Восход Люцифера

1967 год. Сегодняшнее ток-шоу в Уилмингтоне собрало множество зрителей, собравшихся посмотреть на то, как очередную новоявленную звезду разнесут в пух и прах в прямом эфире. Стоило лишь зазвучать задорному музыкальному сопровождению, как на сцену вышел крупный мужчина около сорока лет в элегантном деловом костюме. Под приветственные рукоплескания и свист из зала, он, слегка пританцовывая, направился к столу с микрофоном и, подойдя, весело подмигнул глядя в зрительный зал, насладившись ещё одной порцией одобрения восторженной публики. Прошло уже более двадцати лет с тех пор, как он начал вести своё шоу на телевидении. За это время в этом зале побывали множество интересных личностей: от Фрэнка Заппы до Моники Робертс, но лишь совсем новому зрителю могла прийти в голову наивная мысль, что целью являлось простое интервьюирование приглашённых гостей. На самом деле, ведущий знал, что именно он главная звезда этого шоу. Он видел себя тем, кто сбивает спесь с напыщенных личностей своими едкими саркастическими замечаниями, одновременно принося потеху зрителям, так горячо поддерживающих его в нападках на гостей своим хохотом. Он отлично знал циничную суть человеческой натуры, прекрасно осознавая, что как бы не любили люди создавать себе кумиров, ещё больше им нравилось поносить их, втаптывая в грязь. И он давал им такую возможность, наслаждаясь каждой брошенной им колкой репликой, каждым картинным осуждающим исподлобья взглядом, и каждым ответным раскатом хохота в зале. Вот и сейчас он готовился к тому, что на сцене вот-вот появится новая жертва. Ведущий слегка откашлялся и, не спеша, будто бы смакуя каждое слово, заговорил в своей привычной ироничной манере: "Леди и джентльмены, следующий гость нашей программы использует в качестве кредо эту бессмертную цитату — запомните, зло задом наперёд произносится как жизнь [Evil = Live]; встречайте, человек, называющий себя не иначе, как Чёрным Папой, основатель и верховный жрец первой церкви Сатаны". Со стороны зрительного зала вновь раздались приветственные хлопки, на сцену вышел высокий лысый мужчина с идеально гладко выбритым черепом. Дерзкая эспаньолка в сочетании с затаённой хитрецой в серых глубоко посаженных глазах придавала ему облик харизматичного злодея. Довершала образ чёрно-красная мантия из плотной ткани и странный амулет с изображённой на нём пентаграммой, что висел на его шее. Подойдя к столу, он уселся по другую сторону от ведущего за своим микрофоном и в кратком рукопожатии поприветствовал его, а шоумен начал: — Думаю, можно начать с вашего, так называемого кредо, мне никогда не приходило в голову подобное. — И мне не приходило в голову, пока один из моих учеников не поделился со мной этой мудростью, и я считаю, что это правда. — Как часто вам приходится брить голову, чтобы она блестела как у самого дьявола? — Мне ещё нужно мазать на неё вазелин, чтобы она оставалась такой блестящей, — добавил гость, проигнорировав первый ехидный выпад, — а брею её один раз в день. — А сейчас на голове есть вазелин? — Нет, это мускус с ароматом козлиной бородки. — Если честно, пахнет не ладаном и не миррой, — высказал своё мнение шоумен, брезгливо сморщив нос, и перевёл тему, — а что это за кольцо на вашей руке? — А это волшебное кольцо. — Да ну? — Маленькие дети потирают его, загадывают желания и они сбываются, — уверенно заявил верховный жрец. — Маленькие дети подходят к вам, — медленно проговорил ведущий и, повернувшись к публике, закатил глаза под гулкий смех толпы. — Именно так. — Вы называете себя сатанинским первосвященником, а значит вы противоположность Богу. — Нет, потому что Сатана тоже Бог, — тут же поправил его гость. — И как вы там себя называете, "Чёрный Папа"? Может прозвище "Грязный Папа" вам тоже бы подошло? — насмешливо бросил ведущий. — Я полагаю, что вы можете называть меня как угодно, в любом случае никто ещё не заходил настолько далеко, чтобы говорить от имени дьявола, — горделиво заметил гость телешоу. — Я, конечно, не праведник, но замечу, что вы похожи на сумасшедшего, — серьёзно сказал шоумен, покрутив для пущего эффекта пальцем у виска под согласные аплодисменты зрителей, а потом продолжил, — взгляните правде в глаза, вы явно говорите какой-то лживый бред, а ваши маленькие бегающие хитрые глазки очень хорошо характеризуют вас. — О да, ну конечно, конечно, — с едва заметной иронией в голосе ответил лысый мужчина. — Какую бы историю вы хотели нам рассказать? — Историю о том, что я думаю, что дьявол — это тот парень, который держит на плаву христианство в течении многих лет, без него и концепции зла где была бы церковь? — Вы поддерживаете лояльную оппозицию? — Ну, я поддерживаю столь необходимую оппозицию, ведь имя "Сатана" означает "Противник". — И из какой же страны вы родом? — Из Трансильвании. — Нужно убивать тебя колом в сердце? — Я никогда не умру, я уже договорился, — ответил преподобный сатанинской церкви. — Ха, как вам такой замороженный дьявол, а? — заулыбался ведущий, чуть ли не срываясь на смех вслед за залом. — А заморозка действительно отличный вариант, ведь все мы хотим жить вечно, никто не хочет умирать, мы как маленькие дети, которых укладывают в кровать, но которые ещё не хотят спать. Никогда не знаешь, кто придёт на твои похороны, чем будет заниматься твоя жена или муж потом, люди не хотят умирать, потому что боятся пропустить то, что будет после. — Просто представьте, что спустя десять дней какой-то священник подойдёт к вам на цыпочках и выключит электричество? — весело предположил шоумен. — Или принесёт с собой паяльную лампу, — нисколько не смущаясь, добавил гость. — О, паяльная лампа отлично бы подготовила вас к дальнейшей загробной жизни, — согласно закивал головой ведущий. — Знаете, на этот счёт есть множество разных концепций... — начал преподобный, но был бесцеремонно прерван. — А вы изначально были религиозным человеком? — Нет, совсем нет, но теперь я определённо религиозный человек. — И кто же посвятил вас в сатанинские священники? — Я бы сказал, что получил провидение. — Вы хотите сказать, что однажды сам дьявол сказал вам “иди и устрой людям ад"? — проговорил ведущий нарочито злым голосом, а толпа в зале взорвалась хохотом. — Да, примерно так, потому что людям нравится веселиться время от времени, разве нет? — ответил гость, подмигнув зрителям, и те засмеялись пуще прежнего. – Так, мы скоро вернёмся с этим парнем из нижнего мира, и я не имею в виду Австралию, не переключайтесь. После недолгой паузы, вновь повисло предвкушение дальнейшей потехи и все уставились на вновь сидящую за столом парочку. Под молчаливым взором ведущего, Чёрный Папа пару раз провёл перед собой кистью левой руки только в одном ему понятном магическом жесте, а затем несколько раз взмахнул ей в сторону зрителей, резко выпрямляя при этом пальцы. Брови ведущего опасливо вскочили вверх и тот ворчливо начал: — Что вы сейчас творите?! — Я благословляю аудиторию. — А они посылают вам обратно, потому что думают, что вы их проклинаете. — Вот ещё, давайте покажу, как выглядит настоящий жест проклятия? — начал верховный жрец и ответом ему стали испуганные вздохи некоторых людей из толпы в зале, после чего он поспешно успокаивающе добавил, — да не на вас, не на вас люди. — Ага, направь его в камеру, — процедил ведущий. Сатанинский первосвященник сделал вид, что не расслышал это предложение и продолжил. — Вот этот знак рогов и есть знак проклятия, — проговорил он, прижимая к ладони средний безымянный и большой палец, одновременно выпрямляя мизинец и указательный в угрожающем жесте направляя куда-то в потолок. — Знаете, я всегда представлял, что когда встречу дьявола, то у него будут такие же грязные ногти как у вас, — постарался поддеть его шоумен. — Это лишь потому что дурачился с вашим оборудованием во время перерыва, — парировал гость. — Ладно, а правда что вы учите, как изготавливать куклы вуду, чтобы втыкать в них иголки и причинять людям вред? — Да, всё верно, я считаю что контролируемая ненависть абсолютно так же необходима, как и любовь. — Но сработает ли это? — Конечно, сработает, этот метод доказал свою эффективность ещё в первобытных обществах. — Так вы хотите, чтобы плохие люди втыкали иголки и свободно причиняли вред кому угодно? — в провокационном тоне спросил ведущий. — Не мне судить плохие эти люди или хорошие, но единственные люди на которых я бы наложил проклятие — это люди, которые меня раздражают, — объяснил Чёрный Папа и посмотрел в лицо своего собеседника. — Почему ты при этом уставился на меня? — опасливо начал тот. — В конце концов, ненависть должна быть персонализированной, — добавил гость, проигнорировав вопрос ведущего. — Вы вообще боитесь, что однажды когда-нибудь после притворства с этим вашим странным амулетом на шее, якобы волшебным кольцом на пальце и блестящей лысой головой ваши последователи возьмут всё это и запихнут куда подальше? — с мстительным остервенением проговорил шоумен. — Нисколько не боюсь. — Что произойдёт с тобой, когда кто-то направит на тебя распятие, ты расплавишься? — Знаешь, я не сожмусь и не подниму свою мантию чтобы закрыться от него. У меня вообще нет никаких претензий к христианству. — А как же ваш принцип оппозиции? — напомнил ведущий. — Здесь это излишне, я считаю, что каждый может верить во что угодно, если ему это приносит удовлетворение, то и прекрасно. — Вот как, значит? — Именно, единственную вещь, которую бы я проповедовал, так это то, что люди, не получающие достаточно удовольствия от жизни, могут посмотреть, что находится на другой стороне и предпочесть это. — Планируете ли вы дрессировать в будущем маленьких дьяволят? — звучно проговорил ведущий, чуть ли не потирая руки от предвкушения ответа. — У меня уже есть двое. — Вы изначально собираетесь воспитывать их как детей-сатанистов? — с негодованием в голосе задал вопрос шоумен? — Определённо, — подтвердил ему Чёрный Папа и тут же осекся, — но я не собираюсь учить их выходить на улицу и рубить людей на кусочки ради жертвоприношения. — Это будет идеальным подарком всем нам, если ночью твои дети ворвутся к тебе в спальню и сожгут тебя, танцуя вокруг с горящими факелами и крича: "посмотрите на папочку!" — с упоением произнёс шоумен под оглушительные аплодисменты и смех аудитории. Ведущий терпеливо ждал, когда стихнет зал и, выдержав небольшую паузу, вновь взял слово: — Время нашего шоу подходит к концу, так что задам вам последний вопрос: как можно быть настолько скучным занудой, чтобы ни разу не рассмеяться за всё телешоу!? — выдал он таким тоном, словно бы как боксёр на ринге пытался нокаутировать своего соперника последним ударом. Толпа вновь одобрительно заголосила, но ведущий тут же утихомирил всех останавливающим жестом, застыв в ожидании ответа. Казалось, прошла целая минута, прежде чем гость вышел из задумчивого состояния, затем он коротко усмехнулся и ответил: — По-настоящему важно лишь то, кто смеётся последним. — Что это вы имеете в виду? — Порой на меня снисходит внезапное прозрение относительно вещей, которые должны произойти лишь в будущем и... — начал было верховный жрец, но его собеседник вновь дерзко перебил его: — Что за чепуху мелет эта лысая голова? — закатывая глаза, сказал шоумен. — У вас есть сын? — Да, а вам-то какое до этого дело? — раздражённо бросил ведущий, — не уж что в вашу блестящую лысую голову пришла безумная идея сделать его частью своей паствы в будущем? — Именно, — всерьёз ответил Чёрный Папа, — думаю, он далеко продвинется по нашей стезе. Несколько мгновений ведущий телешоу застыл как статуя, а потом рассмеялся таким протяжным смехом, что даже за свой живот схватился. Ему было всё равно, что смущённая аудитория не поддержала его в этот раз и, отсмеявшись, он, наконец, пронзительно произнёс: — Да скорее весь мир пойдёт на поклон в твою церковь, чем когда-либо воспитаю сына так, что он будет кем-то подобным тебе! — О, поверь, так и будет, только вот недолго тебе воспитывать своего сына осталось, — с жаром проговорил сатанинский гость, глядя не на своего собеседника, но куда-то сквозь него, будто бы видя одному ему что-то ведомое. — Что ты несёшь, что значит недолго осталось?! — произнёс ведущий, рефлекторно сжав кулаки от плохо сдержанного чувства ярости, неожиданно обрушившегося на него и какой-то смутной тревоги, которую он не мог объяснить. — Ты умрёшь от рака лёгких спустя всего три года, — сухо отчеканил ему Чёрный Папа. На несколько секунд вся аудитория умолкла, а ведущий, переборов через мгновения свой гнев, вновь улыбнулся в своей ехидной издевательской манере и, повернувшись к зрительному залу, покрутив пальцем у виска, произнёс: — Вот уж действительно больной ублюдок, не правда ли? Кажется, ему пора прогуляться, — аудитория вновь поддержала единогласным возгласом. Гость тихо удалился из зала, а ведущий закончил телешоу, попрощавшись со зрителями. Для всех это была просто развлекательная провокационная передача, и никто не слышал того сдержанного, но торжествующего последнего смеха лысого гостя в мантии, уходившего со сцены.