Клуб.

Ударяясь спинами о стены безумно длинного коридора, они добираются как-то до спальни. Пальцы Накахары расстёгивают пуговицы на рубашке Дазая с лёгкостью, ладони оглаживают тело, приподнимая брюнета под бёдрами, пока их рты сливаются в неистовом поцелуе, Чуя осторожно опускает его на кровать, разрывая поцелуй, рыжий облизывает губы, снимая через голову футболку и возвращаясь к парню, нависая над ним, не желая оставлять надолго одного. Как же хочется обладать этим прекрасным незнакомцем, что лежит под ним, грудь сильно вздымается, румянец на щеках... Губы припухшие, алые от поцелуев и укусов. Прекрасен. Чуя оставляет нежные влажные прикосновения мягкими губами буквально на каждом сантиметрике тела брюнета. Шея, выпирающие ключицы, грудь. Облизывая уже твёрдый сосок, другой он зажимает между подушечками пальцев, покручивая, оттягивая. Ммм, Дазай заводится, Чуя чувствует под собой, как член брюнета уже твёрдый, реагирует, подрагивая, на все его действия, замечательно. Спускаясь ниже, Накахара старается насладиться каждым мгновением, поклоняясь этому телу. От поцелуев Чуи Дазай покрывается мурашками, это так непривычно, столько внимания, столько ласки. Вот, наверное, как нужно заниматься сексом... Добираясь до кромки брюк, Накахара расправляется с ремнём и всем остальным, приспуская и полностью снимая с парня и брюки, и бельё, это сейчас им не пригодится. Мешает. Член Дазая прекрасно эрегирован, замечательно твёрд, капли предэякулята блестят на влажной головке, ммм, обворожительно. Отвлекаясь, Чуя дотягивается до подушек, чтобы подложить их одну Дазаю под голову, вторую под поясницу. Теперь он сам ещё наполовину одет, поэтому, вытягивая из заднего кармана смазку и презерватив, он буквально в одном движении избавляется от джинсов, поразительная скорость. И теперь Дазай уже не в силах оторвать взгляда от открывшейся перед ним картины — то, как перекатываются мышцы тела Чуи при движении, насколько он подтянут, восхитительный пресс, как с обложки журналов, вау, этот незнакомец, он... Дазай сорвал джекпот, заваливаясь в этот богом забытый ночной клуб. Следя за взглядом брюнета, Чуя ухмыляется, не то, чтобы он не привык к такой реакции, но по какой-то причине ему хотелось, чтобы этот парень запомнил его. И никогда не забыл. Оглаживая ладонями бёдра, Чуя призывает Дазая расставить ноги шире. «Вот так». Наклоняясь, оставляя поцелуи на нежной коже, Чуя скользит смазанными пальцами по проходу, чувствуя тепло партнёра под подушечками пальцев. — Ты готов? Получив кивок от Дазая, кто смотрел в синеву глаз напротив, не моргая, Чуя вводит первый палец, ощущая, как плотно мышцы Дазая его облегают. Дазай достаточно узкий, поэтому Чуя внимателен. Добавляя через минуты второй палец, он закусывает губу от того, как ему хочется скорее почувствовать, как парень будет сжиматься на его члене, это будет крышесносно, он уже знает. Он уверен, окей. Дазай постепенно расслабляется, полностью доверяясь незнакомцу, кто действует осторожно, не желая причинить боли. Что ж, такая забота Дазаю до этого была неведома. Но сейчас так хорошо на душе, и он бы сказал — спокойно, но он уже слишком хочет, машинально ища заполненности, он встречает пальцы Накахары, слегка приподнимая бёдра. — Потерпи, милый. — Чууя.. я хочу.. Чуя знает, на входе он добавляет третий палец, следя за тем, как Дазай впускает его, идеально растягиваясь, он определённо сможет принять член Чуи в себя, но, тем не менее. Накахара продолжает вводить-выводить пальцы, касаясь простаты уже специально, ведь брюнет так вкусно реагирует каждый раз, когда подушечки пальцев проходятся по набухшей железе. Чуя сглатывает, оттягивая момент и подводя парня к пику, наслаждаясь тем, как тот, уже раскачиваясь, насаживается сам на пальцы, трахает себя бесстыдно. Но вся ночь впереди, и если брюнет окажется ненасытен, Чуя только рад. Вынимая все же пальцы и наблюдая, как мышцы Дазая смыкаются, Чуя раскатывает на уже болезненно твёрдом члене презерватив, сразу же обильно себя смазывая, они оба готовы и настолько возбуждены, что первое касание головки вырывает из Дазая капризный скулёж. Ах, Чуя рад, это прекрасно, великолепная музыка для его ушей. Медленно проникая на всю длину, он даёт время партнёру привыкнуть к этой заполненности, ощутимой, учитывая, что Чуя всегда считал себя больше среднего, брюнет поёрзывает под ним, хватаясь руками за простыни, приподнимая бёдра, немо призывая начать двигаться, Отлично. И ритмично вбиваться в Дазая — это просто лучшее, он стонет, голова мечется по подушке, ведь Чуя знает — парень уже очень близко, и теперь уже слишком очевидно, что после этого раза они займутся сексом ещё и ещё. Ничего не останавливает. Член скользит внутрь узких стенок, это вызывает мурашки по уже покрытой потом спине Накахары, каждый раз на выходе Чуя задерживает дыхание, шумно выдыхая на входе, Дазай «поглощает» его с удовольствием, и Чуя уже не может не думать о том, насколько хочется, чтобы Дазай взял у него в рот, что-то подсказывало, что результат окажется сумасшедшим. Но, не отвлекаясь, Чуя толкается быстро и глубоко, шлепки и хлюпающие звуки заполоняют спальню, где воздуха дышать словно не осталось, ведь так жарко сейчас, почти невыносимо, хочется кончить. Пульсирующие вены перекатываются по члену Дазая, что красиво пружинит, и Чуя, кое-как отрывая от него взгляд, смотрит снова, как брюнет стонет через такой сладкий приоткрытый рот, боги, он настолько невыносимо ошеломляющий... Ещё пару толчков, и Чуя чувствует, как его оргазм выстраивается постепенно и сильно, то, как пальцы Дазая впиваются в его предплечья и затем больно царапают, подсказывает Накахаре, что брюнет очень близко. — Сейчас, милый. Рваным шёпотом сообщает Чуя, вбиваясь уже в беспощадном ритме, когда Дазай всё-таки падает в объятия долгожданного высвобождения, выгибая спину и чуть ли не в конвульсиях заливая свой живот спермой. Ах блять, он даже кончает изысканно и пульсирует на члене Чуи, облегая, отпуская, и это чересчур, этого много, Накахара с громким стоном входит до упора, позволяя оргазму пройтись горячей волной по всему его телу. Чуть сгибая руки в локтях, но удерживаясь, чтобы не упасть на партнёра, Чуя дышит шумно, горячо, изливаясь внутрь презерватива. Это определено нечто, не тот секс, что ты поутру забудешь. Интересно, брюнет чувствует так же? Ему же не может быть, ну, всё равно? Но Дазай лишь лежит, прикрыв глаза и стараясь выровнить дыхание. Признаться в любви через час после знакомства — это перебор, да?