Пока ты спишь

      Лу положила руку на мой живот. Внутри все мучительно сжалось, но я лишь усмехнулся. Даже сейчас она смертельно уставшая идет напролом, расшибая лбом стены (скорее мою выдержку). Я знал, что продолжения не будет. Лу сильно вымоталась, была расстроена, зла на все навалившиеся на нее события и на саму себя. Не лучшее время для романтической ночи, а я хотел, чтобы наша первая ночь была именно такой.       — Скоро, Лу, — прошептал я ей на ухо, понимая, что она меня уже не слышит. — Обещаю.       Мы лежали на кровати в ее квартире. Я обнимал обмякшую на моих руках девушку, желая продлить этот момент до бесконечности. Пальцы Лу обессиленно скользнули по моей коже, посылая волну мурашек, пробуждая влечение и возбуждение. Я чувствовал, как она хотела меня и, о Единый, разделял ее желание всем телом и душой, но сейчас было не время.       При первой встрече я посчитал ее симпатичной, но теперь, глядя на ее умиротворенный вид, по-настоящему разглядел, насколько же она была красива. Длинные светлые ресницы щекотали мне ключицы даже сквозь ткань футболки, губы плотно сомкнуты, но я помнил, какими мягкими и податливыми они были в наш первый и пока единственный поцелуй. Я не смог подавить улыбку, вспоминая какой дерзкой и решительной она была, приближаясь. И какой растерянной, когда я остановил ее.       «Боже, Лу, неужели ты подумала, что нечто между нами не взаимно? Как ты могла не замечать мои неконтролируемые порывы защитить тебя, утешить, быть ближе?»       Лу упорно делала вид, что не нуждается ни в чем и ни в ком, но мне, как эмпату, было позволено заглянуть немного глубже в ее чувства. Она хотела быть независимой, самостоятельной, сильной и стойкой. Одна против всего мира. Но иногда и ей нужно было сбросить броню, нагроможденную годами, и почувствовать себя бережно хранимой кем-то близким. А я безумно хотел стать этим кем-то.       Мы были знакомы немногим больше месяца, а я уже был покорен этой неземной девушкой. Я восхищался ее упрямством, амбициями, сообразительностью, что она не раз проявляла в ходе расследования. Мне нравилась ее прямолинейность и то, как комфортно мне, будучи эмпатом, находиться рядом с человеком, не скрывающим своих истинных чувств. Я все еще боялся, что однажды ей надоест моя пси, как и многим другим. Но сегодня, когда я заявился к ней домой без предупреждения, просто потому что почувствовал неладное, Лу не слукавила, заявив, что ей нравится такая «функция».       Я осторожно убрал ее маленькую ладошку со своего живота и пригладил растрепавшиеся волосы. Лу не реагировала. Так вымоталась, что даже не заметила моих прикосновений. Я перевел взгляд на ее губы. «Правильные парни так не поступают, » — сказала бы она. Легко коснувшись пальцами ее подбородка, я украл сладкий, почти невесомый поцелуй.       Не знаю, сколько я пролежал так, глядя на ту, которую желал больше всех на свете, но пришло время уходить. Экран телефона засветился неоново-синим. Почти полночь. Краем глаза я заметил посуду, оставленную на столешнице, убрал ее в мойку и, накинув куртку, вышел из жилья, на этот раз не позволив себе обернуться.