Аномальные морозы

ConcernedApe — Library and museum https://youtu.be/_hefFJ3a534 Шурик отряхнулся раньше нас и перешагнул порог. -Вернулись! — послышались радостные девичьи голоса. Я улыбнулся. Отряхнул свой тулуп, валенки, штанину балонивую. Стоило взяться за ёлку с Электроником, как мы её запросто подняли и, невесомую, внесли внутрь, за порог. Тут же отмёрзли согретые сопли в носу, горло благодарно ласковым теплом растаяло. Лёгкие вздохнули спокойно и, мало того что разморило — усталость внезапно почувствовалась дичайшая. Раздевшись и оставшись в простых штанах, да свитере, я проследовал к большой белой печи. Домик одноэтажный, просторнейший точно американское бунгало (говорят тут даже Саманта Смит побывала и идея домика принадлежит ей, только в этом году из-за морозов не сможет прибыть). -Спасибо мальчишки, вы у нас герои! — мы выстроились втроём и поклонились девчатам, которые хлопали нам. Лицо отмёрзло, оттаяло наконец. Девочки ещё что-то радостно заскандировали, я последовал за пацанами устанавливать ёлку, как Сыроежкин обернулся через плечо и сообщил: -Нет-нет, это твоя первая смена, ты нам итак помог, отдохни! Я улыбнулся и, учитывая свою рукожопость, обрадовался, утвердительно кивнув. Сев у окошка, я поглядел на высокий потолок чудо-домика, потом на установку ёлки, на щебечяще-звонкий пёстрый калейдоскоп девочек, спорящих уже по поводу украшений, на Ольгу Дмитриевну, спокойно созерцающую всё действо. Наконец, ёлку закрепили. Ольга Дмитриевна позвала всех к столу — во всю стену, на котором стояли громоздкие кастрюли. По рядам толпы, все оборачивались друг к другу и, вскоре разбившись на пары, выстроились в очередь ConcernedApe — Mines (Cloth) https://youtu.be/eUJuWlK-yEs …только одна девочка сидела у белой печи и смотрела в огонь, обняв ножки. Длинные аквамариновые волосы её были распущенны так прекрасны Когда настала моя очередь, я попросил: -Ольга Дмитриевна, а дайте мне ещё кружечку какао, пожалуйста. Я её отнесу вон той девочке, а то все собрались, а её почему-то не позвали… Вожатая улыбнулась и сказала: -Конечно-конечно! — дала мне стакан какао и добавила: -Она японка, её зовут Мику -Вот как — улыбнулся я и, с двумя стаканами направился к девочке в красном свитере и чёрной юбке. Усталость будто придавала уверенности. Нервы гудели спокойной усталостью, а душа просила какой-то заслуженной награды. Осторожно усевшись рядышком, я поздоровался: -Привет! Девушка вздрогнула, повернула личико ко мне и открыла ротик, удивлённо глядя своими аквамариновыми, в цвет волос, глазами. -Это тебе — я протянул той стакан с какао -С-Спасибо… — произнесла она и порозовев, взяла стакан обеими ручками и отвела взор Я добавил: -Просто заметил, что все друг-дружку зовут какао пить, а тебя почему-то забыли… Вот и решил… Я посижу тут с тобой, не помешаю? Девушка улыбнулась шире, отхлебнула какао и, поставив стакан на пол, повернулась ко мне в профиль и одним не предложением и не фразой, а словом, сказала: -Привет-привет, а меня Мику зовут! Правда-правда, все так зовут и ты зови! Просто мой папа — русский инженер, а мама японка, учительница музыки мы живём в СССР! Я улыбнулся и бережно пожал хрупкую белокурую ладошку нежной миниатюрной полу-японки. Дальше следовал монолог. Я просто кивал и улыбался очаровательной болтушечке, у которой и щёчки порозовели и грусть во взоре испарилась, сменившись радостью, а взоры наши с аквамариновыми океанами не прерывались ни на секунду, мы смотрели друг-другу в глаза и тонули в них, ласково тая от нежного тепла уюта, пока за окном бушевала метель…