёмном небе, а снизу мерцали тысячи огоньков чьей-то жизни. Джаспер приложил руку к груди, ощущая во внутреннем кармане два сложенных листа, самых ценных его сердцу.       - У тебя не может болеть сердце, - надменно и привычно раздражённым тоном напомнила ему Джейн, сидевшая рядом, а Джаспер лишь холодно усмехнулся в никуда. За эти годы он едва сдерживался, чтобы не свернуть голову этой твари, совершенно бессердечной, подобно ледяной глыбе, и жестокой к своим несчастным жертвам. Он ненавидел Вольтури, и с нетерпением ждал их падения и окончания их триумфа.       С каждой секундой Джаспер становился всё ближе к дому. Внезапно он ощутил тоску, совершенно необъяснимую, и было в ней что-то трогательное.       Кто бы мог подумать, что его Нил - всего лишь заблудившаяся душа, что ошибочно или нет, но попала в тело волка-оборотня, а теперь пришло время расставить всё по местам. Как должно быть. Его Нил потерял всё и отказался от всего, что обрёл здесь, чтобы сохранить их будущее. Элис говорила о том, что у него был выбор, оставить все как есть, или пойти про предложенному пути и стать ребенком Бэллы. И Нил согласился. Джаспер мог его понять, за годы одиночества он много раз ставил себя на его место и выбирал тот же путь, что выбрал Нил. Но воображать поступок и решиться на него - разные вещи. Но Нил это сделал. Джаспер смирился с его выбором, скрипя зубы и всё ещё ощущая ноющую боль в области медленно бьющегося сердца одинокими вечерами.       Джаспер снова и снова прокручивал в голове план по устранению Джейн, иногда отвлекаясь на назойливые мысли о Ниле. О другом Ниле. Интересно, какой он? Он никогда не интересовался им, и не позволял Элис рассказывать и даже упоминать о том "ребенке". Теперь он всё сильнее желал увидеть собственными глазами этого мальчишку. Хотя мальчишке сейчас около двадцати, чуть меньше, чем было Джасперу, когда тот обратился.       Он подавил желание достать листок и рассмотреть снова смеющееся лицо на рисунке. Джаспер улыбнулся, вспоминая неизвестного парня Нила, самого настоящего Нила, которого никто не видел. Какой он сейчас? Тот, другой.

***

      - Дядя Эдвард, это мне? - невысокий мальчик бойко подпрыгнул и в пару шагов оказался рядом с Эдвардом. - Правда?! Она настоящая?! Я обожаю тебя! Спасибо, спасибо! Мама, смотри, что мне дядя Эдвард подарил! Гитару! Самую настоящую! Здорово, да?! Скажи!       - Да, милый, прошу только аккуратнее, - и Бэлла погладила непоседливого мальчика по светлой макушке, пока тот держал в руках гитару в чехле и показывал её матери. Бэлла выразительно посмотрела на улыбающегося Эдварда, пришедшего на двенадцатилетие её обожаемого малыша, - это та самая?       - Она, - кивнул Эдвард и на секунду улыбка сползла с его лица, - полагаю, что это будет правильно. Она давно принадлежит ему.       - Кому, дядь Эд? - удивлённо переспросил мальчик, рассматривая гитару, - разве она не твоя?       - Нет, она давно принадлежит тебе, просто ждала, когда я её тебе подарю, - и Эдвард помог мальчику расчехлить гитару. Он так и не решился дотронуться до неё, всё ещё чувствуя себя виноватым. Чувство вины так и не ушло, несмотря на прошедшие годы, и Эдвард знал, что не уйдёт никогда, чтобы ему не говорили Элис, Бэлла, Джейкоб.       Мальчик уселся на пол и обхватил гитару, прижимая её к себе и даже прикрыл глаза, словно вслушиваясь в их общий ритм.       - Я так давно хотел гитару, - прошептал он, и повернулся к Эдварду, широко улыбаясь, - спасибо, дядь Эд, ты лучший!       - После мамочки, - добавила ревниво Бэлла, и тут же рассмеялась прекрасно зная, что малыш любит её больше всех. И она любила его больше всех на свете, Нил стал её солнышком. А теперь, вот уже два года она делала всё, чтобы защитить его: сознательно обратилась и тренировалась.       Их с Полом дом стал проходным для постоянных гостей: Каллены, волки, Сет едва ли не прописался у них, обожая малыша, Розали безбожно баловала, постоянно таская его в дом Калленов. Эдвард и Элис опекали малыша, воспитывая и обучая всему, особенно Элис: она была строга и серьёзна с малышом, разговаривая с ним как со взрослым. И что удивительно, к Элис мальчик тянулся и слушался её, делясь с ней секретами. Его самыми близкими друзьями стали Элис и Сет. И Бэлла понимала и принимала это, как должное. Она также понимала и важность предназначения её маленького Нила. Они все понимали.       Вольтури не отстанут от них, и все это понимали. Рано или поздно они заявятся по их души. Джаспер отлично справлялся со своим заданием. С ним общалась только Элис, чтобы не вызвать подозрений. Бэлла наблюдала, как Карлайлу и Эсми тяжело без одного из членов их семьи, но они старались держаться сами и всячески поддерживали остальных.       - Прошу, береги её, - вздохнула Бэлла, в очередной раз пригладив непослушные волосы на макушке Нила. А тот уже пытался что-то бренчать на гитаре.       - Дядя Эдвард, ты же научишь меня играть по-настоящему, а? - спросил мальчик тараща голубые глаза на Эдварда, а тот казалось замер на секунду, но тут же расслабился и молча согласился, поднимая руки и сдаваясь на милость малыша под его радостный победный вопль.       - Я так понимаю, что это надолго, - глухо проворчал Джейкоб, складывая руки на широкой груди и закатывая показательно глаза. Но смягчился, когда Эдвард погладил его по коленке. Джейкоб уже лет пять, как перестал окончательно ревновать Эдварда к ребёнку. И лишь изредка нарочно ворчал для вида, чтобы привлечь внимание Эдварда, прекрасно понимая, что тот любит лишь его. Эдвард давно поделился историей, как он, задолго до знакомства с Нилом в теле Джейка, следил за тем в лесу, и у реки, не решаясь подойти. Конечно, он был высмеян, а затем прощён.       - Дядя Джейк - ворчун, - произнёс Нил и показал Джейкобу язык, смеясь и уворачиваясь от руки матери, пытавшейся схватить его за ухо. - Вредина!       - Да, брось, Бэлла, я его на тренировках помотаю как следует, - с предвкушением произнёс Блэк, наблюдая, как перекосилось лицо мелкого, обнявшегося с гитарой, и выглядывающего с озорной улыбкой из-за спины Эдварда. Мальчик был невысокого роста и худощав, но ловок и чрезвычайно энергичен, особенно уворачиваясь от Джейкоба. Блэк показал ему кулак, и тот пискнув спрятался за спину Эдварда, сдерживающего смех.       - Веди себя прилично, Нил, иначе я накажу тебя, - строго произнесла Бэлла, и потянула сына за руку, - а теперь пойдем к столу, все уже собрались.

***

      Он вернулся. Джаспер вобрал лесной воздух в грудь и медленно выдохнул, наслаждаясь знакомым запахом дома, и воспоминания стремительно стали возвращаться яркими картинками.       - Нам ещё долго идти? Отчего Каллены выбрали лес? Никогда не могла понять этого, - фыркнула Джейн, вышагивая рядом. - Разве не очевидно преимущество благ цивилизации. Чертов лес, грязь и ветки, что рвут и пачкают одежды.       Она говорила это медленно и с пафосом, присущим королевам, отчасти считая себя не менее важной и значимой, и не осознавая, ни на секунду не принимая возможности собственного проигрыша или падения с пьедестала. Джейн шагала навстречу смерти, а смерть шагала навстречу Джейн. "Смерть" в лице Бэллы, в сопровождении Эдварда.       Джаспер заметил их раньше Джейн. Он отвлёк её внимание, а через двадцать минут ошарашенную и так и не смирившуюся с собственным бессилием Джейн окончательно сломили и уничтожили. Странно, но Джасперу, больше всех мечтавшему об уничтожении самой жестокой из Вольтури, удалось даже посочувствовать ей, но лишь на пару секунд. Они, и многие другие, могли свободно вздохнуть и спокойно жить, не оглядываясь беспрестанно - уничтожат их Вольтури, или будут мучить и пытать годами, или им удастся еще какое-то время пожить. Однако, после устранения Джейн необходимо было противостоять остальным Вольтури. Элис же уверяла, что сторонники собраны и готовы помочь в случае необходимости.       Однако, сейчас Джаспер волновался о другом. Ему предстояло встретиться с "ребёнком", с Нилом. Точнее, познакомиться. Элис и Эдвард уничтожали следы, а Джаспер оставив их, отправился к дому, не желая наблюдать за догорающими останками безжалостной твари, каковой всегда была Джейн. Оба Каллена молча поняли его и оставили одного.       Приблизившись к дому, Джаспер застыл и осмотрелся: здесь изменился только ландшафт, деревья выросли, или сменились, но в целом дом оставался прежним, кое-где сменились элементы, обновили крышу, террасу. Джаспер осторожно, будто кот, поднялся по ступеням и вошёл внутрь, и тут немного иначе стояла новая мебель, и всё же это был их дом.       - Вы Джаспер?       На ступенях второго этажа стоял молодой человек чуть ниже среднего ростом, но Джаспер сразу его узнал. Это был ОН. Точнее, его поразило то, что он видел: одно лицо, не совсем точно, но очень похожее на изображение на рисунке. Джаспер онемел, поражённый. Молодой человек склонил голову и будто напрягся, его сердце чуть ускорило ритм, скорее всего он испугался и забеспокоился, не зная, чего можно ожидать от мрачного типа, неизвестного члена семьи Калленов, о котором ему наверняка рассказывали.       - Я... я позову Карлайла, - произнёс нерешительно молодой человек двадцати лет с голубыми глазами и золотистыми волнистыми волосами, коротким ореолом окутавшими голову. Странно, он был в джинсах и в поношенной футболке, а не ангельском одеянии. Джаспер тряхнул головой, словно стряхивая морок.       - Подожди, ты Нил - ребёнок Бэллы? - спросил Джаспер, но вышло рычаще, будто у злобного зверя, он совсем отвык от обычного общения. Отчего Нил вздрогнул, нахмурился и сжал руку в кулак, вытягивая её вдоль тела, а другой вцепившись в перила.       - Да, я Нил, но я давно не ребёнок, и если вы что-то имеете против, то вам лучше сказать это мне...       Но Джаспер остановил его взмахом руки, и Нил замолк, всё ещё рассматривая гостя исподлобья.       - Отведи меня к Карлайлу, - чуть мягче ответил Джаспер, и вздохнул коротко, стараясь на вдыхать глубоко приятный обволакивающий шлейф то ли духов, то ли крови. И Джаспер надеялся на самообман, - Нил.       - Что тут происходит? - в проёме входа в гостиную показался Карлайл, и тут же кинулся к Джасперу, - Джаспер, наконец-то ты вернулся!       - Вот и прекрасно, а я, пожалуй, пойду домой, пока Карлайл, - и Нил уже уверенно спустился с лестницы, шагая мимо Карлайла и Джаспера, точнее, между ними, чувствуя себя отчего-то неловко.       - Разве ты не останешься с нами на ужин? - спросил Карлайл, вскидывая брови. Нил отрицательно покачал головой, ещё больше волнуясь. Сейчас ему однозначно не нравился этот непонятный Джаспер, он странным образом тревожил Нила. Ещё никто не был столь агрессивным к нему. Нил со всеми находил общий язык. И тут такое!       - Нет, я, пожалуй, лучше пойду, - пробурчал Нил, стараясь не смотреть на странного... "дядю Джаспера"? Он представлял его совершенно иным, по рассказам Элис и остальных, он чертовски любил этого воображаемого героя. И тут такая встреча, он представлял это всё иначе. И отчего-то было обидно, хотя и глупо было обижаться, ведь обида - всего лишь разочарование от несбывшихся надежд.       Когда Нил двинулся мимо них, то его руку выше локтя перехватил тот самый тип - Джаспер, останавливая его и уставился на Нила своими глазами цвета тёмного янтаря, едва ли не пронзая взглядом.       Возможно, когда-то давно они были тёмными, - подумал Нил. Эта мысль пришла из неоткуда и удивила его. Он решил узнать - верно ли это? - у Элис. Отчего-то ему казалось, что она точно знает. Зачем? Кто знает.       - Постой, - сказал Джаспер не отрываясь от лица Нила, чем сильнее смущал его, заставляя сомневаться. - Останься.       Что я творю? Зачем? - но Джаспер не знал ответа, поддаваясь порыву.       - Хорошо, - ответил Нил, и отвёл взгляд. Его сердце билось сильнее, раздражая его своей своевольностью. Оно совершенно его не слушалось. Нил вздохнул, сдаваясь, - хорошо, я останусь, ненадолго. В конце концов, дома меня ждут только завтра. И если я немного задержусь, то ничего страшного.       Кто именно его ждёт?       Джаспер всё смотрел, внимательно и изучающе, и никак не мог отпустить его руку.       - Ты не помнишь, - произнёс едва слышно Джаспер, констатируя факт.       - Джаспер, мы с тобой позже поговорим об этом, сейчас не стоит, - прервал его Карлайл. - Оставь мальчика. Ты его пугаешь.       - Я вовсе не боюсь, - встрепенулся Нил, и уставился на Джаспера уже с любопытством, - чего я не помню? Разве я должен что-то помнить? Мы виделись раньше? Когда?       Карлайл со стоном вздохнул, сокрушённо качая головой и направился в их с Эсми комнату, чтобы сообщить о прибытии Джаспера, оставляя того самому разруливать ситуацию, прекрасно зная Нила и его настойчивость и упрямство.       К этому времени вернулись Элис и Эдвард, в сопровождении Джейка и Эммета с Розали. Наконец, все были в сборе. Джаспер не успел ничего пояснить, как их с Нилом уволокли на кухню, затем в гостиную. Перед этим Эдвард успел рассказать Карлайлу о произошедшем с Джейн, так как остальные все уже были в курсе дела.       ...После долгих разговоров и рассказов, Джаспер захотел побыть один. Он снова находился в своей комнате, осматриваясь и привыкая обратно к дому, когда в его дверь настойчиво постучали. Это определённо был тот парень - Нил. Он заваливал Джаспера вопросами на ужине, интересуясь прошлым, далёким и не очень. И совершенно вымотал его, под насмешливые взгляды окружающих членов семьи.       Он даже на какое-то короткое время пожалел о том, что остановил тогда парня. Но помимо этого, он также узнал о нём много интересного: о том, что Нил учился в медицинском, что они с Карлайлом вели совместную работу в лаборатории, что Нил никак не мог до сих пор обратиться в волка, что он мог как и его мать скрывать мысли, и что у него голубые глаза "в бабушку", мать Бэллы, в чём Джаспер сильно сомневался, но не стал перечить.       А ещё у Нила не было пары. И отчего-то, узнав этот незатейливый факт, Джаспер внутренне успокоился.       Но сейчас этот неугомонный болтун рвался в его скромные покои, чтобы лишить Джаспера покоя.       - Входи, - крикнул Джаспер, сам себя не понимая. Он никогда прежде не стремился к встрече с этим парнем, и уже заранее его недолюбливал, но сейчас позволял ему пересечь порог своей комнаты. Что-то глубоко внутри жаждало встречи с ним. И что больше всего его поразило - тот притащил гитару - ту самую, что принадлежала Нилу!       - Однажды Элис передала мне сборник песен, записанных от руки, - Нил по-деловому расчехлил гитару и сел на пол, настраивая её и продолжая говорить, - странно, почерк мне не знаком, но песенки незатейливые и мне понравились. И когда я хочу наладить дружеские отношения, то моя подруга меня выручает. Может она поможет и сейчас?       Парень посмотрел на замершего Джаспера, прямо в глаза и улыбнулся:       - Знаешь, как-то у нас нехорошо вышла первая встреча, - он вздохнул, перебирая струны, а Джаспер боялся сдвинутся с места и спугнуть этого говорливого воробья, наблюдая за ним с интересом и ответным любопытством.       - Ну так вот, давай начнем заново, - и Нил протянул ему руку. Джаспер протянул в ответ свою:       - Взаимно, - отозвался Джаспер. - Извини, если был груб.       - Да ладно, - отмахнулся Нил беззлобно, - проехали.       - Мне жаль, что я потерял столько времени вдали от дома и от тебя, - искренне признался Джаспер, преодолевая себя и собственную гордыню.       - Не думаю, что тебе бы понравился болтливый сопляк, ошивающийся рядом днями и ночами. Хотя Чарли уверяет, что я не изменился. Иногда мне кажется, что меня с кем-то сравнивают, или чего-то ожидают.       - Просто, был один человек, похожий на тебя, - ответил Джаспер наблюдая за ловкими пальцами Нила. Парень ему нравился, несмотря на подвешенный язык. - Но его уже нет, и сравнивать вас глупо.       - Вот, - Нил улыбнулся, наигрывая, - знаешь, я давно хотел увидеть тебя, Джаспер. Не против, если я буду тебя так звать?       - Я только за, Нил, - Джаспер присел у стены, прижимаясь к ней спиной, и оказываясь напротив своего позднего гостя, рассматривая его смущённое лицо.       Сколько времени понадобится, чтобы привлечь его внимание?       Нил вздохнул, собираясь с силами и преодолевая нервозность. Пятерней он пригладил волосы назад и настроился, усаживаясь поудобнее. Эхо улицы ночной Это тихий голос твой Дрогнут тени на стене Может ты придешь ко мне? Встанешь тихо у огня Спросишь: любишь ли меня? Только промолчу в ответ Словно и ответа нет.****       Нил покосился на внимательно наблюдающего за ним Джаспера. Но не моя вина, в том, что у любви наши имена В том, что у нее шаги твои, руки твои, и твои глаза. У моей любви на щеке слеза. У моей любви прощальный бал. В сумерках зал.****       Джаспер чуть нагнулся и протянул руку, зажимая струны на гитаре.       - Достаточно, - глухо произнёс он и прикрыл глаза на некоторое время. - Как давно ты научился этому?       - Чему? - удивление на лице Нила казалось убедительным, если бы не тарахтевшее сердце, которым он не умел управлять и которое было намного честнее.       - Как нехорошо лгать старшим, - усмехнулся Джаспер, складывая руки на груди и насмешливо оглядывая парня с ног до головы, ещё больше смущая. - Так как давно ты научился владеть мороком? И каким образом?       - Недавно, года два, во мне сочетаются гены обоих видов, "спящие", плюс "наследство" по материнской линии, - обиженным тоном проворчал Нил, поглаживая струны. Джаспер хмыкнул, пока тот посматривал на него исподлобья.       - Карлайл знает, чем ты промышляешь?       - Нет! Боже, нет, конечно, я и не думал, - подорвался Нил, но Джаспер перехватил его за руку, усаживая обратно, поближе к себе. - Только Элис.       - Стоило догадаться. Элис, кто же ещё, - тихо произнёс Джаспер и посмотрел на притихшего Нила, ожидающего своей участи. - И как много она тебе рассказала?       - Всё, - пожал плечом Нил и поджал губы, совсем как его мать. - На восемнадцатилетие она мне всё рассказала. Никто не знает. Это странно знать, что ты был кем-то другим, но всё равно сейчас это неважно, потому что я не тот прошлый Нил. Не нужно меня сравнивать. Я другой человек. И мне нравится совершенно... другое.       Теперь уже Джаспер удивлялся. А Нил снова перебирал струны, но теперь уже молча, погружённый в раздумья. Затем он внезапно заговорил:       - Я всегда представлял тебя другим, но встретив сегодня, кое-что понял.       - Что мечты не совпадают с реальностью? - отчего-то произносить это Нилу было горько, как и осознавать, что, возможно, в тебе разочаровались.       - Точно, не совпадают, - и у Нила вырвался непроизвольный смешок. Он покосился на Джаспера:        - Иногда реальность намного лучше любой выдумки. Ты же не думаешь, что я заявился сюда по чьей-либо просьбе? Например, Элис.       - А разве это не так? - Джаспер спросил и замер, в ожидании ответа. Ведь и его выдумки и воспоминания разнились с реальностью: паренек ему нравился, несмотря на все его предубеждения.       - Нет, не так, - и губы Нила невольно растянулись в улыбку, - ты ведь помнишь, что я хотел сегодня уйти домой? Но я остался. И не пожалел об этом. И совершенно точно не оказался бы здесь, в одной комнате с тобой, если бы сам того не хотел... Ты ведь тоже чувствуешь это.       - И что же дальше? - сейчас Джаспер уже прекрасно понимал, что дальше, но всё равно хотел услышать это от Нила. Теперь уже окончательно и бесповоротно его Нила.       - А дальше, - Нил задумался, - всё будет так, как будет. У нас ещё всё впереди. Но пока можем начать с малого.       - Пожалуй, я готов и соглашусь послушать ещё пару песен, - и Джаспер улыбнулся, наблюдая за растерянным выражением лица Нила, ожидавшего иного предложения. - Неужели, ты надеялся на большее? Мы знакомы меньше суток.       - Мы знакомы всю мою жизнь, - укоризненно заметил Нил. Немного поворчал, но смирился с тем, что ему предлагали: как же всё таки Каллены были старомодны!       - Не торопи события, "у нас всё впереди", - Джаспер рассмеялся. Впервые за долгие годы.       Нил улыбнулся ему, перебирая струны и напевая тихо, чтобы мог услышать только один: Просто ты летишь на свет, Через память прошлых лет...****