Сиреневые глаза

***

— Ну и.. Что случилось? Почему ты здесь? Почему не в поселении? — Ло'ак разместился на одной из веток, оперевшись на неё, на самой верхушке огромнейшего дерева, куда его провела Рал'тав. Они находились над хижинкой, а переместились, чтобы не разбудить маленькое создание. Он долго думал, что бы спросить у Рал'тав в первую очередь, так как вопросов накопилось не мало. Он словил слегка нахмуренное лицо подруги, в мыслях готовясь к ответу. — Спустя пару дней после вашего ухода, я ушла. Покинула поселение, — сузив брови к переносице, Ло'ак не мог поверить своим ушам. Он продолжал смотреть на подругу, наблюдая за сменой её выражений лица. Она подняла на него взгляд, было видно, что она пыталась скрыть печаль и стыд. Рал'тав увидела спокойное выражение лица друга, который еле кивнул в знак того, чтобы она продолжала. — Я решила, что раз больше никто не следит, не беспокоится обо мне, то зачем оставаться.       Ло'ак знал эту страсть к окружающему миру, свободе и непокорности. Но всё же на него нахлынула волна беспокойства о ней. Как она такая маленькая молодая На'ви может выжить без защиты и опеки. Хотя он вспоминал о её ежедневных тренировок с его отцом, на что глубоко выдохнул. Он положил ей на плечо руку, осторожно поглаживая. Этот жест был очень знаком обоим, но чуток по другому. Теперь они поменялись местами. Рал'тав, подняв на него взгляд, приподняла кончики губ, расплываясь в улыбке и сдерживая поступившие слезы. Она не хотела плакать. Она уже давно приняла решение и не стала бы возвращаться. Но всё же она чувствовала страх, стыд и вину. Вину перед собой, народом, поселением, Эйвой и матерью.. Она давно не слышала и не видела её. Чуть замявшись, Ло'ак поспешил поменять тему, на ещё более интересующую. — А эта малявка то откуда? — он неловко улыбнулся, поднятым и не понимающий глазам подруги. — Детёныш леоноптерикса, откуда он здесь? откуда он у тебя дома? — Я нашла его совсем недавно, — прикусив губу, ответила Рал'тав, не заставляя ждать своего друга. — Я знаю, это очень опасно, содержать его у себя и так далее. Да и оставить его я не могла, его тут же могли растерзать остальные обитатели леса.       Ло' ак понимал её, ведь в их клане каждый раз, когда заходила речь о торуку, все возглашали его как священное животное. Этот детёныш был ещё маленьким, чтобы летать, поэтому никому из них не было понятно, откуда он в глуби леса, хотя горы были не так уж и близко. Но Ло'ак вдруг подумал, отвлекаясь от остальных мыслей, как все будут ему завидовать, когда он вернётся и расскажет всем, что видел детёныша самого торука. Ведь леоноптериксы являются одними из наиболее малочисленных животных в джунглях Пандоры: спариваются они лишь раз в два года, и приносят только по одному-единственному детёнышу, который был очень ценным. Поэтому Рал'тав хотелось воссоединить малыша с его роднёй. — Я собираюсь отнести его на горы Аллилуйя, — Ло'ак знал, что она так и поступит. Она всегда хотела помочь или защитить кого-то. Но вдруг что-то случится. Что-то страшное. Отряхнув голову от дурных мыслей, Ло'ак нахмурился. — Но мы же наверняка не знаем, откуда он тут, может его родители улетели на другие территории или вообще погибли, поэтому он остался здесь. Я не хочу, чтобы ты рисковала из-за него, — Он видел её опущенные и тоскливые глаза, которые всем своим видом показывали, что На'ви была готова сделать это даже с огромным риском. Вздохнув, Ло'ак взял свою подругу за руки и заставил посмотреть её на себя. — Я полечу с тобой. Слышишь? Я помогу. — В ответ На'ви лишь слабо улыбнулась. Одобрительно ответив на её улыбку, Ло'ак посмотрел в сторону гор, которые были еле видны в ночном сумраке. Но от этих гляделок его отвлек голос Рал'тав. — Надеюсь, это были все вопросы, которые тебя интересуют, — Улыбка сменилась на серьёзность, что чуть чуть озадачил и слегка напугало Ло'ака, поэтому он не продолжал расспрашивать её дальше. Хотя очень хотелось. — Ты ведь говорил что-то про помощь, так? Поэтому теперь вопрос на вопрос. Зачем ты здесь? За какой помощью? Помощь для кого? И почему ты прилетел один? — Я-я.. — Ло'ак видел в её глазах непонимание ситуации и надежду. Возможно она хотела видеть здесь не только его. Поэтому Ло'ак и боялся продолжать, ведь не хотел испортить это впечатление и детское любопытство своей подруги. — Мой отец дал мне задание, чтобы я вернулся сюда. Вернулся за любой помощью. Я должен найти Мо'ат, чтобы.. — Он глубоко вздохнул и выдохнул, что очень напрягало Рал'тав, ведь этот знак не часто обещал что-то хорошее. — помочь Нетейаму. Сейчас он.. Он в коме.       Рал'тав беззвучно ахнула, прислонив руку ко рту и опуская взгляд. В её глазах читались боль и страх. Этого Ло'ак и боялся, ведь он знал и видел раньше, как они были близки. Они всё детство провели бок о бок и она даже не подозревала, что услышит когда либо такие слова о нём. Она тут же сжала кулаки, а голову терзали мысли. Почему? Почему именно он? Она помнила его, как лучшего воина, охотника, напарника и противника в гонках. Она помнила его, как лучшего друга? Мысли заставили эмоции вырваться наружу. Она не пряталась. Она даже не двигалась. Лишь, сводя брови к переносице и хмурясь, она почувствовала, как слезы оставляют мокрые следы на щеках. Ло'ак быстро вспохватился её успокаивать, заметив это. — Рал'тав. Послушай! Мы можем ему помочь! Слышишь меня? — Он взял её за плечи, вскрикивая и пытаясь достучаться до неё. Убедить её в этом было трудно, ведь для неё описание слова "кома" это та же Грейс Огустин, которая до сих пор болтыхалась в растворе купороса, не выдавая никаких признаков жизни. Она не хотела представлять Нетейама в таком же состоянии. Она подняла взгляд полный решимости, но всё же очень обеспокоенный. Глазки до сих пор блескали от слёз, но Рал'тав резко встала, потянув за собой Ло'ака, который от неожиданности чуть не свалился с ветки. — Что нужно делать? Говори. Живо. — Её лицо было очень напряженнным, а внутри всё пульсировало. Руки до сих пор сжаты в кулаки, но теперь, чувствует, что останутся покраснения и вмятины от собственных ногтей. Ло'ак довольно улыбнулся изменению настроя подруги, он знал, что она поможет в любом случае.

***

      Как только весь лес начал терять свой свет, а вся фауна Пандоры просыпаться, Ло'ак вместе с Рол'тав уже были на готове при взлёте. Младший Салли вспомнил, что потерял икрана, и сколько бы он его не звал, никогда не прилетал, что очень беспокоило. Но Рал'тав его утешала тем, что скорее всего его икран слишком долго не был тут — в родных лесах и горах — поэтому решил, что лучшим решением сейчас, это полететь на свои излюбленные горы, откуда его и забрали.       И вот Рал'тав разместилась верхом на своём икране, впереди лежал маленький леоноптерикс в переносе, при виде которого икран начал себя довольно борзо вести, а сзади уселся Ло'ак. Первым делом нужно было доставить малыша домой — вот, что решили На'ви. Набрав скорость и поднявшись как можно больше, они направились в сторону гор. На'ви помнили рассказ Джейка о его ситуации по укрощанию торука и в их головах так и звучали его слова «Сильнее торука в небе никого нет, он летает выше всех... так зачем же ему смотреть вверх?». Икран взвыл высоко в небо, чтобы наверняка не наткнуться на кого-нибудь. Большинство горных банши селятся именно на склонах парящих гор, устраивая там шумные «птичьи базары», но также горы служат пристанищем и для их страшнейшего врага — большого леоноптерикса, гнездящегося в самых недоступных горных районах. Вот только теперь нужно найти такое недоступное место. Обгоняя парящие скальные острова, Ло'ак осматривал всё вокруг и следил за наличием живности, которая могла прилететь с минуты на минуту. Внезапно Рал'тав поменяла наклон движения икрана, опуская его на ярус с низом одного из островов. Там была небольшая прощелина, куда мог пролезть банши, но на счёт торука была не уверена. Молодая На'ви слезла со своего икрана, взяв переносу с детёнышем, оставляя Ло'ака позади. Но тот всё таки поспешил за ней, ему либо не хотелось оставлять подругу в неизвестности, либо не хотел оставаться сам с этой же неизвестностью и ожиданием. Прощелина была не такой уж и обширной, но довольно вместительной и конечно все скалы были в зарослях. Осматривал всё вокруг себя, Ло'ак, ничего не замечая перед собой, внезапно напоролся на спину подруги, которая остановилась, подняв руку, указывая тому, чтобы тот был тихим, на что Ло'ак замер, боясь дышать. И вдруг он услышал какое-то тихое рычание и, на удивление На'ви, детёныш в руках девушки навострил ушки. Рал'тав сделала пару тихих шагов, чтобы перед ней растилалось огромное гнездо, которое было размещено за огромным камнем, поэтому его не заметили ранее. В нём был такой же маленький птенчик, даже ещё меньше, он открывал свой клювик, ожидая подачи, но все его попытки заканчивались своим же забавным рычанием, которое На'ви слышали ранее. Если тут детёныш, значит рядом мамка, так? Столкнувшись с таким понятием, Ло'ак быстро ухватил подругу за плечо. — Рал'тав, поторапливайся, оставляй малыша тут и сваливаем живее, — обеспокоенно пробубнив, Ло'ак следил за движениями подруги, которая опускает детёныша в гнездо, но видимо она никуда не торопилась, пропустив слова младшего Салли мимо ушей. Она начала наблюдать за взаимодействиями малюток, которые не заставляли ждать. Конечно, как истинный торук, кроха, который был из этого гнезда, начал злосно рычать, пытаясь достать клювом до второго, чтобы стукнуть его и выгнать отсюда. Но Рал'тав, замечая ранее его голод, взяла рыбёшку из переноски, куда положила её при отлёте, чтобы детёныш не выл и их не заметили. Она протянула руку, сделав так, чтобы рыба висела над малявкой, и тот начал жалобно пищать, пытаясь ухватиться за неё. Эта забавная картина, очень умиляла Рал'тав и, пожалев малыша, приспустила руку, чтобы тот насладился едой. Убедившись, что он больше не враждует, а наоборот уселся с боку к новому соседу и просто начал хлопать глазками, Рал'тав довольно улыбнулась и, ухватив Ло'ака за запястье, повела к икрану, который уже висел на стене прощелины. Подозвав его звуком, она запрыгнул на его спину и, дождавшись такого действия друга, направила его вверх в небо, улетая от этого острова. Что было очень даже хорошо, так как после двух минут их полёта оттуда Ло'ак обратил внимание Рал'тав на тот же остров, куда прилетел огромный красивый леоноптерикс и, зацепившись за камни, прошёл внутрь. Надеясь про себя, что с детёнышем всё будет хорошо, девушка направила икрана в сторону клана Оматикайя. Она не забывала, что когда толкуны гнездяться и получают потомство, в честь этого местные На'ви устраивают празднования, священное животное как никак. Напомнив об этом Ло'аку, Рал'тав увидела довольное лицо, ведь её друг любил все эти празднования, яркие украшения, огромные корзины плодов, разные песни и танцы-пляски. Но тут же его лицо сменилось на поникшее, ведь он вспомнил, зачем он тут. Рал'тав не хотела видеть его таким, так как сама всё это время была на волоске от гореваний. Она решила разыграть всю ситуацию и резко направила икрана вниз, будто тот с минуту на минуту рухнет на землю как камень. Это очень напугало Ло'ака, который вцепился в подругу и кричал, зажмурив глаза, чтобы она прекратила дурачиться, на что получил в ответ лишь звонкий смех. Он приоткрыл один глаз, заметив, что они спокойно парят в небе, облегченно выдохнул и начал тихо смеяться с самого себя, вспоминая, как он обращался к самой Эйве про себя. Но вдруг ему снова пришлось вцепиться в Рал'тав, так как икран внезапно перевернулся вокруг своей оси, показывая трюк, на что получил одобрительные вскрики от хозяйки, которыми На'ви обычно одаряют своих банши. Рал'тав помнила, как они с Нетейамом порхали в небе тут и там, как выдавали такие трюки раз за разом, восхваливая способности друг друга. Она помнила, как он упрашивал её сделать этот трюк ещё раз, чтобы он понял её траекторию. Это вызвало улыбку и тихий смешок, который привлёк Ло'ака. Но он так и не понял, в чём была причина.