Санта исполняет желания

      Драко Малфой не то чтобы так уж сильно любил Рождество. Может, когда-то в детстве это и было праздником, приносящим хорошее настроение, но сейчас для него оно превратилось в обычный день. Нет, Драко исправно посылал подарки друзьям, коих осталось немного, и получал свои. Он даже искренне благодарил за них. Только последние лет пять Рождество стало набором рутинных действий, отнимающих время, которое Малфой мог бы провести с большей пользой.       Так и в этом году. Драко заранее подготовил подарки, попросил эльфа подобрать подходящие открытки и небольшие презенты для коллег по отделу Международного Сотрудничества, а потом подписал уже готовые тексты. В нужное время все это волшебным образом окажется у адресатов. Он мог бы уже расслабиться и забыть о праздничной кутерьме, отвлекающей от работы, но было одно НО.       Два года назад, когда Малфой путём нескольких лет монотонного труда в Министерстве получил нынешнюю должность ведущего специалиста по Восточному направлению, Министр решил ввести совершенно идиотскую и ненужную, по мнению Драко, традицию. Каждый сотрудник был обязан участвовать в мероприятии под названием «Тайный Санта». Все бы ничего: анонимность «Санты» при желании, полная свобода выбора подарка (который должен быть безопасным и стоить не меньше определенной суммы), если бы эта глупость не отнимала драгоценное время и не заставляла его коллег забывать о работе.       В прошлом году Малфой просто купил какому-то неизвестному волшебнику из отдела Туризма билеты на квиддичный матч, проходящий сразу после Рождества во Франции. Всего-то и надо было, что узнать, как выглядит «жертва» его подарка, а потом пару раз оказаться рядом, когда тот болтал со своими друзьями.       Сам Малфой в тот год получил книгу проклятий со сглазом и уничтожил ее, даже не распаковав. Прожив столько лет среди вещей с тёмной магией, почувствовать отрицательную энергию предмета было сущим пустяком. Правда коллеги потом косились неодобрительно, посчитав снобом. Драко как обычно проигнорировал взгляды в свою сторону. После войны далеко не все простили его семье поддержку Волдеморта. И то, что Люциуса казнили, а Нарцисса вскоре умерла, никого не интересовало. То, что самого Драко оправдали, тоже. Для многих он так и остался пособником Лорда, сыном Пожирателя.       Так вот, о проблеме этого года. Будто издеваясь, судьба сделала его коллегой Гермиону Грейнджер. Они работали в разных направлениях, но их задачи периодически пересекались. Малфой давным давно пересмотрел свои взгляды на маглорожденных, и его отстраненная вежливость помогла выстроить нормальные деловые отношения с Золотой девочкой.       Так уж вышло, что они и ещё трое человек делили один большой кабинет, поэтому видеться приходилось часто, и не только с ней, но и с ее друзьями. А потом Блейз учудил и умудрился начать встречаться с Полумной, отчего сухие кивки и короткие фразы превратились в ленивые приветствия и отстранённо-вежливое присутствие на тех совместных вечерах, от которых не получалось отвертеться.       Забини с его лёгким характером быстро влился в круг гриффиндорцев и друзей своей девушки, а Малфой чувствовал себя неуютно и приходил только из-за просьб друга. Вскоре все привыкли к нему, а со временем даже стали лучше относиться и могли первыми поздороваться в коридорах Министерства. Не то чтобы для Драко это было важным достижением.       Больше всех напрягала Грейнджер. Она, казалось, одна из первых, кто принял его извинения и действительно простил. Гермиона вела себя с ним сначала немного настороженно, но вполне дружелюбно. Их обоих устраивали вежливые фразы и уважение друг к другу, когда приходилось объединять усилия на работе. Возможно из-за этого Малфой подпустил ее чуть ближе, чем остальных коллег, и стал обращать внимание на мелкие детали, как всегда делал с теми, кто его интересовал или был ему дорог. Мужчина заметил, что в последнее время Гермиона больше симулирует праздничное настроение, чем действительно предвкушает праздник.       Он не присматривался к ней в том году, но в этом пришлось — так вышло, что Драко оказался ее Тайным Сантой. И он совершенно не знал, что подарить ей. Потому что вопреки своему обычному поведению, хотелось угадать с подарком и снова увидеть искорки настоящей радости в карих глазах. Блондин ещё с Хогвартса помнил, насколько Грейнджер любила Рождество и как мечтательно улыбалась, предвкушая праздник и подготавливая подарки друзьям. Что же изменилось в последние годы, раз ее взгляд на елку, стоящую в углу кабинета, был задумчивым и немного печальным?       Первоначальный вариант теперь казался неподходящим, а ничего другого подобрать не получалось — он почти ничего о ней не знал и узнать было не у кого. Это раздражало и отнимало все свободное время, делая работу малопродуктивной. Раздумывая над способом, которым можно было бы выведать нужную информацию, Малфой не заметил, как за соседним столиком в кафе появились новые посетители. Громкий голос жены Поттера разрушил тишину вокруг него. Но тема разговора заставила замереть на месте и прислушаться. Никогда ещё Малфой не был так рад, что любит уединение: от Грейнджер и ее друзей его прятали искусственные пышноцветущие растения.       — Так, а теперь рассказывай, что с тобой происходит в последнее время! — хлопнула по столу Джинни, заставив Гермиону нервно сжаться от такого напора.       — О чем ты? — попробовала улизнуть от ответа девушка.       — Даже не знаю, — картинно задумалась рыжая. — Может, о том, что ты до сих пор не закончила покупку подарков, хотя обычно делала это ещё в начале месяца, чтобы освободить время для других дел? Или о том, что ты ни разу не заговорила о рождественской вечеринке, которую мы обычно устраиваем? Хотя раньше с энтузиазмом придумывала различные конкурсы.       — Не придумывала, а адаптировала магловские под волшебников, — пробормотала Грейнджер.       — Не суть! Ты же даже елку дома нарядила, когда я пришла и напомнила об этом! И твой взгляд: ты знаешь, что он изменился? Такое чувство, будто ты резко разлюбила Рождество!       — Гермиона? — тихо и немного взволновано позвал Гарри, когда она тяжело вздохнула и опустила лоб на скрещённые руки, лежащие на столе. — У тебя что-то случилось?       — Нет, все нормально, — слабо усмехнулась девушка. — Просто нет настроения.       — Почему? — участливо спросила бывшая Уизли.       — Да ерунда, не волнуйтесь, — отмахнулась Грейнджер. — Правда. Закончу дела и немного отдохну, и все будет, как раньше.       — Пожалуйста, расскажи нам, — попросила Джинни.       — Ты же знаешь, что можешь поделиться с нами всем. И не думай, что мы будем волноваться меньше, если ты сейчас промолчишь, — дружески пригрозил Поттер.       — Просто … — Гермиона замолчала, но потом вздохнула и заговорила, явно стесняясь:       — Просто вдруг осознала, что в последние годы в моей жизни ничего не меняется. Я готовлю подарки, наряжаю дом, встречаю праздник, потом мы устраиваем вечеринку для друзей. У вас у всех в жизни за это время изменилось многое, а я как-будто стою на месте. Работа — дом, наши редкие встречи между. Я помню, что сама всегда отказываюсь от ваших приглашений, но обычно был кто-то, с кем я отмечала… В этом году мне и встретить не с кем будет. Вы не подумайте, я за всех вас рада, но я знаю, что вы будете переживать и пытаться пригласить к себе, а мне будет неприятно чувствовать себя третьей лишней. Даже на нашей привычной вечеринке все изменится, ведь теперь Луна не сможет составить мне компанию. И в общем, я знаю, это эгоистично, но вдруг стало как-то одиноко что ли. Не хочется такого праздника, — виновато закончила говорить Гермиона. Потом вскинулась:       — И не вздумайте сейчас уговаривать меня присоединиться к вам, я все равно откажусь, вы меня знаете! И остальным передайте!       — Ох, милая… — жалобно произнесла Джинни. — Может, ты все же подумаешь? Ты знаешь, мы всегда…       — Я знаю, — резко прервала ее Грейнджер. — Я знаю, — сказала уже мягче и обняла подругу. — Спасибо, но нет. Вы сами спросили, я ответила.       — Теперь-то ты наконец признаёшь, что пора уже найти себе кого-то? — заговорил Гарри.       — Поттер! — возмущённо прошипела Гермиона.       — А что? То у тебя учёба, то работа, проекты и командировки. И посмотри, к чему все пришло. Пора подумать и о себе, дорогуша. Короткие интрижки ни к чему хорошему не ведут. Когда кстати был последний раз?       Гермиона что-то невнятно пробормотала, и Поттер переспросил:       — Что? Я не понял?       — Больше четырёх месяцев назад, — буркнула подруга.       — Мерлин! — в ужасе воскликнула Джинни. — Как ты вообще столько времени живешь без хорошего секса?       — Потише, Джин, — шикнула Гермиона. — Если бы секс действительно был хорош, я бы может давно нашла себе кого-то постоянного. Но вот уже год, как никто не может меня нормально трахнуть, — раздраженно высказала она.       — Что?! — поражённо ахнули ее друзья.       — Представьте себе, черт возьми! Мало того, что я тратила своё драгоценное время на эти свидания, терпела невежество за столом и даже краснела за манеры некоторых, так они все, поголовно, не смогли довести меня до конца. Последний почти справился, и то мне пришлось немного помочь себе самой! Это, знаете ли, разочаровывает. Я уже начинаю думать, что со мной что-то не так, — в конце голос Грейнджер стал немного жалобным, и Драко, безмерно удивленный услышанным, вдруг ощутил недовольство и раздражение.       Какие-то идиоты, не умеющие обращаться с женщинами, не должны были даже подходить к такой как Грейнджер. И где она таких находила?       — А самое обидное и бесящее знаете что? Ни с кем я не могу поговорить на равных! Неужели на свете нет никого, кто хотя бы сделает вид, что слушает о законах развития природы магии, а не заснёт посреди разговора? Все считают меня занудой и заумной простушкой, которую впечатлит дурацкий букет роз, поход в ресторан и быстрый секс. Я же кроме работы и книг ничего не знаю! — возмущённо и с нотками обиды говорила Гермиона.       — Ты же не такая совсем, — возразил Поттер. — Ты яркая, смешная, весёлая, очень активная и добрая. Да почти половина наших проделок прошла под твоим руководством! Ты же очень азартная на самом деле и вовсе не скучная.       — А ещё красивая и вовсе не ханжа. Те бутики с бельём, которые ты мне тогда показала, просто потрясны! — воскликнула Джинни.       — Вы это знаете, Рон, остальные. Даже Лаванда почти перестала считать меня заучкой. Но я уверена, что и в этот раз большая часть подарков окажется книгами, — грустно хмыкнула Грейнджер. — Нет, я люблю книги и читать. Но когда мне в пятый раз за год дарят одно и то же… Да я могу поспорить на что угодно, что и этот Тайный Санта не станет заморачиваться с подарком! Я же Грейнджер! Что может быть проще, чем подобрать мне презент! Любая книга — и я прыгаю от радости! — с сарказмом сказала она.       — Так что, я совсем не против встретить Рождество одной, но нынешнее положение дел меня удручает.       — Знаешь, — произнесла с воодушевлением Джинни, — отговорить мы тебя не сможем, но пообещай, что после сочельника займёшься поиском парня? Я даже помогу тебе, есть пара вариантов.       — Джинн…       — Пообещай, — поднажала рыжая, и Гермиона со вздохом сдалась.       — Ладно. Но учти, что любого более менее адекватного я сразу потащу в спальню и проверю, стоит ли вообще начинать отношения, — с усмешкой пригрозила она.       — Поверь, никто не откажется, — фыркнул Поттер.       Малфой про себя с ним согласился, хотя такое легкомыслие Грейнджер отчего-то бесило. Он не мог себе представить ее, перебирающую мужиков, как блюда в ресторане. Мысль о возможном подарке появилась и засела в голове, не успев толком оформиться. Но с каждой минутой она нравилась Малфою все больше.       Вечером Драко наведался в гости к другу. Луна присоединилась к разговору, но блондин даже был рад этому.       — Что тебя привело к нам так поздно? — спросил Забини.       — Хотел поздравить? — чуть удивленно откликнулся Малфой, заметив кольцо на пальце Полумны.       — Спасибо, — безмятежно ответила девушка. — Только это пока секрет, Блейз хочет всех удивить на встрече после Рождества.       — Кстати, о Рождестве я и пришёл поговорить. Нужна ваша помощь, — сказал Драко.       — Что?! — через пять минут вскинулся Забини, шокировано округлив глаза и подскочив с дивана. — Постой, ты действительно хочешь сделать это?       — Будет трудно, но если вы мне поможете…       — Ты же понимаешь, как все будет выглядеть? Да это же считай похищение! И кого? Золотого трио в полном составе и их друзей до кучи! — воскликнул Блейз.       — А мне нравится, — улыбнулась Луна. — Мы поможем.       — Милая? — нервно посмотрел на неё мулат.       — Я уже вижу, что все получится. Да, это будет хорошо, — отстранённо произнесла блондинка, а потом посмотрела на Драко. — Смотри, не испорть все отказом. Скажешь «нет» и потеряешь больше, чем сможешь когда-либо получить.       — Что? — нахмурился Малфой, ничего не понимая из странной речи.       — Ээх, видимо, мы поможем, — устало вздохнул Забини, посмотрев на довольную невесту.       — Спасибо, — произнёс Драко и попрощался, отправившись домой.       Через несколько дней все друзья Гермионы и Луны собрались в доме Забини. Когда прибыл последний гость, а хозяева так и не появились, то тут, то там стали раздаваться вопросы.       — Кто-нибудь знает, зачем нас здесь собрали всех? — спросил Рон, посматривая в сторону Малфоя, что с безразличным видом пялился в окно.       — Луна сказала, у них с Блейзом какое-то объявление, — ответила Джинни.       — Все верно, — мелодично произнесла Лавгуд, заходя в гостиную в сопровождении Забини.       Она мило улыбалась и здоровалась, а потом Браун воскликнула, перебив всех:       — Это что, кольцо?!       Раздался новый шквал вопросов и поздравлений, который прервал Блейз. Он прочистил горло и в наступившей тишине сказал:       — Мы знаем, что у вас сегодня планы, вы отмечаете Рождество с семьями, но мы просим присоединиться к нам и немного отпраздновать уже сейчас. Дело в том, что это не все хорошие новости.       Мужчина выглядел загадочно, но очень довольно. Они с Луной переглянулись между собой, обмениваясь счастливыми улыбками, и Гермиона первой догадалась обо всем.       — О, мои дорогие, я вас поздравляю ещё раз! — с чувством произнесла она и обняла пару.       Как только смысл дошёл и до остальных, друзья присоединились к хорошим пожеланиям. Даже сидящий в стороне Малфой встал и искренне порадовался за Блейза, обняв Луну и похлопав по плечу друга. В глазах гриффиндорцев он сразу же стал чуточку лучше в этот момент, ведь обычно вёл себя довольно отстранённо.       — Так все смогут пойти и отметить с нами сейчас? — прервала разговоры Полумна. — Я сняла чудесный коттедж в пригороде Лондона, и у нас уже готов портключ туда для вас, — с улыбкой произнесла она. Выслушав согласие, девушка продолжила:       — Я читала, что на ранних сроках вредные риктусы могут пробираться в жилища волшебников и питаться магией будущих родителей и малыша. Так что Блейз поставил на дом сильные охранные чары, а вас я попрошу сдать мне палочки. Знаю, что это тяжело, но они вам не понадобятся. Там полностью безопасно, я все проверила. Вот только коттедж этот на окраине магловской деревни, и я бы не хотела привлечь вредных существ туда, для обычных людей они смертельны, — потусторонне вещала Луна.       Ее друзья переглядывались, не решаясь отдать свою палочку даже на время. Забини, заметив это, сделал просящее выражение лица, стоя позади невесты. Потом сказал:       — Там действительно безопасно, и если что, можно позвать домовика. Просто посидим и отметим, а потом вернёмся сюда и все. Пожалуйста, ей нельзя волноваться, — тише добавил мужчина, подходя к Гермионе.       Она пожала плечами и спокойно передала свою палочку, предварительно наложив на неё несколько заклинаний для сохранности. Гарри и Джинни переглянулись и тоже нехотя расстались с орудием. Луна с отсутствующим видом и улыбкой подходила к каждому и забирала тоже.       — С ними все будет в порядке, — пообещала она. — Драко? — посмотрела на нерешительного волшебника.       — Я точно не могу оставить ее? — скривился блондин.       — Разумеется, — важно кивнула Полумна.       Малфой под умоляющим взглядом друга нехотя передал свою палочку Лавгуд. Они уже обговаривали, как все пройдёт, и сошлись во мнении, что надо устранить любые возможности драки. Все-таки недовольные волшебники, запертые на территории особняка — мало ли, что могло случиться. На крайний случай у него была Элла, проинструктированная насчёт своих действий.       — Отлично! — звонко воскликнула Луна и поставила на стол чайник. — Портал сработает через две минуты. Мы с Блейзом присоединимся к вам после.       Народ собрался вокруг предмета и коснулся его, а через тридцать секунд все оказались в тёмной комнате. Свет тут же загорелся, и волшебники смогли осмотреться. Довольно большое помещение было холодным, батареи не справлялись и не прогревали его достаточно хорошо. Все было украшено и даже стояла большая ель, но гирлянды не мигали. Большинство из присутствующих даже не знали, как они работают, потому что они были магловскими. Около окон в дальней части комнаты стоял длинный накрытый стол, но еда на нем явно была под чарами стазиса.       Сами ребята оказались недалеко от камина и группы диванов и кресел, окружавших его. Огонь не горел, дров внутри тоже не наблюдалось. Постояв немного, все начали несмело расходиться и осматриваться. Луна и Блейз все не появлялись.       Через пятнадцать минут волнение достигло вершины. После того, как никто не смог аппарировать из-за установленной защиты, проверили обычные выходы. На улицу выйти было возможно, но вот за ворота коттеджа — нет. Собравшись, обеспокоенные ребята стали думать, как связаться с парой. Всех привлёк разговор Малфоя, что все это время тихо сидел в одном из кресел. Блондин позвал своего домовика.       — Элла, можешь аппаривать меня отсюда? — уточнил он.       — Или нас, — вставила Джинни.       — Нет, мистер Малфой, миссис Поттер, — бодро отрапортовала эльфийка. — На доме защита мистера Забини, снять ее или вывести гостей может только он.       Малфой тяжело вздохнул и попросил:       — Сходи к нему и узнай, сколько ещё нам ждать?       Существо бесшумно исчезло, а Драко откинулся на спинку кресла. Все снова заговорили, обсуждая, что же могло произойти. Элла вернулась через пять минут и протянула хозяину письмо. Малфой развернул его, и помещение наполнил беспокойный голос Блейза.       — Перед аппарацией Луне стало плохо. Сейчас ее обследует колдомедик. Подождите немного, — произнёс мужчина.       Друзья девушки тревожно переглянулись, переживая за неё. Спустя две минуты тяжёлого ожидания эльф принесла ещё один конверт.       — Простите за беспокойство, друзья, — заговорил голос Блейза. — Все нормально, колдомедик сказал, так бывает. Я прошу прощения, но мы не сможем прийти к вам сегодня. Луне нужен отдых, а я ее не оставлю даже на минуту. Я ещё извинюсь перед каждым из вас за то, что сорвал планы на Рождество, но вам придётся остаться там и отметить самим. Я отправлю оповещение вашим родным. Увидимся утром.       Едва последние слова прозвучали, на гостиную опустилась тишина. Все выдохнули с облегчением, радуясь, что с подругой все в порядке. А потом вдруг поняли, что застряли до следующего утра в магловском доме, без палочек.       — Главное, что с ними все хорошо, — обратила на себя внимание Гермиона. — Думаю, мы вполне сможем отметить Рождество и здесь. Стол накрыт, украшения есть — осталось все это включить и разогреть и можно начинать, — ее слова прервали зарождающийся ропот.       Остальные стали скептично осматриваться снова. Гарри тоже взял слово:       — Гермиона права. Что мы, не справимся что ли? Сейчас я разберусь с гирляндами, ты попробуй снять чары с еды, — обратился он к подруге. — Нечего унывать, у нас все есть для праздника. А чего нет — мы можем попросить домовиков принести из наших домов.       — Точно! — согласилась с мужем Джинни. — Давайте я попрошу Кричера принести нам всем наши наряды. Зря мы что ли их готовили, девочки?       Ее активно поддержали все, и комната наполнилась суетой. Поттер полез смотреть, как включить гирлянды, и вскоре все засверкало, сразу преобразив гостиную. Гермиона с большим трудом и медленно снимала чары с блюд. Без палочки это было непросто.       — Ну как? — спросил Рон. — Получается?       — Не знаю, смогу ли снять все. Это адски тяжело, — вздохнула Грейнджер. — Зато согрелась. Ненавижу холод.       — Везде свои плюсы, — хмыкнул Гарри, подходя тоже. — Дай я попробую.       Через минуту тарелка в его руках все же оттаяла, и запах запеченой утки наполнил комнату. Поттер шумно выдохнул и поставил блюдо на место.       — И как ты справляешься? Я знал, что беспалочковая магия тяжела в освоении, но даже не думал, что настолько. Ты так будешь без сил скоро.       — Нормально, — выдавила Гермиона, расслабляясь и опуская тарелку в сторону.       Она взяла следующую и глубоко вздохнула, сосредотачиваясь. Внезапно чары на ней пропали сами по себе, и девушка удивленно открыла глаза. Слева встал Малфой и забрал у неё из рук ещё одну утку. Потом сосредоточенно закрыл глаза и стал медленно вести рукой вдоль всего стола. Одно за другим блюда размораживались, и от них начинал подниматься парок. Тихо выдохнув, Драко встряхнул кистью и заметил ошеломлённые лица трёх гриффиндорцев.       — Что?       — Это было потрясающе, Малфой, — восторженно произнесла Грейнджер, и мужчина моргнул, не ожидая комплимента.       — Эм, спасибо?       — Ты же присоединишься к нам на празднике в этот раз? — спросил Поттер.       — На самом деле, раз уж я не могу заняться работой, то предпочёл бы отдохнуть. Я был бы благодарен, если меня никто не будет трогать. Просто поем и посижу у камина, буду протапливать дом, иначе замёрзнем, — произнёс блондин.       Потом кивнул им и пошёл на улицу, накидывая мантию поверх своего костюма. Трое друзей переглянулись и тоже отправились следом. Дрова без магии сами собой не появятся.       Коттедж снаружи был очень красив. Из красного кирпича, с большими стрельчатыми окнами, весь присыпанный снегом. Вокруг сад и дорожка, видимо, ведущая к сараю с дровами.       — Сможешь включить? — восторженно спросила Гермиона у друга, заметив уличные гирлянды.       — Попробую, Рон, помоги залезть, — попросил Гарри, заприметив рубильник.       Девушка не стала смотреть и пошла по следам Драко, чтобы тоже захватить дров. Она как раз дошла до него, когда дом засиял огоньками. Грейнджер радостно улыбнулась, разглядывая красоту, а потом подошла и стала набирать себе брусочки полегче. Кажется, это Рождество выйдет отличным для неё.       — И что, по-твоему, ты делаешь? — задал вдруг вопрос Малфой.       Сам мужчина уже набрал охапку дров и теперь со странным выражением лица смотрел на неё.       — Эээ … хочу принести их в дом? — не поняла Гермиона, распрямляясь.       — Положи их, — приказал Драко.       — Что? Почему? — нахмурилась Грейнджер.       — Потому что. Я сам все отнесу, Грейнджер. Иди и найди какую-нибудь бумагу, чтобы поджечь, если хочешь помочь, — чуть раздраженно высказал блондин.       — Почему ты вообще указываешь…       — Не можете и дня без ссоры? — усмехнулся Гарри, подходя к ним.       — Мы не ругаемся, — буркнул Драко.       — Да, он всего лишь не разрешает мне взять дрова! — недовольно высказала Гермиона.       — Потому что ты девушка, черт возьми! Тут достаточно мужчин, чтобы принести нужное количество, — ответил Малфой.       — Он прав, — пожал плечами Поттер, наклоняясь, чтобы взять охапку и себе.       — Да какого черта! — нахмурилась Грейнджер.       — Если так хочешь, то вот, — слизеринец взмахнул рукой, и все ее поленья перелетели к нему, а у неё осталось лишь два небольших. — Неси.       Пока Гермиона хватала ртом воздух, а Гарри пытался не рассмеяться над ней, Малфой что-то наложил на поленницу и пошёл в дом. Раздраженно зарычав, подруга попыталась взять себе ещё, но деревяшки больше не давались ей в руки. Девушка удивленно похлопала глазами и попробовала снова.       — Ну, этот раунд он выиграл, — хмыкнул Гарри.       — Мы не соревнуемся, — буркнула подруга, нехотя следуя за ним обратно. — Хотя его беспалочковая магия удивительна, да?       — Не многие Авроры так могут, — согласился Поттер.       Едва они зашли, Гарри попросил остальных ребят помочь и принести ещё дров. Мороз на улице крепчал, и это чувствовалось внутри.       — Хорошо, что мы можем получить достаточно алкоголя. Так будет теплее спать, — пробормотал мужчина.       Он посмотрел, как Малфой умело складывает поленья домиком, а потом подсовывает найденную Гермионой бумагу внутрь. Драко встал и осмотрелся, но спичек не нашёл. Гермиона тоже начала искать, побывала на кухне, ещё раз осмотрела камин. Симус принёс коробок откуда-то сверху, но он был отсыревшим. Малфой вздохнул и стал пробовать поджечь все без палочки.       Сначала он молчал, но ничего не получалось. Тогда блондин стал проговаривать заклинание вслух, и после третьей попытки появились несколько искр. Малфой прищурился и снова попробовал, и на этот раз бумага вспыхнула, поджигая щепки и тонкие кусочки дерева, постепенно перебираясь на более крупные поленья. Огонь затрещал, появился приятный запах горящих дров. Гермиона рядом радостно выдохнула и присела на корточки, согревая замёрзшие руки. Пока она грелась, Драко отодвинул диваны чуть дальше, оставив у камина пару кресел, чтобы тепло беспрепятственно выходило в гостиную.       — Я проверила комнаты наверху, там нормально. Под одеялом будет хорошо спать, — спустилась со второго этажа Джинни.       — Видимо, Луна не посчитала нужным попросить включить отопление на полную, когда снимала дом, — произнесла Грейнджер.       — Мы же не собирались тут останавливаться, — сказал Гарри.       Малфой про себя тоже задавался вопросом, какого Мерлина тут так холодно? Когда они с Блейзом проверяли коттедж, тут было тепло. Либо что-то случилось с магловским отоплением, либо это проделки Полумны. Только зачем? Разве не знала, что Грейнджер мерзлячка? Но потом его взгляд упал на закрытые от удовольствия глаза девушки перед камином, на ее расслабленное лицо и лёгкую довольную улыбку, и он понял, что Лавгуд наверняка сделала это специально. Если это понравилось странной гриффиндорке, то пусть. Драко просто будет отдыхать у камина и подкидывать туда дров, пока девушка наслаждается своим «подарком». Кажется, с момента, как все решили отпраздновать здесь и перестали ворчать, Гермиона улыбалась и радовалась празднику.       Через час женская часть собравшихся навела марафет и заставила своих мужей/парней переодеться в другие костюмы. Все сели за стол, поскольку вечер давно наступил. Драко тоже занял место с края, чтобы было удобно выходить потом. Он быстро поел, налил себе бокал огневиски и вернулся на кресло у камина. Если бы кто-то сейчас посмотрел на него, то заметил бы на его лице лёгкую расслабленную улыбку. Мужчина отдыхал, иногда поглядывая на веселящуюся Гермиону, и радовался тому, что его план работал, пусть и немного в ущерб остальным друзьям девушки.       Гриффиндорцы и несколько представителей других двух факультетов веселились все громче, шампанское и огневиски лились рекой. Как-то смогли включить музыку, и волшебники начали вставать потанцевать. Праздник удался на славу и всем понравился. Вскоре немного пьяные ребята даже выпили за то, что оказались все вместе в этот день и так отлично проводят время.       Малфой устал от шума и решил немного подышать воздухом, заодно принести ещё дров. Когда он вернулся и открыл дверь — на него почти выпала Гермиона. Рефлекторно поймав девушку одной рукой поперёк живота, чтобы не упала, Драко с усилием отправил поленья левитироваться к камину, а потом попытался поставить Грейнджер ровно. Та была пьяна и никак не могла встать, хихикая над этим. Вздохнув, Малфой шагнул назад, вытаскивая ее на крыльцо.       — Пойдём, подышишь.       Несмотря на то, что они не были друзьями и редко взаимодействовали напрямую, он не мог оставить даму в таком состоянии одну на морозе. Драко накинул на неё свою мантию и наложил согревающее, почти стаскивая со ступеней. Они с трудом дошли до поленницы и пошли обратно. Гермиона что-то восторженно лепетала, оглядывая сверкающий в темноте дом и звездное небо с луной.       За столом ее отсутствие заметили не сразу. Самый трезвый из всех, Гарри обеспокоено огляделся, нигде не замечая выпившей подруги. Он поднялся и проверил на диванах у камина, потом в комнатах наверху. Поттер почти решил попросить Рона помочь ему, как заметил на улице две фигуры. Гермиона в несуразно-длинной для неё мантии шла, пошатываясь, по дорожке, а рядом был Малфой, который ловил ее на каждом втором шагу. Поттер проследил, как они проследовали вдоль дома, а потом пошли обратно. Через два круга Гермиона двигалась чуть увереннее, теперь просто держась за локоть блондина. Поттер вышел на крыльцо, вдыхая морозный воздух, и услышал усталое бормотание Драко:       — И зачем ты столько выпила, если теперь даже идти нормально не можешь? Не замечал за тобой тягу к такому количеству алкоголя.       — Просто прохладно, а так теплее, — пролепетала девушка, спотыкаясь о комок снега.       Малфой удержал ее и продолжил путь.       — Прекращай пить столько, Грейнджер. Сейчас дом прогреется, и ты перестанешь мерзнуть так сильно.       — Да я не так уж сильно мёрзну. Это наверно ещё и от радости. Давно так хорошо не отдыхала на Рождество, — разоткровенничалась она. — А ты почему один сидишь?       — Отдыхаю так, — коротко ответил Малфой.       — Я устала ходить, — выдохнула Гермиона.       Малфой молча довёл ее до крыльца и увидел Поттера. Он внимательно оглядел его, будто решая, можно ли оставить девушку на него или гриффиндорец тоже пьян.       — Я почти трезв, — правильно расценил взгляд Гарри. — Спасибо, что присмотрел за ней.       — Не за что, — коротко отозвался Драко и зашёл в дом.       — Какие звёзды красивые, да? — восторженно произнесла подруга, глядя на небо.       — Да.       Они постояли ещё немного, и Гермиона почти пришла в себя. Она заговорила о каких-то научных вещах, возвращаясь за стол и пытаясь втянуть в беседу других. Около часа Поттер и Джинни слушали её, остальные потихоньку исчезали, разбредаясь по дому и его территории. Гарри честно пытался поддержать разговор, потому что видел, насколько счастлива подруга. Это Рождество будто подарило ей возможность отметить с друзьями и повеселиться. Не осталось и следа от грусти и плохого настроения. Но ни Поттер, ни его жена не были сильны в вопросах углубленного изучения трансгрессии.       — Хватит занудства, Герм, — пьяно похихикал Рон, обнимая подругу сзади.       Гермиона сузила глаза и спихнула его руки, обиженно отвечая:       — Я не виновата, что никто из вас не разбирается ни в чем, кроме квиддича, мальчики и девочки.       — Не обобщай, — раздался рядом голос Драко, который подошёл к столу наполнить свой бокал.       — Хочешь сказать, ты разбираешься в теории аппарации и происходящих при этом процессах? — чуть скептично, но заинтересованно спросила Гермиона.       — Думаю, я читал об этом, — хмыкнул Малфой и присел на соседний стул.       К этому моменту все выглядели немного потрепанными, как это всегда бывает с выпившими людьми. Из причёски выбиваются прядки, чуть портится макияж, рубашки мнутся, а пиджаки давно висят на спинках стульев. Но Малфой выглядел как всегда идеально в своём скроенном по фигуре костюме и начищенных ботинках. Только его волосы потеряли укладку и теперь смотрелись более естественно. Но ему это даже шло. Гермиона про себя завистливо вздохнула и переключилась на разговор.       — И что ты думаешь на этот счёт? Мне кажется, что Берк был прав, количество на выходе и входе одинаково. Аппарируя, мы с помощью нашей магии превращаемся в частицы и вновь собираемся уже на месте, не теряя при перемещении ни одной. Иначе это было бы физически невозможно, — с уверенностью заявила Гермиона.       — Вынужден не согласиться, — фыркнул Драко. — Я думаю, при аппарации мы все же теряем некую часть этих самых частиц.       — Ты же не можешь действительно в это верить! — ахнула Грейнджер.       — Почему нет? Допустим, я прав…       — Но подожди! Если мы представим себе, что это правда, то со временем волшебники заметили бы изменения. Это как с пазлами. Если разобрать картинку, то и собрать мы ее сможем лишь при наличии всех деталей. Отсутствие даже одной уже будет заметно! — с жаром перебила Грейнджер.       — И я с этим не спорю, — спокойно ответил Драко. — Но подумай, а что, если волшебник во время аппарации отдаёт часть своей магии. Она проносится вперёд, чтобы первой появиться на месте назначения, как бы занимая место. Иначе как объяснить, что никто ни разу не выпадал на другого волшебника? Наши частицы находят свободный участок. Когда мы появляемся там, они возвращаются на место. По сути, твоя теория верная, но и моя тоже, — усмехнулся блондин.       — То есть, ты считаешь, что…       Гарри и Джинни переглянулись, отмечая азартный блеск в глазах подруги. Странно было, что Малфой от неё не отставал, задавая вопросы по теме или доказывая свою точку зрения. Они сидели у края стола, потому не мешали остальным веселиться, но все заметили эту странную парочку, увлечённо спорящую на непонятные темы. После теории аппарации Драко заговорил о каких-то законах магии, проявляющих себя лишь при определенных обстоятельствах. Вместе с Гермионой они пытались выстроить систему и разгадать тайну, даже отыскали где-то ручку и листочки, записывая выводы и данные.       Гарри заметил ухмылку жены и понял, о чем она думает. Сегодня у Гермионы сбылось не только пожелание встретить праздник не одной, но и поговорить с умным собеседником. Малфой видимо выпил за последнее время достаточно, потому что добровольно ввязался в разговор, хотя обычно не привлекал к себе внимания на совместных посиделках с Луной и Блейзом.       Гермиона снова начала пить шампанское, и блондин недовольно отставил их бокалы, уводя девушку поближе к камину, чтобы не мёрзла. Грейнджер немного раскраснелась, а глаза ее блестели от интереса и удовольствия, доставляемого разговором. Драко невольно залюбовался ей, слушая очередную волну аргументов, и поймал себя на мысли, что потерял нить беседы, следя за движением полных губ. Списав все на алкоголь, мужчина вновь попытался уловить смысл сказанного.       Вскоре все остальные перестали пытаться вытащить Гермиону потанцевать или выпить с ними, и оставили увлечённых беседой в покое. Малфой устал стоять и придвинул к камину небольшой диванчик, усаживаясь с комфортом. К трём утра все начали потихоньку расходиться по кроватям. Гарри сидел ещё какое-то время, но Гермиона и не думала останавливаться, продолжая говорить о чём-то непонятном. Малфой вроде немного протрезвел за это время, и Поттер решил тоже пойти спать. Через полчаса разговор затих сам собой, уставшая девушка начала зевать.       — Кажется, пора ложиться, — пробормотала она. — Надеюсь, не замёрзну там.       Она с трудом встала и, пошатываясь, пошла в сторону лестницы. Уже на второй ступеньке ее повело, и Гермиона приготовилась позорно упасть, но тёплые руки Малфоя обхватили за талию, возвращая в вертикальное положение.       — Спасибо, ноги меня сегодня плохо держат, — усмехнулась Грейнджер.       Не думая, что творит, она наклонилась и сняла с себя туфли, и Драко рассеяно замер, по достоинству оценив прекрасный вид сзади. Тонкая ткань платья натянулась на округлых ягодицах, из-под подола показались стройные лодыжки, а изгиб спины заставил сглотнуть и попытаться выбросить неуместные мысли из головы.       — Пожалуй, провожу тебя до комнаты, а то свернёшь себе шею в этой темноте, и твои друзья убьют меня, — фыркнул сзади Малфой.       Гермиона обернулась, немного смутившись, потому что уже успела забыть о нём, когда наклонялась и снимала обувь. Она кивнула и со всей осторожностью медленно начала подниматься. Сердце странно забилось в предвкушении чего-то неизвестного и запретного. Вряд ли Драко действительно хотел чего-то большего, он просто провожал ее, как джентельмен, но предательские мысли все же проскальзывали в голове. Может, стоит рискнуть? Если не получится, она спишет это на алкоголь. Почему раньше он не интересовал ее в этом плане? «Мы никогда так долго не разговаривали, тем более, не по работе, — ответила сама себе девушка. — Но про него ходят вполне определённые слухи, хотя я не часто замечала его с ведьмами. Может, хоть он окажется достаточно хорош, чтобы…»       — Какую комнату ты выбрала? — сбил ее с мысли тихий голос сзади.       Малфой придержал ее за талию, когда они поднялись на последнюю ступеньку и остановились почти в полной темноте.       — На самом деле, ещё никакую. Понятия не имею, где осталась свободная и осталась ли, — хихикнула Грейнджер.       Она тихо рассмеялась, подумав, что на этом праздник закончится. Видимо, хорошая компания на Рождество и отличный собеседник были пределом ее везения сегодня. На хороший секс его уже не хватало. Думать о том, где ей спать, совсем не хотелось теперь. Малфой рядом вздохнул и куда-то повёл ее.       — Куда мы? — со смешком спросила Гермиона. — Будем заглядывать в каждую, пока не найдём свободную?       — Поспишь в той, которую выбрал я. Я все равно собирался до утра топить камин, да и теплее там, — тихо ответил Драко.       Он толкнул дверь в конце коридора и завёл туда девушку. Взмахом руки зажег одну свечу на тумбе, и стало видно кровать и шкаф напротив. Гермиона переступила с ноги на ногу, прикусив нижнюю губу, чем привлекла его внимание. Потом обернулась, заметила на себе изучающий взгляд и решилась. Шагнула, встав совсем близко, и быстро поцеловала линию челюсти. Руки она положила на грудь Драко и сразу заметила, как он напрягся. Чуть отстранилась, и, глядя в глаза, медленно прижалась к его губам. Малфой перестал дышать, а потом мягко отодвинул её за плечи.       — Ты пьяна, Грейнджер. Завтра будешь жалеть, — сказал он.       — Не настолько, чтобы не осознавать свои действия, — возразила Гермиона, решительно глядя в ответ.       — Зачем? — спросил блондин, тем не менее не отталкивая ее дальше.       — Не бойся, я не влюбилась в тебя или что-то в этом роде, — усмехнулась слегка девушка. — Про тебя ходят определённые слухи, а у меня давно не было хорошего секса, вот и все, — пожала она плечами. — Или ты не хочешь?       Ладошка скользнула вниз по напрягшимся мышцам пресса и остановилась прямо на растущей выпуклости в районе ширинки. Довольная улыбка появилась на лице Грейнджер, и Малфой тоже усмехнулся ей.       — Глупый вопрос. Я один в комнате с красивой девушкой, так открыто предлагающей себя.       Гриффиндорка чуть покраснела и тихо фыркнула. Естественно, таким самоуверенного Малфоя было не смутить. Мерзавец был не только умён, но и красив, и прекрасно знал об этом.       — Я тоже не совсем трезв, так что решай, Грейнджер, — вкрадчиво произнёс мужчина, слегка наклонившись к ней и усиливая давление ее ладошки на член. — Уверена, что хочешь, чтобы я тебя трахнул?       Гермиона прикусила губу от предвкушения, а потом смело встретила его взгляд.       — Просто секс, Малфой.       — Просто секс, — согласно усмехнулся блондин и поцеловал, требовательно захватывая контроль и наконец пробуя на вкус губы, привлёкшие его внимание несколько часов назад.       Его рука поднялась с плеча выше и мягко обхватила девушку за шею сзади, прижимая ближе. Грейнджер тихо вздохнула, ощутив мурашки по всей спине от этой нехитрой ласки. Впервые она не просто отдавала контроль мужчине, но и была уверена, что с Драко за него пришлось бы бороться. Он явно не привык подчиняться женщине в постели. Это очень возбуждало, как и некая запретность происходящего.       Малфой уверенно опустил вторую ладонь, накрывая ягодицу и сжимая, притягивая к своим бёдрам. Гермиона ахнула ему в рот, и он воспользовался этим, скользнув вдоль ее языка своим. Желание разгоралось в крови обоих, словно пожар, страсть затмила всё, любые доводы рассудка. Драко толкнулся бёдрами, позволяя ведьме почувствовать своё возбуждение ещё сильнее. Грейнджер тихо всхлипнула и ответила на поцелуй более яростно, вступая в борьбу и медленно проигрывая.       Горячая ладонь крепко прошлась по талии наверх и накрыла грудь, сжимая, отыскивая торчавший сосок, чтобы мягко потянуть за него. Ноги девушки подогнулись окончательно, и Драко удержал ее, опустив руку обратно на поясницу. Он спустился губами на тонкую шею, слегка прикусывая и стараясь не оставить следов. Гермиона не выдержала и тихонько простонала. Этот звук заставил его оторваться и расфокусированным взглядом окинуть тяжело дышащую ведьму перед собой. Малфой усилием воли собрался немного и установил на комнату полог тишины, а потом вернул голодный взгляд на Гермиону. Она не стала стоять на месте и ждать, приподнимаясь на носочки и целуя его в шею, повторяя его ласки.       Драко опустил обе руки и стал поднимать платье наверх, собирая на талии. Едва закончив, он мгновенно обхватил голую кожу бедра, сжимая и поглаживая, в то же время вновь захватывая губы девушки в плен. Вторая ладонь зарылась в волосы, массируя голову и прижимая ближе, пока он приближался к средоточию ее желания. Стоило провести двумя пальцами по кружеву вниз, и Гермиона вслух застонала и задрожала в объятиях. Ластовица трусиков была мокрой насквозь, отчего его ласки вызывали больший трепет. Грейнджер вильнула бёдрами, желая ощутить это снова, и Малфой повторил движение, проникая под резинку и проводя по влажным складочкам и клитору вниз, ко входу. Там его пальцы задержались, чуть надавливая и отступая обратно, чтобы продолжить снова.       Гермиона чувствовала приближающийся оргазм и сама удивилась тому, насколько быстро это произошло. Обычно предварительных ласк и даже непосредственно секса не хватало, чтобы довести ее до конца. Со временем ей стало казаться, что она просто слишком долго разгоняется и не успевает за партнером. Но подобные мысли вылетели из головы, ведь прямо сейчас Малфой почти заставил ее кончить за десять минут, и это они даже не начинали толком.       Желание скручивалось внизу живота, требуя выхода. Гермиона жалобно простонала, вновь почувствовав давление на вход, и Драко в этот раз все же толкнулся внутрь, вставляя пальцы и начиная размеренно двигать ими, одновременно потирая клитор. Грейнджер задрожала сильнее, бессознательно насаживаясь сама, и мужчина ускорил движения, отыскивая чувствительное место под ушком и начиная посасывать там кожу. Ведьма замерла, охваченная первой сбивающей с ног волной, и сжала его пальцы внутри себя. Ее гортанный долгий стон пронзил все нутро Драко насквозь, заставив член дёрнуться в предвкушении. Грейнджер оказалась потрясающе чувственной, как и ожидалось от неё.       Сделав несколько шагов вперёд, Малфой потянул платье наверх, а потом усадил девушку на кровать, расстёгивая свою рубашку и любуясь видом. Лифчика на ней не было, и взору открылись полные груди с торчащими сосками, тонкая талия и красивые бёдра. И Мерлин Всемогущий, она была в потрясающих чулках на подвязках! А ее трусики прикрывали лишь треугольник между ног, в остальном являясь несколькими верёвочками.       Гермиона отдышалась, открывая глаза и наблюдая за блондином. Он снял запонки и сложил в карман, потом стянул рубашку, и под гладкой светлой кожей стали отчётливо видны перекатывающиеся мышцы. Малфой был не просто стройным и подтянутым, а в очень даже отличной форме. Он усмехнулся, заметив ее взгляд на себе, потом поставил одно колено между женских ног, заставляя чуть раздвинуть их, и снова поцеловал.       Гермиона вскинула руки, желая ощутить эту скрытую силу, обхватила мужские плечи, поднялась выше, провела по спине. Оставив там одну руку, вторую она запустила ему в волосы, слегка оттягивая их. Драко довольно выдохнул и снова принялся ласкать шею, спускаясь ниже, к ключицам. Его руки уже сжимали груди, и вскоре он заменил их на губы, заставляя Грейнджер несдержанно всхлипывать и притягивать ближе к себе.       Ее ладошки прошлись по твёрдому прессу и ухватились за ремень, пытаясь расстегнуть его. С третьей попытки у неё получилось, и юркие пальчики тут же разобрались с пуговицей и ширинкой. Гермиона запустила руку под резинку боксеров и обхватила горячий член, освобождая его. Она сжала ствол у основания, провела вверх и вниз, захватывая головку и размазывая смазку. Малфой оторвался от ее груди и низко простонал, толкаясь ей навстречу.       Грейнджер чуть сместилась, придвигаясь ближе, и он позволил ей, напряжённо наблюдая. Она с непривычным для себя удовольствием обвела языком головку, провела вдоль всего члена вниз, а потом ещё раз. Тот нетерпеливо дёрнулся, и девушка открыла рот и вобрала в себя столько, сколько смогла, дойдя лишь до середины. Обильно смочив слюной, Гермиона выпустила немного плоти и снова опустила голову, в этот раз протолкнув до горла. Малфой издал довольный звук и запустил пальцы ей в волосы, но надавливать не стал, как и двигать бёдрами. Грейнджер про себя выдохнула и начала двигаться, помогая себе языком и руками, слушая вздохи удовольствия блондина и его низкие короткие стоны.       Драко не выдержал слишком долго, вскоре отстраняя её. Он щелкнул пальцами, и его оставшаяся одежда появилась на стуле, как и ее трусики. Гермиона не успела даже удивиться такому виду беспалочковой невербальной магии, как мужчина опустился на колени и резко придвинул ее ближе к краю кровати, раскрывая для себя. Она попыталась сдвинуть бедра, чувствуя смущение, но он не позволил, закидывая сначала одну, а потом и вторую ногу себе на плечи. Его руки удобно обхватили ее попу и придвинули ещё ближе.       Грейнджер подавилась вздохом, ощутив его язык, раздвигающий мокрые складочки. А потом вскрикнула от силы удовольствия, скрутившего внутренности, стоило ему задеть пульсирующий клитор. Малфой терзал ее долго, казалось, что вечность, доводя до края и спускаясь ниже, чтобы уделить внимание истекающему влагалищу. Гермиона не могла вырваться из крепкой хватки, он не позволял ей шевелить бёдрами, контролируя каждую крупицу накапливающегося желания.       — П-пожалуйста, Драко… — почти взмолилась Грейнджер, в который раз подходя к краю.       Она почувствовала довольную усмешку, но не успела возмутиться, придавленная силой ошеломительного оргазма. Драко продолжал мягко выводить круги на клиторе и отстранился только тогда, когда ведьма затихла и расслабилась. Она даже не заметила в какой момент упала на кровать спиной, но сейчас мысли не хотели возвращаться в опустевшую голову. Гермиона безвольно позволила переложить себя выше, и Малфой стал неспешно ласкать обессиленное тело, вновь пуская искорки желания под кожей.       С удивлением девушка поняла, что снова чувствует возбуждение, подставляя свою грудь под его жадный рот и руки. Малфой уверено касался, умело отыскивал все эрогенные зоны, уделяя им особое внимание. Очень быстро Грейнджер задышала чаще, прижимая его ближе, желая почувствовать в себе. Драко чуть опустился, так, чтобы касаться головкой скользкого и разгоряченного лона, и Гермиона попыталась насадиться, двигая бёдрами. Он позволил ей ощутить давление, а потом отступил, и девушка разочарованно захныкала. Этот звук вызвал внутри него изощрённое чувство довольства, и блондин снова поддразнил ее. Гермиона спустила руки и слегка впилась ногтями в крепкие ягодицы, пытаясь притянуть ближе.       — Какая нетерпеливая… — прошептал на ушко Драко и толкнулся, растягивая и медленно входя до упора.       Грейнджер довольно простонала в унисон с ним. Малфой замер ненадолго, собирая свой контроль, и начал неспешное движение, продолжая терзать грудь ведьмы. Гермиона не лежала на месте, притягивая или сжимаясь на вызывающих дрожь моментах, целуя где придётся. Ее пальцы приятно ласкали кожу головы, с идеальной силой оттягивая волосы. Она подстроилась и стала двигаться навстречу, желая скорее достичь разрядки. Мысленно Малфой ещё раз проклял тех дебилов, которые попадались ей до него. Ну вот как можно было не удовлетворить настолько отзывчивую и чувствительную волшебницу?       Стоны девушки становились громче, ее внутренние мышцы стали сжиматься чаще, и Драко немного сменил положение тела, теперь с каждым толчком надавливая на припухший клитор. Грейнджер под ним заметалась, подмахивая бёдрами, а потом выгнулась от пробившего ее оргазма. Малфой позволил себе насладиться этой картиной, отпуская себя. Хватило двух толчков, чтобы кончить внутрь девушки, вжимаясь как можно сильнее. Его хриплый стон удовольствия совпал с последним всхлипом Гермионы, и оба затихли, приходя в себя.       Драко перекатился в сторону, восстанавливая дыхание, и наложил на них очищающее, добавив для Грейнджер ещё и чары контрацепции. Она молча кивнула, ещё не в силах говорить. Гермиона никогда в жизни не чувствовала себя настолько удовлетворённой. Она даже не представляла, что за один раунд можно кончить больше двух раз, и сейчас пыталась осознать это. Малфой был чертовски хорош, и переплюнуть его вряд ли кто-нибудь теперь сможет.       — Все хорошо? — уточнил блондин, усаживаясь на кровати и подзывая свою одежду.       — Более чем, — отозвалась Грейнджер. — Это было просто ошеломительно, — честно поставила она оценку, чувствуя неприятный холодок на влажной коже.       — Надеюсь, я вернул тебе веру в мужчин и хороший секс, — довольно усмехнулся Драко, поднимаясь и натягивая штаны. — Проблема если и была, то не в тебе. Ты определённо в порядке, Грейнджер.       — Ммм, — почти сквозь сон согласилась девушка, и он накинул на неё тонкое одеяло, укрывая. — Спасибо, — едва слышно прошептала она.       Малфой хмыкнул тихонько, застегнул манжеты и магией вернул рубашке приличный вид. Пиджак занял своё место, и мужчина снял чары и выскользнул в темный коридор. Вокруг стояла тишина, так что он спустился в гостиную, освещенную гирляндами и догорающим камином. Подбросив поленьев, Малфой подошёл к столу и налил себе огневиски, залпом выпивая. В голове было пусто, он никак не мог понять, стоило ли уступать их обоюдному желанию и спать с Грейнджер?       Он совершенно не планировал этого, организуя всё, потому что даже не мог представить, что она захочет его. Он знал, что говорить с ней будет интересно, и лишь во время беседы понял, насколько. Он увлёкся, позволил себе расслабиться, и вот к чему это привело. Ну, в крайнем случае, они вернутся к самому началу, когда Гермиона неловко отводила глаза и была напряжена, когда им пришлось впервые работать над одним делом. Хмыкнув ещё раз, Малфой накинул мантию и вышел за дровами.       До этого момента он и представить себе не мог, что ему придётся собственноручно таскать поленья, топить камин. Но появилось странное желание угодить с подарком одной ведьме, и вот он здесь, идёт по хрустящему снегу набирать дрова, чтобы не замерзнуть. Когда Драко вернулся, то с удивлением обнаружил Гермиону спящей на диванчике, поближе к теплу. Она свернулась калачиком, закуталась в одеяло, но все равно недовольно хмурилась сквозь сон.       Малфой тихо опустил деревяшки и накинул на неё свою мантию. Грейнджер приоткрыла глаза, щурясь от света огня, и непонимающе посмотрела на него.       — Ты совсем не умеешь пить, Грейнджер, — слабо усмехнулся Малфой, подтягивая ткань повыше, пока внимательно всматривался в ее глаза.       — Я не жалею, — хмыкнула Гермиона на его невысказанный вопрос.       — Посмотрим, что ты скажешь утром, — пробормотал Драко и сел в своё кресло, призывая со стола новый бокал огневиски.       Внезапно в памяти всплыли слова Луны, которая просила его не отказываться, иначе он многое потеряет. Что ж, если она говорила об этом, то он тоже определённо не жалеет о произошедшем.       На нижней ступени лестницы вдруг показался Поттер, который осмотрел их и двинулся к столу за соком, выпивая сразу стакан и наливая новый. Малфой напряжённо вспомнил весь разговор и незаметно выдохнул, понимая, что ничего лишнего аврор услышать не мог. Разбираться сейчас с ним совсем не хотелось, да и потом тоже.       Гарри подоткнул одеяло вокруг ног девушки, слегка улыбаясь, находя забавной ее любовь к теплу. Он отправился обратно под бочок к жене, а перед глазами снова и снова появлялась картина того, как Малфой аккуратно укрывает подругу своей мантией. Вроде бы, просто жест воспитанного человека, но что-то было странным. Уже оказавшись в кровати, Поттер понял — изменился взгляд блондина. Легкая скука и небольшой интерес, вызванный разговором с Гермионой, сменился на клубок противоречивых эмоций. Интересно, что же изменилось?       Утро для всех невольных пленников дома стало странным. Помимо лёгкого похмелья, которое невозможно было убрать без зелья, все мучались от того, что приходилось вести себя предельно тихо. Каждого, кто спускался со второго этажа, встречала до отвращения довольная Грейнджер и буквально требовала быть тише воды ниже травы, иначе она собственноручно наложит на особо шумных заклинание немоты и петрификус, если не поможет предыдущее.       — Малфой всю ночь следил за камином, чтобы мы с вами не замёрзли окончательно. Имейте совесть и дайте ему поспать! — фырчала девушка на всех недовольных. — И вы все знаете, как я всегда мёрзну, но сегодня я отлично выспалась, пусть и на том диванчике у огня. Так что будьте так любезны не шуметь, — услышал сквозь сон Драко.       Блондин не стал сразу просыпаться, наслаждаясь теплом и запахом Гермионы, теперь исходящим от мантии. Видимо под утро он все же уснул, и Грейнджер укрыла его, а теперь шипела на друзей, охраняя его сон. И это было до странного приятно. Кажется, произошедшее между ними не разрушило установившиеся отношения. Но долго дремать он не мог, а потому вскоре открыл глаза и сел ровно, разминая затёкшую шею. В камине тлели угли, но в доме было довольно тепло. Под утро Драко ещё два раза ходил за дровами, поддерживая сильный жар.       Неловкий обмен любезностями с остальными и вот гриффиндорцы первыми кинулись разбирать подарки, сложенные эльфами под ёлку. Грейнджер забавно морщила носик или закатывала глаза, когда ей попадалась уже знакомая книга. Но в основном это были презенты от друзей, вызывавшие улыбку. Драко не хотел смотреть свои, опасаясь чего-нибудь неприятного среди них, поэтому уменьшил и убрал в карман. Такое сейчас случалось уже редко, но мало ли.       — О, тут ещё один. Гермиона, тебе, — сказал Рон и достал из-под елки коробочку, передавая подруге.       Девушки заинтересованно столпились вокруг, а потом восторженно запищали, когда показался небольшой футлярчик. Внутри лежал красивый браслет, состоящий из различных подвесок в основном круглой формы.       — Ну, от кого это? — нетерпеливо спросил кто-то, а потом удивлённый голос Джинни ответил:       — От Малфоя…       Драко отвлёкся от попытки завести свои часы, услышав фамилию. Он недоуменно нахмурился, когда понял, что абсолютно все смотрят на него. Потом заметил причину такой реакции.       — Малфой, не уверена, что могу принять…— робко начала Гермиона, но он ее перебил.       — Во-первых, он не настолько дорогой, чтобы ты отказывалась. Во-вторых, подобные различные презенты получили в этом году все мои коллеги, а ты одна из них. Ну и в-третьих, он зачарован. Насколько я помню, тебе обещали после праздников запутанное дело, думаю тебе пригодится вся доступная информация. Каждая подвеска — одноразовый пропуск в мою библиотеку.       Пока все ошеломлённо взирали на него, Гермиона, Поттер и Рон Уизли невольно поёжились, вспоминая Малфой-Мэнор.       — Я перенёс ее в другое место, — тихо добавил Малфой, отводя взгляд и начиная заново заводить механизм часов. — Да и сам давно там не живу.       — Спасибо, — взволновано ответила Грейнджер, прося Джинни помочь надеть украшение на руку.       Драко неопределенно повёл плечом, а потом услышал вопрос:       — А мой подарок ты уже посмотрел?       Он удивленно поднял голову, и Гермиона, заметив это, добавила:       — Сам говорил, что мы коллеги. Я и остальным подготовила.       Под неуютными любопытными взглядами волшебников и взволнованным взором Грейнджер Малфой призвал его из уменьшенной кучки, а потом развернул. На его лице отразилось неверие, потом потрясение, когда он пролистал рабочий дневник Снейпа. Драко с искренней благодарностью посмотрел на девушку, не зная, как выразить ее словами — все казались неподходящими.       — Как ты узнала? Я действительно искал хоть что-то, чтобы оставить память о нем, все-таки он был моим крёстным, — тихо произнёс блондин, бережно заворачивая подарок обратно в бумагу. — Но в доступе в дом мне отказали, а в Хогвартсе ничего не осталось — все забрали.       — Слышала от знакомых о твоём прошении на посещение его дома, — ответила Гермиона. — Мне… было несложно туда попасть.       — Спасибо. Это и правда много значит для меня, — скованно, но честно сказал Малфой и поспешно отвернулся, чуть подрагивающими руками продолжив занятие.       Дорогая сердцу вещь заняла место во внутреннем нагрудном кармане. Неловкую тишину, в которой каждый вдруг увидел в слизеринце уже не напыщенного аристократа и бывшего Пожирателя, а обычного человека, прервала аппарация и громкий голос Забини.