Врунишка со стажем

— Если Вы сможете набрать миллион подписчиков на этом канале, то я обещаю Вам вернуть программу в эфир! Посмотрев Канделаки до конца, ребята чуть не подавились пивом. Больше всех возмутился Матвиенко: — Нихера себе! Она ещё и условия нам будет ставить?! А на КиноПоиск ей подписку не оформить, блять?! — Это как минимум странно… Почему шоу-то закрыли?! — задумался Шеминов. Арсений растянулся в пьяной усмешке: — Ну раз ты не знаешь, то мы тем более. Вариантов было дофига, как и возмущённых этой новостью фанатов. Самые популярные — скорее всего, у шоу контракт истёк… Или Канделаки ёбнулась со своими сериалами. Блять, она реально думает, что кринжовый «Развод» лучше этих четырёх юношей?! Ага, конечно! Лучше б они не затевали эту фигню: теперь этот канал потерял, как минимум, полмиллиона преданных зрителей, которые с нетерпением ждали нового сезона. А им вот такой подарок под ёлочку: хуй вам, а не импровизация! Заебись просто! Но в целом — ребята мало что потеряли: у них есть своё приложение, они ведут свои шоу, у каждого своя известность. Так что грустить особо не нужно. Как пела Сати Казанова — «Лучшее, всё лучшее ждёт нас впереди!» Ребята будут по-прежнему радовать нас новыми передачами, но уже без участия федерального канала. Это не так уж и страшно, бывало и хуже. — Бля, ребят, я реально расстроился… — опустил голову Позов. — Кто ж теперь мной восхищаться будет? — Странно, что это не Арс сказал! — поржал Антон, потягивая ашку. Вишня и мята хорошо успокоили кудрявому нервы, и теперь он был спокоен, как удав. — А я хотел! Ты не дал! — наигранно обиделся Попов. — Ладно, давайте лучше отпразднуем наступающий Новый год…

***

Новый год прошёл на высоте: шампанское лилось, как из рога изобилия, ребята танцевали как никогда, а Стас даже чуть не засосал в сердцах Арсения: типа, Шеминов всегда обожал Арсения, ни для кого это не секрет. А кто не любит Арсения?! Такие в мире разве есть? Но вот после ящика текилы начал происходит сущий пиздец: Антон начал танцевать на столе, Серёга лапал Диму, а Арсений пытался что-то сказать Стасу, но Шеминов был занят песней «Новый год к нам мчится». В общем, максимально странное поведения для ребят… Но бля, это ж Новый год, чё б не уйти в отрыв?! — Но-о-о-вы-ы-ы-ы-й год к нам мчи-и-и-и-ться! — горланил Стас. — Ско-о-о-о-ро всё случи-и-и-ться! — подпевал Серёга. — Сбу-у-у-у-у-де-е-е-е-е-ться, что снится! — орал Дима. — Что опять нас обманут, ничего не даду-у-т! — одновременно запели Арс и Тоха. Хорошо, что праздновали в студии — у соседей бы в прямом смысле поехала крыша от такого веселья. Но компании было плевать, насколько громко звучит музыка и звенят бокалы. Ведь живём всего лишь раз, так что никогда не надо боятся. Нужно всё делать в кайф, как говорится. Однако иногда стоит умерить свой пыл: Антон так сильно напился, что совсем не контролировал себя. Танцы на столе — цветочки, по сравнению с тем, что он начал творить потом… — Арс… Кудряш явно был настроен серьёзно. На лице читалось какое-то помутнение и сосредоточенность, хотя это невозможно. Антон отвёл друга в сторону и начал что-то говорить про чувства… — Я… Хочу… Понимаешь… Но из-за орущей музыки было ни пизды не слышно. И как назло, Попов отвлёкся на упавшего со стола Сергея. — Шаст, повтори! Я прочту по губам! — Арс был более трезвый, так как очень много закусывал. Да и честно говоря, у него было гораздо больше опыта в бухле — зрители его трансляций подтвердят. И Шастун повторил, однако Арсений не слышал его голоса: — Я расстался с Ирой! — В смысле?! Когда?! Но Шастун хуже читал по губам, поэтому не ответил: — Пошли на кухню! Они семимильными шагами поползли в более тихую комнату, потому что от макарены у Шастуна начала раскалываться голова. Да и Арсений хотел попить воды — в зале из напитков был только алкоголь, который, кстати, Антон взял с собой. Как только они вошли в кухню, Арс закрыл за собой дверь и пошёл к раковине. Холодная вода ободрила Попова и он блаженно выдохнул: — Что там у тебя с Ирой? Шастун ничего не ответил. Пьянущий в стельку он плюхнулся на диван и стал смотреть в одну точку. Будто он что-то вспоминал, обдумывал. И Арс не торопил, потому что давить в такой ситуации было неправильно. Но как только Арс собрался открыть рот, чтобы переспросить, кудрявый заговорил: — Помнишь, фанаты спалили её адрес? — Ну? — Ну вот… Мы, короч, разъехались. Шаст сделал глоток шампанского в руке. Было слышно, как тяжело ему давались эти слова: — Я пытался её отговорить, но она меня прям возненавидела! Типа я, блять, виноват, что фанатки её проклинают! Ебать, при чём тут я?! Ещё чуть-чуть — и у Шаста начали блестеть слёзы. Даже для Арсения это было слишком печально. Он подсел к другу и попытался успокоить: — Шаст, не плачь… — А она потом мне сказала, что я её заебал!!! Ты представляешь, блять?! Пять лет совместной жизни в пизду!!! — Шаст, такое случается… — Я охуел тогда!!! Прямо под Новый год расстались, ебать!!! Ещё и импру закрыли, мрази… Парень уже не сдерживал слёзы и уткнулся в плечо черноволосому. Арсений часто успокаивал ребят по любым вопросам, но сейчас ему было максимально неудобно: он ненавидел, когда в личную жизнь влезает кто-то чужой. Но сейчас, когда его невольно втянул в это Шаст, он реально хотел помочь. Не потому что это его друг, а потому что Арс сам был в такой ситуации. — После того, как её адрес спалили, мы разъехались. Оказалось, её давно заёбывали фанаты артона, просто мне она не говорила. Хуй знает почему. Антон поставил опустевшую бутылку на кофейный столик. Глаза его были закрыты. Вот что реально никогда не мог понять Арс, так это то, как этот метр девяносто семь мог превратить мужчину в подростка. Всегда он чувствовал себя рядом с Шастом какими-то пятнадцатилетним ребёнком, который вчера узнал, откуда берутся дети. Это веселило и пугало Попова одновременно. И сейчас Арс пристально смотрел на мужчину, как будто впервые увидел: совершенно обычная внешность, ничем не примечательная одежда, бесконечное количество колец и браслетов на руках… Но блять, как же он охуенно выглядел! Причём всегда! В «Импровизации» его всегда объявляли последним, но зато с каким шумом! Его имя звучало намного чаще, чем имя брюнета. Было время, когда Арс конкурировал с Шастом за популярность, однако понял, что кудряш безобиден и не собирается биться за фанатов. Так что вражда переросла в крепкую дружбу… Настолько крепкую, что этот «дуэт» объединили в пару! Вы не представляете, как это заебало и Стаса, и Антона с Арсом. Шиперы настолько неуправляемы, что проще научить крокодила петь Витаса, чем заставить фикрайтеров прекратить писать. А Серёга вообще проклинал этих «недо-писателей». — Антон, — решил прервать тишину брюнет и положил руку на руку Шаста, — Ира просто немного погорячилась. Скоро вы помиритесь, и всё будет, как раньше… Но Антон как с цепи сорвался. Он резко вырвал руку и разъяренным взглядом посмотрел на Арса: — Нихуя подобного!!! Не будет ничего как раньше, блять!!! Из-за этих ебанутых фанфиков разрушается жизнь!!! Даже наша дружба превращается в какую-то порнуху!!! Растрёпанные волосы шатена разлетелись в разные стороны, и Арс даже испугался такого Шаста. — Ну а что мы можем изменить? Ты знаешь, что ничего! И это ты мне рассказываешь про фанфики, когда я сам из-за них развёлся?! Шаст заткнулся. Ситуация с Поповым была куда плачевнее: Алёна и Кьяра — настоящие лучики счастья в жизни мужчины… Были. До той поры, пока Алёна не стала заводиться из-за больных фанатов. Якобы, они ей не нравились, а Арс же пытался объяснить издержки профессии. Но Алёна не хотела с этим мириться: она забрала дочь, уехала за границу и оборвала все связи со знаменитостью. Фанаты быстро вычислили, что Арс разведён. «Но каким бы болезненным не было расставание, надо уметь жить дальше». Именно это Арс сейчас сказал Шасту. — Боишься — не делай, делаешь — не бойся! Нужна Ира — борись, не нужна Ира — забудь! Антон немного прошёлся по комнате. Прямолинейного Арса было тяжело принимать, особенно в тяжёлых ситуациях. Но слова брюнета натолкнули Шаста на мысль: — Значит, тебе Алёна не нужна? — В смысле? — Ты сказал, что надо бороться… Но вы до сих пор в разводе. Значит, она тебе была не нужна? — Есть вещи, которые нам не подвластны… — Не пизди! Это к тебе не относится! Ты способен на всё в этом мире, для тебя нет ничего невозможного. — усмехнулся Шаст. Самое дебильное, что Попов никак не мог ему возразить — Тоха же прав. — Значит, мы оба слабаки, раз не смогли удержать свои половинки. У Шаста заметно поднялось настроение после разговора: — Ну, хуй знает. Я родился целым. От его тупой шутки Арсений даже резко стал смеяться. Тяжело признавать, что твой друг — инфантильный клоун. Но самый классный клоун, который только может быть: без Шаста жизнь Попова стала бы в разы скучнее. Пускай они часто не виделись с кудряшом, но стоило их поставить вместе — это бомба из радости и счастья. — Арс… — А? Шастун подошёл к другу и очень крепко обнял: — Спасибо тебе за всё. Ты не представляешь, какой ты охуенный. — Представляю, дорогой. Представляю… Кудряш в ответ громко засмеялся и выкинул бутылку в урну. — Ладно, пошли к ребятам. А то опять свои шутки про пидорасов отпускать будут.

***

Как только все праздники прошли, у парней начались рабочие дни. Через неделю ребятам нужно снимать «Истории», поэтому каждый мысленно готовился к грядущему шоу. Стасу нужно было уехать к другу в Москву, поэтому четвёрка решила посидеть в баре, попить коктейлей и поболтать по душам. — Бармен, прими заказ. Дима взял Зелёную Фею, Серёжа выбрал Розовую Пантеру, Арсений решил заказать Пина Коладу, а Шаст остановился на Хай-Вэйе. Каждый спокойно потягивал напиток и максимально расслаблялся от ощущение того, что ждёт впереди. У кого-то были особые планы на выходные: кто-то хотел отоспаться, кому-то нужно было съездить в центр, а кто-то хотел зарубиться в плойку. И всё бы ничего… Но опять Шаст напился, стал рассказывать ребятам про Иру… И всё пошло по наклонной. Оказалось, что про Иру он рассказал только Арсу… И это очень сильно взбесило Поза: — Шаст, какого хуя ты мне сразу не сказал?! — Я забыл… — Как такое можно забыть?! Я тебе друг или нет?! Схера ли ты Арсу это первым рассказал, а я совершенно случайно про это сейчас узнал?! Когда это слушал Арсений, он чуть не поперхнулся чипсами: никто, кроме него об этом не знал? Очень странно, что Шаст пошёл делиться переживаниями не с Димой — другом детства — а именно с Арсом! Это пипец, как было непонятно… Можно принять тот факт, что он реально забыл, но Шастун не страдает склерозом. Это не в его стиле — забывать такие вещи. — Да чё ты завёлся?! Не ты ж с Катей расстался! — Ещё бы, блять, я с Катей расстался! Я тебя вообще не понимаю, дружище! То ты Арсения, как огня сторонишься, то как старый друг общаешься! Мне обидно, вообще-то! — Не ревнуй! Хочешь, я с тобой буду разговаривать? — томным голосом предложил Матвиенко. — Да иди ты нахуй! — поржал Поз, скидывая руку Серёжи со своей талии. Вдруг, незнакомая высокая девушка подошла к ребятам: — Извините, Вы Антон Шастун? Парень обернулся: какая-то белокурая Мадама стояла с листочком и маркером. Внешность приятная, но ничего необычного. Он пьяно выгнул бровь: — Ну я… — Я Вас обожаю!!! Можно, пожалуйста, автограф?! — блондинка как сумасшедшая начала трясти листочком перед лицом Антона. Так как парень был, мягко говоря, не в состоянии даже бокал с коктейлем нормально держать, то мягко попытался отказать: — Извини, я немног устал… — Ну пожа-а-а-а-а-луйста!.. Внезапно, перед ней возник Арс: — Девушка, Вы разве не слышали? Человек не хочет, не надо его уговаривать. — И вообще: автограф — это что-то особенное, так что просто его получить не получится. — жевал креветку Матвивенко. — И это тоже, да. Шаст реально хотел обнять брюнета за такое вмешательство. Опять же странно: не Поз за него заступился, а именно Арс! Черноволосый нередко защищал ребят, но вот именно Шастуна он практически никогда не выгораживал. Наоборот, просто его подкалывал или принижал. Девушка хотела что-то сказать, но Арс сделал такой взгляд, что даже Шаст чуть не обосрался: он максимально выпучил глаза, встал со стула и улыбнулся. Блять, ну реально как псих какой-то! — Из-з-вините… — и она мгновенно исчезла из виду. Антон взглядом поблагодарил Арса. Брюнет же кивнул и продолжил попивать алкоголь, как будто ничего не произошло. — Пошли петь, Поз. — Да пойдём, Серёг… Но насладиться Хай-Вейем дальше ему опять не дали: к Шастуну подбежали две девчонки и синхронно затараторили. Разумеется, они тоже запросили автограф. — …Вы просто невероятный! Пожалуйста, просто напишите что-нибудь… И тут произошёл глобальный треш. Этого не ожидал, наверное, даже хозяин бара. Арс, как дикарь, вскочил с места, повернулся к девушкам и со всей дури как зарычал: — ОН МО-О-О-ОЙ! Пиздец. Просто пиздец. Самый пиздецовый пиздец из всех пиздецов. Антон резко захлебнулся коктейлем и стал громко кашлять. — Кха! Поз, кха… Кха! Поз, блять… Кха! Видимо, Поз реально обиделся и решил провести оставшийся вечер наедине с Серёжкой. В последнее время он реально стал тусить с Матвиенко слишком много времени. Ну и хер с ним, Шаст обойдётся. — Помочь? Голос издал Арс. Шаст хаотично замотал головой, и Попов легонько похлопал парня по спине. Когда кудряш хорошо прокашлялся, то ошарашенно посмотрел на спасителя: — Спасибо большое, но… Чё это сейчас было? — Где? — В пизде! Ты чё там проорал?! Тебе мало ебанутых фанфиков?! — Да мне как-то похуй на эти фанфики, если честно… — безразлично помотал головой Арс. Шаст отвернулся. У них явно продолжались какие-то неоднозначные отношения. Арс вёл себя то как какой-то любовник, то как злой учитель, то как псих из дурки. — Да ладно, зай, не дуйся. — в шутку прижался к кудряшу Попов, отчего Шаст даже протрезвел. — Ты точно не гей?.. Брюнет засмеялся. Видимо, именно это и ожидалось услышать. — Кто знает… И почему-то Шаст вспомнил все странные моменты с ним: на шоу, в сторисах, на стримах… Арсений в последнее время говорил только двухсмысленные фразы, как будто подогревал интерес к артону. Это радовало шипперов, но совсем не радовало Антона. — Пожалуй, я ещё пару стаканчиков и домой поеду. — решил вслух Шаст, допивая бокал. — А Поз с Матвиенычем? Антон посмотрел на них и пофигистично махнул рукой: — Ай, да похуй! Они петь будут, это надолго. Я уже спать хочу, мне завтра рано вставать. Боюсь, не проснусь… — Тебе куда-то надо? — Да, мне надо съездить в ателье. Костюм забрать. — ответил Антон. — И с парнем встретиться… — Ахах, чё?! У Шаста на секунду всё онемело: — Ой, блять… То есть, с приятелем. Оговорился. Может, ему больше не наливать? А то язык сам себя выдаёт… — С каким приятелем? — Да там… Короче, надо мне. Арс многозначительно замолчал. Ясен хер, что Шастун ему точно ничего не скажет, но мужчине было очень интересно, что за парень. Не то, чтобы Арс ревнивый… Блять, он очень ревнивый! Он пиздец, какой ревнивый! Но с чего бы? Какое ему дело до Шастуна? Вот именно, никакого. Так что, Арсений, допивай свою Пина Коладу и иди петь к ребятам. — Бармен, повтори Хай-Вей. Два сразу. И счёт, пожалуйста. — попросил парень. Арсений почему-то не мог оторвать взгляда от Шаста. Наверное, он очень долго размышлял о чем-то. — Тебя подвезти? — Не. Спасибо, я сам. — Уверен? — На все сто! Бармен уже принёс заказ парню, а Арс всё стоял и смотрел. И это выглядело максимально неуместно: всё вокруг намекало на то, что брюнету пора идти. И только когда Шаст заметил на себе пристальный взгляд и непонимающе посмотрел в ответ, Попов, наконец, сдвинулся со своего места и пошёл голосить с Сержем «Я уеду жить в Лондон». Когда Шаст остался в полном одиночестве, он опять вспомнил про Иру. Блять, никто не должен знать, что Ира — не его девушка. Шаст же не может вот так просто прийти к фанатам и сказать: здоро́ва, вы были правы, я реально гей и меня возбуждает Арсений Попов, поэтому я встречаюсь с похожим на него парнем, а Ира нужна для прикрытия?! Такого точно не будет! Никогда в жизни он в этом не признается! И Шаст своим пьяным взглядом позволил посмотреть на Попова. Арс с самого начала ему понравился, ещё когда он даже не знал его имени. Но ёбан бобан, признаться всем в ориентации на российском федеральном канале, где презирают ЛГБТ — равно самоубийство через повешение и позор для всех. Шаст несколько лет боролся с этим, но нихуя не выходило. Этот мужчина был идеален во всём: его лицо, фигура, голос, характер… Всё идеально. А Антон не такой: он обычный парень, младше Попова на восемь лет, нелюбящий книги и противоположный пол. А теперь вспомните, каких людей любит Арс. Охуенно, да? Пизда. Так что Антон, в конце концов, сдался и решил пойти другим путём, чтобы не ломать жизнь ни себе, ни людям…

***

— Хей, привет! — Привет! А ты… Антон Шастун, да? Парень скромно улыбнулся: — Ну да… Ты, наверное, меня по телику видела. — Ааа, так это ты в шоу «Импровизация» снимаешься?! Парень положительно покачал головой. — Очень приятно! А меня зовут Ирина Кузнецова, или просто Ира. Они подали друг другу руку в знак приветствия, а потом Кузнецова достала планшет и присела за столик напротив Шаста. Она была максимально уверенным в себе человеком, чего не скажешь про Антона. — Значит, хочешь от всех скрыть свою нетрадиционную ориентацию, при этом легально встречаясь с девушкой? — Блин, это даже слышится отвратительно… — неловко засмеялся тот. Ира махнула рукой и стала вбивать что-то в поисковик. Минуту погодя, она рассказала: — В Википедии будет сказано, что мы с тобой вместе. То есть, я как бы стану твоей девушкой. Мы периодически будем встречаться и делать совместные фотки. Ну типа, завтрак, обед, ужин… Возможно, на отдых вместе поедем… Ты меня там в купальнике сфоткаешь… В общем, создадим полную видимость отношений. Парень кивнул: — А если потом начнут репортёры вопросы задавать? Что говорить? — Отвечай максимально витиевато, очень скрытно. Как будто ты меня очень любишь и не хочешь, чтобы о нас кто-то знал. В идеале, если обо мне будет прям минимум инфы, потому что я не хочу палить свой адрес где-нибудь. Мало ли что со мной кто-то сделать может… С этим понятно? Шастун внимательно всё прослушал: — Понял. А что насчёт оплаты? — Я тебе пришлю реквизиты карты, и в воскресенье буду ждать денюжку. Ты ведь не станешь меня обманывать, верно? Не зря мы с тобой полгода общались? Он усмехнулся: — Конечно не зря! Не бойся, не кину. Секунду погодя, он прошептал: — Только ты тоже никому про меня не говори. Нашему шоу почти два года, популярность растёт. А через тебя могут всё разнюхать. Девушка громко хихикнула: — Шастик, я делаю это не первый год, в отличие от тебя. Без обид. Довольный парень улыбался. Наконец-то он может спокойно спать по ночам, без зазрения совести. И семья будет рада, и люди ничего странного не заметят. Ира — не проститутка, если что. Просто Шаст долго лазил по сайтам знакомств, где нашёл интересную анкету… Кузнецова предоставляла огромный спектр услуг: от прогулок с собачкой до взлома какой-нибудь иностранной компании. Так что притвориться девушкой для какой-нибудь звёзды для неё привычное дело. — Ир, я ещё хотел бы какой-нибудь совет получить… Ну, как скрывать чувства перед коллегой… — Ну, с этим я помогу. А кто тебе нравится? Это чисто для меня информация. Парень зашептал имя своего возлюбленного, будто оно сделано из хрусталя. — Это который чёрненький такой? Голубоглазый? — Ага. — Ого-о! Мальчик мой, у тебя губа не дура! Тогда могу предложить варианты тех, кто похож на него. Держи, выбери сам и покажи мне. И будешь с ним встречаться. Антон взял планшет и уставился в экран. Было очень непривычно выбирать мужчин для отношений… — Шаст, но ты ж понимаешь, что это тоже что-то вроде муляжа? Ты можешь с ним всем заниматься, кроме сексуальных отношений и половых контактов. Это у нас запрещено. Жаль. Ну, хоть так… А что плохого в том, чтобы иметь ручного Арсения Попова дома? Плохо, что не во всех смыслах, конечно… Но это лучше, чем ходить со стояком каждую съёмку. — Хочу этого! Вот этот прям очень похож! Очки надеть и вообще полная его копия — О! Это, кстати, мой племянник Гриша. Значит, споёмся. Записывай его номер, вечером он тебе позвонит. Ему только ничего платить не надо, я сама с ним разберусь. — Ты чудо, Ир! — Не благодари. Помнишь главное условие договора? — «Не сообщать личные данные». Я понял. — Умничка. А теперь, давай немного поговорим о стилях в одежде…

***

А теперь он её потерял. Антон чувствовал себя полуголой бабкой, над которой жалко издеваться, но и очень весело ржать. И во всём виноват только Шаст. Нарушил договор — автоматически разрыв договора. Самое обидное, что Ира заблочила все контакты Тохи, ей было никак не дозвониться. Оставалась только надежда на племянника… И желательно как можно быстрее, ибо без лже-Арса парень долго не протянет. Надо отдать должное: Гриша охуенный парень, намного лучше девушек. Только вот Шаст не знал, какого это: трахаться с любимым. И это ой как обидно. Благо, что старая добрая рука никогда не подводила. Но блять, глядя на то, как одевается Арс — у Шаста автоматически вставало на пол первого. Из-за Попова, который не следит за языком и позволяет говорить слишком много. Об этом Антон обязательно поговорит с Арсом. Но явно не сегодня.

***

Будильник Тохи зазвенел, как пожарная сигнализация. С жуткого похмелья очень тяжело разлепить глаза, поэтому парню понадобилось около десяти минут, чтобы прийти в себя. — Завались, уёбок… Парень вырубил треск колокольчиков правой рукой. Наконец-то наступила тишина. Кажется, можно ещё поспать… Но сегодня нужно встретиться с Григорием. Медленно встав с кровати, парень сначала подумал, что летает в космосе — пол почти пропадал из-под ног. Или это опять были проделки вчерашних коктейлей. Сделав все водные процедуры, парень стоял в одном полотенцем и пил кофе. Нужно было придумать план для примирения с Кузнецовой, а то ему придёт настоящий пиздец. Ехать не долго, но нужно прийти заранее, так как надо забрать костюм из ателье. Мужчина вызвал такси, привёл волосы в порядок, оделся и, конечно же, не забыл о своих кольцах и браслетах. Он проверил телефон. Ни одного пропущенного — это великолепно. Значит, можно не волноваться. Дело за малым. Осталось дождаться такси. Такси приехало быстро, да и стоило относительно недорого. По пути в ателье он купил шоколадные конфеты, бутылку амаретто и пару сэндвичей — Гриша их любил. Итак, набор прокаженного куплен, так что осталось сгонять в ателье. Народу было мало, поэтому Шастун быстро забрал костюм, попросил курьера отвезти домой, а сам пошёл домой к Григорию. Кудряш очень переживал. По нему не скажешь, но внутри у него гранаты взрывались. Он позвонил в домофон, и ожидал, что сразу начнёт с извинений… Но когда дверь открылась… — Гриш, привет… Я зайду? Идеальная копия Арсения стояла в дверях и внимательно рассматривала Антона. На лице Гриши читалось высокомерие: — Заходи, раз пришёл. Кудрявый слабо улыбнулся, зашёл в коридор и закрыл за собой дверь. Ему так много хотелось рассказать Грише, так много исправить… Но ледяные глаза как будто хотели изнечтожить Шастуна. Ощущения не из приятных, и очень странных. — Слушай, я по поводу Иры. Она сильно на меня обиделась? Гриша протянул: — Ну, как тебе сказать… — Как есть. — Да конечно обиделась! Она в ахуе с тебя! И я вместе с ней. Ира, конечно, тоже виновата, но если б не твой стрим — никто бы ничего не понял. А теперь ей придётся новую хату искать. Шастун отметил: по крайней мере, на квартиру Кузнецовой должно хватить — Антон ей такие суммы перечислял, что там и на Сейшелы хватит. Но всё равно это страшно, когда на тебя летит толпа фанатов артона с претензиями. И Антону, несомненно, очень жаль, что так вышло… Но исправить ничего нельзя, к сожалению. — Так что можешь забыть про неё. — похлопал Тоху по плечу Гриша. — Она даже слушать тебя не будет, не надейся. Там такой пиздец, что одними извинениями не обойтись. И деньгами тоже. Шастун вздохнул: — Получается, ты тоже мне помогать не будешь? Григорий замолчал. И Шастун понял: он не хочет знать ответа на свой вопрос. Но он, к несчастью, уже есть: — Вообще я тебя и пускать сюда не должен, ибо мы враги. И Ира запретила мне во всём тебе помогать. Антон расстроился, но Гриша почему-то продолжил: — Но чисто из мужской солидарности, я могу сделать одно исключение. Не спрашивай почему. Сам не знаю. И копия Арсения достала айфон, показывая Телегу: — Ты можешь писать, если совет нужен. Это максимум. Помогу, чем смогу. Кудряш заметно повеселел. Эта новость была единственной, хорошей за всё время. Григорий наклонился и страшным голосом стал угрожать: — Не смей никому про меня говорить! Я и так мразью себя чувствую, потому что тётю предаю. Антон молча кивнул. А что тут скажешь? — Я так понимаю, мне лучше уйти? — Правильно понимаешь. И желательно больше никогда сюда не приходить. Это было слишком очевидно для Шастуна. Оставаться дальше не было смысла, поэтому Антон отдал Грише большую денежную сумму в качестве извинений, а потом быстро ушёл. В эту квартиру он точно больше не зайдёт.

***

Истории прошли офигенно. Для зрителей. Но не для Антона. История, которую играли ребята, была связана с геями: девушка встречалась с парнем какое-то время, а потом случайно спалила его за поцелуями с её другом. Типа её парень и друг — геи, а девушка нужна была для прикрытия. Ничего не напоминает? Антону было пиздец, как тяжело это играть. Потому что, во-первых, он играл парня, а во-вторых — друга играл Арс. Хотя Поз тоже хотел быть парнем, но Попов почему-то не дал такой возможности. — Лёня?! — Поз, играющий роль девушки, наигранно удивился. Шастун держал Арсения за шею, притворяясь, что целуется с ним. — Ксюш, это не то, что ты подумала! — Шаст хорошо вжился в роль. — Что тут, блять, думать?! Ты сосёшься с Костей! — орал Дима. Серёжа играл роль матери, поэтому просто стоял в стороне и ржал с ребят. Как и, впрочем, обычно. Прелесть профессии актёра — можно говорить, что угодно, и никто не узнает, где правда, а где ложь. Так Шаст решил практически сделать каминг-аут перед миллионами зрителей: — Ксюш, ну я просто, если честно… Люблю его, ещё очень давно… Не знаю, как это объяснить… Просто очень сильно к нему тянет. Арсений, конечно, наигранно охал, но глаза выдавали: он не ожидал это услышать от кудрявого. И между ними началась игра: — Да и я тоже! Я ведь жить не могу без его этой шевелюры, без улыбочки красивой! И шутки тупые его очень мне нравятся! — А какие у него глазки! Голубые, как океаны! И руки сильные, жилистые… И одевается он классно… «Так, блять, главное не перегнуть» — тормозил себя Шаст, но выходило очень плохо. — А как же я?! — плакала несостоявшаяся девушка Лёни. — Ну а ты так… Для всех была… — В смысле для всех? — Ну а что, блять, я должен в открытую всем говорить, что я гей?! В зале стоял дикий смех и ор, что спасло Шаста. Иначе все бы заметили его маленькие слёзы на лице. Вот только Арс их, всё-таки, заметил… — Ну ты мог спокойно мне об этом сказать! Я бы помогла тебе! — продолжил играть Поз. — Ага, ебать! А фанаты про меня что скажут? — Какие фанаты? — изобразил маму Матвиенко. — Ой, блять! Друзья вернее! — выкрутился Антон, но всё уже и так пошло по пизде. Арсений знатно подохренел, но виду не подал. Актёрское мастерство у него в крови, так что пока Арс на сцене — никто и подумать не посмеет, что что-то не так. Поз тоже всё понял, не дурак. Так что просто отыгрывал роль: — Друзья как раз тебя поддерживают! Один-то уж точно! — И мама поддерживает! Главное, что не наркоман, Лёнечка! Зал ликует от восторга, а Шастун весь красный с ног до головы. Пиздец, не так он себе представлял признание в любви, точно не при таких обстоятельствах. — Давайте на этом закончим! — ржал Антон, как можно скорее пытая уйти за дверь. Но от побега его остановила сильная хватка за локоть от Арсения: — А поклон? Поклонившись, они разом вышли за свои двери. И как назло, в гримёрке стояла гробовая тишина. Каждый думал о том, что произошло на сцене. — Шаст. — подал звук Позов. — Ты же несерьёзно? — Что именно? — Ну там, на сцене. Про фанатов. Ты ж несерьёзно? Парень молчал. Сказать правду? Солгать? А есть ли смысл врать уже шестой год подряд? Может, хватить ходить вокруг да около и уже сознаться наконец?! Резко захотелось пить. Кудрявый достал бутылку, сделал пару глотков: — Серьёзно. Он как будто хотел проглотить свои слова вместе с жидкостью. Но не выйдет. Уж точно не перед друзьями. — А чё сразу не сказал? Мы б даже потрахались может. — зачем-то сказал Матвиенко. — Блять, завались, а?! Тут человек признался, что гей, а ты как долбоёб шутишь, блять. — Поз дал подзатыльник другу. Арс не отрываясь смотрел на Антона. После ухода со сцены он не проронил ни слова в адрес Шастуна. Антон решил, что Попов теперь презирает его за это. И это морально и физически уничтожало кудрявого. Шаст не сможет смириться с тем, что его предмет обожания будет унижать его любыми способами, потому что это Арс — он способен на всё в мире. — Тох, я в шоке немного, но тоже считаю, что нам сказать надо было. — резко ответила Оксана. — И как давно ты себя в этом нашёл? — Ну, с семнадцатого года. Как Арса встретил, короче. У парня мгновенно свалился камень с плеч, тонн девяносто где-то. Наконец-то он это сказал. Охуеть, этот день настал!!! Прощайте, вечные избегания вопросов про Иру!!! Прощайте, ненужные обманы друзей!!! Прощай, натурал Антон!!! Здравствуй, гей Антон! — Ладно, удачи всем. Я пойду. Шаст смылся от ребят как можно скорее. Сейчас он не в состоянии что-то объяснять друзьям, он хочет поскорее смыть с лица всю эту грязь позора и стыда. А куда идти, как не в туалет? Холодная вода освежила не только лицо, но и мысли. Он понял, что натворил. Стыдно ли ему? Ни капли? Жалеет ли он? Вообще нет. Единственное, что его волновало — ёбаное молчание Арса. Этот черноволосый козёл молчал, как рыба, хотя говорит он много. И порой даже больше Шаста. А здесь ни слова, даже подьёба в сторону кудрявого не было! Что за херь?! Хотя, возможно, это так проявляется его ненависть. Тогда это многое объясняет. Наверное.

***

— Снег в океане… Этим снегом с тобой… Никогда мы не станем… Песня Лазарева уже в восьмидесятый раз орала на всю квартиру Шастуна, пока тот курил уже вторую пачку сигарет. Хотелось нахуй сигануть с балкона, но Антон такое уже читал в каком-то фанфике. Слишком тупо. И уёбищно. Лежать мясным блином из-за неразделённой любви — худшее, что можно было Антону придумать. — Я в глазах твои видел… Стук. — Снег в океане… Ещё два стука. — Этим снегом с тобой… Дохера стуков в квартиру Антона. — Никогда мы не станем… Кто-то уже реально хочет выломать дверь в его квартиру, потому что стуки были очень сильными. Походу, соседи опять хотят разборки устроить по поводу музыки. Блять, а ничё, что тут человек в гействе признался?! Ему тут херово, а вы будете просить музыку сделать потише! Да ещё и наорёте, типо уважения никакого нет! А у вас есть?! Ну правильно, зачем уважать гея?! Он же, блять, самое мерзкое существо на планете! Ебаться с мужиком в жопу — страшнее нет в мире вещей! Хотя Антон даже этого никогда не делал. Блять, гей ли он тогда вообще?! Хотя с девушкой пробовал — не понравилось… Вырубив музыку и потушив сигарету, он мысленно приготовился к поносу, который будет литься ему в уши от добрых соседей… Открыл дверь он со спокойным лицом: — Чё надо? Минуточку, блять… — И тебе привет, Тоша. Минуточки не хватит. Вместо жирного мужика-импотента снизу на пороге стоял Арсений. Переодетый в футболку с надписью «Be yourself, gay», с перечеркнутой буквой «а» и исправленной на «u». Пиздец смешно, Арс. Прям оборжаться. — Я зайду? Нахуя ему заходить, спрашивается?! Шаст, скажи «нет» и закрой дверь. Тебе ещё курить надо. — Заходи. Ну и зачем было его запускать?! Что ты ему будешь говорить?! Хотя, это Арс пришёл… Значит, по идее будет говорить он. Мужчина сел на диван. И молчал. Опять блядское молчание! Он чё, помолчать пришёл? Мог и у себя дома это сделать… — Нам надо поговорить. — спустя пять минут заявил Арс. — О чём? Очевидно, что говори не о чем! Гони его в шею, мать твою, и дело с концом! — О нас. Антон усмехнулся: — О каких «нас»? Не было и не будет никаких «нас», и ты это знаешь. У тебя своя семья, у меня своя… — Нет никакой семьи. — оборвал Попов. Шаст охуел: — В смысле? — В коромысле. Алёна тоже для прикрытия была. — А ребёнок? — А ребёнок её настоящего мужа был. Мы фоткались для инсты, чтобы фанаты отъебались по поводу моей ориентации. Думаю, с твоей Ирой также было. Шаст молчал. Не будет же он палиться, да? — И чего ты хочешь? Зачем ты пришёл? Арсений встал и вплотную подошёл к кудрявому. Это было ебать как неожиданно, Шастун даже чуть не споткнулся о тумбочку. — Я хочу, чтобы ты ответил на один единственный вопрос. От него будут зависеть наши отношения в будущем. Шаст сглотнул: — Ну? Арсений максимально близко приблизился к Антону: — Ты любишь меня? Блять, а можно что-то примитивнее спросить?! Огонь горячий, например? Воздух прозрачный? Какого хуя он задаёт очевидные вопросы?! Или признания в студии недостаточно? Но Тоха понял: Арсений хочет поиграть. Поиздеваться, а потом приласкать. Кнут и пряник ебаный. И Шаст не может этому противиться, он отвечает: — Да… Брюнету не надо повторять. Он уж точно не тупой. Арс жадно впивается в губы Антона, переходя всё ниже и ниже, пока лицо не встречается с пахом. — А кто-то до меня из мужчин был? — Нет… А что? Брюнет усмехнулся. Явно что-то знает. Конечно, у Арсения были и парни, и девушки. И про это даже Воля знал, поэтому и позволял себе отпускать такие шуточки в сторону Попова. Будь кто-то другой на месте Паши — Арсений уебал бы сразу по стенке. — Значит, в первый раз будет больно. Но потерпи, потом пройдёт. Мужчина достал презерватив, натянул на себя и принялся ласкать Антона. С непривычки Тоха громко стонал, что сильнее возбуждало Попова. Он плавно и осторожно растягивал парня пальцами, а когда собрался входить, сладко произнёс у левого уха Шаста: — И я тебя люблю… А как именно он его любил — отображала трясущаяся кровать, багровые поцелуи на сосках и краснющая задница Антона. Парень не сдержался и крепко обнял Арсения. Может, Шаст действительно гандон, раз обманывал всех вокруг о своей ориентации, но зато теперь он может спать спокойно — его мечта наконец-то сбылась. И что-то внутри подсказывало, что это был не последний визит брюнета к Антону… А быть может, Антон и сам вскоре посетит Арсения…