Genshin boys

      Три тысячи лет назад человечеством правили сотни божеств. Древние вишапы, пришедшие в этот мир задолго до первого сошедшего, духи и боги Селестии сошедшие во время второго и третьего престолов. На землях ныне известных как лес Гуюнь ранее проживал народ Данталиона, божества мысли и архонта Металла. Он был богом жестким как и металл, который он создавал, прекрасный юноша принимавший лик гигантской обезьяны с четырьмя руками.       Культ Данталиона был достаточно многочисленным, он был могуществен для того, чтобы завоевать кочевые народы нынешнего Ли Юэ, когда ледники только начали таять, открывая пустую землю для человечества. Правил бог Мысли жёсткой рукой долгих три тысячи лет, пока на востоке не взошло солнце, имя которому было Моракс, бог камня и контрактов.       Последний год уходящего тысячелетия был особенно важным для культуры людей Гуюнь. Готовясь к празднику рождения Сэнган они украшали жилища цветами лимонника, уникального растения, уничтоженного вместе с цивилизацией Данталиона; готовили угощения для духов из риса и мяса, а жрецы совершали подношения, чтобы задобрить своего покровителя.       Главным местом поклонения богу был храм Железного Древа, находящегося высоко в горах. Как и во многих культурах древности, в верховные жрицы выбиралась младшая дочь младшей дочери из королевской династии, обладающая, по слухам, уникальной элементальной силой, но отнюдь не физической. По божественному совпадению день рождения сто сорок девятой Верховной Жрицы совпадал с праздником в честь их покровителя Сэнган.       На Би, в переводе с древнего наречия Ли Юэ означающая «бабочка», исполнялось двадцать пять лет. Почти половина жизни. В иных обстоятельствах она бы отпраздновала свой юбилей в узком кругу семьи, но в этой жизни она не имела подобной возможности. С востока и запада, с юга и с севера приходили тревожные слухи. Миру, известному человечеству, пришел конец. Сотни божеств, от мелких до могущественных, вступили в войну за престол, и Сэнган не был исключением. Обращаясь в гигантскую обезьяну божество преодолевало в один прыжок тысячи лиг, одним ударом посоха он разбивал целые армии врагов. И всегда знал, что его народ поддерживает своего повелителя и встретит его как героя, покорившего весь мир.       Сэнган был противоречивым богом, с одной стороны он создавал любой металл во всех уголках известного мира. Люди обрабатывали металлы и создавали оружие и украшения, развивали торговлю и ремесло. С другой стороны бог Мысли любил укрыться в своих владениях и сотни лет размышлял о делах мира, пытаясь найти истину «одну для всех». Во время великой войны архонтов, Данталион по праву считался одним из сильнейших и мудрейших архонтов Тейвата.       Но Рок не обошёл стороной и цивилизацию Гуюнь. На равнинном поле, среди прекрасных бамбуковых лесов, схлестнулись, в ожесточенном сражении, две силы и битва была не на жизнь, а на смерть. Железные копья Сэнган были острее любого из существующих оружий, но против каменного щита Моракса, они превращались в пыль. Дракон против обезьяны, великая битва вошла в историю как сотворения каменного леса Гуюнь, упуская при этом те события, очевидцами которых стал сам народ Металлического Архонта.

***

      Что значит три тысячи лет для архонта?       На Би проснулась с ощущением чего-то гнетущего, тревожного, липкого. Первым делом, после пробуждения, Верховная Жрица должна была помолиться своему божеству, прося милости и покровительства на новый день. Для девушки ее работа была самым важным аспектом жизни, ее готовили к этому с самого детства, хоть и не она должна была стать жрицей. С молитвы начинался ее день, молитвой он и заканчивался. Сегодня был день рождения их архонта, важнейший день их народа. И пусть в этом году церемонии сошествия не предполагалось, из-за отсутствия самого божества, но люди хотели сохранить традицию и поддержать своего архонта ведущего сотни битв на границах своих владений. На Би не имела слуг, в отличии от своей королевской семьи она сама была слугой, хоть и занимала высокое положение в обществе наравне со своим дядей королем. Девушка должна была сама одеваться, сама готовить, сама убирать, подготавливаться к службе и церемониям в храме. Отказаться от почетной должности Верховной Жрицы было невозможно. Или смерть или служение.       Девушка, по правилам, первой входила в храм, благословляя его своим присутствием, и последней его покидала. Она имела власть влиять на внутреннюю и внешнюю политику, она имела влияние на короля и могла напрямую общаться с Архонтом. Впрочем, На Би была удостоена этой чести лишь один раз, в день своего совершеннолетия, когда она стала жрицей.       Озаряя огнем стены храма, На Би подходила к каждому факелу и зажигала его, постепенно, непроглядная тьма рассеивалась и из мрака выглядывали гигантские металлические головы обезьян коронованные золотыми тиарами. Большой алтарь находился в центре здания, освещался он сотнями тысяч свечей, и светло здесь было так же как и в степи во время солнцестояния. К храму, с самого утра приходили люди, чтобы произнести молитву своему божеству и подношение в виде украшений, еды и красивых вещей. К вечеру планировалось пышное празднество с костром и жертвоприношением, на удачную битву.       — Госпожа На Би… — одна из слуг храма одернула белый рукав жрицы и потупила взгляд.       — Да, Джон Ха, что случилось?       — Я… пришли недобрые вести с юга.       Жрица вспомнила свой сон, но сохраняя хладнокровие, должное ее персоне, она обхватила ладони служанки, мягко взглянула на нее.       — Я слушаю.       — Миллелиты, армия архонта Камня, прорвали нашу оборону у южных врат. Мы вынуждены были отступить с огромными потерями.       Вести и правда были недобрыми.

***

      На Би упала на колени, цепляясь пальцами за алтарь, ища хоть какой-то поддержки в этом мире. В глазах застыл ужас, ее злейший враг, убийца ее божества сломал железные двери храма, которые с грохотом обрушились на каменный пол. Ее народ покинул своего бога, своих жрецов, в панике разбегаясь от падающих с неба камней.       Моракс ступил на каменный пол храма, его шаги гулким эхом разлетались по пустынному залу. Чаши с огнём опрокинулись, пламя растекалось по земле, оставляя черные следы на каменных плитах. Архонт, принявший лик человека, выглядел устрашающе: высокий мужчина, длинные волосы спускались по плечам к талии, брови сурово сведены на переносице. Он был облачен в белые одеяния, подчеркивающие его принадлежность к Селестии.       Приблизившись к жрице он сжал крепче в руке копьё и остановился в паре шагов взирая свысока на смертную девушку. На Би выглядела испуганным кроликом в его глазах, жрица сжалась, подогнув ноги и сжав кулачки на груди. В голубых глазах застыл первобытный страх, но девушка на удивление не плакала. Обычно смертные молят его о пощаде заливаясь слезами, но железная жрица держалась достойно.       — Назовись.       Бархатный голос Архонта совершенно не соответствовал его сущности: он был низким и приятным, в иных обстоятельствах его можно было бы назвать успокаивающим. Таким голосом бы детям сказки на ночь читать.       Девушка нервно сглотнула и прошептала что-то неразборчивое, её голос от страха сломался и было совершенно понятно, что если бы жрица не сидела, то скорее всего, она бы попросту потеряла сознание. Прокашлявшись она все же нашла в себе силы встать, опираясь одной рукой на алтарь.       — Меня зовут На Би, я главная жрица Железного Храма Сэнган.       — Твоё божество мертво. Я сразил его у реки Юнь Цзи.       К своему собственному удивлению На Би не проронила ни звука. Это более не имело значения, ее покровитель больше не сможет защитить свой народ, единственное что сейчас было важно это спасти свою жизнь, ведь смерть, хоть и была неизбежна, но умирать в столь юном возрасте На Би совершенно не хотелось. Нащупав, за спиной, на алтаре нож для подношения, жрица сжала его в руке покрепче, глубоко вдохнув.       — Я… это… это печально слышать.       Губ Моракса коснулась легкая улыбка. Мужчина сделал ещё один шаг, поднимаясь по ступеням, ведущим к алтарю, приближаясь к жертве. Выждав момент, когда Архонт приблизится к ней, девушка резко сделала выпад вперёд и замахнувшись, на вдохе воткнула нож в грудь божества. Скрежет стали прорезал воздух, а затем сломанное лезвие ножа упало к ногам Архонта. На что надеялась эта девчонка, вонзая обычный нож в тело божества Камня? Осознание неудачного нападения на своего врага мигом отпечаталось на испуганном лице девушки, крутанувшись на месте, жрица буквально слетела со ступенек и побежала по залу к выходу. Сильная рука резким рывком дёрнула ее, и На Би кульбитом полетела в стену, опрокидывая подсвечники. Жаль, свобода была так близка.       От удара об стену голова будто раскололась на мелкие кусочки, в ушах стоял звон, то ли от сотрясения, то ли от упавших железных подсвечников. Приподнявшись на одной руке На Би схватилась за голову, с трудом осознавая что же произошло, девушка растерянно посмотрела на мужчину, что медленно подходил к ней. От боли, обиды и страха в глазах застыли слёзы. Моракс присел и жёстко взял жрицу за подбородок, больно сжимая челюсть.       — Смертная, как ты посмела напасть на Архонта Камня? — языки пламени зловеще плясали в глазах дракона.       — Будь ты на моём месте, разве ты не сделал бы то же самое?       — Какое неуважение, жрица, ты разговариваешь с богом! — мужчина грубо притянул девушку за лицо, вглядываясь в глаза На Би.       — Ты не мой бог, я не служу тебе! Я не боюсь тебя! — она крепко сжала руку Архонта, пытаясь оторвать ее от своего лица.       — Вот как, — Моракса забавляло подобное поведение. Он провел в войнах сотни лет, сражался в тысячи битвах, без сомнения он встречал на поле боя храбрецов, отважных и отчаянных, но это были божества, а не смертные девы.       На Би медленно осознавала ужасающую истину своего положения. Она — жрица павшего в битве Архонта, главная жрица; скорее всего к полуночи она будет мертва. Ее тело повесят на висилице в устрашение выжившему народу Данталиона, ее имя забудется, имя Сэнган забудется, забудется и культура ее племени. Растворится в веках, ведь историю пишут победители, а победителем, несомненно, станет архонт Камня. Горячие слезы отчаяния слетели с ресниц, оставляя влажные дорожки на щеках. Девушка в смущении отвела взгляд, не желая показывать свою слабость врагу.       Моракс снисходительно отпустил ее подбородок и выровнялся, возвышаясь над жрицей. Убивать жалкую девчонку явно не входило в его планы.       — Я дарую тебе жизнь.       Архонт развернулся и быстрым шагом направился прочь из храма, оставив за спиной лежащую жрицу. Услышав легкий вздох облегчения за спиной, он улыбнулся самому себе.

***

      Сегодняшний день должен был быть совершенно инным. Празднование рождения Сэнган должно было быть другим, праздничным, веселым и тёплым. На Би, на дрожжащих ногах покинула храм. На улице пылал огонь, языки пламени пожирали деревянные дома ее народа, громадные каменные валуны разрушили три величайших строения города Железа, которые были построены сотни лет назад великими архитекторами. В воздухе стоял запах гари и крови, крики людей, пострадавших или потерявших своих близких в ужасной войне, резали слух. Хаос. Везде было дымно, грязно и темно.       Прижавшись к стене девушка остановилась, обдумывая свои дальнейшие действия. Стоит найти свою семью, а затем выбираться из города. Можно попробовать бежать в соседние страны, в которые ещё не пришла война. За поворотом её ожидала ужасная картина. Отряд миллелитов зачищал район города, они безжалостно убивали железных солдат, всаживая свои копья глубоко в грудь. Кровь и крики заполнили улицы, к удивлению На Би осознала, что миллелиты не трогают гражданских жителей. Они уничтожают лишь военных. Это было в некой степени благородно.       Тихо, словно тень, жрица проскользнула мимо миллелитов на главной площади и направилась к поместью своей семьи в надежде увидеть хоть кого-то живого. Сердце пропустило удар, когда девушка добралась до открытой входной двери. Неужели они ушли, оставив ее одну в этом аду? На Би скользнула внутрь. Темнота поместья была как никогда устрашающей, стараясь не шуметь, девушка на ощупь двинулась к лестнице. Поднявшись на второй этаж она услышала звуки шагов и тихие голоса в дальней комнате. Тихонько прокравшись к комнате На Би запнулась о что-то мягкое и с тихим писком упала, ударившись коленями о деревянный пол. Холодный пот пробил все тело, когда жрица осознала суть своего препятствия. Один из слуг ее отца, Сон Джун, безжизненно растянул руки в луже собственной крови.       — Ты слышал? — из комнаты послышались голоса.       На Би в ужасе отползла к стене и прикрыла рот рукой. Резким движением дверь распахнулась и свет факела ослепил девушку.       — Да это же госпожа На Би, — холодный голос с насмешкой произнес где-то над ее головой. — Что же вы здесь сидите, проходите к нам, Великая Жрица.       Крепкие руки подняли девушку с пола и потянули в комнату залитую светом огня. Мужчина грубо кинул жрицу в кресло и отошел, любуясь трофеем.       — Мы здесь немного развлеклись, вы же не против, госпожа? — один из мужчин со шрамом на лице расхохотался.       Она знала этих мужчин, они были хорошими людьми, как ей казалось, приличными горожанами, у некоторых были семьи.       — Вина? — второй мужчина, стоял захмелевший с бутылкой вина в руке.       — Н-нет.       — Что же вы так трясетесь, госпожа, не бойтесь. Мы не причиним вам вреда, — он подошёл к креслу и положил руку на бедро На Би, — если вы не будете сопротивляться.       — Всегда мечтал поиметь жрицу, — второй ублюдок похабно облизал губы и отпил из бутылки отцовских вин не отрывая взгляд от девушки.       Липкий страх пробрался мурашками по позвонку жрицы, она прекрасно понимала, что человеческие качества могут сильно меняться в условиях безнаказанности. И эти мужчины были сущей тьмой, их глаза и души были черны. На Би задрожала, пытаясь проглотить слёзы.       — Не смейте ко мне прикасаться. Я жрица великого бога Металла. Вы не смеете даже смотреть на меня!       Резкий удар по лицу выбил все мысли из головы, рука схватила ее волосы и потянула голову назад оголяя шею. Холодное лезвие коснулось кожи и острая боль прорезала плоть. Тихий вздох слетел с ее губ.       — Не трогай! Отпусти!       Мерзкий хохот разлился по комнате, мужчины переглянулись обменявшись грязными взглядами, как один из них вдруг стал серьезным.       — Слышал? — он застыл прислушиваясь.       Трое подняли головы и настороженно посмотрели на дверь. Минута тишины длилась вечность, На Би молила своего умершего бога о том, чтобы ее спасли, кто угодно, миллелиты, солдаты Сэнган, простые люди, решившие укрыться в поместье короля. Но тишина снаружи пугала больше звуков внутри.       — Приступим, — раскрасневшийся мужчина потянулся к одежде жрицы, но не успев коснуться верхней пуговицы он застыл и со стеклянным взглядом рухнул на пол.       Вжавшись в кресло, и сжав пальцы на подлокотниках На Би зажмурилась, в ожидании конца. Было три мягких удара, а затем последовала оглушающая тишина. Ее больше никто не трогал, не дышал на нее перегаром. Девушка замерла пытаясь просто слиться с креслом.       — Вы в порядке?       Неожиданно мягкий голос заставил ее распахнуть глаза. На полу лежало три бездыханных тела, а в тени полумрака стояла фигура парня. Он выглядел диковинно, зеленые витиеватые узоры на его руках сплетались змеями, его лицо скрывала черная маска с рогами и острыми клыками.       — Д-да…       Парень сдвинул маску с лица на лоб и осмотрел мужчин.       — Они вас обидели?       — Нет… нет они не успели.       — Здесь небезопасно, я проведу вас, — он подал руку девушке и настойчиво посмотрел ей в глаза, давая понять, что отказа он не потерпит.       — Куда?       — У меня приказ доставить вас господину Мораксу.       На Би ошарашенно посмотрела на парня. Архонт камня приказал привести её? Он все-таки передумал? Он убьёт ее? Девушка сильнее вжалась в спинку кресла и замотала головой.       — Я не пойду!       — Не нужно сопротивляться, жрица, в любом случае я доставлю вас господину Чжун Ли.       — Он убьет меня?..       — Я не знаю.       Это просто не укладывалось в голове! Благородный архонт разрушил город, обрушив каменные колонны на головы беззащитных людей. Он убил их архонта, оставив народ без защиты, миллелиты вырезали целые отряды тех, кто был способен противостоять вторжению врагов.

***

      На Би было слишком страшно чтобы что либо предпринимать. Она покорно шла по главной дороге, минуя разрушенные дома и догорающие останки людей, под пристальным присмотром устрашающего яксы. Шатер Чжун Ли казался достаточно большим снаружи, он был украшен золотой вышивкой, а гобелены были расписаны изображениями солнца и бамбуковых рощ.       — Господин, — якса вошел в шатер и низко поклонился, — я привел верховную жрицу.       — Благодарю, Сяо, — мужчина сидел в кресле рассматривая карту местности, не поднимая взгляд на своих гостей.       Девушка настороженно осмотрела внутреннее убранство шатра, он был разделён на несколько зон, первая и самая большая была чем-то наподобии гостиной. Большой стол из цуйхуа стоял в самом центре помещения, вдоль стен были целые ряды оружия: копья, луки, мечи. На Би подметила удивительную вещь, в шатре не было источников света, не было камина, факелов, свечей, стеклянных пузырьков со светящимся брюшком светлячков. Свет источал сам архонт, будто он был солнцем среди темной ночи.       — Тяжелый день, верно?       — Ты убьёшь меня? — в нетерпении выпалила На Би.       Моракс повернулся к девушке спиной и взял со стола тарелку с персиками, аромат которых был настолько сладким, что пьянил. Мужчина поднес жрице тарелку, предлагая сладкие ломтики.       — Я не убиваю беззащитных женщин.       — Тогда зачем я здесь? — девушка свела брови и раздраженно отказалась от персиковых долек. «Какие к черту персики?!»       — Я не желаю уничтожать твой народ, я не тиран, ты, как верховная жрица, будешь мне полезна.       — Ты хочешь чтобы я заставила людей в одночасье отвернуться от Данталиона и как ни в чем не бывало преклониться перед новым божеством? Это смешно, господин Моракс.       — Будет лучше если я уничтожу твой народ? Всех, — архонт обошёл девушку со спины, и подушечками пальцев слегка простучал позвонки, — всех до последнего. Стариков, женщин, мужчин, детей.       На Би замерла, затаив дыхание. Архонт одним своим видом вселял благоговейный ужас, его бархатный, низкий голос убаюкивал как колыбельная. Девушка не сомневалась, если Моракс получит от нее утвердительный отказ, то она моргнуть не успеет, как ее бездыханное тело выбросят в канаву, а ее народ падёт под гнетом завоевателя.       — Мне нужно обдумать ваше предложение, господин.       — Я дам тебе ночь на размышления. Оставайся в моём шатре, боюсь, что снаружи все ещё небезопасно, — Архонт пристально рассматривал жрицу. Он испытывал особое удовольствие наблюдая как девушка, которая с трудом сдерживает дрожь в конечностях при виде него, все ещё пытается вести дела.